Злой, но мой
Э-эх, любопытный какой! Ну садись, расскажу тебе про разбойника и утопленницу, или хочешь про красавицу и мерзавца? Нет? Экий ты привереда… Ладно, слушай тогда историю про дружбу, равной которой не сыскать на всем свете, историю о том, как терпение смогло преодолеть все преграды, даже – страх.
В одном маленьком таборе родился щенок савояра. Его долго ждали, но, когда он родился – изабелловый, красноглазый и слабый, хозяин невзлюбил некрасивого малыша. Вместо подушек и расписных ошейников щенка ждала улица и попрошайничество. Злые мальчики гонялись за ним с палками и кидали палками, весело улюлюкая. Нет никого более жестокого, как невоспитанный ребенок, так что слушай родителей внимательно!
Шли недели, и савояр рос, крепчал, но каждый новый шрам делал его недоверчивее и злее. Животные – они как зеркало души, и чем отвратнее душа, тем ужаснее становится зверь. Щенок теперь не убегал, он рычал и кусался, отпугивая детей. Когда же на горизонте появлялись взрослые – савояр исчезал под ближайшим вагончиком или телегой. Так продолжалось несколько месяцев, пока терпение старосты не закончилось. Вертлявую злюку стали гонять по табору, чтобы поймать и убить. Тут бы история и закончилась, если бы не счастливое стечение обстоятельств.
Сонка и Гожо Савояры были не разлей вода. Русая сероглазая метиска казалась белой вороной в семье и особенно причудливо она выглядела на фоне загорелого черноволосого брата. Вместе же они превращались в настоящую банду ворон, любопытных и весьма наглых. Так, завидев непонятную беготню в пригороде, Сонка и Гожо поспешили проверить, в чем тут дело.
Их встретили бранью. Незадачливые ловцы никак не могли найти паршивца-савояра. И пока Гожо говорил с чужаками, как взрослый со взрослыми, Сонка незаметно отошла в сторону, склонившись над стогом сена. Сено в ответ зарычало и ощерилось белыми клычками.
- Давай заберем его! – воскликнула Сонка еще до того, как все поняли, о чем она.
- Сколько? – деловито спросили недавние убийцы щенка.
- Поторгуемся, - улыбнулся Гожо.
Уже через десять минут брат и сестра удалялись прочь с брыкающимся, воющим и визжащим мешком. Так безымянный подранок превратился в савоя по имени Злое Лицо или – Зло.
В новом доме характер Злого Лица отнюдь не улучшился, хотя подушки и ошейник с бубенчиками у него появились. Последний стал просто необходим – Зло с удовольствием караулил проходящих мимо людей, чтобы подло цапнуть их за ногу, а то и – за ляжку. Сонке приходилось извиняться перед всеми по три раза на дню, но она никогда не повышала голос на собаку. Бывало, они часами глядели друг на друга – савой лежал под телегой и неустанно ворчал, иногда скалясь, а девочка только тихо вздыхала и пыталась прикормить его на мясо. Увы, ни одно угощение не могло растопить лед в сердце Злого Лица.
Возможно, до конца своих дней пес бы так и провел в изоляции, но однажды из своей клетки сбежала Солька – самая обычная домашняя крыса. Разочаровавшись в семечках гадалки-хозяйки, Соль отправилась искать приключения. И нашла их в лице главного охотника окрестностей – кота Герольда. В самый последний момент, когда зубы хищника уже сомкнулись на холке крысы, Зло налетел на кота и прогнал его. Люди часто делали ему зло, но другие животные – ни разу. С ними он мог быть таким, каким родился когда-то. Так начался удивительный союз собаки и крысы.
Сонка быстро заметила новую подругу Злого Лица и, в отличии от него, быстро приручила ее. Вместе с растущим брюшком Соли повышалось и доверие кобеля к девочке. Между ними установился шаткий нейтралитет. Человеку даже разрешалось коснуться шерсти Зла – быстро и коротко. На это ушло больше года, но Сонка была счастлива, провожаемая недоуменными взглядами окружающих.
Наступила осень, и дождливые сырые ночи принесли новую перемену – Злое Лицо тяжело заболел. Он забился под фургон Розы Савояр и отказывался вылезать, рычал и отбивался. Сонка лично доставала его из укрытия, не обращая внимания ни на укусы, ни на ссадины. Вместе с братом они отнесли савоя к Варваре – целительнице с окраины. Целый месяц хрупкая восьмилетняя девочка не покидала ее дома, выхаживая Злое Лицо.
Никто не верил в ее успех, кроме Варвары, но под Рождество случилось настоящее чудо. Нет, Зло не поправился до конца, но он впервые лизнул ладошку Сонки. Это было началом той самой дружбы, которую не смогли задушить ни страх перед жестокостью людей, ни обида на них. К весне Злое Лицо встал на ноги, и с этих пор он стал бесшумной тенью своей спасительницы. Все еще пакостной и злой, но всем сердцем преданной той одной, что не побоялась подставить руку под укус, чтобы помочь другу.
