О ВИЧ-отрицателях, правах детей и правах женщин
На фотографии - известная ВИЧ-диссидентка Софья Мясковская. Она умерла этой весной, а за несколько лет до этого довела до смерти своих двух малолетных сыновей.
ВИЧ-диссиденты отрицают существование ВИЧ и СПИД, не принимают соответствующую терапию и не дают ее своим детям, в том числе приемным. Мартиролог жертв убеждения, что ВИЧ - это заговор то ли фармкомпаний, то ли государства ведут в группе @detivich (ВИЧ/СПИД диссиденты и их дети) . Учитывая, что в ряде регионов страны эпидемический порог по ВИЧ уже превышен, на отрицателей наконец обратили внимание законодатели. (За призывы к отказу от лечения будут штрафовать )
ВИЧ-положительная женщина вполне может родить и вырастить здорового ребенка, если принимает во время беременности специфическую терапию и отказывается от кормления грудью. В ряде источников мне встречались рекомендации родоразрешения через кесарево, как способ снизить риск травмирования ребенка во время родов и, соответственно, попадания крови матери в его кровь. В любом случае - если женщина внимательно относится к своему ВИЧ-статусу, рисков ни для нее, ни для ребенка беременность не представляет.
Другое дело ВИЧ-диссидентки. Они не принимают терапию сами, ни во время беременности, ни после. Они кормят детей грудью. Они не дают своим младенцам лекарства, которые назначают как раз для профилактики ВИЧ-инфекции. Как итог - ребенок сперва получает ВИЧ, потом ВИЧ переходит в СПИД, и он умирает.
Лечить ребенка мухоморами или не лечить вовсе - право родителя. Пока ребенок бодр и весел, возможности Органов опеки и попечительства по вмешательству в ситуацию крайне ограниченны, а когда он оказывается наконец в реанимации в терминальной стадии, изымать его уже как-то бесполезно. На помощь ВИЧ-диссидентам прибегают и "защитники прав семьи" с утверждениями, что "факт непосредственной угрозы жизни ребенка или его здоровью не устанавливался"/ Так же ВИЧ-диссиденты за последние годы довольно неплохо подковались в семейном законодательстве, поэтому они просто не дают детям терапию, не уведомляя об этом врачей. Врачи, конечно, понимают, что родители им врут, но сделать ничего не могут. И даже если в законе появится норма об изъятии детей при отказе родителей давать им терапию, таким детям она не поможет.
И мне вот что интересно.
Сейчас отказ от лечения ВИЧ - это право человека. Хочет - лечится, не хочет - не лечится. Уголовное преследование возможно только в том случае, если он кого-то заразит. Типа заведомо знал, что болен, но пренебрегал этим. Аналогично с другими ЗППП. В тоже время в ФЗ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" есть следующее положение: «Медицинское вмешательство без согласия гражданина, одного из родителей или иного законного представителя допускается.... в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих». Насколько я знаю, обычно ее применяют при лечении особо опасных инфекций, а в Советском Союзе активно использовали для лечения больных туберкулезом, точнее, для их изоляции.
В жизни эта норма может в том числе выглядеть как принудительная вакцинация против чумы, если убежденному антипрививочнику не повезло оказаться в очаге во время зафиксированной вспышки. Дальше жертва заговора фармкампаний может хоть в ЕСПЧ подавать.
В отличие от туберкулеза, сифилиса и чумы, прием терапии при ВИЧ - пожизненный. То есть вариант, отработанный для венерических болезней в советские годы: "отловить, пролечить, выпустить до следующего раза" не может быть применен. Даже для детей, потому что родители ВИЧ-диссиденты ничего не могут сделать, когда их детям дают терапию в больнице, но получив ребенка обратно, тут же прекращают ее давать.
На доказательства, что ВИЧ-инфицированные не представляют опасности для окружающих, НКО, занимающиеся проблемами ВИЧ-СПИД потратили лет 30. Однако ВИЧ-инфицированный не опасен, если принимает соответствующую терапию. Если не принимает - то опасен и для врачей во время медманипуляций, и для своих половых партнеров. То есть теоретически применить норму закона о принудительном лечении можно, но на практике применение этой нормы может выглядеть либо как пожизненное лишение свободы (привет "тифозной Мэри"), либо как пожизненное же ограничение свободы, при котором человек должен будет ежедневно являться в СПИД-центр, чтобы принять лекарства в присутствии врача. А если вспомнить, что в прошлом году в ряде регионов отмечали недопоставки антиретровирусной терапии, ее просто не было, то вопрос: «как реализовать на практике принудительное лечение» становится еще более интересным.
И вот какой аспект этой проблемы мне интересен.
Предположим, есть беременная ВИЧ-диссидентка, планирующая рожать. Лечиться она не хочет, применение нормы о принудительном лечении равно изоляции в больнице в течение всего срока беременности. Если женщину заставить принимать терапию, то ребенок родится здоровым. Если ребенка сразу изъять, с родильного стола, то еще и вырастет здоровым. Но и принудительное лечение, и изъятие ребенка нарушит права его матери.
Еще и юридически до родов этого самого ребенка не существует, есть только беременность матери. И если смотреть с позиции, что нет никаких интересов ребенка до его рождения, то будущая мать своими правами не злоупотребляет. Хочет — лечится, хочет — нет, хочет — пьет алкоголь, хочет — курит. И далее списком. И не важно, что отказ от лечения ставит под угрозу жизнь и здоровье будущего ребенка. Любые попытки регулирования этого вопроса в пользу ребенка будут тут же подняты на щит пролайферами. Уж если они из права наследования пытаются вывести, что бластоциста уже обладает общей правоспособностью.
И получается, что на одной чаше весов - право женщины распоряжаться своим здоровьем, в том числе репродуктивным и рожать такого ребенка, как ей хочется. На другой - право ребенка родиться здоровым.
Чьи права в данном случае "правее"?
Обсудить статью можно вот тут
Иллюстрации
ВИЧ-инфицированного ребенка забрала полиция с автоматами — обратите внимание, ребенок у матери был второй, то есть опека имела возможность утверждать, что женщина злоупотребляет своими родительскими правами
В Петербурге готовят к передаче в суд дело священника, чья дочь умерла от нелеченой ВИЧ-инфекции
И мой любимый пример, история приемной девочки Ани.
10 лет без приписки - тут позиции обеих сторон конфликта, и опекунов ВИЧ-отрицателей, и врачей
Тамбовская травля - тут защитников прав семьи из Родительского всероссийского сопротивления (РВС). Это те, которые защищают вообще всех под лозунгом: "Вот когда убивать будут, тогда и изымайте", а сейчас еще повадились подавать иски о восстановлении родительских прав на отказников в роддоме. Причем делают это тогда, когда на ребенка появляются реальные претенденты.