Шесть групп

Война в Украине продолжается уже больше года, и многие журналисты подчеркивают, что Запад стоит за Украиной единым фронтом. Например, мы видели Германию, которой удалось ограничить свою энергетическую зависимость от России с рекордной скоростью.

Утверждается, что Украина получила помощь в размере 48,5 млрд долларов США , что почти эквивалентно всему оборонному бюджету России в 2022 году.

Однако в европейской сети безопасности, состоящей из членов НАТО и ЕС, есть существенные различия.

Стиг Хансен, профессор института международных исследований, разделяет западных сторонников Украины на шесть разных групп, определяемых как направлением дипломатической деятельности, военной поддержкой, так и народной и политической поддержкой активной помощи Украине.

Группы по-разному относятся к войне на Украине.

Во-первых, есть группа, которая готова оказывать обширную поддержку Украине и делает это с самого начала войны. Эти страны вносят свой вклад не только за счет военных запасов, но и за счет оборудования, используемого их собственными ВС, и они вносят наибольший вклад, измеряемый как доля валового внутреннего продукта. Страны также признают важность удержания США в Европе и готовы более решительно дистанцироваться от Китая, чтобы продемонстрировать солидарность с США. Мы (группа Хансена - SiK) называем эту группу "Ястребами", большинство стран расположены в Восточной или Северной Европе.

Эстония, Латвия, Литва, Польша, Болгария, Норвегия, Великобритания, Словакия, Дания, Нидерланды, Чехия и Швеция лидируют в мире по военной помощи Украине по отношению к их населению и размеру их экономики.

Польша и страны Балтии начали поставлять тяжелое вооружение, такое как танки, задолго до остальной части НАТО, и продолжают поставлять больше танков, чем США и Германия.

Чехия, Прибалтика, Словакия, Болгария и Польша сыграли чрезвычайно важную роль в скорейшем пополнении запасов оружия Украины, и США потребовалось целых семь месяцев, чтобы догнать эти страны.

Техника этих стран русского производства была и остается очень важной для украинской армии, которая до сих пор в основном оснащена русской техникой.

Польша также увеличила свою структуру вооруженных сил до 300 000 человек и находится на пути к тому, чтобы стать, возможно, самой сильной сухопутной державой НАТО после США и Турции благодаря объявленным закупкам. Великобритания, хотя и была гораздо более слабой сухопутной державой, чем Польша, также играла ведущую роль в предоставлении оборудования и дипломатической поддержки Украине. Британская поддержка оказала давление как на США, так и на Германию, предоставив тяжелые танки Challenger II.

В группу также входит вся Балтоскандия, как северные, так и балтийские страны. Страны Балтии были движущей силой процессов, связанных с получением более крупных программ поддержки от ЕС и НАТО.

Хотя скандинавские страны не выступали в качестве «промоутеров» в такой степени, как страны Балтии, Польша, Великобритания, Чехия и Словакия, размер поддержки Украины по сравнению с численностью нашего населения и нашей риторикой вокруг Украины делает естественным размещение северных страны среди «ястребов».

В группу «ястребов» также входят Чехия и Словакия, которые предоставили много тяжелой техники в самом начале конфликта и были важны для Украины, а также Нидерланды.

Польша, Чехия и Словакия сыграли очень важную роль в поставках артиллерийских снарядов на Украину.

У «ястребов» есть твердая поддержка их собственного населения. Военная помощь Украине популярна в опросах общественного мнения, хотя Чехия и Словакия являются исключениями. Страны также наиболее охотно отправляют в Украину оружие своих ВС и складов. Многие из стран входят в состав специальной группы Joint Security Force, которая стала своего рода совместным форумом для этих стран. Ее престиж и влияние растут, а также для группы характерна возрастающая готовность обсуждать более активную политику по сдерживанию китайского влияния, особенно после начала войны на Украине. Это может исходить из желания удержать США в Европе.

США сами по себе являются частью группы, которую мы можем назвать «Геополитиком». У США есть роль, которую из-за их оборонной промышленности не может превзойти ни один другая страна в мире, и их поддержка была очень важна для Украины. Однако Соединенные Штаты, тем не менее, на удивление сдержанно поддерживают то, что сегодня является промышленной войной, когда стороны потребляют большое количество боеприпасов и оборудования.

Соединенные Штаты являются самой сильной державой в европейской сети безопасности и сегодня являются единственным полностью эффективным гарантом европейского сдерживания благодаря своему ядерному оружию, своим большим запасам обычных вооружений и размеру своих вооруженных сил. За счет переброски частей 82-й воздушно-десантной дивизии и 101-й десантно-штурмовой дивизии вдоль восточной границы НАТО американцы продемонстрировали свою силу и то, что другие западные страны должны были бы сделать, но не могут из-за небольшой структуры своих сил.

США также, как и ожидалось, взяли на себя инициативу в создании коалиции. Но США относятся к войне на Украине более сдержанно, чем утверждают многие наблюдатели. Во-первых, объем помощи США Украине ограничен по сравнению с запасами США. Например, США поставили 31 танк М1А1 «Абрамс» из имеющихся у них 3500 танков.

Это также относится к цифрам по системе вооружения, которую США предоставили больше всего - эффективным полевым гаубицам M777 калибра 155 мм. Количество переданных полевых гаубиц за год, 150 штук, относительно умеренное относительно того, что нужно Украине и что есть у США. Плюс, американская техника, предназначенная для экспедиционных войн в период с 2001 по 2021 год, быстро изнашивается.

Отчасти это связано с тем, что американские политики считают Китай большей угрозой, чем Россию. Американцы четко формулируют свои стратегические документы. Для США важнее всего с точки зрения безопасности Китай, а не Россия и Украина.

Мы можем назвать третью группу «Голубями». Это относительно сильные европейские державы в Западной Европе, со значительными ресурсами. В теории, по крайней мере одна из них, Германия, может быстро снова стать великой державой, если получится.

Франция и Германия не спешили оказывать военную помощь. Германия была настолько пассивна, что отношения с Украиной обострились, и часть этой напряженности сохраняется до сих пор. Впрочем, Германия сегодня является крупным донором Украины, третьим по величине в абсолютном выражении , и значительно увеличила свою поддержку. Иногда их можно недооценивать, потому что они также обеспечивают так называемую «круговую поддержку» («Ringtausch»), когда оружие передается другим странам НАТО и ЕС, чтобы они могли передать свое более старое оружие Украине.

Тем не менее, объем такой поддержки невелик, а объем общих поставок в Украину по отношению к размерам экономики и населения Германии ограничен. Германия находится довольно далеко в списке доноров, если вы посмотрите на численность населения и экономику, как с точки зрения чистой военной помощи, так и с точки зрения общей помощи.

Франция во многом напоминает Германию и скептически относится к отправке оружия. К тому же у страны такая маленькая постоянная армия, что из ее запасов практически нечего отправить . Инвестиции Германии и Франции в собственную оборону в настоящее время в основном направлены на компенсацию давнего недофинансирования, а не на реальное увеличение численности, и, по оценкам Financial Times, даже реальное восстановление может занять до полувека.

Из-за разделенности в правительствах этих стран престиж старой мощной оси Париж-Берлин ослаб в системе ЕС в результате войны на Украине.

Четвертую группу мы называем «Прагматиками», группой, состоящей из стран с относительно прагматичным подходом к войне на Украине, но которые сделали относительно большой вклад в Украину за последний год и имеют определенные возможности для оказания поддержки.

«Прагматики» на самом деле не так уж заинтересованы в войне на Украине, но кровно заинтересован в поддержании европейских институтов безопасности, а в некоторых случаях заинтересованы в своем статусе и финансах.

У двух стран в группе (Италия и Испания) есть сильные коалиции в правительстве, которые выступают против поддержки Украины оружием.

А Турция является важным «прорывателем» блокады режима санкций против России, а также важным поставщиком оружия в Украину.

И Италия, и Турция, и Испания поставили Украине очень важные системы вооружений.

Большинство населения Италии против помощи Украине, и популистскому правительству трудно справиться с таким большинством. Национальный интерес Италии больше всего сосредоточен на Средиземноморье и Ливии. Но для премьер-министра Мелони важно позиционировать себя как лояльного партнера в европейских институтах, обеспечить итальянское влияние в ЕС и стабильные трансферы ЕС в Италию. Для нее это означало проукраинскую политику. Но у нее есть проблемы с одним из ее собственных партнеров: партия Forza Italia Сильвио Берлускони, которая является относительно пророссийской.

Испания и Португалия отчасти следуют примеру Италии.

Люди в Испании менее разделены, чем в Италии. Но в политике это не так - часть правительственной коалиции, левая партия ПОДЕМОС, против активной поддержки Украины. Испания находится далеко от Украины, и расстояние, возможно, сыграло роль в относительно ограниченной роли Испании в конфликте, хотя страна предоставила тяжелую технику, до десяти танков Leopard 2.

Многие считают Турцию чуть ли не союзником России, это связано с тем, что страна держала свою экономику открытой для России, Россия получала доступ к международным электронным платежным системам (хотя со временем он был ограничен) и что президент Эрдоган принимал российских глав государства еще долго после того как остальные европейские государства закрылись для таких визитов. Турция также сегодня больше зависит от российской нефти, чем другие члены европейской сети безопасности.

Но восприятие Турции как друга России не должно вводить в заблуждение. Перед войной Турция была одним из самых яростных соперников России, нанеся России дипломатические, военные и политические удары как в Ливии, Азербайджане, так и в Сирии. Турция была во многих отношениях, пожалуй, самым эффективным противником России в НАТО. Турция могла так свободно действовать против России из-за американского присутствия в стране. Возможно, самой важной из них была американская база ядерного оружия в Инджирлике.

В начале войны Турция оказала большую поддержку Украине, частично через частных лиц. Турция передала Украине беспилотники Bayraktar TB2, что чуть не создало определенную мифологию на Украине и имела очень важное значение на начальном этапе войны как в военном, так и в дипломатическом отношении. Турция продолжает осторожные поставки оружия в Украину, и совсем недавно, в апреле, были переданы ракеты TRLG-230.

Украина также получила 200 бронемашин Kirpi , так называемого типа MRAP, которые сыграли важную роль в украинском контрнаступлении в Харькове прошлой осенью, и Турция уступает только США по количеству переданных машин данной категории. Турция также предприняла шаги по диверсификации импорта нефти.

Турция во многом уникальна в мире, одна из немногих стран, которая передает оружие Украине и при этом имеет хорошие отношения с Москвой. Турция, пожалуй, самый большой «прагматик» из всех участников европейской сети безопасности. Но в то время как «голуби», «ястребы» и «геополитик» в этой сети хорошо скоординированы, «прагматики» разрознены и не скоординированы.

Пятая группа – «Медианы». Они расположились примерно в «середине дерева», когда речь заходит о поддержке Украины, и часто имеют пророссийских политиков на относительно высоких постах, но позиции этих политиков были ослаблены войной на Украине.

Греция, например, предоставила Украине немало техники, в том числе 41 БМП-1. Поскольку Греция использует российские платформы ПВО С300, она находится в особо положении из-за того, что нужно снабжать Украину зенитными ракетами российского производства, запасы которых у Украины заканчиваются.

Но Греция сдерживается, отчасти потому, что опасается угрозы со стороны другого члена НАТО, Турции.

Хорватия поставляет технику и оборудование, но у нее «пророссийский» президент, который находится в оппозиции к «проукраинскому» премьер-министру. Президент не так важен с политической точки зрения, как премьер-министр, поэтому Хорватия продолжает поставлять оружие.

В Болгарии была ситуация, похожая на хорватскую, где «пророссийский» президент и часть оппозиции настроены «пророссийски», но время после вторжения в Украину сильно ослабило пророссийскую сторону.

Бельгия и Ирландия во многих отношениях попадают в ту же категорию, что и Греция, Хорватия и Болгария, только с чуть менее драматичной внутренней динамикой. Эти страны просто предпочли «лежать» в середине «дерева» поддержки Украины и в обеих странах произошло умеренное ослабление интересов России. Ирландия использует собственный нейтралитет по отношению к НАТО, а бельгийские правые популисты дистанцируются от России.

Большой объем канадских бронетранспортеров, переданных Украине, часто оставался вне поля зрения журналистов. Канада была пионером в поддержке Украины в рамках операции UNIFIER, когда Канада обучала украинские силы еще в 2014 году. Страна также важна для нишевых возможностей Украины и является шестой по величине страной с точки зрения общей поддержки Украины, но отстает от «ястребов» по общей военной поддержке и имеет небольшой оборонный бюджет.

Последнюю группу мы можем назвать «Скептиками» , которые в основном чувствуют себя в ловушке из-за войны на Украине и западных институтов, и которые в основном хотят хороших отношений с Россией.

«Скептиками» европейской сети безопасности являются Венгрия и Австрия. Венгрия имела тесные энергетические связи с Россией до войны и до сих пор их расширяет . Виктор Орбан также был относительно дружелюбен к Путину. Во время войны Венгрия официально не разрешала ввоз оружия в Украину через свою территорию, но, возможно, разрешала это неофициально.

Венгрия предоставила гуманитарную помощь Украине, но не следует остальной части западной сети безопасности в Европе в отношении политики санкций: они хотят исключений для политики энергетических санкций . Венгрия смягчила свои взгляды на части санкционной политики только под давлением Запада.

Австрия ведет себя сдержанно, отчасти из-за своего установленного законом военного нейтралитета , и открыто заявляет, что война на Украине имеет нюансы. Страна имеет большой энергетический обмен с Россией и работала против санкций в системе ЕС. Страна также подверглась критике за выдачу виз российским руководителям и дипломатам, которые находятся в санкционных списках Запада. Но Австрия также оказывает гуманитарную помощь Украине.

Итак, что же все это означает для Норвегии?

Надо следить, желает ли кто-то проводить более активную политику в отношении Китая, чтобы удержать США в Европе.

Один из партнеров Норвегии в области безопасности, Германия, вряд ли будет иметь возможность и волю, необходимые Норвегии для доставки подкреплений в нашу страну в случае войны. В качестве альтернативы появляется другая страна, Польша, а голландские и британские партнеры также становятся все более заманчивыми. Тот факт, что ВС Украины оказались так важны в продолжающемся конфликте, показывает, что Норвегии нужны собственные вооруженные силы солидного размера.

Отношения между «геополитиком» и «ястребами» интересны. До сих пор США положительно относились к роли ястребов, но можно предположить, что США хотят больше контролировать «ястребов», чтобы ограничить эскалацию, даже если «ястребы» поддерживают США против Китая. Важно следить за отношениями между США и Польшей.

И на НАТО, и на ЕС все большее влияние оказывают подгруппы и коалиции, а дублирование деятельности ЕС и НАТО открывает двери для участия в нескольких таких подгруппах и для прямых двусторонних соглашений. Это хорошая новость для Норвегии, которая является членом НАТО, но не членом ЕС, и это может быть использовано в активной внешней политике.

Двусторонние соглашения все больше становятся частью европейской многосторонней структуры, а не чем-то, что обязательно ее разрушает.

Подгруппы в структуре европейской безопасности не следует воспринимать как признак того, что система западных альянсов движется к краху. Это также может быть силой. И прагматизм Турции, и стремление Франции к миру могут обеспечить ценные каналы связей в будущем, что, возможно, лучше всего иллюстрируется ролью Турции в соглашениях о зерне, которые были важны с гуманитарной точки зрения для Ближнего Востока и Африки.

Мы иллюстрируем динамику, которую аналитики безопасности должны учитывать в будущем. Мы не можем сосредоточиться только на понимании наших противников, мы также должны понимать наших союзников — всех их.

Взято из норвежской прессы - SiK.