Рейнар Марш. Живые и мертвые.

Мы шли курсом на Остров Черепахи. Не то чтобы это было лучшим местом для продажи трофеев – но возвращаться в Логово еще недельку-другую не стоило. А захваченное корыто надо срочно пристроить, оно медленное, неуклюжее и распугивает добычу.

К сожалению, воздушные корабли только на континенте стоят приличных денег. Здесь же жизнь вывернута наизнанку – ящик патронов, который в Авалоне можно взять за пять шиллингов, тут стоит полтора фунта. А корабль, который в Дуате можно продать за тридцать тысяч крон – тут потянет всего на полторы. Такая вот ирония «невидимой руки» рынка.

Впрочем, когда я зачитывал книжонку этого профессора от экономической науки, декламируя некоторые места вслух – Нелли от смеха аж икалось, а комментарии были исключительно непечатными. По моему же мнению, этот Смит никогда не имел дела с теми, кто мать родную продаст за утроенную прибыль. А к нам добираются исключительно такие торговцы. Но одного у этих беспринципных мерзавцев не отнять – они готовы оторвать свое седалище от лавки, готовы рисковать ради этой самой прибыли. Дело с ними иметь можно - просто не надо забывать, что все окружающие в их глазах – лишь средство наполнить свой карман, и заставить их соблюдать условия сделок можно только имея за спиной силу. Иначе – сожрут.

Груз и старая лоханка должны принести нам от двух до трех тысяч колколесских крон, смотря как торговаться. Этих денег хватит примерно на полтора месяца содержания «Улыбки Удачи» и ее команды. В нашем положении – это очень неплохо.

Грузовая лайба дымит значительно ниже и впереди нас. Для ее контроля пришлось оставить там призовую партию в семь человек во главе с боцманом. Я не ожидаю неприятностей от команды грузовоза – после того как их старпом вылетел за борт а остальных пообещали отпустить и даже заплатить жалование за рейс все, кроме капитана, прям разрываются желания показать свою лояльность. Поэтому полноценная призовая команда скорее по привычке.

- Не понял?..

Это старший вахты Впередсмотрящий машет флажками – но как-то неуверенно, сигнал расшифровывается как «Видел что-то непонятное». За бортом туман средней плотности, видимость порядка двадцати кабельтов. Не пистолетная дистанция, конечно, никто из вольных капитанов на такую и стрелять-то не умеет. Но расслабляться – плохая примета. Так что лишня встряска команде не помешает.

- Боевая тревога, пары до полного, команде по местам стоять.

- Есть!

Звучит двойная сирена, потом частым звоном бъет рында. Я долго работал над минимальным уровнем дисциплины на борту – просто из чувства самосохранения. По сравнению с иными командами «Улыбка Удачи» - практически образцовый военный корабль. И обошлось это достаточно дешево – полтора десятка безмозглых дураков, отправившихся за борт – это куда лучше, чем периодические потери половины команды. Хотя мое чувство порядка до сих пор жаждет застрелиться, глядя на эту «дисциплину».

Топот ног, расчеты занимают места у носового орудия. Дым из трубы густеет. Люди вертят головами, бросают недоуменные взгляды на мостик. В целом, результат неплохой, можно давать отбой. Но в этот момент клочья тумана расходятся и выпускают темную громаду летающего острова.

- Кажется, впередсмотрящий заметил остров еще в тумане, - произносит рулевой.

- Неплохой результат, согласен, - это старший вахты.

В этот момент матрос в носовом гнезде взрывается серией жестов. Флажки мельтешат очень быстро, но я выхватываю суть – «…вижу дым…». Выскакиваю на крыло мостика, треск раздвигаемой подзорной трубы сливается в один звук. Но в ней уже нет необходимости – из-за левого края острова выскакивает воздушный корабль. Хищный, бело-красный силуэт крейсера Кайзеррайха – воплощенный кошмар вольного капитана. Особенно этот крейсер. Который закончил поворот и идет прямо на нас.

Им надо минут десять, чтобы превратить наш корабль в пылающую развалину. Скорость наша повыше, и с набором высоты тоже лучше, можно попробовать спрятаться в облаках – но на грузовой лайбе семеро членов команды. А внизу туман редеет, дым в нем не спрячешь. И призовую партию не снять – замедлившийся корабль расстреляют как учебный шар.

- Сигнальщик – передать на грузовоз «Абордаж» и «База»!

Заклацали шторки ратьера.

- Вертикальный рулевой – по команде крен тридцать на нос двадцать влево!

- Есть!

- Машинное – самый полный! Клапана завалить, в топку масло!

- Есть!

На этот раз затренькал машинный телеграф.

Левее и выше нас внезапно вспухают три черные кляксы. Это пристрелочные. Мы начинаем разгоняться – медленно, очень медленно по сравнению с промежутком между залпами. На этот раз кляксы вспухаю правее, почти на нашем уровне.

Вскидываю трубу. На палубе грузовоза суетятся люди. Перевожу окуляр. Вправо или влево? Крейсер должен повернуть, чтобы задействовать всю артиллерию, в бортовом залпе у него шесть пушек. Картинка дрожит, но вроде левое перо руля в положении поворота. Да, нос крейсера валится влево. Хотя лучше бы наоборот.

- Вертикальный рулевой – исполнять приказ!

По борту крейсера пробегает цепочка огоньков. Секунд через шесть снаряды долетят до нас – но нос «Улыбки удачи» уже валится вниз и влево, мы падаем вниз по спиральной дуге, и снаряды прорезают воздух над нами.

- Вертикальный рулевой – крен лево ноль, на нос так держать!

- Есть!

Падаем прямо на грузовую лайбу. Добавить крен? Нет, мы разгоняемся все сильнее и явно проскочим ниже. Прямо по курсу воздух прорезают дымные следы трассеров. Как быстро на крейсере меняют прицел.

- Рулевой – руль полборта направо!

- Есть!

Корабль заваливается в левом крене, но курс постепенно смещается в сторону крейсера. Удирать бесполезно, ему хватит скорости держать нас в прицеле достаточно долго.

Над нашей палубой вспыхивают огни ускорителей ракетных ранцев. Боцман понял сигналы правильно – вся призовая партия успешно берет на абордаж «Улыбку Удачи». Кажется, из-за последнего маневра кто-то приземлился неудачно – но смотреть некогда.

- Рулевой, руль лево на борт!

- Есть!

Правый крен. Грохот рвущихся над головой снарядов – очередной залп с крейсера угодил в грузовую лохань, кажется, ей разнесли правый двигатель и корабль лег в неуправляемую циркуляцию. Очередной залп. Трассеры проходят очень близко.

- Рулевой, руль право на борт!

- Есть!

Снова трассеры, но гораздо выше. Мы потеряли уже почти милю высоты, крейсер не может так низко опустить орудия… но там опытный капитан. Он тоже кладет корабль в циркуляцию, сознательно кренит его в нашу сторону тетрадоновыми решетками. Залп. Трассеры проходят вокруг нас, только чудом ни один снаряд не задел наш узкий корпус. А в следующий момент небо закрывает каменная громада основания летающего острова.

- Вертикальный рулевой – как только пройдем нижнюю точку выровнять корабль. Машинное – отставить форсаж, держать просто полный. Рулевой – руль прямо!

- Есть!

- Есть!

За кормой по нисходящей спирали падает в море грузовик. Мы остались без денег, да и с командой этой лоханки нехорошо получилось. Но лучше умрут они, чем мои люди.

- Рулевой – два румба вправо. Держать туда, где туман погуще…