Рок-н-ролл - вот секрет вечной молодости.

Интервью с Александром Харевым

Александр Харев - барабанщик, в послужном списке которого многие известные архангельские проекты: «Равелин», «Новая Земля», «Окончательный диагноз», «Черный рынок», «Камера», «Аутодафе» и другие. Признан лучшим барабанщиком 1996, 1997 и 1998 годов, а также лучшим музыкантом 1998 года в архангельском роке. Сочетание настоящего мастерства и скромности снискало ему любовь публики и уважение музыкантов.

- Саша, ты столько лет занимаешься рок-н-роллом - музыкой, как известно, не самой прибыльной у нас. Что движет тобой до сих пор?

- Как-то я был в гостях у одного питерского барабанщика, и мы как раз говорили об этом. Так вот, я почти повторю его слова. Мне предлагали заниматься - бизнесом, какими-то делами, но я не хочу ничего делать, кроме музыки. @ак сказать, рок-н-ролл по жизни, если он есть в тебе - от него никуда не денешься.

- И все-таки, ты тратишь на это столько времени, а что ты с этого имеешь?

- А ничего не имею. Только удовлетворение - от любви к рок-н-роллу.

- И оно действительно есть, это удовлетворение?

- Есть, а как же! Когда после концерта с нормальным звуком подходят друзья и говорят, что сегодня было неплохо: и материал, и подача, и дух присутствовал - значит, все в норме. Нравится, когда меня критикуют после концерта, например, старые рокеры. Не обижаюсь. А то ведь бывали и концерты, после которых брат подходил и говорил: ну, вообще слушать нечего, и ты там та-а-кого сыграл! Но самое главное, чтобы в душе, в сердце все было нормально... Ну и еще бы концерта три-четыре в месяц поиграть.

- Скажи, а мог бы ты все это бросить?

- ... и заниматься дачным вопросом? Нет, уже просто не остановиться. Сцена, концерты, народ, который приходит тебя послушать. Без рок-н-ролла никуда!

- Ты участвовал в самых разных музыкальных проектах, но все же кто тебе был ближе по духу?

- Я воспитан и вырос на традиционном хард-роке: «Deep Purple», «Led Zeppelin», «Nazareth»... Конечно же, «Равелин» был самое то - столкнулись музыканты одного возраста, одних взглядов. Играли любимую нами музыку в любимом нам стиле. Но потом «Равелин» ушел в никуда, и все его участники непонятно где оказались. И хорошо, что затем все-таки было приглашение от «Новой Земли», и я не остался где-то в стороне. Ведь я целый год ничего не делал. Они упорно меня приглашали, а я упорно отказывался. Там, где долго задерживался, - все понятно: «Новая Земля» - свое в народном стиле; «Окончательный диагноз» - более рок-н-ролльно; «Битлз» - классика. Но больше нравилось «Аутодафе», с Алексеем Булыгиным мы еще в студенческие годы играли. А вот сейчас ближе по духу, конечно, «Blind Vandal». Играешь с ними на сцене и чувствуешь, что ты вот здесь. Это мое - и все! Были приглашения и в другие группы, но я не хочу, чтобы музыка была «высосана из пальца». Не знаю, сколько продлится этот проект, - всякое может случиться, но с «Blind Vandal» мне интересно заниматься творчеством, хоть, может, мы слушаем разную музыку. Серьезные товарищи, с образованием. Один я необразованный.

- К стати, об образовании. Ни музыкальной школы, ни училища ты не заканчивал, но ведь наверняка не обошлось без самообразования. Как ты занимался? С чего начинал?

- Классе в 6-м я ходил на танцы в клуб гипсового завода, где у моего друга был знакомый барабанщик. До танцев нас пускали на сцену. Мой друг садился за барабаны, хотя вообще играть не умел - и я та-ак ему завидовал! Ох, думаю, хоть бы раз в жизни мне дали поиграть на барабанах! Потом, случалось, барабанщик уходил покурить, и за барабаны садился я, а друг стоял «на стреме». А когда я перешел в 9-й класс, и уже знал кое-каких музыкантов, мне предложили место барабанщика в школьном ансамбле. Помню, я так долго думал - страшно было играть с ансамблем. На первый вечер пригласил всех друзей, брата и очень волновался. Да и сейчас, когда приходится играть на концертах в школе (ДМШ-1 - репетиционная точка «Blind Vandal» -А.М.), мне досих пор страшно - там ведь все с образованием. А у меня, как у многих барабанщиков моего поколения, наверное, самым лучшим учителем бл катушечный магнитофон - «бобинник». Я слушал все, начиная с классического хард-рока до «ABBA». «Ушки топориком» и «снимаешь» все подряд.

Это сейчас кругом видеошколы, и стыдно играть плохо. Можно купить кучу кассет, где музыканты профессорского уровня, например, Омар Хаким или Саймон Филлипс, все популярно разжуют, все объяснят. Я же манипулировал скоростями на магнитофоне, если попадались какие-то непонятные «брейки». Построил себе тренажер, соответствоваший полной барабанной установке, и после работы или учебы занимался часа по четыре каждый день.

Включал запись, например, «Deep Purple», и играл одну вещь за другой. Но никогда не брезговал более легкими группами, вплоть до «Boney M». Барабанщику отовсюду можно черпать. Плохо, что тогда рядом не было человека, который бы сразу мог меня поправить. Но я сделал так, что, играя под чужую фонограмму в наушниках, записывал то, что играл сам, а потом слушал и разбирал. К кому я мог тогда обратиться? Только к магнитофону. Жаль, конечно, что нотной грамоты я не знаю - это мешает.

- Сейчас, сожалея об этом, чтобы ты посоветовал молодым рок-музыкантам, чтобы упростить путь?

- Учиться, конечно. У нас есть хорошие музыканты, которые знают, что такое рок-музыка. Другой ближайший путь - музыкальное училище. Сейчас там хороший преподаватель - Олег Кузнецов, молодой, после консерватории. Тут тебя сразу поправят, подскажут, руки «поставят». Но и желание должно быть огромное. Или, как мы, - долбить до последнего, пока руки сами не встанут как надо. Вот я, например, теперь думаю, что же я раньше так не играл, ведь так удобнее и лучше, а сколько времени прошло...

- Как ты считаешь, старое поколение рокеров сумело полностью высказаться? Сделать все, что хотелось?

- Скорее всего им это так и не удалось. Там такой огромный запас остался. Я знаю, какой потенциал был, например, у Андрея Зубрикова («Равелин»). 80 полностью сделанных песен - не три аккорда. Какая фирменная музыка была у Владимира Будника («Святая Луиза»)!.. К стати, музыкального училища они не заканчивали. Но возможностьей тогда было меньше, а алкоголя - больше... Сейчас времена другие, и мне нравится, что молодые команды такие энергичные и хотят что-то сделать.

- Многие, с кем ты когда-то начинал, давно сошли со сцены...

- Да, кто - в семье, кто - в религии, кто-то все-таки остался верен рок-н-роллу. Я остался верен ему. И знаю, что пока есть во мне силы, даже если вдруг с сегодняшним проектом чего-то не получится, и будет какая-то группа, близкая мне по духу, пусть молодая, пусть даже пацаны пятнадцатилетние, - я им помогу. Потому что это не дает стареть, все время чувствуешь себя молодым.

Беседу вел Александр Мезенцев

Газета "Архангельск"