Полемика об архитекторе
От Анатолия Яковлевича Басырова.
«3 года спустя после публикации в журнале «Мир Петербурга» № 26, 2019 года А. А. Краснова («Ансамбль зданий в Виллози. Дополнение к написанному ранее», «Неизвестная история Красного Села и его окрестностей». «2.10. Разгаданная «загадка» зданий в Виллози») я обнаружил там упоминание моего имени. Я написал тогда в редакцию Портала «Мир Петербурга» свой комментарий 03.07.2022. Реакции на который не последовало. Чтобы не показалось, что мне нечего ответить на критику (в традициях журналистики предоставление изложения другой точки зрения подразумевается) хотел бы выложить отредактированный текст ответа здесь. Тут 2 момента: 1. .Ответ Краснову. 2. Н.Тамм - автор комплекса зданий в Виллози.
Ответ А.А. Краснову. Об архитекторе инженерного комплекса в Виллози.
Я с опозданием ознакомился с публикацией А. А. Краснова «Ансамбль зданий в Виллози. Дополнение к написанному ранее» в №26 за 2019 г.[i] Поскольку в дополнении к публикации упомянуто моё имя, я хотел бы прокомментировать эти труды.
Да, признаю, я ошибся в интерпретации назначения архитектурного памятника в Виллози. Моё обращение в РГИА было столь давним, - описи дел тогда еще не были оцифрованы. В выдаче заказанного документа о Виллози мне было в то время отказано по неизвестным причинам. В 2011 году, к 70-летию памятной даты начала войны и оккупации Дудергофа Д. В. Жуковым была опубликована немецкая фотография 1941 г. с панорамой комплекса в Виллози[ii].
На основе архитектурного анализа этого фото с видом первоначального облика здания в 2012 году мною была предложена реконструкция ансамбля в Виллози, с предположением о его назначении, как монастырское подворье. Мне не был известен ведомственный акт Инспекции охраны памятников Леноблисполкома (1986), характеризующий взятый на учет объект в Виллози, как «монастырский ансамбль ХХ в.». К этому выводу я пришел самостоятельно. Такая трактовка показалась А. А. Краснову «стереотипной», видимо, автор обратился к теме намного позже. Ко времени публикации моего доклада «Архитектурный комплекс в Виллози» на Красносельской историко-краеведческой конференции 2012 года[iii] повсюду, даже официально, тиражировалась версия о «постоялом дворе», с наивной аргументацией, что узорочье из кирпичной кладки в виде круглых розеток – суть «колеса», рекламирующие постоялый двор[iv]. Анализ архитектуры памятника, имитирующего церковное зодчество, был все же ближе к истине и, за некоторыми исключениями, сохраняет актуальность. Статья конференции была включена в сборник «Императорское Красное Село от истока до зенита славы» (2017)[v]. Подготовка к изданию заняла 5 лет. За это время Д. В. Жуков нашел и опубликовал еще несколько немецких фотодокументов с приближением деталей. Мои собственные сомнения в правильности церковной версии возникли, когда для замены труб от стены с восточной стороны административного здания была прокопана траншея. Я не увидел там предполагавшиеся мною следы фундамента абсиды храма. Контуры её, проявлявшиеся сквозь штукатурку, оказались следами большой ниши. В редакции статьи 2017 года я сделал оговорку: «Впрочем, предположение о подворье какого-то монастыря не получило документального подтверждения в церковных источниках. В последние предреволюционные годы в подобном стиле могли строить и военное, и дворцовое ведомство»[vi]. Радикальная правка в заключительной стадии подготовки издания была уже невозможной.
Да, документальное установление функционального назначения архитектурного комплекса в Виллози требует поправки в моей визуальной реконструкции объекта и редакции текстов 2012 и 2017 годов. Следует исключить изображение второго купола над зданием нынешней администрации. Впрочем, собственную правку текста книги должен бы внести и А. А. Краснов, опубликовавший «Дополнение…» после знакомства с опубликованными фотодокументами. Так, водонапорная башня имела не шатровое, а шлемовидное завершение («шатровая тема» в версии А. А. Краснова об авторстве архитектурного комплекса в Виллози является краеугольной, она повторена в соответствующей главе его книги многократно). И здание сложной трёхчастной конструкции к югу от ворот нельзя назвать двухэтажным, оно стало таковым после перестройки в послевоенное время.
Что касается самооценки успеха А. А. Краснова в открытии архивных документов об истинном назначении комплекса в Виллози, она тускнеет в свете историко-культурной экспертизы этого ансамбля членом Совета Ассоциации экспертов М. М. Бредовой (2013): «Ранее (при выявлении) данная выявленному объекту культурного наследия атрибуция - «Монастырский комплекс» - является ошибочной. Рекомендуется следующая атрибуция объекта: «Комплекс станции водопровода, 1915- 1916 гг.»., в составе: Здание котельной (дом 1А); Здание водонапорной башни и запасных баков (дом 11В); Административное здание (дом 11 Б) ; Дом для служащих (дом 61); Погреб; Ограда с воротами; Ограда бетонная с угловой башенкой»[vii]. Надеюсь, именно моя публикация 2012 года привлекла внимание специалиста М. М. Бредовой к скорому научному опровержению первоначальной версии по принципу «от противного». Затем появилось в прессе и свидетельство красносельского старожила: «В деревне Виллози в первую мировую войну была построена водонапорная башня, от которой из Орловских ключей вода шла во дворцы верхнего парка», -писал в своих воспоминаниях Евгений Константинович Громан (2015)[viii].
9 февраля 2019 в газете «Новый Красносёл» №567 была опубликована статья А. В. Рубаник «Тайна Виллозевской башни» (автор сохранила дореволюционное написание имени прилагательного, производного от Виллози)[ix]. В статье изложена история водопроводной станции, предшественницы нынешней Дудергофской станции «Водоканала», «на основании документов РНБ, РГИА, ЦГИА СПб, ЦГАКФФД СПб». О ведомственной экспертизе М. М. Бредовой я не знал тогда и сразу поздравил Анастасию с открытием. Книга А. А. Краснова подписана в печать 15.01.2019, но её реклама в упомянутой газете, с информацией, что «её уже можно купить», появилась лишь полгода спустя[x]. В комментариях к статье А. В. Рубаник, они есть в электронном архиве газеты, один читатель безосновательно упрекнул её в отсутствии точных ссылок на архивные документы, хотя газетный формат статьи этого не предполагает. Другое дело - книга А.А. Краснова, объёмом более 500 страниц, где автор приводит большой объём текста архивных документов, но в главе об ансамбле в Виллози ссылки на них отсутствуют, и это при обширных сносках на литературу в примечаниях, что, по чисто формальным соображениям, снижает научную ценность издания.
Но и А. В. Рубаник упрекнули во вторичности открытия, сделанного М.М. Бредовой. Для оправдания о самостоятельном исследовании А. В. Рубаник даже публиковала в комментариях на сайте газеты «НК» фотографию регистрационного формуляра исследователей, где её имя в заказе просмотра архивного документа стоит первым. Другой комментатор статьи в «НК», компетентный в ведомственных экспертизах, широко не освещавшихся в прессе, сообщил читателям газеты о передаче проекта экспертизы в Комитет по культуре ЛО 30 октября 2018 г. и публикации его на сайте Комитета 20 ноября 2018 г. В структуре сайта областного Комитета разобраться не просто, и найти проект в его архиве без конкретной интернет-ссылки мне не удалось. Но сопоставляя комментарий с текстом статьи А. В. Рубаник, речь шла об историко-культурной экспертизе представителя С.-Петербургского отделения ВООПИиК А. А. Кононова с исторической справкой, ссылками на архивные фонды и рекомендацией включения комплекса в Виллози в Единый гос. Реестр объектов культурного наследия.
В свете этой истории главным является вовсе не приоритет открытия функционального назначения объекта теми или иными авторами, радеющими о его состоянии, а в том, что инженерный и архитектурный комплекс станции водопровода в Виллози в Реестре объектов культурного наследия по-прежнему не состоит и подвергается дальнейшим переделкам, искажающим его исторический облик.
Отдельная тема – об архитекторе памятника. В опубликованных архивных документах он назван: это Николай Николаевич Тамм (младший /1867-1948/), сын Николая Николаевича Тамма (старшего /Nikolai Ludwig Jakob Thamm.1834-1907). Тайна «воскрешения» Николая Тамма («Разгаданная Загадка» с. 323-324) с пространным описанием А. А. Красновым догадки, что речь в документах строительства в Виллози идет о Тамме -младшем[xi], собственно говоря, тайной не является. Наиболее старые публикации об архитекторе Н. Н. Тамме (младшем) в доступной оцифрованной эстонской русскоязычной прессе датированы 2003[xii] и 2013 гг.[xiii]
Подробную статью об архитекторе опубликовал гатчинский краевед Владислав Аркадьевич Кислов (2016)[xiv]. Работая с 1910 г. в Управлении загородными дворцами, Н. Н. Тамм (младший) первоначально жил в Гатчине, затем по двум адресам на Измайловском пр., по близости от Балтийского вокзала, с удобным сообщением с Красным Селом. Адресные книги «Весь Петербург- Петроград» сообщают даже телефонный номер архитектора. А. В. Рубаник (2019) также упоминает Н. Н. Тамма (младшего) утвердительно.
А. А. Краснов считает Н. Н. Тамма лишь исполнителем чужого проекта, приписывая его авторство В. А. Покровскому (1871- 1931). Я предлагаю контраргументы этой версии. В. А. Покровский был известным, но не единственным представителем неорусского варианта стиля «модерн», многие проекты молодых архитекторов, выпускников Института гражданских инженеров, были выполнены в это время в подобной стилистике.
Потомственный архитектор Н. Н. Тамм (младший), выпускник императорской Академии художеств, на должности успешного архитектора загородных дворцовых зданий в Красном Селе, к тому же по возрасту старше В. А. Покровского, не мог быть просто техническим исполнителем чужого проекта. В 1912 г. Тамм– коллежский секретарь[xv], а в 1913 г. – уже статский советник, минуя ранг надворного советника[xvi]. Среди предыдущих построек Тамма (младшего) в Ревеле (Таллинн) по отношению к комплексу в Виллози интересны два здания. Одно из них – жилой дом (1903) на Нарвском шоссе, 28 в Таллиннском районе Кесклинн, находится под охраной Эстонского государства в статусе памятника истории (с 1958 г.-здание городской музыкальной школы)[xvii].
Здание, облицованное диким камнем, построено в стиле модерн с оттенком историзма. Архитектурное своеобразие выражено в сопоставлении крупных ассиметричных объемов с башней, напоминающей средневековую. Ниши и окна разного размера и уровня подчеркивают снаружи конструкцию марша лестницы. Характерны и декоративные выступы поверхности стены под кровлей. Багаж знаний архитектора был наследственным. Восьмигранную башню – «восьмерик на четверике», - строил уже его отец - Н. Н. Тамм (старший) в замке Мариенберг (Маарьямяги) в пригороде Ревеля[xviii]. Облицованное диким камнем здание с 1975 года является филиалом Эстонского исторического музея. Там снимали фильмы «Игра без правил» (1965) и «Собака Баскервилей» (1981). В зданиях отца и сына нет ничего специфически древнерусского, но есть понимание общих средневековых принципов европейского строительства применительно к современной архитектуре.
Другой объект, предшествующий ансамблю в Виллози, - православная часовня Спаса у Зеленого рынка в Ревеле. Проект был выполнен Н.Н. Таммом (младшим) осенью 1909 года, накануне его переезда на работу в С.-Петербург.
Небольшое строение, квадратное в плане, также облицовано финским гранитом. Над четвериком стен, переходящих в стрельчатые кокошники, - восьмиугольные шатер и низкий барабан. Он увенчан шлемовидной позолоченной главкой. Стилистическое родство с проектом в Виллози налицо. В 2009 г., к 100 -летию постройки, часовня была возвращена Эстонской православной церкви. Возможно, именно этот малый проект, демонстрирующий профессиональные возможности архитектора, послужил его приёму на должность в Управление загородными дворцами.
В обстановке 300-летия Дома Романовых архитектурный проект в Виллози требовался в древнерусском стиле. Тамм обратился к хорошо знакомым по соседству с Эстонией образцам древнего псковского зодчества, к монументальной выразительной простоте архитектуры Северо-Запада Руси. В его решении нет ничего эклектичного, псевдорусского. Строгая архитектоника узорочья выдержана в псковских традициях кирпичной кладки, но с характерными признаками европейского «югендстиля». Печные трубы со следами откоса крутой кровли выполнены в виде обелисков. Все это отличается от проектов В. А. Покровского, там сочетаются элементы декора разных регионов России. Единственный большой проект Тамма в окрестностях Петербурга осуществлялся в годы Первой мировой войны, и революция прервала успешную карьеру архитектора.
В 1919 г., видимо с отступающей Северо-Западной армией Юденича, Николай Тамм вернулся на родину в Эстонию. С 1921 по 1927 год он - архитектор в Департаменте строительства и квартир Министерства обороны Эстонии[xix]. В 1934 г. он построил католический (лютеранский? Но так в источнике) храм в эстонском г. Раквере, видимо, уже в стиле конструктивизма -историзм остался в прошлом.
На основе собранных В. А. Кисловым данных можно судить о судьбе семьи архитектора. Во время Второй мировой войны супруги Тамм, будучи «фольксдойче», оказались в Германии, где и скончались в саксонском Ашерслебене. Их сын, по семейной традиции названный также Николаем (1904-1974), горный инженер, в 1948 г., накануне возведения «железного занавеса», уехал из Германии в Йоханнесбург (ЮАР), где общался в кругу русских эмигрантов. В 1959 г. он сменил лютеранскую конфессию и принял православие, а его жена Гертруда руководила церковным хором часовни св. Владимира. Так в немецкой семье сына и внука двух наших архитекторов проявились глубинные связи с Петербургом, материально воплощенные в зодчестве: здании нынешнего Института РАН физиологии им. И. Е. Павлова на Васильевском острове (Н. Н. Тамм- старший) и архитектурном комплексе станции водопровода в Виллози (Н. Н. Тамм -младший).
Анатолий Басыров
[i] Краснов А.А. Разгаданная «загадка» зданий в Виллози» (СПб, 2019) «Мир Петербурга» №26.2019, с..97.
[ii] Иринчеев Б., Жуков Д. На Ленинград: наступление Группы Армий Север в 1941 году». СПб, «Аврора-Дизайн», 2011, с.49.
[iii] «Живая и поныне старина» (СПб,2012), сс.33-38 и вкладка илл.
[iv] «Адреса Петербурга». №29/43. «Виллози». Запрос №369. На официальном сайте Виллозского сельского поселения http://www.villozi-adm.ru/postdvor/ была выложена такая информация: «В деревне Виллози при дороге стоит неплохо сохранившееся сооружение, изначальное назначение которого долгое время оставалось неясным. Предполагалось, что это монастырь или какая-то богадельня, однако по данным Департамента по охране памятников Ленобласти - это постоялый двор и трактир, построенные неким купцом из Тайцев в псевдорусском стиле. На "дорожный" характер сооружения указывают и изображения колес вокруг верхнего барабана. Примерная датировка - 1910-е гг. Под охраной не состоит».
[v] «Императорское Красное Село от истока до зенита славы». СПб, ООО «Дмитрий Буланин»,2017), Сс.77-86.
[vi] Там же, с.85. [vii]Цит. по комментарию читателя газеты «НК» https://www.krasnosel.com/2-news/5225-tajna-villozevskoj-bashni#comment-10176
[viii] Громан Е.К. На окраине Красного Села –«Новый Красносел» 7 марта 2015, № 366. С.3. -new_krasnosel_366_0703.pdf
[ix] https://www.krasnosel.com/2-news/5225-tajna-villozevskoj-bashni#comment-10176 Комментарии к статье А. В. Рубаник здесь и далее приводятся по этой ссылке.
[x] https://krasnosel.com/2-news/5552-novaya-kniga-o-krasnom-sele
[xi] Краснов А. А. «Неизвестная история Красного Села и его окрестностей». «2.10. Разгаданная «загадка» зданий в Виллози», СПб. «Нева».2019, сс.323-324.
[xii] http://www.moles.ee/03/Dec/13/23-1.php
[xiii] Http://www.baltwillinfo.com/2013/mp09-2013/09.html
[xiv] http://kraeved-gatchina.de/ocherki/vydayushchiesya-zhiteli/tamm-nikolay/
[xv] «Весь Петербург» на 1912 год». С.879, - https://vivaldi.nlr.ru/bx000020512/view/?#page=1933
[xvi] «Весь Петербург» на 1914 год». С.646. - https://vivaldi.nlr.ru/bx000020163/view/?#page=1481 Адресные книги содержат информацию предыдущего года.
[xvii] Илл. см. прим.12. а также https://x.facebook.com/belobrovtsev/photos/a.673603592834091/1435555366638906/?type=3&source=48
[xviii] См. прим.12
От редактора сообщества: всё новое – это хорошо забытое старое
Ещё в 1932 году функциональное назначение построек в Виллози для служащих коммунального хозяйства Ленинграда было известно. В Отчёте о гидрологической обстановке в Красном Селе и Дудергофе было написано: ««Бывшая водокачка в дер. Виллози, находится в 0,5 км на запад от юго-западного угла Дудергофского озера у перекрестка двух дорог. Эта станция, построенная в 1914-15 гг. представляет собой целый, обнесенный каменной стеной, городок с многочисленными зданиями, 3 баками общей вместимостью 1230 куб. м, отстойниками и 18-ти дюймовым трубопроводом, шедшим от станции на расстоянии 8,1 км от Орловских ключей. Эта водокачка снабжала питьевой водой г. Красный с 1915 по 1921 гг. и лагерь с 1915 до 1919 г. В 1921 году водокачка в Виллози – самое крупное гидротехническое сооружение Красногородского района, было заброшено и разрушено…». Хранится документ в ЦГАНТД в Петербурге.