Рогозин: «Глобальная война должна была бы начаться с войны в космосе»

Экс-глава РОСКОСМОСА называет американцев врагами и считает, кто российская космонавтика должна работать на нашу победу

Совершенно случайно удалось пересечься на запорожском фронте с Дмитрием Рогозиным. Он приехал на совещание в один из батальонов, про бойцов которого мы снимали сюжет. Разумеется, я не упустил возможности пообщаться с легендарным экс-главной РОСКОСМОСА, а ныне – командиром ударной бригады. Что он думает о последних событиях в мировой космонавтике, как он оценивает ситуацию на самом горячем участке фронта, где и воюет, и будут ли у нас звездные войны – в этом интервью.

- Дмитрий Олегович, как ваше самочувствие? Удалось поправиться после ранения?

- Практически сразу после ранения, в конце января я уже вернулся на фронт. Был ранен в плечо и шею.

- Можно же было после ранения отдыхать, лечиться в России. Но вы решили вернуться. Почему?

- У меня были свои мотивы - отомстить за погибших товарищей. Продолжить начатое дело. Если остановиться, то значит, все эти жертвы были напрасны.

- Расскажите немного о подразделении, которое вы возглавляете. Чем оно занимается?

- На запорожском фронте у нас действует четыре добровольческих отряда – это БАРС-1, БАРС-3, БАРС-10 и БАРС-11. Сейчас мы активно налаживаем взаимодействие с батальоном Судоплатова – это БАРС-32, наши побратимы. Мы сплачиваем добровольческое движение, чтобы, несмотря на то что наши отряды находятся в разных полках, выстраивать горизонтальные связи: такое военно-техническое сотрудничество крайне необходимо.

Кроме этого, у нас в Донецке есть боевой учебный центр «Царские волки» - он назван по имени добровольческого отряда, в котором я воевал в Боснии и Герцеговине еще в 1994-1995 году. Центр занимается обучением операторов дронов, как разведывательных, так и ударных. Готовим операторов и для добровольческих, и для армейских подразделений.

В Москве у нас есть конструкторское бюро, которое занимается разработкой летательных аппаратов с учетом специфики этого военного конфликта. Война быстротекущая, много новых тенденций - противник тоже не сидит на месте. Поэтому обеспечение боевой работы и оснащение отрядов самой современной техникой – наша основная задача.

Нынешняя командировка посвящена главной проблеме, которую мы должны решить –контрбатарейная борьба. Мы приехали сюда со специалистами по артиллерии, артиллерийской разведке. Собираем всю информацию, как решают эту проблему смежные подразделения. В конце сентября планируем привезти отработанную в рамках боевой апробации на Запорожском фронте систему оптико-электронной разведки и контрбатарейной борьбы, чтобы нанести существенный ущерб противнику.

- Мы сейчас с Вами на Запорожье. Здесь есть и Работино – самая жаркая сегодня точка на фронте, где противник продвигается, есть Пятихатки – Жеребянки, где противника пропустили, они даже взяли Пятихатки, но оказались в так называемой «Жеребянковской западне». Как оцениваете ситуацию на Запорожском фронте?

- Ситуация сложная, потери большие с обеих сторон. Фронт удерживается прежде всего силой духа русского солдата. Не хватает многих технических средств - наша задача их восполнить. Я активно работаю с коллегией военно-промышленной комиссии РФ, с профильным вице-премьером Денисом Мантуровым – постоянно с ним на связи. Отсюда я передаю необходимую информацию, рекомендации, а дальше они идут в работу по линии генеральных конструкторов ведущих предприятий ВПК России. По сути, мы обеспечиваем обратную связь с фронтом.

В целом, если до конца сентября ситуация останется такой же, как сейчас, то затем будет пауза, связанная с распутицей, когда противник потеряет свои преимущества. В том числе преимущества в космической группировке, которая в несколько раз больше в силу того, что весь Запад работает на ВСУ. Сойдет на нет преимущество противника в дальнобойной артиллерии, которое пока что у него есть. Я думаю, что мы фронт удержим.

- Бойцы ваших отрядов неоднократно трофеили образцы западного вооружения. Что затем происходит с этими трофеями?

- Бойцам нашего отряда БАРС-11 удалось захватить в серой зоне уникальный трофей -крылатую ракету Storm Shadow. Она была доставлена на одно из наших ведущих ракетных предприятий. С момента захвата трофея я находился в прямом контакте с аппаратом Правительства РФ. Мы действовали строго по поручениям, которые были даны.

Мы вывезли этот трофей, несмотря на то что у нас на хвосте висела украинская ДРГ, которая пыталась его уничтожить вместе с нами. Сейчас ракета разобрана, изучена.

Трофеи, которые мы захватываем, уникальны. Они необходимы, чтобы получить данные по телеметрии, комплектующим, техническим характеристикам этого оружия. Научиться его уничтожать, а что-то – заимствовать.

После Storm Shadow мы захватали несколько крупных ударных беспилотников противника. Один удачно сбили – он упал в трясину того, что осталось от Каховского водохранилища. Бойцы вытягивали его 1,5 километра, совершив адски трудную работу. Все это уже доставлено на профильные предприятия, где конструкторы разбирают трофейную технику и делают важные выводы для нашего оборонного комплекса.

- Бойцы, захватившие Storm Shadow, получили какие-то награды?

- Они представлены к наградам. Надеюсь, что в Москве с этим не затянут.

- Не могу не спросить про дела в космосе: в сознании многих россиян Рогозин и космос неотделимы друг от друга!-) Как вы оцениваете последние события: авария нашего лунохода, удачная, наоборот, миссия индийского лунохода, солнечная станция?

- При мне ничего не падало!-) Я, конечно, переживаю за молодой коллектив инженеров НПО им. Лавочкина: они очень готовились. Пользуясь возможностью, хочу сказать ребятам: «Не отчаивайтесь!» Космос сопряжен с аварийными ситуациями; надо вникать в детали, все тщательно перепроверять по несколько раз – тогда все будет успешно.

Сейчас космос прежде всего необходимым нам как военный: нам нужно расширять группировку ретрансляторов для обеспечения связи. Эти работы были начаты еще при мне – их надо ускорять. Должно быть не 200 спутников, как сейчас, а 2000, 20 тысяч – как у противника.

Нужна группировка оптико-электронной разведки, радиолокационные аппараты. Информация, получаемая со спутников, должна оперативно доходить до войск. Не надо ею любоваться в Москве – надо ею любоваться на фронте, в штабах, обеспечивая наши подразделения точными данными о нахождении противника.

- Мы не воюем с Америкой, но Америка стоит за конфликтом на украинской стороне. При этом российские космонавты и американские астронавты вместе, в одном экипаже. Почему так? Космос вне войны?

- Космос всегда является политикой, самой главной политикой. Когда говорят, что космос вне политики, хочется плюнуть в рожу тем, кто так говорит. Космос всегда был демонстрацией технологических возможностей страны – Советский Союз много раз доказывал это, запуская те миссии, которые каждый раз превышали по сложности предыдущие. Поэтому это и была эпоха героизации.

Сейчас руководству российской космонавтики крайне важно сделать вывод из того, что происходит, отказаться от рутинных программ, сосредоточить те немногие средства, которые есть у российской космонавтики, на создание технических возможностей для нашей армии. Акцент должен быть не на пилотируемой космонавтике - она давно уже стала рутиной.

Я давно предлагал делать другую российскую орбитальную станцию - не для туристов или долгосрочного пребывания на орбите без особого научно-технического «навара», а автоматическую. Она должна быть усеяна гроздями космических аппаратов – радиолокационных, инфракрасных, оптико-электронной разведки. Космонавты должны обеспечивать работу этой станции, ее ремонт: прилетели, сделали свое дело и вернулись.

Все должно быть посвящено исключительно одной задаче – победе в борьбе с более богатым, более мощным врагом.

Я считаю американцев врагами: они столкнули славянские народы друг с другом и сейчас наживаются на войне. И работать с ними, как мы раньше работали, считаю неправильным. Я даже не могу найти объяснения этому для ребят, с которыми нахожусь здесь, на фронте – они этого не понимают! Украина – это разменная монета для Запада, чтобы ослабить нашу страну, разрушить ее. Это война на выживание, поэтому космос крайне важен.

Я рад, что занимался в свое время созданием систем боевого управления стратегических ядерных сил, что возглавлял первые и, подчеркну, успешные испытания межконтинентальной баллистической ракеты «Сармат». У нас есть колоссальные возможности, чтобы ответить любому врагу, у нас есть в руках великий уравнитель –ядерное оружие и средства его доставки. Это не значит, что его надо применять здесь, но оно должно быть всегда в самом боеготовом состоянии.

А ракетные средства доставки могут выполнять роль важного фактора в обеспечении неядерного поражения стратегических объектов, через которые идет подпитка Украины оружием, боеприпасами.

Все эти поездки личного состава, наемников сюда, поездки гостей в Киев – с этим надо заканчивать. Я примерно понимаю, как это можно сделать - думаю, что космос здесь нам очень пригодится.

- На Урале, в Челябинской области родился и вырос Владимир Гудилин – человек, которого называют «генералом звездных войн» - один из создателей системы «Буран». Этот проект в советские годы был заморожен, но сейчас все очень быстро развивается – мы это видим и по этой войне: те же дроны, современные технологии слежения. Война перейдет в космос? Будут страны сбивать спутника друг друга?

- Глобальная война должна была бы начаться именно с войны в космосе, потому что уничтожение орбитальных группировок противника – это casus belli, повод к войне. Поэтому сбивать спутники – нельзя так просто рассуждать на эту тему: это шаг к большой войне, поэтому этого лучше избежать. Избежать наземными средствами поражения, охладить пыл агрессора – это все возможно, все в наших руках.

Ну а Челябе хочу передать большой привет: у меня супруга из Челябинска, куча родственников в Екатеринбурге, мама – с Оренбурга. И здесь, на месте (на фронте) много наших земляков. Поэтому еще раз хочу сказать: мы победим. Опираясь спиной на великий промышленный Урал, Сибирь. Главное – должным образом организовать дело.

Смотрите видеоверсию интервью Дмитрия Рогозина с Запорожского фронта