Об Ольге Берггольц и ее школе
В стихотворении «Дорога на фронт» Ольги Берггольц оживают ее воспоминания о ранней юности в районе Невской заставы:
...Мы шли на фронт по улицам знакомым,
припоминали каждую, как сон:
вот палисад отеческого дома,
здесь жил, шумя, огромный добрый клен.
...Я шла на фронт сквозь детство — той дорогой,
которой в школу бегала давно.
Я шла сквозь юность, сквозь ее тревогу,
сквозь счастие свое — перед войной…
Это одно из многих стихотворений, в которых поэтесса с теплыми чувствами отзывается о своей 117-й трудовой школе. В ее стихах, дневниках, воспоминаниях школа всегда неразрывно связана с дорогим ее сердцу прошлым.
Об этом особом отношении Ольги Берггольц к родным местам на окраине Петрограда-Ленинграда ничего не известно кгиоповской комиссии, которая в официальном заключении о наличии (отсутствии) историко-культурной ценности объекта от 25.02.2025 уверенно заявляет: «Роль 117-й трудовой школы в биографии О.Ф. Берггольц… представляется переоцененной, так как сама О.Ф. Берггольц в своих произведениях, письмах, дневниках и воспоминаниях не отводит этой школе той роли, которая может свидетельствовать о значительном влиянии на ее творчество и становление…»
Еще большую некомпетентность комиссия демонстрирует во втором заключении (от 26.06.2025), когда сообщает ложные сведения о годах обучения: будто бы она училась в 117-й трудовой школе четыре года, с 1922 г. – со ссылкой на документ, полученный из Российского государственного архива литературы и искусства, – удостоверение, выданное Ленинградским губернским отделом народного образования О.Ф. Берггольц, об окончании школы (РГАЛИ. Ф. 2888. Оп. 1. Ед.хр. 1064. Л. 1).
На самом деле, в данном документе четко написано, что в этой школе О.Ф. Берггольц обучалась «с 1921 по 1926 г. и окончила полный курс I-ой и II-ой ступени», т. е. пять лет (см. скан).
Мало того, комиссия скрыла наличие в РГАЛИ еще одного документа – характеристики, выданной 117-ой Советской Трудовой школой О.Ф. Берггольц 28 июня 1926 года (РГАЛИ. Ф. 2888. Оп. 1. Ед.хр. 1065. Л. 1, 1 об.), в которой так же сообщается о пяти годах обучения и говорится: «Будучи девочкой от природы богато одаренной, она много над собой работала, много читала. <…> Наибольшей общественной заслугой гр. Берггольц школа считает организацию и ведение в течение двух лет общешкольной стенной газеты «Вперед», где животрепещущие вопросы и школы и жизни находили себе яркое отражение и правильную оценку. Богатая одаренность гр. Берггольц нашла себе наиболее полное отражение в ее литературных достижениях: и в поэзии, и в прозе, и в беллетристических статьях: здесь всюду сверкают искры подлинного немалого литературно-художественного таланта…»
Такая недобросовестность при работе с источниками говорит о том, что цель умалить историко-культурную ценность здания была поставлена изначально. Как иначе объяснить, что сведения, доступные авторам заключения, были скрыты и искажены?
Свою подпись под обоими заключениям поставил не только С.В. Макаров, в отношении которого, по сообщениям СМИ, возбуждено уголовное дело о превышении должностных полномочий с причинением тяжких последствий, но и известный питерский архитектор Н.И. Явейн.