Лекарства в маршруте доверия.

Что важно знать о зарубежных и российских препаратах, регистрации, доступности и ответственности врача

Иногда запрос на лечение начинается с очень понятного вопроса: «А можно ли найти именно иностранный препарат?»
Пациенты приходят с этим не случайно - кто-то слышал о лекарстве от знакомых, кто-то читал отзывы, а кто-то просто хочет быть уверен, что ему предлагают не “что-то похожее”, а действительно понятный и проверенный вариант лечения.

Важный момент здесь в том, что человеку нужен не только сам препарат, но и ясное объяснение, почему врач предлагает именно этот путь, какие есть варианты и на что опирается решение. Когда это проговаривается спокойно, прозрачно, честно, у пациента становится меньше тревоги и больше понимания, как устроено лечение.

В России есть порядок ввоза и использования незарегистрированных препаратов, и это не история «по желанию клиники». Для части лекарств нужны специальные разрешительные процедуры и правовые основания, а специальные правила ввоза и продажи отдельных зарубежных препаратов действуют в стране и сегодня.

Это важный момент и для пациента, и для врача: решение должно быть законным, прозрачным и понятным всем участникам процесса. Речь здесь идёт о государственной услуге по выдаче разрешения на ввоз конкретной партии незарегистрированного лекарственного средства.

Отдельно здесь есть и вопрос ответственности. Если клиника использует препарат вне установленных правил, последствия могут быть серьёзными и для учреждения, и для врача. Поэтому уважающая себя больница не будет действовать «на свой страх и риск» - не потому, что ей всё равно, а потому, что на кону и безопасность пациента, и профессиональная ответственность.

При этом говорить о российских препаратах тоже важно просто и без лишнего напряжения. В 2025 году российские препараты заняли 79% рынка онкологических лекарств в натуральном выражении и 45,4% - в денежном; в России применяется более 170 международных непатентованных наименований лекарственных средств (МНН) для лечения онкологических заболеваний и сопутствующей терапии.
По данным Минпромторга, к концу первого квартала 2026 года более 75% таких препаратов могли производиться в стране на стадии готовой лекарственной формы и выше, отечественные компании выпускали препараты по 140 МНН, а полный цикл, включая синтез субстанций, был освоен для 83 МНН.
Иными словами, в России есть большая база своих препаратов, и во многих случаях врач может подобрать понятную и рабочую схему лечения без лишней тревоги для пациента.

И всё же бывают ситуации, когда нужный препарат не зарегистрирован, недоступен или схема лечения выходит за рамки стандартного маршрута. Тогда врач вместе с пациентом смотрит другие варианты: допустимую альтернативу, другой препарат, пересмотр тактики или, если это действительно необходимо, лечение за рубежом.

Для меня этот выпуск - про очень важную вещь: лечение становится спокойнее и понятнее, когда человек понимает, что именно ему назначают, почему это назначают и какие у него есть законные варианты. И когда разговор о лекарствах возвращается из области слухов и тревоги в область фактов, рекомендаций и ответственности.