Сконская война 1675-1679 гг. Часть II.
Окончание.
Начало: https://vk.com/@3901879-skonskaya-voina-chast-i
Датскому королю было немного обидно: побеждая на море, его вооруженные силы терпели поражение на суше. Поэтому, в начале 1677 года, погрузившись на галеры, пополнение в личном составе направилось к датской армии, действовавшей на территориях, близких к Сконе.
Не дремал и Серый Плащ, но в открытое противостояние с датчанами вступать не решался. Почему? Да потому что в отличие от своего сына, которого мы знаем как Карла XII, человеком был осмотрительным и не особо любил лезть туда, куда пока что бы и не надо.
Даны же, быть может, от смертной обиды решили осадить город Мальме, поскольку тот служил серьезным опорным пунктом для шведской королевской армии. Кроме того, напоминаю, что от Мальмё до Копенгагена всего 18 километров, а город-то портовый и, потому, в перспективе может «случиться» шведский десант на датском побережье.
Приводя для блокады свои флот и армию (июнь 1677 года), датский монарх рассчитывал на активную помощь осажденных горожан, поскольку немалая часть из них по тем или иным причинам, чаще «шкурным», была связана с Данией, хотя и являлась по национальности шведами.
Надежда не оправдалась. Подавляющее большинство мальмчан (или как правильно? мальмушцев? мальминцев? По-русски забавно звучит!) вступило в ряды ополчения и стало наравне с солдатами шведской регулярной армии оборонять город. Притом солдат регулярной армии там было не так уж и много: всего около полутора тысяч человек, а остальные 4000 были вооруженными горожанами, и руководил всем этим Фабиан фон Ферзен. В то время как датчан было свыше 10 000 и командовал ими сам король Кристиан V.
По личности главшведа в Мальмё следует сказать, что воробей был стреляный: успел и в Тридцатилетней войне поучаствовать, и поляков жизни поучить, и даже в предыдущую датско-шведскую войну чуть было Копенгаген не взял. Так что фельдмаршальские «лычки» носил не зря и в деле толк знал. Хоть и был по первому образованию юристом...
Так вот, по правилам европейского военного этикета к фон Ферзену, естественно, направили парламентеров, мол, дружище, не валяй дурака, ну ты ж сам понимаешь: на море корабли – наши, и на суше, за стенами, солдаты тоже наши. Однако, старый служака (а на момент событий ему был 51 год) ответил что-то вроде «Я ваш Копенгаген на алебарде вертел, а у вашего Кристиана кинжальчик на наш Стокгольм маловат! И вообще: Сконенаш!!!»
Что ж, формальности соблюдены, осадная артиллерия подвезена, солдаты датского монарха бодры и веселы… Пора работать! 26 июня 1677 года осаждавшие пошли на штурм. Притом очень грамотно действовали: их артиллерия работала до тех пор, пока войско шло с нескольких направлений к стенам. Не смотря на храбрость защитников, которые даже под огнем тяжелых пушек пытались не допускать данов на стены, убивая пытавшихся взобраться, войска Кристиана все же смогли преодолеть широкий ров, накидав понтоны, оказаться в пределах города.
Однако, случилась неприятность: поднявшийся сильный ветер «разорвал» скрепленные понтоны, тем самым отрезав ворвавшихся в Мальмё датских солдат от основной армии. Увидев сие, свеи настолько воодушевились, что перебили всех своих врагов во главе с датским генералом фон Бибовым, который командовал штурмом лично поведя своих людей за собой… А что поделать? Так уж получилось, что в те годы даже короли могли гибнуть на поле боя! Штурм провалился. Таким образом, потери составили до 1000 человек у шведов, и до 4 000 у датчан. Сам главшед фон Ферзен, получив серьезное ранение, через месяц отдаст Богу душу.
У каждого адекватного человека в этой связи может возникнуть вполне правомерный вопрос: а что же датский флот? Почему он никак не участвовал в этом мероприятии? Всё просто: король Кристиан получил сведения, что со стороны моря сюда вот-вот могут подойти шведы, поэтому приказал своим морякам «быть наготове», таким образом, не решившись задействовать корабельные силы. Посему, после провала штурма, датская армия отошла к городу Ландскруна, возможно, надеясь там собраться с силами и двинуться дальше. Однако, в десятке километров от этого местечка, встретив 14 июля 1677 года основную шведскую армию под командованием Карла XI, и потеряв до 3000 человек, Кристиан надолго заперся в занятой твердыне, поскольку стало ясно: на суше добра ждать не придется!
Это на сухопутном театре. На море же повторилось то, что уже случалось у шведов ранее: на должность командующего флотом назначили человека, который в морском деле смыслил чуть меньше, чем ничего. Хенрик Горн хорошо рубил с коня, не чурался адских рукопашных схваток, мог даже толковать те или иные нормы права, но навигация и лоции были явно не его епархией.
Впрочем, возможно, ваш покорный слуга напрасно грешит на офицера сухопутных войск, ибо ещё в мае, т.е. за пару месяцев до события, о котором я бы хотел ниже вам рассказать, соединение датского военно-морского флота, под командованием Нильса Юэля (13 боевых кораблей), в сражении при Лолланне, смогло разгромить шведскую эскадру под командованием адмирала Эрика Шёблада (12 кораблей).
Казалось бы, Шёблад – профессиональный моряк, с юности своей грыз морские сухари, и под его началом было, на первый взгляд, равное противнику количество боевых единиц… Это только на первый взгляд. На самом же деле шведы существенно уступали своему противнику в артиллерии (качество, количество, калибр, порох, профессионализм), а многие суда ранее использовались исключительно для нужд торгового флота. Поэтому, почти 500 датских орудий «разделали их под орех», притом пленив командующего, которого, к слову, уже в августе 1677-го выгодно обменяют.
Кстати, именно Шёблад в последствии станет разработчиком налета на Архангельск в 1701 году, и это именно его сын, Карл Георг, столкнется с российским флотом у Гренгама в 1720-м.
Так вот, решили свеи отыграться, собрав эскадру из 30 боевых и около 15 вспомогательных кораблей, которыми командовал Хенрик Горн. Кроме того, им нужно было из Померании перебрасывать к Сконе подкрепления, а при господстве противника на море подобное было сделать нереально.
В противовес этой силе, датчане «поставили» примерно равное количество судов (35 боевых и 7 вспомогательных под командованием уже упоминаемого Юэля) в стой лишь разницей, что в их экипажах был некомплект, но моряки отличались хорошей выучкой и мотивацией.
Таким образом, 01 июля 1677 года обе эскадры встретились у бухты Кёге. Подробности сражения человеку, не имеющему отношения к парусному флоту, излагать достаточно сложно. Однако, можно сказать прямо, что причиной поражения шведов стало, в первую очередь, некомпетентность командующего, поскольку их противник, адмирал Юэль, уверенно использовал свой морской опыт и знания, фактически поставив врага в тупик. Им учитывалось все: от скорости и направления ветра, до гидрографических особенностей, простите, местности.
Грамотное владение матчастью может делать чудеса. Даже когда у тебя корабли недоукоплектованы, и пушек на 200-300 единиц меньше. Датчане не потеряли ни одного корабля, в то время как шведские потери составляли 8 линейных кораблей, т.е. не вспомогательных, а именно боевых! К слову, датчане заявили в итоге о том, что уничтожили не меньше 15 шведских боевых кораблей и чуть ли ни столько же вспомогательных. Кому же здесь верить?
В общем, дальше ситуация складывалась таким образом, что ни у шведов, ни у датчан не было сил друг с другом тягаться. Боевые действия на море уже не отличались активностью, поскольку в 1678 году, мирно спящий шведский флот был «закупорен» датчанами на своей военно-морской базе в Кальмаре (затопили парочку своих судов на фарватере). Датчанами же, осенью того же года, была взята крепость Штральзунд (на балтийском побережье современной ФРГ). Возможно, что на суше у данов дела могли бы пойти лучше, поскольку датская армия пользовалась поддержкой среди простого населения в самом Сконе. Настолько, что шведам приходилось применять к жителям этой провинции достаточно серьезные меры: если ты крестьянин и попался «на большой дороге» с ружьем, то никто точно не поверит что
«…Раз пошел я на охоту белок пострелять,
Час стреляю, два стреляю - белок не видать!
Заглянул я под кусточек – что ж я вижу там….»
В общем, будет тебе от шведов за участие в бандформировании (т.е. «снаппхане») полный «пам-па-ри-ру-рам». И это хорошо, если только тебя самого, а могут же и дом, и жену, и детишек туда же!
Быть может, именно по этой причине король Кристиан обратился к своим сторонникам в Сконе, сказав что-то вроде: «оставьте эту войну солдатам», или как-то так. Посему, сконские партизаны получали самую что ни на есть минимальную поддержку от Копенгагена. Возможно, такой шаг со стороны датского короля был связан с тем, что в его планах было идти вглубь территории Швеции, и столкнуться с подобным, но уже против своей армии, он явно не хотел. Ну, а быть может, речь шла в недостаточном количестве средств. Кто уже разберется в этом?
Таким образом, 26 сентября 1679 года между Копенгагеном и Стокгольмом, в городе Лунде, был заключен мирный договор, согласно которому провинция Сконе оставалась за шведами, но Борнхольм и Тронхейм за датчанами. Собственно, глобальных территориальных приобретений ни одна из сторон не получила, оставшись в тех же правах, какие имела перед началом войны.
Косвенно данный конфликт в Европе касался и России, поскольку Дания на Балтике являлась нашим союзником и в понимании московских государственных деятелей могла служить неким противовесом свейской силе.
Что ещё тут сказать? Ни для кого не было секретом, что шведский флот показал себя с наихудшей стороны, и королем Карлом XI было инициировано расследование по выявленным фактам. Притом, помимо анализа тактики и стратегии, а также технической стороны, проводился подробный опрос военных моряков (и матросов, и офицеров), принимавших участие в сражениях. Конечно, не всех, брали отдельных лиц, и уже на основании их рапортов составлялась общая картина. То, что флотом командовать должны компетентные люди – это понятно. Ни Стенбок, ни Крейц, ни Горн военно-морских училищ не заканчивали, и даже опыта службы в качестве юнги не имели, а, потому, действовали не совсем адекватно сложившимся обстоятельствам. Однако, это ведомство имело плохие орудия, ужасные пороховые смеси, плачевное состояние корабельного состава, и никакую выучку у экипажей… Это-то откуда? Ответ вскоре нашелся: Магнус Габриэль Делагарди, воспитатель короля, и один из первых деятелей в государстве. Список фамилий, помимо Делагарди, был огромен, но Карл XI решил быть мудрей: из высших чиновников судили только «дядю Магнуса», приговорив в итоге его к смертной казни, которую король, используя своё право на помилование, заменил обязанностью возмещения средств, украденных у казны.
Помимо этого, монаршая воля простерлась и на солдат/матросов, воевавших за интересы Швеции, поскольку этот государь, хотя и был человеком грубоватым, но для своих подданных являлся поистине «отцом родным» (если интересует, то здесь про него более подробно: https://vk.com/@3901879-korolevskie-dinastii-shvecii).
Во-первых, все ветераны и инвалиды воинской службы получили компенсацию за ранения и увечья;
Во-вторых, была проведена военная реформа, получившая название «Индельта», давшая военнослужащим меры социального обеспечения в качестве мотивации для призыва в ряды вооруженных сил.
С уважением ко всем прочитавшим,
Хандога Дмитрий
ttps://vk.com/catx2 (наш авторский паблик. заходите, рады всем!)
https://vk.com/kaiserundallah (наши партнеры)