Андюсев Б.Е. Герой или жертва: трагедия «маленького» человека в жерновах гражданской войны…

// Биографическое исследование — Колеватов Иннокентий Федорович /

….….….……….…… (Историк Марк Блок: «Нет проблемы — нет истории»)

Памятное… Герой Минусинска ….

Город Минусинск, центр некогда самого густонаселенного уезда бывшей Енисейской губернии славится бережным отношением к памятникам истории и культуры. Общеизвестно трепетное и даже некое священное отношение горожан к имени и подвижнической деятельности Н. Мартьянова. В последние годы возрождаются страницы, связанные с местными купцами, меценатами и благотворителями, с именитыми людьми города и губернии. По-прежнему, как и в советское время не менее значимыми для города остаются события гражданской войны. Здесь почитают все, что связано с партизанской тематикой, с пребыванием в городе крестьянской партизанской армии П.Е. Щетинкина и А.Д. Кравченко. С советских времен не забыты и рядовые участники и жертвы революции и гражданской войны. В ряду легендарных личностей стоит и имя Иннокентия Федоровича Колеватова.

На Минусинском городском кладбище имеется обустроенное захоронение с Памятником, посещаемое горожанами и заезжими туристами. В 1920 - 30-х гг. могила И.Колеватова была местом постоянных из года в год проведения траурных и праздничных мероприятий общественности, коммунистов, комсомольцев, пионеров школ г. Минусинска. Ныне данный факт зафиксирован в перечне охраняемых исторических памятников на территории Красноярского края и республики Хакассия: «Город Минусинск. Городское кладбище. Могила первого комсомольца города, командира отряда Красной Гвардии И. Колеватова, расстрелянного колчаковцами в 1919 году»1. Надпись на памятнике гласит; «Колеватов Иннокентий Федорович. 18 4/10 95 – 19 29/6 19. Член Союза трудящейся молодежи, член РКП(б) с 1917 г. Погиб в бою с казаками». Бывшая улица Веселая названа улицей Иннокентия Колеватова. На Памятной доске, установленной на доме №26 можно увидеть следующую надпись: «Улица Колеватова (бывшая Веселая) названа в память об активисте «Союза трудящейся молодежи», командире отряда Красной гвардии Иннокентии Колеватове (1894 – 1918 гг.). Иннокентий Колеватов погиб при защите Минусинска от белогвардейцев в июне 1918 г.» Однако, на наших снимках даже таблички с названием улицы неоднозначны. На одной имени Колеватого, на другой – Колеватова. Кто он? Колеватый или Колеватов?

Проблемы или предмет исследования:

Как мы видим, даже первичная информация противоречива по всем позициям (написание фамилии, личные заслуги, партийность, должность, причины гибели и пр.). Итак, сопоставим официальные данные об И.Ф. Колеватове: «Первый комсомолец города. Командир отряда Красной Гвардии. Расстрелян колчаковцами в 1919 г.»; «Член Союза трудящейся молодежи, член РКП(б) с 1917 г. Погиб в бою с казаками»; «Активист «Союза трудящейся молодежи». Командир отряда Красной гвардии. Погиб при защите Минусинска от белогвардейцев в июне 1918 г.» Годы жизни: «4.10.1895 – 2.06.1919 гг.» или «1894 – 1918 гг.». Даже фамилия противоречива: Колеватый или Колеватов? Как видим, вопросов больше, чем ответов:

Кто Вы, Колеватов Иннокентий Федорович ...

Итак понятно, с позиции советской идеологии И.Ф. Колеватов – герой гражданской войны, павший от рук врагов Советской власти и поэтому заслуживший некий перечень памятных мероприятий для увековечения. Подобных примеров не счесть в каждом городе или крупном селении… Идеологические стереотипы советского времени 1920-х и более поздних годов, видимо, не требовали особого разбирательства в установлении истины.

Биографическое исследование:

Попробуем рассмотреть данные события с позиции анализа участия реальной личности в событиях лета 1918 года в контексте подходов локальной истории, микроистории, истории повседневности, устной истории, на основе архивных документов.

В Краевом государственном архиве (в бывшем ЦХИДНИ) хранится дело, которое позволит нам рассмотреть события данного периода сквозь призму судьбы «маленького человека». Это дело, до нас просмотрели около десятка исследователей, но с позиций глобальной, социально-политичексой истории, с позиций «макроистории», оно не вызвало интереса, документы не были введены в научный оборот. Условно мы можем назвать это дело как «Герой или жертва революциии гражданской войны: трагедия маленького человека».

В архивной формулировке это «Анкета о погибших борцах пролетарской революции в 1917 -1921 гг. на фронтах Енисейской губернии. Личное дело Колеватова Иннокентия Федоровича» (ААКК. – Ф.64., Оп.2. Д.77. Л.1-10.). Дело оформлено в 1921 г., включает 10 листов различных документов. Достаточно любопытны были для нас в контексте сбора данных, в том числе и устных записей, примечания и рекомендации собирающему сведения. Здесь сказано дословно: «Товарищи, при заполнении этой анкеты, проявите крайнюю осторожность, не сообщайте чего нибудь неверного, будьте точны и определенны. Все, в чем Вы не уверенны, оговаривайте: хорошо не помню, или не знаю, данные не проверены и проч.». Как видим, устные и личные материалы вполне могут быть достоверны при условии критического отношения к сведениям и подтверждения их соответствующими документами. И далее идет «Пояснение: Под погибшими борцами пролетарской революции следует понимать не только борцов, погибших от рук белобандитов на военных фронтах, но и на фронтах хозяйственных, продовольственных, партийных и проч. … как строителей Власти Советов».

Первый документ представлен в виде Анкеты на погибшего в июне 1918 г. во время свержения т.н. «первой Советской власти», жителя г. Минусинска Енисейской губернии. Анкета составлена на основании устного опроса сестры погибшего Колеватовой Антонины Федоровны, воспитательницы УОНО г. Минусинска за ее личной подписью (Л.1-4). Проходное свидетельство № 1239 о демобилизации (Л.5.), Учетная карточка № 10 Военного отдела Минусинского совета от 17 (дня) 1918 года (Л.6.), письмо Колеватова И.Ф. из армии, датированное 14 апреля 1917 года (Л. 7-10).

Из личного дела мы узнаем, что Колеватов Иннокентий Федорович родился 4 октября 1895 г. в г. Иркутске и умер возрасте 23 лет в г. Минусинске. В краткой характеристике говорится, что «Иннокентий Колеватов сын крестьянина Вятской губернии. Родился в г. Иркутске, где и начал свое учение. В 1905 году родители его должны были переехать т.к. их преследовали жандармы в г. Барнаул Алтайской губернии. Прожив в названном городе 4 года и дав окончить своему сыну городское училище они переехали в г. Минусинск Енисейской губернии». Таким образом, в Минусинске семья Колеватовых проживала с 1909 года.

Крайне интересно представлено в анкете социальное положение в динамике оценок начала 1920-х годов: крестьянин, военный, пролетарий. Семейное положение «холост, членов семьи: мать 62 г. и три сестры младшей 16 лет». Далее о партийности: «До февральской революции: безпартийный, с февральской революции до октябрьской: безпартийный, После октябрьской революции – (так же), ко времени смерти: в партии большевиков». Какую и где выполнял партийную работу? «В 1918 году служил в г. Минусинске, в Совете, в отделе Народного Образования». Не стоит забывать, что в 1918 году он был в числе большевиков, т.к. (как в анкете) «выполнял партийную работу – служил в отделе Народного Образования». Служит мелким чиновником новой власти он не в военном ведомсте (вполне мог бы согласно армейскому «послужному списку»), но в сфере образования и вполне, как свидетельствует сестра, вседствие того, что на его иждивении находилось 4 человека.

На вопрос когда погиб И.Ф. Колеватов, сказано: «5 го /по старому стилю/ июля 1918». При каких обстоятельствах погиб: «Убит из-за угла». «Пояснение: Иннокентий Колеватов ранен 7 июня 1918 года в г. Минусинске, умер 5 июля /по старому стилю/. В 1918 году 7 июня было свержение сов. власти. Упомянутый товарищ служил в Минусинске в отделе Народного Образования. Накануне события все советские работники должны были выйти на охрану города Минусинска, не зная, что Сибирь занята Колчаком.2 Простояв целую ночь на посту, рано утром часов в 6-ть их сменили другие товарищи. Возвратившись домой тов. КОЛЕВАТОВ лег спать, но сказал родным, что если будет перестрелка, то его разбудить. Не прошло и одного часа времени, как послышались выстрелы и затрещали пулеметы. Сестра убитого стала будить его. Моментально встал и наскоро одев шинель, взяв оружие побежал на пост. По дороге встретил товарища секретаря совета НЕПОМНЯЩЕГО и вместе отправились на пост. Подходя ближе к месту где была охрана, на углу улицы они увидели толпу народа из которой один гражданин стал стрелять в них, они отстреливались но одна из пуль попала в тов. КОЛЕВАТОВА и ранила его в живот и перерезала ему кишки. Добежав до места он упал без чувств. Ему перевязали рану и отправили в свой лазарет, где он лежал почти целый месяц и умер. Так окончилась жизнь тов. КОЛЕВАТОВА. Оружие было отдано родным /нам/, хранилось оно все время, пока не пришли партизанские отряды. Похоронен в Минусинске на местном кладбище».

Действительно, Колеватов И.Ф., судя по всему, не был в числе видных чиновников нового строя, не успел принять активного участия в гражданской войне. Умер фактически в ее преддверии, умер достаточно банально, более как случайная жертва революционного противостояния. Даже смерть была признана в анкете как «из-за угла», во время перестрелки с неизвестным «из толпы». Однако, ряд выражений позволяет говорить о стремлении пишущих пафосно по-революционному представить нашего героя/жертву как истинного защитника нового Советского строя. «Если будет перестрелка, то … разбудить», Сибирь «занята Колчаком», но он охранял Минусинск, моментально встал и наскоро одев шинель, взял оружие…», только добежав до поста, он упал без чувств, даже «оружие … передано партизанам».

Казалось бы все понятно с нашим героем/жертвой революции, но… Есть в личном деле письмо, которое более пристально заставляет нас отнестись к этому человеку не только как типичному представителю своей эпохи, но личности неординарной, мыслящей и трагичной в своей наивости по отношению к революционным событиям в России. Документы свидетельствуют, что Иннокентий Колеватов в 1916 году был мобилизован в армию. Военная служба начиналась в «Иркутской школе прапорчиков», далее он был направлен служить в 32-й Кременчугский пехотный полк младшим офицером. «Сначала был в учебной команде ротным, потом офицером, началась революция тов. КОЛЕВАТОВ был избран командиром». Именно к периоду между двумя революциями относится письмо Иннокентия Федоровича. Адресовано оно родителям, датировано 14 апреля 1917 года и подписано как «прапорчик Колеватов».

Само письмо не содержит никаких сведений о бытовых обыденных проблемах, здесь не традиционных рассказов о житье-бытье, нет даже вопросов о самочувствии и жизни родителей. Обращение к родителям несвойственно для своего времени: «Здравствуйте папа и мама». Письмо целиком посвящено видению молодого прапорщика событий 1917 года. В нем молодой человек искренне рад революции, неоднократно фигурирует слово «Свобода», которое у него везде с большой буквы. «Все сейчас радуются, что получили Свободу…».

Мы видим здесь даже некое собственное видение нашего героя не только перспектив революции, но и условий движения к будущему устройству жизни. «Работайте, работайте и работайте./ Армия будет отстаивать Свободу на фронте, а тыл внутри наводить новые порядки. Тыл должен влить в души людей крупинки знания./ Когда мы отразим врага когда наступит желанный мир, тогда все мы приступим к переустройству России, а сейчас не нужно слишком спешить с нововведениями. Нужно как можно чаще устраивать чтения и беседы с крестьянами и людьми мало развитыми объясняя им непонятное в слове «Свободы». Я уверен, что большинство еще не могут понять эти слова и бродят в потьмах. Нужно подготовлять население к новым порядкам и знакомить с существующими в соседних свободных государствах. Нужно помочь крестьянам в посеве хлеба и его уборке ибо без хлеба армия сражаться не может. Рабочим нужно идти к станкам и браться за работу, а не праздновать, так как сейчас каждая минута дорога. Нужно пользуясь моментом ковать себе сщастье…». «Нужно сначала все свое внимание обратить на фронт и постараться дать отпор врагу внешнему…».

Видно, что автор письма в противоречивом недоумении в оценках политической анархии весны/лета 1917 года. Он выделяет интересы различных групп.: «Каждый тянет в свою сторону и каждая партия отстаивает свои взгляды. Армия ратует за продолжение войны до победного конца ибо без победы нет Свободы. Рабочие за скорейшее окончание войны, а крестьяне надеются на наделение их сию же минуту землей помещиков».

Здесь Иннокентий Федорович с болью переживает за судьбу новой демократической России: «Что будет, если мы будем тянуть все в разные стороны. Может наступит полнейшая анархия и тогда все наши мечты о свободе, равенстве и братстве пойдут на смарку. Сейчас нужно единение всех русских граждан, сейчас нужна работа каждого человека, а не споры и ругань».

Автор письма лишь один раз кратко пишет о тех, кто приспосабливается к революции: «…желают как бы поскорей, пользуясь суматохой устроиться получше». Но для молодого офицера, прапорщика, понятно, что более опасны для общего порядка солдаты, которые «бросают оружие и бегут домой слыша вести что скоро будут делить помещичьи земли». Для него, сибиряка, потомка вятских государственных крестьян, помещичья земля весьма индифферентна, но она один из символов порядка. Его более возмущает ситуация в армии. Об этом он пишет с нескрываемой болью: «Солдаты смещают самовольно … своих руководителей и остаются без начальников. Такое явление на фронте сильно вредит нашему общему благу». И это в то время, когда «враг каждую минуту готов бросить на нас свои легионы».

Но более всего нас поразили высказанные достаточно четко, даже без названия тех политических сил и партий, которые явно представлены в качестве внутренних врагов революции. Здесь Иннокентий Колеватов непримирим, обращаясь к ним: «Вы своими спорами вносите разлад в ряды войск. / Провокаторы пользуются случаем и смелей обращаются к толпе….». А далее, он даже беспощаден по-революционному в своих требованиях: «Нужно все усилия приложить к изъятию из нашей среды провокаторов, которым не место среди граждан Свободной России. / Такие темные личности вносят лишь в наши ряды раздор и смуты». Не в этих ли идущих снизу мотивах по выявлению внутренних врагов зародились истоки красного/белого террора?

Но зададим себе вопросы: «Кто выступает в глазах автора письма в роли провокаторов? Кто будоражит в апреле-мае 1917 года массы? Кто сеет раздоры, но не сплачивает, а разъединяет граждан Россию? Кто стремиться развалить армию? Комментарии, как говорится, излишни… Партия Российских социал-демократов (большевиков). Во всяком случае, наш герой/жертва революции далек от большевиков, даже их противник в этот период. Он – подлинный государственник, патриот, либерал и сторонник «новых порядков». Но, как многие и многие современники, романтик революции, абстрактно воспринимавший идеи свободы и равенства, он бескорыстен в своих симпатиях и антипатиях. В заключительных строках письма юный прапорщик пишет: «Нужно смело идти вперед с высоко поднятым стягом Свободы и в случае даже лечь костьми за нее».

Однако, в отличие от многих проницательных сограждан, он не только сторонне оценивает ситуацию, но старается положительно влиять на нее. Он, судя по документам, избран солдатами за свои демократические убеждения командиром роты. Но из письма видно, что явно вступает в противоречие с позицией основной массы солдат по вопросам о войне и мире, о земле, о порядке и анархии. Даже гибель нашего героя, явно «нетипичная» для образа активного борца за Советскую власть, показывает финал эволюции молодого человека от революционного романтизма к жестокому выбору своего места в братоубийственной войне.

Нам было важно восстановить разночтения в биографических данных на карте памятных мест и личностей г. Минусинска, но исследования позволили нм восстановить не только историю жизни, но попытаться понять внутренний мир, определить роль личности И. Колеватова в событиях революции и начала гражданской войны. Как видно, в данном исследовании мы работаем с традиционными письменными памятниками. Но они необычны. В центре их эго-документы – биография, оценочные анкеты, свидетельства близких и письма. Именно они в системе позволяют понять человека и его поступки в конкретной ситуации, то, что отличает его повседневность – от жизни и поведения других, находящихся в тех же обстоятельствах. Пользуясь психологическим приемом вчувствования (эмпатии), как историк повседневности мы представляем свою интерпретацию чужих мыслей и слов, свой «перевод» с эмоционального языка, тех, кто находится от нас «на расстоянии» 90 лет.

Сегодня в исторической науке возрастает интерес к малой и местной, локальной во времени и пространстве истории. Это является своеобразной реакцией на слишком общие исторические построения, господствующие в течение многих десятилетий. Всѐ большую популярность приобретает антропологический подход к истории, предполагающий «максимальное наполнение ее «человеческим содержанием». Научный поиск всѐ более поворачивается от «обстоятельств к человеку»: речь идет о переносе центра тяжести с исследования событий на исследование человека в этих «событиях» и «структурах». Можно выделить такие направления, как локальную историю, историю повседневности, историческую антропологию, микроисторию. Как особые направления выделяют также культурную антропологию, социальную антропологию, религиозную антропологию, политическую антропологию и т.д. Все эти направления объединяются тем, что в центре их внимания ― человек как производная и как источник исторического процесса. Появилась потребность вернуть истории «человеческое измерение», оценить возможности проявления человеческой воли среди структур «объективности» и, прежде всего, экономических и политических факторов. Историк должен попытаться проникнуть в механизм мышления деятелей прошедших эпох, выяснить мотивацию их поведения, вытекающую из присущего данной эпохе способа мировосприятия. Наиболее ценным оказывается выявить бессознательные характеристики сознания, определяемые как ментальность. В центре внимания истории повседневности – «реальность, которая интерпретируется людьми и имеет значимость в качестве обыденного и цельного мира, в котором они проживают и взаимодействуют». В контексте общих подходов к уровням исторической науки, по отношению к общей социально-политической истории, локальная история и история повседневности есть выраженная малая история или микроистория. Микроистория — направление, сторонники которого исследуют историю повседневности через всестороннее воссоздание жизни одного из «незнаменитых», и в то же время в чем-то нетривиальных представителей того или иного социального слоя.

Во-первых, стали очевидны тупиковые пределы «тотальной истории» за которыми терялся человек как субъект истории. Поэтому, ученые стали сосредотачиваться на максимально полном изучении индивидуального объекта и контекста, в котором он существовал, чтобы показать облик эпохи через этот единичный пример. Значимость микро-исторического подхода в исследовании повседневности определяется поэтому, во-первых, тем, что он позволил принять во внимание множество частных судеб. История повседневности стала поэтому реконструкцией «жизни незамечательных людей», которая не менее важна исследователю прошлого, чем жизнь людей «замечательных». Во-вторых, значимость микроистории для повседневности состоит в апробации методик изучения несостоявшихся возможностей. В-третьих, описываемый подход определил новое место источников личного происхождения, помогая пониманию степени свободы индивида в заданных историко-политических, хронологических, этнокультурных и иных обстоятельствах. В-четвертых, именно микроисторики поставили задачей своего исследования исследование вопроса о способах жизни и экстремального выживания в условиях войн, революций, террора, голода. Микроисторики, изучаюшие повседневность XX столетия, озаботились анализом скорее переходных и переломных эпох, нежели периодов стабильности и стагнации.

Главное отличие между традиционными исследованиями быта и изучением повседневности историками лежит в понимании значимости событийного, подвижного, изменчивого времени, случайных явлений, влиявших на частную жизнь и менявших ее. Здесь историк «повседневности», «микроистории», анализирует эмоциональные поведенческие реакции, чувства, интересы людей в связи с тем, что его в быту окружает. Он ищет ответ на вопрос, как случайное становится вначале «исключительным нормальным», а затем и распространенным. В центре внимания историка повседневности не просто традиционные проблемы, но их осмысление в условиях инновационных трансформаций и место «рядовой» личности и его субъективное отношение к этим процессам. Исследовательский процесс изучения повседневности предполагает объединение отдельных микроэлементов в систему с результатами макроисторий. Видный историк нового направления Ю.Л. Бессмертный, неоднократно подчеркивал, что микро- и макроподходы находятся в состоянии нераздельности, но и неслиянности. Микроистория, история повседневности в ее локальном измерении позволяет увидеть то, чем глобальная история не интересуется; обращает внимание на «нормальные исключения», а не только на типичное; ведет к многомерности видения исторических процессов.

Кто он, Иннокентий Колеватов: «революционный оборонец», «демократ», «контрреволюционер», «колеблющийся», «политически незрелый»? Он «представитель реакционного офицерского корпуса»? Он герой революции, как и сотни тысяч других активных участников? Он - жертва революции, закономерно погибший на пороге гражданской войны летом 1918 года, как грани окончательного выбора своего места в братоубийственной войне? К какой группе его следует отнести? Нам важно, что в частном письме родителям так глубоко и нестандартно раскрылся умный, пытливый и деятельный человек в своих размышлениях и сомнениях. Важно то, что он пишет своим родителям как единомышленникам, уверенный, что его поймут и помогут разрешить вопросы.

Вопросов много, ответы на них мог дать только сам Иннокентий Федорович Колеватов, сибиряк-иркутянин, минусинец, 23-х лет от роду принявший смерть не столько может быть за свои идеи, сколько попав в общие жернова истории Смутного времени. Поэтому так важны для нас восстановление истины в попытке заглянуть в сознание рядового, незаметного и забытого рядового субъекта грандиозных событий 1917 года.

Итоги исследования и выводы:

Таким образом, нами рссмотрены с позиции анализа участия реальной личности И. Колеватова в событиях апреля 1917 - июля 1918 гг., событиях революции и начального этапа гражданской войны на основе тех же архивных документов, но в контексте подходов локальной истории, микроистории, истории повседневности, устной истории.

В предварительной постановке нами были заданы такие вопросы: Так, кем же Вы все таки были, Иннокентий Федорович Колеватов, первым комсомольцем Минусинска и членом Союза трудящейся молодежи или членом РКП(б) с 1917 г.? Вы были командиром отряда Красной гвардии и погибли в при защите Минусинска от белогвардейцев в июне 1918 г., или Вы погибли в бою с казаками летом 1919 г. или расстреляны белогвардейцами А.Колчака?

В процессе нашей работы мы определили годы жизни, факты биографии, установили членство в РКП(б), службу в отделе Народного Образования города Минусинска, гибель от руки неизвестного из антисоветски настроенной толпы. Конечно, мы встали перед дилеммой, войти ли нам с ходатайством об изменении текстов на мемориальных досках и памятнике на могиле нашего героя, или оставить все по-прежнему в качестве свидетельства «героизации» личности по идеологическим соображениям? Однако, мы поняли, что, к сожалению, любая борьба с мифами в истории, часто оборачивается против человека, против Памяти о нем как герое эпохи. И в данной постановке для нас Иннокентий Федорович Колеватов стал близким человеком, романтиком со светлой, чистой и бескорыстной душой, Героем своего времени…

Итак, Колеватов И.Ф.,рожд. 4 октября 1895 г., прапорщик Первой мировой войны, избран солдатами в 1917 г. командиром роты, работник отдела Народного образования г.Минусинска, ранен 7 июля 1918 г. в ходе свержения Первой Советской власти и умер в лазарете 5 июля 1918 года. Участник, Герой и Жертва братоубийственной Граждан ской войны в Енисейской Сибири ….