ПАМЯТНОЕ в День археолога - НАЩОКИН НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ, Учитель, Сахем
Сегодня в День археолога ПАМЯТНОЕ: НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ НАЩОКИН, наш САХЕМ, преподаватель учебных дисциплин «Основы археологии» и «Историческое краеведение», руководитель учебной археологической практики.. Учитель, который ввел нас в «прикладную, практическую Историю», в которой мы один на один вступали в прямую коммуникацию с Артефактом, подлинным предметом из глубины даже не веков, но тысячелетий.. С нашим Учителем мы впервые испытали чувство единения с древними предками, руками которых изготовлены каменные орудия, единения от следов пальцев древних гончаров на фрагментах сосудов… Именно на лекциях и семинарах Николая Владимировича мы, вчерашние абитуриенты осенью-зимой-весной 1970/71-го учебного года впервые ощутили величие «веков» первобытного миллиона лет. Вдвойне нам повезло в том, что Историю древнего мира, Археологию древнего мира нас учили в «межпредметной» и тематической «связке» уникальная и несравненная Людмила Венедиктовна Болтинская и не менее для нас значимый Николай Владимирович Нащокин. Век впервые для нас вышел за рамки столетия и растянулся на сотни тысячелетий древнекаменного палеолита, десятки – мезолита, многие – неолита, на «тясячеление» века энеолита, медного, бронзового и железного.. И как же на следующих курсах истфака мы долго и подробно шли по «истории нашей эры» всего в 2000 лет.. До сих пор как никакой другой в нашей памяти понятийно-терминологический ряд древнейшей истории: палеолит, мезолит, неолит, шель, ашель, мустье, рубило, нуклеус, отщеп, составное орудие, копье и копьеметалка, палеоантропы, питекантропы, неандертальцы, кроманьонцы.. До сих пор в памяти культуры Древней Сибири афанасьевская, окуневская, андроновская, карасукская, таштыкская, тагарская … Можно долго и долго перечислять этот ряд.. Удивительно, но ни одно слово от Нащокина не остается «бесхозно-непонятным» и спустя почти 50+5 лет... И наиболее значимым остается величие даже не из «нащокинской» археологии, но этнографического понятия «Сахем» - как титул вождя, предводителя индейских племен.. И как-то сразу для нас Н.В.Нащокин стал «за глаза», а в летних экспедициях и открыто не иначе как Сахем.. Вождь историков-археологов, ближайший для нас Учитель, Старший Товарищ, Наставник, плавно перешедший из сообщества преподавателей Истфака в круг идеологов формирования ментальности истфаковцев, будущих учителей истории 1960-первой половины 1970-х годов. Не случайно, уже после нашего выпуска 1974-го, после отъезда Н.В.Нащокина на истфак КГПИ пришел Николай Иванович Дроздов и добрая традиция формирования групповых сообществ историков именно через введение в археологию, через экспедиции стало формой бытия, визитной карточкой истфака КГПИ - КГПУ.. Николай Иванович не просто продолжил чудо летних раскопок, археологических практик студентов-историков, но создал одну из самых «продвинутых» в Сибири Археологических школ Приенисейской Сибири..
НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ НАЩОКИН – ярчайший представитель старейшего рода представителей дореволюционной красноярской интеллигенции, правнук известного красноярского врача В.М. Крутовского. Его прадед знаменитый Владимир Михайлович Крутовский – известный врач и садовод, за выдающуюся общественную деятельность был удостоен звания «Почетный гражданин города Красноярска». Он был ярким представителем той самой сибирской интеллигенции, которой были свойственны «высокая образованность, благородство, бескорыстие, сострадание и кодекс чести и независимости». Отец Николая Владимировича, Владимир Дмитриевич Нащокин был из рода потомственных дворянин псковских Нащокиных, а по матери – Голенищевых-Кутузовых. Он в 1936 г. окончил Томский госуниверситет, вернулся в свой город и работал заведующим Красноярским Опытным полем (позднее, это плодово-ягодная станция). В 1950-х гг. он работал в Красноярске, в геологоуправлении, в институте леса и древесины. Здесь защитил кандидатскую диссертацию по палеоботанике. В 1971 г. умер от инфаркта.
Николай Владимирович Нащокин родился он и вырос в «элитном» центре Красноярска недалеко от Стрелки, от бывшего торгового центра, на улице Карла Маркса (бывшей Узенькой, Гостиной, Гостинской). Вот пространная, но такая живая и образная цитата из его воспоминаний: «Мне очень повезло в жизни, хотя бы в том, что все мое детство и юность прошли в старом доме на улице Маркса (..№ 14). Дом, который приобрел в 1884 г. мой прадед по отцу – Владимир Михайлович Крутовский, слегка перестраивался (еще до 1917 г.). Над частью дома был возведен второй этаж; рядом с кухней была пристроена еще одна комната, но в целом, как я понимаю, он почти в первозданном виде простоял около 90 лет – до 1977 г. В доме было в разные годы до 8–10 печей, которые надо было топить ежедневно, а зимой некоторые из них и два раза в день. И дом, и усадьба были втянуты вглубь квартала, дом разделял усадьбу пополам: с левой стороны – двор, в котором чуть глубже самого дома размещались службы (навес для дров, примыкавшая к нему бревенчатая «завозня»), а в глубине, недалеко от стены 3-го ремесленного училища, отгораживающего усадьбу от нынешнего проспекта Мира – баня. Все «удобства» были во дворе, за «завозной» размещались другие постройки, как я понимаю, – конюшня и стайка, в которой держали в 1940–43 гг. коз, и тогда же, в войну, их (постройки) сожгли на дрова. С правой стороны от дома был сад, тянувшийся от заплота (забора из лиственничных плах, вогнанных краями в пазы лиственничных же столбов), отделявшего усадьбу от улицы, и до каменных стен мастерских ремесленного училища. Такой же забор отделял нас и от соседних усадеб. Чего только не было в этом саду: белая и обыкновенная сирень, амурские и венгерские сирени, маньчжурский орех, наши степные акации и различные виды колючих кустарников из Хакасии, ели, березы, тополя, черемуха, кусты смородины, яблони, крыжовник. А вдоль всего дома тянулась сплошная полоса ландышей. И это неудивительно: ведь прадед был не только врач, но и один из первых в Красноярске садоводов. В мое время уже не было прадеда (он скончался в тюрьме в 1938 г.). Очень смутно помню деда – Д.Д. Нащокина (он умер в 1942-м или начале 1943 г.). .. нам было очень хорошо в нашей дружной и большой семье, и на такие мелочи, как титулы, степени родства, мы не обращали внимания». .. Родители Николая Владимировича, Татьяна Николаевна Буторина и Владимир Дмитриевич Нащокин были биологами, закончившими Томский университет, «были оставлены работать на кафедре геоботаники», работали в экспедициях в Хакасии, в Канском районе, в Большемуртинском районе, на Алтае, в районе оз. Арал. В семье неугомонных исследователей в 1938 г. родился сын Николай, затем младший брат. Вскоре в ноябре-декабре 1940 г. отца призвали в Красную Армию, и «мама была вынуждена вместе с нами переехать в старый дом на улице Маркса. Уже 15 февраля 1941 г. мама устроилась в заповедник «Столбы» геоботаником и проработала на этой должности до выхода на пенсию в 1964 г. (или даже чуть позже)». Так в его жизнь вошли первое увлечение Столбы. «Очень хорошо помню окончание войны: почему-то я один играю во дворе на углу у дома и вдруг кто-то говорит, что война кончилась. А еще через несколько дней в соседнем дворе у моих товарищей Володи Гневушева и Валеры Волкова появляются отцы и еще там есть дядя Вика, а у него «трофейный» мотоцикл и он иногда всех нас катает». А потом началась школа, и опять, можно сказать, повезло. Мужская неполная средняя школа № 17, директор – историк, очень хороший, Георгий Анатольевич Победоносцев. Затем новый директор, – новый историк, Владимир Петрович Синяков, – фронтовик, именно с него и началось увлечение археологией. И был еще в школьном юношестве замечательный историк Яков Моисеевич Ша. И был выпуск Выпуск 1956 года. Для Николая Нащокина вопрос «Куда идти учиться», даже не возникал: в Томск, в госуниверситет на исторический факультет. И далее был в его жизни великолепный набор преподавателей: З.Я. Бояршинова, А.П. Бородавкин, М.Е. Плотникова, Г.П. Шатрова, Б.Г. Могильницкий, Г.И. Пелих, И.М. Разгон, Л.Д. Тарасов, Н.Н. Киселев и др. И были в эти годы раскопки под руководством Матющенко Владимира Ивановича историка, археолога, доктора исторических наук. Вот так пишет Николай Владимирович о своем Наставнике: «Я могу сказать: это был Учитель; и если я что-то сумел сделать позже, став преподавателем археологии в КГПИ и руководителем студенческих практик, где я от моих учеников получил почетное прозвище Сахем, – всем этим я обязан Владимиру Ивановичу. До предела строгий, не терпящий никакой безалаберности на раскопе, он был нашим хорошим товарищем после работы в лагере, умеющим ценить хороший юмор и подначки, когда они касались и его. И то, что я для своих студентов позже стал Сахемом, – его заслуга». Вот так произошло становление нашего Сахема, нашего Учителя-археолога истфила КГПИ начала 1970-х годов, вот откуда следование принципам «Модели человеческих отношений» и нашего преклонения перед ним! . И вот весной 1963 года во время побывки в Красноярске, он узнает, что в Красноярском краеведческом музее появилась вакансия сотрудника по его профилю. К осени того же года, уезжает из Томска и начинает работать в Красноярском музее. Также его приглашают в Красноярский пединститут одновременно с работой в музее читать курс археологии. Так он на девятилетие стал одним из любимейших студентами преподавателей отделения истории историко-филологического факультета нашей Альма-Матер.
Самое удивительное в этом призвании выдающегося красноярского археолога, в его талантливой уникальности то, что у Николая Владимировича Нащокина (так сложилось) не было научный степеней кандидата или доктора наук, научных званий доцента или профессора. Пишет о себе: «У меня нет научных степеней. Я все же, скорее, не ученый, а популяризатор. И, пожалуй, ничуть не меньше, чем можно гордиться своими научными достижениями, я горжусь тем, что, оказывается, на мои лекции по археологии в КГПИ приходили студенты с других факультетов. И что и в Томске, и в Красноярске уже через несколько месяцев работы, когда приходили группы посетителей, они просили, чтобы именно я провел экскурсию. Но в этом заслуга моих учителей в Томском университете. Тот багаж, который они нам дали, позволял свободно ориентироваться в истории СССР с древнейших времен до наших дней».
Девятилетний период деятельности Н. В. Нащокина в Красноярском музее следует считать успешным и плодотворным. Девять лет археологической деятельности Н.В. Нащокина в 1963–1972 гг. отражены в материалах Красноярского краевого краеведческого музея. В Красноярском музее хранятся до сей поры неопубликованные отчеты и полевые дневники. Одной из заслуг Н. В. Нащокина как сотрудника музея является построение им стационарной археологической экспозиции, проработавшей три десятилетия. Сегодня его находки активно вводятся в научный оборот. Энергичный и разносторонне образованный, он стал настоящим учителем для ряда поколений красноярских археологов. Итоги работы красноярского исследователя прежде всего в результатах ежегодных полевых экспедиций. Это многие десятки впервые открытых памятников, раскопки в Хакасии, Причулымье, Красноярской лесостепи, Чуно-Ангарьe. Стоянки, поселения и могильники андроновской, карасукской, тагарской культур, курганы эпохи бронзы и раннего железного века. Итогом его деятельности стало создание новой археологической экспозиции музея, успешно проработавшей три десятилетия. Н.В. Нащокину удалось опубликовать лишь малую часть обнаруженных им артефактов. За десять лет его работы в музее и проведение археологических исследований совместно со студентами КГПИ были созданы основы для формирования в последующие десятилетия Красноярской научной школы археологии Приенисейской Сибири. Н.В. Нащокин систематизировал и опубликовал лишь небольшую часть материалов, полученных им в ходе раскопок.
Один из самых замечательных отзывов о нашем преподавателе мной найден в воспоминаниях его родной тети, Екатерины Дмитриевны Нащокиной (1916-2003) - внучки Владимира Михайловича Крутовского, которая в 1938 - 1945 годах работала в Краеведческом музее, а затем в 1943 - 1971 годах на кафедре общей биологии Красноярского медицинского института. «Последним из Нащокиных, работавших в музее, был мой племянник - Николай Владимирович. Очень немного я могу рассказать о нём. Способный и любознательный мальчик, он начал читать рано и много. Круг чтения был широким и разнообразным. Но когда пришло время выбирать жизненный путь, выбрал историю. Окончил Томский государственный университет и по распределению был направлен в Бурятию на педагогическую работу. Но он привык жить в семье, а там не было никого из близких, а потому он, при первой возможности, вернулся в Красноярск. Первым местом его работы в Красноярске стал Краеведческий музей, кроме того, он работал и в пединституте. О его работе в музее есть, очевидно, достаточно данных. Почему он выбрал именно археологию, мне трудно судить. Скорее всего, его привлекла в первую очередь поисковая работа. Природу он, как и все в нашей семье, любил с детства. Неудобства быта, походной палаточной жизни ни в какой степени не пугали. Наоборот, вносили в работу элемент романтики. К тому же были и азарт поиска, и радость находок. Находки эти, насколько я знаю, были интересными. Но довести дело до конца, систематизировать, обобщить, сравнить, сделать выводы, - вот на это его не всегда хватало. Кабинетным работником он не был, да и не считал себя. Помню, как-то в разговоре он сам сказал мне: «Я - полевик, моё место в экспедиции». Может быть, с годами он вошёл бы во вкус кабинетной работы, но судьба распорядилась иначе. В Красноярске он встретил девушку, которая стала его женой, родила дочь и увезла его из Красноярска в Ярославль на свою родину, к своим родителям. Тут уже пришлось забыть о романтике экспедиций и полностью перейти на педагогическую работу. Работал он, судя по тому, что мне случалось слышать, хорошо». Так завершается в 1972 г. красноярская миссия археолога и музейщика, ставшего известным всему научному сообществу Сибири, и продолжается его педагогическая деятельность в городе Ярославле, где Николай Владимирович проживает во здравии по сей день.
Поздравляю с Днем Археолога, дорогого Учителя, Сахема, Николая Владимировича Нащокина !
Поздравляю с Днем Археолога, уважаемого ректора, моего научного шефа, коллегу Николая Ивановича Дроздова !!
P. S. С ПРАЗДНИКОМ вас всех, мои однокурсники, коллеги, друзья, единомышленники, доброго вам всем Здравия и активного творческого Долголетия !
Источники и литература:
1. Макаров Н.П. Николай Владимирович Нащокин – археолог Красноярского краевого краеведческого музея // Древности Приенисейской Сибири. Вып. IX / Отв.ред. П.В. Мандрыка. Красноярск: Сибирский федеральный университет, 2018. С. 17–31.
2. Нащокин Н.В. Немного о себе, об одном незапланированном маршруте и некоторых артефактах, вновь найденных, а также утраченных Красноярским музеем (Воспоминания).
3. Нащокина Екатерина Дмитриевна (1916 - 2003) О людях хороших и разных (Воспоминания).
P.S. ЛИЧНОЕ о Н.В.Нащокине:.. Октябрь 1970 года. Первая-вторая учебная неделя в КГПИ. Мы только что, бывшая "абитура", вернулись из обязательного в то время для "колхоза". И начались занятия на первом курсе у наших Мэтров.. Не помню уже день, но было утро, первая лента, ауд. 2-05 (или - 06. Та самая, амфитеатром..); звонок прозвенел на "археологию", а лектора нет уже 5-7 минут. Открывается дверь и появляется нечто, похожее на растрепанную бороду, затем голова в берете, в очках.. Исчез.. Настолько это «явление» было колоритно, что сразу раздался нестройный смех тех из нас, кто заметил .. Минуты через три вбегает быстрым шагом ОН в штормовке, в берете, в "типа-брюках без стрелок" и ботинках.. И везде от макушки до брюк (и конечно, на ботинках) отметины глины, соломины, и вроде перья даже.. В руках рюкзачок, который метко "уложенный" в угол за кафедру, звякнул-брякнул металлом.. Вот тут-то шквалом по аудитории неудержимый смех по рядам из четырех десятков глоток "непуганных еще бывших абитуриентов", ныне первокурсников. Так началось для нас Первая Лекция, началось ЯВЛЕНИЕ ст.препод-ля Н.В.Нащокина. Оказалось все прозаично, "по археологически". Где-то на Мира-Маркса или Ленина рабочие начали сносить старый дом и в подвале наткнулись на выход "дореволюционного клада" старой посуды. Душа археолога от Бога не могла не пропустить «вкуснейшие» раскопки. Итог их и был нам продемонстрирован из рюкзака. Помнится, медный ажурный кувшин, как "алиби" опоздания лектора Николая Владимировича. Смех мгновенно затух. Всех задело проникновенное вступление. И.. тишина…! "Я Николай Владимирович Нащокин, археолог, преподаватель курса "Основы археологии". И дальше о нашей дисциплине, "о науке лопаты", и дальше изумительное «заворожение» нас экскурсом в понятие "Источник". Это было волшебство от молодого еще "волшебника от археологии", да такое, что уже через 10 минут он покорил нас приобщил, ввел в Древность на всю жизнь. Через десять минут мы уже любовались чудаковатым образом Н.В., как симоволом археолога-полевика… Удивительные лекции; посещение занятий думаю было на уровне максимума как у Людмилы Венидиктовны, тетради вели все без проверки и не для проверки, рисовали орудия труда, списывали с доски сотни мудреных терминов и таблиц. Профессионализм и запредельный энтузиазм, смыслы логики учебного курса - все было .. Да так все было понятно и запоминалось, что мы и не зубрили усердно учебник археологии А.И.Мартынова. Все было в памяти и были прекрасные отметки на экзамене по археологии. Точно также увлеченно, - курс "исторического краеведения" Матюшенко (кстати, сейчас знаю, что он был Учителем Николая Владимировича в Томске).. Вся теория предмета в памяти и по сей день, как и далее в полевой практике ощущение лопаты в раскопе.. Спасибо Николай Владимирович!
И еще продолжение. Скажу про нас, про нашу группу 11/41 в археологии "из гнезда Сахема". Наш студенческий курс 1970-74-го эти два года был в настоящей дружбе с Н.В., увы, не могу это сказать про себя (я был в те годы «по уши» в художественной изостудии), НО Валера Снопков, Серега Галенковский, Витя Герасимов, Валера Седельников вплоть до отъезда Нащокина из Красноярска в 72-м, все два года были рядом с ним. И реально близки по общим чуть ли не еженедельным совместным выходам с ним на Столбы, просто общением в его музее. С Н.В. с экспедиции было и наше, и мое, знакомство и начало многолетней общей дружбы с Капелей (художник-археолог В.Капелько). С Н.В. наши ребята прошли через два летних сезона 1971 и 72 гг. на хакасских раскопках под руководством Э.Б.Вадецкой. Были рядом в нескольких выходах на старые дома и на находки в городе (например - плиты с древними письменами, найденной скульптором И.Абдрахимовым). Лично для меня археология у Н.В.Нащокина ограничилась учебной теорией: раскопки у Сахема не состоялись.. В июле на первую практику по археологии нашу подгруппу направили в Тисульский район Кемеровской области на раскопки к Легендарному Археологу Анатолию Ивановичу Мартынову, автору основного учебника по археологии.. Вот тут и пригодились знания от Н.В.Нащокина.. И у Мартынова процесс вылился в овладение умениями и навыками "в поле". Мы, а это Вася Привалихин (будущий ученый-археолог ККМ), Коля Бутаков, Валя Губарев, Оля Высотина (в будущем О.Н.Никитина), Ира Брюханова, Люба Левкова (ныне Маскина) и я .. вели раскопки городища и двух курганов в Тисульском районе.. Для меня остается удивительное, что САМ Анатолий Иванович Мартынов, в раскопе городища, сидя на корточках с полчаса учил меня, простого студента, работать лопаткой, ножом и кистью.. Это в дополнение о Мастерах, у которых я учился, не став в будущем профессиональным археологом. Но заряд "от науки лопаты" и приобщение к ней Н.В.Нащокиным продолжился вплоть до 1989 г. во мне в будущем уже в 4-х экспедициях в экспедициях античных городов Гермонасса(Тмутаракань) и Фанагория .. Это все во многом благодаря Учителю ....
