У дяди Сэма ещё много…

Одно из главных заблуждений, мешающих пониманию событий начала Второй мировой на Тихом океане – это механический перенос на этот период воз­мож­ностей американской военной машины второй половины войны.

Любимый агрегат товарища Сухова

По фильмам и играм мы традиционно представляем американских солдат Вто­рой мировой поголовно вооружёнными самозарядными винтовками и кара­би­на­ми. Однако вся эта красота появилась на Тихоокеанском ТВД лишь в 1943 г. А первые полтора года американцы провоевали там со старыми добрыми мага­зи­н­ными винтовками образца 1903 г., слегка разбавленными ручными пулемё­та­ми тоже не первой молодости.

«Дикие коты» редкой породы

Ещё веселей оказалось с более продвинутой техникой. Не будем обсуждать, нас­колько японский «Зеро» превосходил истребители США качественно – погово­рим лишь об их числе. Например, истребительная эскадрилья авианосца «Сара­тога» при штате в 18 «Уайлдкэтов» встретила войну имея лишь 11, включая при­хваченный для количества прототип XF4F-4 сомнительной боевой ценности.

Спустя два месяца, безжалостно «раздев» части на материке, американское ко­м­а­ндование смогло довести численность морских истребителей всего Ти­хо­оке­ан­ского флота (включая авиацию морской пехоты) аж до 124 машин. При том, что только на тех шести японских авианосцах, что навестили Пёрл-Харбор, бы­ло 126 «Зеро». Это не считая остальных их авианосцев и береговых эскадрилий.

Беззубые «рыбы»

Ещё одной головной болью оказались торпеды. И дело опять было даже не в се­рь­ёзном отставании их ТТХ от японских аналогов. А в том, что они жутко глю­чили. Подлодочные и корабельные имели привычку идти на 2-3 метра глубже выставленного, а их взрыватели – не срабатывать. Не говоря уж о том, что их элементарно не хватало, и вскоре подлодкам пришлось выхо­ди­­ть в боевые по­хо­ды с неполным боекомплектом.

Не лучше обстояло и с авиаторпедами. Мало того, что они тоже глючили – уже весной 1942 г. на Тихоокеанском флоте запретили учебные сбросы торпед, дабы накопить их для боевых операций. Более-менее довести всё это до ума уда­лось лишь к концу 1943 г. А в течение первых двух лет войны экипажи аме­ри­ка­нских эсминцев, подлодок и самолётов-торпедоносцев были вынуждены рис­ко­вать – а часто и жертвовать – своими жизнями, имея при этом крайне мало ша­н­с­ов на­нести своим основным оружием хоть какой-нибудь ущерб противнику.

Потому что в кузнице не было гвоздя

Ещё один пример – мелкое, в общем-то, происшествие февраля 1942 г. на ави­а­носце «Лексингтон». Чтобы не зависеть от сжатого воздуха, двигатели самолё­тов при запуске прокручивали «ружейным стартером». То есть с помощью обы­ч­ного холостого охотничьего патрона 4-го калибра (26,7 мм). Как нетрудно до­га­даться, с началом войны они «внезапно» оказались в жутком дефиците.

Поэтому их берегли для срочных боевых взлётов. А для запуска дви­га­телей при обслуживании, ремонте и рутинных патрульных вылетых механики изобрели «шайтан-машину» из резинового жгута, бло­ков и тросов, которую нужно было дёргать дружною толпой. Как-то раз она не вы­держала, и оборвавшийся конец прилетел в одного из механиков, почти пе­ре­рубив его пополам. Обученный спе­­циалист бессмысленно погиб из-за отсут­ств­ия копеечных патронов.

Дефицитные «синие носики»

Ну и напоследок моё любимое тоже про патроны, на уже – для крупно­ка­ли­бе­р­ных пулемётов. Итак, начало июня 1942 г., война идёт уже полгода, командова­ние Тихоокеанского флота США готовится отражать масштабное японское втор­жение на одну из сво­­их важных передовых баз – атолл Мидуэй. На два крохот­ных островка заго­ня­ется всё, что наскребли в Пёрл-Харборе и окрестностях.

А в отчёте заместителя командира защищавшей Мидуэй 22-й авиагруппы мо­р­с­­кой пехоты – 28 истребителей и 40 пикировщиков – отдельным пунк­т­ом указа­но, что за день до начала сражения им наконец-то доставили аж це­лых 4000 (че­тыре тысячи штук) 12,7-мм патронов с зажигательными пулями. Наиболее эффективных из тогда имевшихся боеприпасов против японских самолётов.

А дальше целый майор детально расписывает, что 2800 этих дефицитных пат­ро­нов выделили 221-й истребительной эскадрилье, а оставшиеся 1200 – стрел­кам патрульных летающих лодок «Каталина». То есть аж по 25 штучек на каж­дый пулемёт и тем и другим. Пилотам пикировщиков и зенитчикам не доста­лось ни одного. Дефицита трассирующих, к счастью, не было.

Здесь и сейчас

Подобные примеры можно приводить ещё очень и очень долго… Мы слишком привыкли к тому, что США – это либо единственная сверхдержава на планете, либо, как минимум, одна из двух сверхдержав. У дяди Сэма всегда всего много, и воюет он исключительно при наличии подавляющего количественного и кач­е­с­твенного превосходства. Однако так было далеко не всегда.

В декабре 1941 года американцы оказались в очень непривычной и непонятной для нас, нынешних, ситуации. Внезапно выяснилось, что им противостоит сила, по многим аспектам превосходящая их как количественно, так и качественно. И лучше всего это иллюстрирует соотношение безвозвратных потерь кораблей за первые полгода войны на Тихом океане.

А если добавить к этим цифрам надолго выведенные из строя шесть линкоров и авианосец, то всё становится ещё печальней. Ведь до момента, когда могучая про­­мышленность США сможет обеспечить «тупое заваливание железом», надо было ещё как-то дотянуть. А пока воевать тем, что есть здесь и сейчас, рассчи­ты­­вая в основном на подготовку и массовый героизм личного состава.