Свобода творчества и капитан Немо.
«Всякая селёдка рыба, но не всякая рыба селёдка» Капитан Врунгель
Есть книги, о которых все слышали, но мало кто читал, например «Дон Кихот» Сервантеса, а есть книги, которые читали почти все. К таким, несомненно, относится роман Жюля Верна «20 тысяч лье под водой» (1869), прошедший путь от смелой научной фантастики, до обыденности подводных атомоходов.
Бунделкхандский принц Даккара в изгнании, непримиримый борец за свободу порабощенной англичанами Родины, таким его знают уже многие поколения. Даже Макар Нагульнов, в «Поднятой целине» Шолохова учит английский язык, чтобы помочь индийскому народу сбросить иго английских колонизаторов.
Замысел романа возник у Жюля Верна в 1866 году, после громкого успеха первых книг «5 недель на воздушном шаре» и «Путешествие и приключения капитана Гаттераса».
"Я также готовлю наше Путешествие под водой, и мы с братом продумываем техническое оснащение. Я думаю, что мы будем использовать электричество, но это еще не точно. » Письмо Пьеру Этцелю 10 августа 1866.
Казалось бы, что может помешать воплотить замысел в жизнь в свободной и просвещенной Европе? Но первоначальная идея романа и сильно отличалась от известной нам книги.
Филологи Артур Б. Эванс и Рон Миллер в статье «Жюль Верн, Непонятый Провидец» в апрельском номере журнала Scientific American за 1997 год пишут, что герой книги «20 тысяч лье под водой», капитан Немо, в первоначальном замысле автора был поляком.
«Интересно, что создание романа [«20 тысяч лье под водой» прим.] шло в невидимой борьбе. Верн и Этцель резко разошлись в характеристике главного героя – капитана Немо. Этцель считал, что Немо должен стать заклятым врагом работорговли, имевшим неоспоримое право беспощадно атаковать их корабли. Верн, однако, хотел сделать Немо поляком, с непримиримой ненавистью борющимся против Русского царя (в отместку за кровавое подавление Россией выступления польских повстанцев пять лет назад). Но Этцель был глубоко обеспокоен возможными дипломатическими последствиями и вероятностью запрета книги в России, а это означало потерю прибыльного рынка для книг Верна».
Писатель не смог противостоять давлению издателя и поменял национальность, но сожалел об этом. Вот, что он пишет в письме Этцелю:
«Mais, pour être franc, je regrette mon Polonais ; je m'étais habitué à lui, nous étions bons amis, et d'ailleurs, c'était plus net, plus franc. » Lettre à Pierre-Jules Hetzel du 29 juillet 1867.
«Но, честно говоря, я сожалею о своем «Поляке»; я привык к нему, мы были хорошими друзьями, и, кроме того, это было чище и откровеннее.» Письмо Пьеру Этцелю от 29 июля 1867.
Давайте посмотрим, какие события произошли от замысла книги в 1866 до письма Жюля Верна, где он «сожалеет о поляке» и почему Этцель вынудил сменить национальность героя.
Пруссия победила Австрию и стремительно шла к объединению германских государств, создавая угрозу Франции.
Интересы Англии пересекались с французскими в колониальной Африке, особенно в Египте, где Фердинанд де Лессепс строил Суэцкий канал. Речи Наполеона были полны враждебной риторики к островному соседу.
Единственное государство, у которого с Францией не было территориальных споров – была Россия. Но и здесь было не всё гладко, 6 июня 1867 года поляк Антон Березовский, участник польского восстания 1863-1864 года, стреляет в царя из в Булонском лесу.
Царя спасает Фирмен Рембо, он замечает человека с пистолетом, пришпоривает лошадь и успевает закрыть пассажиров кареты от выстрела. Березовский стреляет сразу из двух стволов. Одна пуля попадает в голову лошади, и она падает вместе с Рембо. Второй ствол пистолета разрывает и Березовский получает ранение в руку.
В первый момент Александр II считает, что убит кто-то из его сыновей, но быстро выясняется, что все целы. В залитой кровью карете Наполеон III говорит Александру: «Я не знаю кто стрелял, если это итальянец, то мой, если поляк, то на Ваш!». К тому времени итальянцы уже трижды покушались на него, считая Наполеона III главным противником объединения Италии.
Cуд над Березовским становится фрондой Наполеону III и пощечиной Александру II, подсудимого приговаривают к пожизненной каторге, в то время как руководителей и основных участников покушения на Наполеона III гильотинировали. Французы считают, что поддержка Пруссии в войне с Францией в 1870-71 годах и награждение прусских генералов высокими русскими орденами за их победы – это холодная месть Александра II.
Этцель был старше и опытнее Жюля Верна, он давно работал издателем и представлял, как будет выглядеть в таких условиях книга с поляком-мстителем в качестве главного героя. Французы уже понимали неизбежность войны с Пруссией, но позиция России по этому поводу была ещё не ясна.
Но, кроме дипломатических проблем, Этцель не зря опасался потери рынка. Примером может служить более поздний роман Жюля Верна «Михаил Строгов» (1876), который рассказывает о некоем восстании Феофар-хана против русского царя. Восставшие захватывают всю Сибирь от Урала до Иркутска.
Некоторые исследователи считают, что Верн имел в виду восстания казахов под предводительством Кенесары Касымова в начале 40-х годов, другие говорят о Ходжентском восстании 1875 года. Но так или иначе, роман не понравился властям и, хотя официального запрета не было, но перевод был сделан только 20 лет спустя и этот роман не приобрел широкой известности в нашей стране.
Во Франции из него сделали пьесу с блэкджэком и с цыганами и казаками.
«Зри в корень!» Козьма Прутков
Но вернемся к вопросу, почему именно поляк, в качестве главного героя, так привлек внимание Верна?
Отношения России, Польши и Франции в 19 веке образовывали очень сложный и противоречивый треугольник. После наполеоновских войн карта Европы перекраивалась победителями. Желание Александра I присоединить всю территорию Польши к Российской империи встретило резкое противодействие Англии, Франции и Австрии. В результате Польша была разделена между Пруссией и Россией. По решению Венского конгресса было создано Царство Польское, находившееся в унии с Россией.
Александр I даровал Польше конституцию, которая предоставляла полякам самые широкие права, недоступные большинству жителей Российской Империи. За меньшую часть этих прав и свобод народовольцы будут в царя бросать бомбы.
Поляки могли иметь свою армию, избираемый Сейм, католицизм стал национальной религией, а польский язык государственным. Поляки имели преимущественное право занимать государственные должности. Видимо свой особый путь у России был и в колониализме – давать окраинам империи больше прав, чем имела метрополия.
Но поляки восприняли дарованную конституцию и вхождение в состав России, как оскорбление национальной гордости и чести. В их памяти Польша была сильным независимым государством, пусть к началу 19 века всё это было в прошлом.
С самого начала в отношениях России и Польского королевства начали накапливаться противоречия, умело подогреваемые сторонниками независимости. Всё это вылилось в польское восстание 1830-31 годов, под лозунгом восстановленяе в границах 1772 года, «от моря до моря». Руководителями стали генералы, служившие в разных чинах в Великой французской армии: Иосиф Хлопицкий, Ян Круковецкий, Михаил Радзивилл, Казимир Малаховский, Исидор Красинский и другие
Восстание разделило поляков. Другие генералы и офицеры бывшей Великой французской армии остались верны новой присяге и отказались принять участие в восстании. Позже, убитым был поставлен памятник «Семь генералов»: Мауриций Гаук (убит с женой), Станислав Потоцкий, Йозеф Новицкий, Игнацы Блюмер, Станислав Трембицкий, Томаш Сементковский и полковник Филип Мецишевский (польск. Filip Nereusz Meciszewski.
Пруссия крайне отрицательно отнеслась к польскому восстанию, законно опасаясь за судьбу польских территорий, отошедших ей по Венскому конгрессу. В ожесточенных сражениях с русской армией повстанцы были разгромлены и сосланы в Сибирь.
Это восстание нашло в сердцах французов очень глубокий отклик, ведь его возглавляли знакомые им генералы Великой французской армии Наполеона. Кроме того, антирусские настроения французов подогревало желание мести за 1812 год, пусть и польскими руками.
1863 году в Польше вспыхнуло очередное восстание. Вновь поляки мечтали о Речи Посполитой в границах 1772 года, «od morza do morza». Обе стороны воевали жестоко и непримиримо. По приговорам суда было повешено около 400 человек, еще почти 10 000 сослано за Урал. Вновь Пруссия оказала России помощь в разгроме польского восстания. США поддержали Россию в подавлении восстания, у них шла своя Гражданская Война.
И вновь поляки бежали за границу, пополнив ряды беженцев 1830 года и не добавив французам любви к России. В 1866 году ссыльные поляки восстали на строительстве Круглобайкальской железной дороги, восстание было жестоко подавлено и вызвало широкий отклик в Европе. А потом был суд над Березовским и симпатии французов к полякам активно подогревались прессой. Репортажи из зала суда били рекорды популярности. Из рассказа адвоката Араго перед воображением слушателей вставали восставшие патриоты угнетенный родины, казаки, подавляющие восстание, и морозы в страшной Сибири для тех, кто чудом уцелел. Это легко ложилось на воспоминания французов, вернувшихся из московского похода Великой армии, где ужас русской зимы перемежался постоянными налетами казаков, возникавших ниоткуда и исчезающих в никуда. А слово «Березина» стало обозначением страшной катастрофы - «C'est la bérézina». Все знали как, благодаря «ужасным казакам» (фр. «terrible Cosaque»), возникли в Париже «bistrot» («быстро, быстро» поторапливали голодные всадники несчастных французов).
Образ молодого поляка мстящего за Родину поруганную ужасными казаками, за свою семью, сосланную в Сибирь – таким был капитан Немо у Жюля Верна. Возможно юношей он воевал в Великой Французской Армии, нес порабощенным народам «свободу, равенство и братство» - это была бы «совсем другая история». Но нельзя жить в обществе и быть от него полностью свободным, и на горло мечтателю Верну наступил прагматик Этцель.
Эти два восстания легли в основу интересной гипотезы, высказанной популяризатором Даниэлем Мусеевичем Клугером в своей книге «Тайна капитана Немо». Опираясь на исследования Артур Б. Эванса и Рона Миллера, выдвинул предположение, что, изначально, Немо был героем польского восстания 1830 года и первоначальный таймлайн романа строился именно от этой даты.
С этой позиции легко объясняются странные временнЫе нестыковки серии романов. Так, действие романа «Двадцать тысяч льё под водой» заканчивается в 1868 году, когда Капитан — мужчина 35 лет, а в романе «Таинственный остров» уже в канун 1869 года Немо предстаёт древним умирающим стариком, ему уже почти 70 лет.
Если, по первоначальному замыслу, первый роман заканчивался в 1830 году, то всё встает на свои места, 1830 год — 35 лет, 1869 — 74 года.
На мой взгляд очень убедительная гипотеза, своеобразный протест Жюля Верна на давление издателя, возможный тонкий «троллинг» или «пасхалка» автора.
Вот так капитан Немо стал индийским принцем, местью французов за Ватерлоо и Трафальгар. «История не терпит сослагательного наклонения», старая избитая фраза, но всё же интересно, был бы роман так популярен, если бы Немо был поляком?
Убитую мечту Верна воплотил наш кинематограф, где капитана Немо великолепно сыграл поляк Дворжецкий.
На мой взгляд – лучший капитан Немо 😉
Наш авторский исторический паб: https://vk.com/catx2
#Пырин@catx2
Список литературы
- Arthur B. Evans, Ron Miller. Jules Verne, Misunderstood Visionary., Scientific American, №4 1997, [92-97]
2. Даниэль Клугер. Тайна капитана Немо. М.: Ломоносовъ, 2010
3. Vingt mille lieues sous les mers. Jules Verne ; Hetzel (Paris), 1871
4. Philippe COLLIN. Un bagnard oublié : Antoine Bérézowski (1847-1916) 24 февраля 2016, http://criminocorpus.hypotheses.org/16478
5. «Всемирная иллюстрация» №626 том XXII №3 от 10 января 1881, СпБ., тип. Гоппе, 1881