Арбитрабельность споров в РФ
Термин «арбитрабельность» встречается в работе С. Н. Лебедева «Международный коммерческий арбитраж: компетенция арбитров и соглашение сторон», как и «неарбитрабельность», в отношении французской судебной практики. С. Н. Лебедев указывает, что в литературе предметная компетенция институционного арбитража трактуется иногда в термине «относительная арбитрабельность», в отличие от «общей арбитрабильности», т.е. допустимости по закону передачи данного рода споров в арбитраж вообще — будь то арбитраж ad hoc или институционный.
Следует обратиться к различным вариантам определения арбитрабельности, предложенным отечественными исследователями. Так, О. Ю. Скворцов определяет арбитрабельность как свойство спора, которое позволяет ему быть предметом третейского разбирательства. А. И. Минина определяет ее как неотъемлемую границу между частным и публичным правосудием, основу воплощения права на арбитраж в жизнь.
В зарубежной доктрине принято выделять понятие «арбитрабельность»:
- в широком и узком смыслах,
- внутренних и международных споров.
По нашему мнению, это ключевые подходы к арбитрабельности, объединение которых позволяет дать наиболее точное определение.
В широком смысле арбитрабельность включает в себя вопросы действительности и существования арбитражного соглашения. В узком смысле понятие «арбитрабельность»— это категории споров, которые могут передаваться в арбитраж. Г. В. Севастьянов подвергает критике узкий подход к арбитрабельности, указывая, что такого подхода недостаточно для уяснения специфики возникновения правоприменительных полномочий.
Определяя арбитрабельность в узком смысле, Г. В. Севастьянов указывает, что это круг споров о праве, рассмотрение которых отнесено законодательством к компетенции третейских судов, разрешающих споры в сфере «внутреннего» третейского разбирательства, либо международного коммерческого арбитража. В широком смысле арбитрабельность понимается как возникновение права третейского суда (или полномочий состава арбитража) на рассмотрение спорного правоотношения (разрешения спора), в отношении которого стороны заключили действительное третейское соглашение.
При определении арбитрабельности спора, ставится вопрос о том, могут ли стороны обращаться к процедуре рассмотрения его в постоянное действующем учреждении арбитража или в арбитраже ad hoc. А также поднимается вопрос о наличии компетенций у арбитража рассматривать спор по существу: может ли спор быть предметом арбитража вообще с учётом государственной политики, которая в части может ограничивать свободу договора, а также может ли быть рассмотрен конкретным арбитражным учреждением или составом арбитража. Таким образом, арбитрабельность можно рассматривать как свойство гражданско-правового спора, который может быть рассмотрен третейским судом.
С. А. Курочкин рассматривает арбитрабельность с различных позиций, указывая, что:
— это допустимость передачи спора на разрешение третейского суда (международного коммерческого арбитража);
— это юридическое дозволение;
— это эффективный правовой механизм, обеспечивающий защиту публичных интересов как на этапе выбора сторонами формы защиты ex antre, так и на этапе решения вопроса о включении итогового решения третейского суда в национальный правопорядок ex post;
— это также и общее условие признания компетенции состава третейского суда на рассмотрение спора определенной категории;
— элемент механизма подведомственности.
Нью-Йоркская конвенция 1958 и большинство законов об арбитраже предусматривают, что спор сторон «не может быть предметом арбитражного разбирательства» – т.е. спор «неарбитрабелен» , но в исключительных случаях определённых национальным законодательством. Если «объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства по законам этой страны» в силу Статьи V(2)(а) Конвенции.
Российский законодатель определяет арбитрабельные споры через перечень неарбитральных споров, перечисляя их в п. 2 ст. 33 АПК РФ. В частности, споры:
1) о несостоятельности (банкротстве);
2) об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей;
3) о защите интеллектуальных прав с участием организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами, а также по спорам, отнесенным к подсудности Суда по интеллектуальным правам в соответствии с частью 4 статьи 34 АПК РФ.
4) предусмотренные разделом III АПК РФ;
5) предусмотренные главами 27, 27.1 и 28.2 настоящего Кодекса;
6) предусмотренные пунктами 1 - 5 части 2 статьи 225.1 настоящего Кодекса;
7) возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о приватизации государственного и муниципального имущества;
8) возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд;
9) возникающие из отношений, связанных с возмещением вреда, причиненного окружающей среде.
Перечень не является закрытым, так как при наличии нарушения публичного порядка, рассмотрения спора по существу может быть признано исключительной компетенцией государственных судов. Таким образом, любой гражданско-правовой спор может быть рассмотрен третейским судом, за исключением прямо предусмотренных в федеральных законах, неарбитрабельных споров и непротиворечащих принципам российского правопорядка.
Интересен момент с признанием арбитрабильности споров из договоров, заключенных в соответствии с законом № 223-ФЗ, поскольку Верховный суд прямо признал, что споры из корпоративных закупок являются арбитрабильными. Согласно позиции Верховного Суда РФ, при осуществлении корпоративных закупок юридические лица действуют как юридически равноправные, а споры между ними являются гражданско-правовыми. Закон об арбитраже устанавливает в качестве общего правила арбитрабильность гражданско-правовых споров. При этом отдельные категории гражданско-правовых споров – в силу наличия в них публичного элемента – исключаются из общего числа гражданско-правовых сделок и в процессуальных кодексах указаны в качестве споров, не подлежащих компетенции арбитража. Учитывая, что споры из корпоративных закупок не названы законодателем в качестве неарбитрабельных, они могут свободно передаваться сторонами в арбитраж.
Кроме того, Верховный суд признал, что сам по себе факт наличия в гражданско-правовом споре публичного элемента (например, использование для оплаты по договору бюджетных средств) не означает, что решение по такому спору противоречит публичному порядку.
Что касается арбитрабельности корпоративных споров, то этот вопрос достаточно длительное время оставался открытым, так как. законодательство не содержало прямого запрета на передачу таких споров в третейский суд. Однако благодаря проведенной в 2016 году реформе третейского разбирательства этот вопрос разрешился, поскольку статья 225.1 АПК РФ дополнилась частями 2-5, прямо закрепляющими возможность передачи части корпоративных споров на рассмотрение третейского суда.
С целью необходимости обеспечения баланса публичных и частных интересов все корпоративные споры поделены законодателем на три группы: безусловно арбитрабельные, условно арбитрабельные и неарбитрабельные корпоративные споры.
Исчерпывающий перечень неарбитрабельных корпоративных споров содержится в ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ и включает в себя, например, споры о созыве общего собрания участников юридического лица, споры, вытекающие из деятельности нотариусов по удостоверению сделок с долями в уставном капитале ООО, споры, связанные с исключением участников юридических лиц и др. Указанные споры не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда, поскольку имеют публично-правовую составляющую. Они составляют исключительную компетенцию государственного суда.
Таким образом, доктринальных подходов к определению арбитрабельности несколько и возникающие споры делятся на три группы в зависимости от возможности рассмотрения их в арбитраже: арбитрабельные, арбитрабельные, но при опредёленных условиях(частично арбитрабельные) и неарбитрабельные. При этом существуют проблемы легального определения термина и закрепления конкретных критериев отнесения спора к подлежащему рассмотрению в третейском суде.
Как отмечал В. В. Еремин в работе «Подходы к определению арбитрабельности», относительно понятия арбитрабельности необходимо его закрепление на законодательном уровне как в Федеральном законе «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ», так и в Законе РФ «О международном коммерческом арбитраже». Затем должна быть проведена работа по созданию и выработке «правил арбитрабельности» и «элементов арбитрабельности» на законодательном уровне.
#академия_статья