Выбор

Они беседовали уже третий час. Зелёный Глаз всегда радушно принимал парламентёров «железных людей». С некоторыми чиновниками Протектората он был хорошо знаком ещё до того, как поднял племена на борьбу с колонизаторами. Джефферсон Криг, старший офицер-специалист ПКО, был одним из таких близких знакомцев Вождя Вождей. Они сидели за столом, уставленным угощениями, беседовали о сложившейся ситуации, обсуждали текущее положение вещей, делились взглядами, прекрасно друг друга понимая. Зелёный Глаз неплохо освоил разговорный протекторатовский неоэсперанто.

– Поверь, вождь, лучших условий вам никто не предложит. Мы прекрасно понимаем, в каком состоянии сейчас колониальные силы на этой планете. Предлагая тебе мир на этих условиях, мы фактически признаём твою победу. Я знаю, что командование колониального корпуса сейчас не в том положении, чтобы ставить тебе условия. Эти предложения исходят от нашего начальства, из управления по делам колоний.

Криг не лукавил. Сейчас большинство добывающих предприятий и фортов колонии или разрушены, или находятся в руках боевиков Союза племён Востока и Запада, а те, что ещё заняты колонистами Торгового Протектората, в большинстве своём отрезаны от основных сил. А эти самые «основные силы», сосредоточенные в космопорте, были блокированы войсками Зелёного Глаза. Фактически космопорт был в осаде, и колонисты пытались выторговать наиболее приемлемые условия мира. На более-менее существенную подмогу из метрополии, увязшей в тяжёлой затяжной войне с Полярис, полагаться не приходилось.

– Я верю тебе, Джеф, – отвечал Зелёный Глаз, – но поверь и ты мне, если бы мне нужен был мир и выгодное сожительство с «железными людьми» на этой земле, я бы принял эти ваши условия. Меня даже не оскорбляет это ваше «официальное признание» меня главой местного населения. Ты-то знаешь меня и понимаешь, что оно мне нахрен не сдалось, это ваше «признение». Я ведь и так Вождь Вождей Востока и Запада, законно избранный на Совете вождей и утверждённый Грамотой согласия племён. А это… Как вы там выражаетесь? – вождь замялся, вспоминая подходящие слова, – Официальный документ. Законодательный акт, которые вы так любите.

– Да, – задумчиво произнёс Криг, – этого я и боялся. Точнее, знал, понимал, но… Всё же надежда во мне теплилась. «Не мир я вам принёс, но меч*», – процитировал он слова из древней книги, – Ты желаешь нашего полного изгнания из вашего мира?

– Поначалу это действительно было моей целью. Но сейчас… Я многое узнал о вас. И от тебя в том числе. Многое узнал о других мирах. И о вашей политике порабощения слабых.

– Так чего же ты хочешь теперь? Чего добиваешься? За что воюют твои люди сейчас?

– А вот сейчас выслушай мои условия: мне нужна ваша звёздная гавань и ваши небесные корабли. Вы отдадите их нам, научите ими править, объясните, как ходить по межзвёздному морю, и тогда я разрешу вам убираться ко всем чертям подобру-поздорову. Ты знаешь, мои люди не дураки и быстро учатся.

– И куда же ты собрался лететь, вождь? Мстить господам из Золотой Сотни? Воевать с Торговым Протекторатом? У тебя хватило сил справиться с небольшим колониальным корпусом на вашей планете, но стоит вам показать нос в Доминионе, и вас просто раздавят. У многих пиратских «королей» на богом забытых мирах сил больше чем у тебя, Зелёный Глаз, но и они опасаются связываться с нашими Военно-космическими силами.

– Но ведь нам удалось победить вас на нашей земле, – возразил вождь, – а сколько ещё миров поработили ваши господа? Сколько ещё народов, не таких сильных и многочисленных как мой, стонет под пятой твоих хозяев? Да, я собираюсь мстить вашей Золотой Сотне. Я поведу своих людей на помощь тем, кого угнетают «железные»! Я дам отчаявшимся оружие, знания! Я силой отберу у ваших господ то, что они силой захватили!

– Неужели твоя ненависть к Торговому Протекторату столь сильна, что ты готов вести своих людей на войну на иные миры? Ты готов покинуть дом, оставить свою землю и рисковать жизнью, сражаясь на других планетах с сильнейшим врагом, только из мести? – Криг всерьёз обеспокоился. Можно скептически относиться к угрозе от деградировавших и одичалых варваров, но перед ним был Зелёный Глаз. Криг знал этого человека, и он знал культуру и уровень развития его народа – эту гротескную смесь индустриальных технологий, во многом не уступающих таковым в «цивилизованном мире», и общинно-племенного общественного устройства.

– Моя ненависть и жажда мести – причина для войны на других планетах не менее значительная, нежели жадность и жажда наживы твоих хозяев, – тут вождь ухмыльнулся и пристально посмотрел на Крига. В гетерохромных глазах словно появился огонёк, – К тому же… Быть Вождём Вождей Востока и Запада – весьма почётно. Но стать Вождём Вождей многих миров… Ведь ваши силы на этой земле не самые малочисленные? Ты сам говорил мне, что есть миры, которые вы покоряли с куда меньшим количеством войск.

Криг смутился. Вождь отсталых техноварваров захватывает корабли Торгового Протектората и отвоёвывает дальние колонии. Бред какой-то. Но в устах Зелёного Глаза это звучит не так уж и абсурдно.

– Пойми, вождь, когда мы покинем эту планету, вас не оставят в покое. Прилетят другие небесные корабли, и на ваши головы обрушится оружие невиданной разрушительной силы. Твои земли превратятся в пепелище. Золотая Сотня не прощает и тоже умеет мстить.

– Как же твои господа простили «одинаковым воинам» захват стольких ваших земель? Стольких миров? Почему на их головы не пала разрушительная кара? Почему их дома не обращены в пепелища? Я видел, как «железные люди» бились с «одинаковыми воинами» на наших землях. За наши земли. В этих сражения страдали мои люди. Многие наши дома были сожжены. Но в чём провинились мы?! Только лишь в том, что мы слабее?!

– Нет… Это другое… У них больше сил. У них есть противокосмическая оборона. На всякой развитой планете множество станций, которые следят за небом и уничтожают врагов ещё на подлёте. У тебя этого нет.

Вождь задумался:

– Эти оборонительные станции… вроде тех, что ваши люди поставили у своих поселений здесь?

– Да, вроде того, – Теперь уже задумался Криг. Действительно, на этой планете были устроены базы ПКО. Они активно работали, когда на этой планете силы Торгового Протектората столкнулись с экспедиционными корпусами Империи Полярис. Когда началось масштабное восстание местных племён, многие из этих баз были оставлены персоналом и заняты людьми Зелёного Глаза или захвачены ими с боем. Вождь приказал не разрушать «небесные щиты», а сохранять их и изучать. Вокруг станций боевики устроили оборонительные периметры и пресекали все попытки колонистов отбить их обратно.

После паузы Криг добавил:

– Но вы не умеете ими пользоваться.

Разноглазый вождь вновь пристально посмотрел на собеседника. Его взгляд завораживал. Криг заметил, что у иных лидеров взгляд тяжёлый, словно свинцовое покрывало. Когда на человека так смотрят, хочется быстрее отвести глаза. Такой взгляд покоряет, подавляет волю, подчиняет собеседника. Но взгляд Вождя Вождей был другой. Искреннее выражение простого, ничем не примечательного морщинистого лица в сочетании с цветом его глаз создавали невероятную картину. Его взгляд не принижал собеседника, не гнал прочь взоры других, но наоборот приковывал к себе, вёл за собой. Казалось, что справа на Крига взирало бездонное голубое небо, а слева столь же глубокое зелёное море. Смотря в эти глаза, Криг как никогда понимал слова древнего философа о взгляде в бездну**.

– Но ведь ты в этом разбираешься, Джеф – промолвил вождь.

Криг молчал. Он и подумать не мог, что на этот раз беседа с Зелёным Глазом дойдёт до такого. Наконец Криг ответил:

– Я понимаю, к чему ты клонишь. Но ты ведь предлагаешь мне совершить предательство…

– И кого же ты предашь? Своих господ из иных миров, на которых ты даже не бывал? Они вообще знают о твоём существовании, Джефферсон Криг? Чем они заслужили твою верность?

– Я стал военным потому что мне это, чёрт возьми, нравиться. Форма, оружие, дисциплина, сила… Но я не выбирал, кому служить. Я просто родился в этом государстве. Я уроженец одной из планет, входящих в Союз Договора Торгового Протектората, – голос Крига дрожал. Казалось, он просто оправдывался, искал достаточные основания своей верности. Но какой-то вкрадчивый внутренний голос тихо шептал его метущейся душе, что эти поиски тщетны. Криг знал, что предавать нельзя, это неправильно, это плохо, предателям не верят, их презирают все. Но смотря в глаза вождя он так же понимал, что этот человек не будет его презирать. Он будет уважать любой его выбор.

Зелёный Глаз вздохнул, наклонился к Кригу и сказал:

– Ты говоришь, у тебя не было выбора? А что если я дам тебе этот выбор? Я, Вождь Вождей Востока и Запада Зелёный Глаз, даю тебе возможность изменить свою судьбу. И я спрашиваю тебя, друг мой Джефферсон Криг, кем ты хочешь быть: слугой поработителей или сподвижником освободителя? Я не тороплю тебя с ответом. Но ты сам понимаешь, что вечно держать здесь осаду мы не будем.

Криг шагал от шатра Вождя Вождей к воротам укреплённого лагеря боевиков. Он думал. Он вспоминал свою прошедшую жизнь и думал о настоящей. Что связывает его с так называемой «родиной»? Что даёт ему служба Протекторату? Деньги? Да, он получает приличное жалование, которое во время отпусков спускает на выпивку, женщин, казино и прочие взрослые развлечения. Военная служба давно уже не радует его. Форма, оружие, дисциплина, сила… Он уже сыт всем этим по горло! Когда началась война с местными он, да и его товарищи даже обрадовались: наконец-то какая-никакая движуха! Но радость разнообразия в унылой жизни на далёкой колонии быстро сменилась горечью поражений и понимания действительного отношения к ним метрополии.

Криг подошёл к внушительных размеров слоноподобному ездовому животному, на котором его должны были отвезти к своим. На спине этого «слона» была устроена удобная башенка, вмещавшая трёх человек. Погонщик уже был на месте, готовый к дороге. Криг обратил внимание, что из орудий, притороченных к «экипировке» животного, были извлечены магазины, а на крыше башенки развевалось белое полотнище. Когда Криг поднялся на спину «живого танка» он заметил на земле подле столбообразных ног покорёженные фрагменты корпусов киберов. Такие «трофеи» аборигены вешали на своих исполинских ездовых животных, на свои боевые машины, вывешивали на стены укреплений для поднятия боевого духа и устрашения врагов. Но сейчас их сняли по тем же причинам, по которым разрядили оружие (его снять гораздо труднее) – из уважения к парламентёрам и в знак мирных намерений во время переговоров.

Послушный погонщику боевой «слон» с Кригом на спине вышел в сторону космопорта. Криг никак не мог отделаться от сумбурных мыслей после разговора с Зелёным Глазом. Он то и дело представлял себе варварскую флотилию, внезапно возникающую в небе очередной отдалённой планеты, колонизированной «торгашами», или «полями», или подчинённой мафиозной группировке какого-нибудь пиратского лорда. Он живо воображал Зелёного Глаза, ведущего в бой обретших надежду на избавление аборигенов. И всё чаще представлял себя подле разноглазого вождя.

– Твоя крепко задумчивый, брат Джеф, – обратился к Кригу погонщик Угрун, тоже знакомый парламентёра, – Твоя думай слова вождя?

– Да, Угрун. Тут есть о чём подумать, братишка, – ответил Криг. Его всегда забавлял говор аборигенов, не вполне владеющих неоэсперанто.

– Зелёный Глаз умей говорить. Его язык танцуй словно девушка перед возлюбленный – так увлекать, так искушать. Красиво. Вождь никогда не ври. Всегда правда говори. Голый правда танцуй на языке Зелёный Глаз. Правда – его главный оружие. Правда – великий сила. Согласный, брат Джеф?

– Согласный… – отозвался Криг и вновь умолк, погрузившись в думы.

Ургун затянул песню. Криг вслушивался в слова и в очередной раз подумал, как же красив местный диалект. Погонщик пел о саванне, о густой весенней траве, что колышется и развевается на ветру, словно волосы любимой, о редких деревьях, чьи ветви плавно покачиваются, словно воздетые к небу в танце руки любимой, о холмах и долинах великой саванны, что так напоминают изгибы тела любимой…

«Что я потеряю, если приму сторону Зелёного Глаза и помогу защитить его планету от повторного вторжения или ядерной бомбардировки? – думал Криг, – В худшем случае – свою никчёмную жизнь? По сути – мелочь. А если нет? Если остаться верным Протекторату? Зелёный Глаз примет условия мира, «торгаши» и аборигены разделят сферы влияния, проведут границы и заживут в дружбе и гармонии? Как бы не так! А ведь я потеряю друга. Нет, Зелёный Глаз не перестанет меня уважать, но мы более не будем друзьями. А есть ли у меня друзья среди сослуживцев? Чёрт возьми, Зелёный Глаз, как можно быть столь проницательным? Ты читаешь людей как открытые книги! И как же много, чёрт возьми, зависит от моего, Джефферсона Крига, выбора! Ну, ничего. Будь уверен, Вождь Вождей, при следующей нашей встрече ты получишь мой ответ…»

​