Масленица: первый блин предкам

Празднование Масленицы связано с поговоркой «Первый блин [всегда] комом». Есть популярное заблуждение о том, что изначально там было «комАм», а блины, якобы, первые блины подносили медведям (это было зафиксировано даже в московском этнографическом диктанте).

Однако, слово «ком» в значении «медведь» не знакомо лингвистам. Его нет как в источниках, так и в диалектах. А форма «комАм» распространена только на определенных сайтах по язычеству, без каких либо ссылок на источники.

Всё дело в празднике под названием «комоедица», который отмечался только в нескольких селах Минской губернии (описание дано у этнографа В.П. Шейна.). Да, действительно праздник отчасти посвящен пробуждению медведя, что дало академику Рыбакову основания назвать это реликтом индоевропейского культа. Но название, якобы, связано с поеданием гороховых комов (!), что может указывать на народную этимологию.

Но этимологические корни слова могут быть иными, близкими к «комедии» от греч. κωμῳδία /комойдиа/ от - κῶμος /комос/ «весёлое и/или торжественное шествие» и ᾠδή /ойдэ/ «песня».

Нет никаких указаний и на то, что блины кто-то готовил для медведя нет. А вот первый блин для овец для защиты от мора — пожалуйста (Славянские древности, том 1, стр. 194).

Вот комментарий фразеолога В.М. Мокиенко:

ПЕРВЫЙ БЛИН КОМОМ = Первая попытка обычно бывает неудачной? Пословица, казалось бы, основана на чисто реальном бытовом наблюдении. Пока сковорода ещё недостаточно горяча, первый блин получается «скомканным», а не лепёшкой, плохо снимается со сковороды, если она недостаточно прогрета. Такая образная логика, действительно, повлияла как на современное значение пословицы, так и на её актуальную форму. Правда, аналогичные представления о неудачности первой попытки в пословицах других народов выражаются по-иному – напр., укр. Перша чарка колом (ср. рус. Первая чарка колом, вторая - соколом); польск. Piеrwszе kоty zа plоty; Piеrwszе śliwky rоbасzywki

На Руси блины ели не только на Масленицу… Они были на столе при поминальных обрядах, на свадебных пирах и т. п. Первый блин считался особым и отнюдь не «скомканным», неудачным. В Рязанской губернии, напр., при каждом обычном печении блинов, наливая на сковородку , призывают всех родственников присоединиться к трапезе. Там же перед погребением, выпекая блины для поминовения, кладут в головах покойника. В поминальных обрядах умерших родственников как бы приглашали вкусить (или заломленный хлеб). В Тамбовской губернии такой блин клали на слуховое окошко для родительских душ, в Калужской – в субботу перед Масленицей его оставляли на божнице «для родителей», в других местах несли на погост и просто клали на могилу.

В некоторых губерниях России на Масленицу набожные женщины съедали первый за упокой усопших. Таким образом, первый блин предназначался усопшим, был своего рода данью предкам, обеспечивающей связь с загробным миром. Именно поэтому к его приготовлению нужно было относиться особенно. И если даже , столь «ответственный» для культа усопших предков, выходил комом, то человеку грозили бедствия.