Реформы и новая ориентированность Югославии с 1948 г. в представлении буржуазной историографии

Приведенные ниже цитаты взяты из двух любопытных книг. Одна: "Краткая история Югославии", написанная несколькими западными буржуазными историками в 1972 году. Другая: "Титоизм в действии; Реформы после 1948 года", написанная Фредом Уорнером Нилом в 1958 году в том же ключе. В обоих мы находим многочисленные свидетельства отличительных особенностей югославского ревизионизма, особенно по вопросу экономических реформ после 1948 года, и его теоретизирования о фронте и партии, которые подтверждают справедливое осуждение коммунистическим движением этой ревизионистской тенденции.

Мы можем найти конкретные изменения в экономике, такие как разрешение каждому "самоуправляющемуся" предприятию самостоятельно устанавливать заработную плату, какие товары производить, где и когда их продавать, что чуждо общенациональному плану:

"Эти последние предложения приводят экономиста в восторг. Они "могут быть хорошо восприняты Западом", - с восторгом заявляет он. Корреспондент Daily Mail Александр Клиффорд еще более восхищен перспективой новых экономических реформ Тито. "Если они будут проведены, - пишет он 3 августа 51 года, - Югославия, похоже, окажется гораздо менее "социализированной", чем Великобритания". Переходя к пунктам журнала, касающимся экономических мер, он, похоже, приветствует меры Тито: "Цена на товары будет определяться рынком, то есть спросом и предложением, зарплаты и оклады будут устанавливаться в соответствии с доходами предприятия, и эти экономические предприятия будут самостоятельно решать, что производить и в каких количествах". (Джеймс Клугманн; От Троцкого до Тито, 1951)

Также о влиянии иностранного капитала в Югославии:

"Иностранные капиталисты, то есть компании, тресты и другие инвесторы, имеют в Югославии такое же право принимать решения о политике и общем развитии страны, как и сама югославская власть. Так называемые самоуправляемые предприятия, как крупные, так и мелкие, фактически обязаны принимать во внимание иностранного инвестора. Этот инвестор имеет свои собственные права, которые были навязаны югославскому государству, имеет своих непосредственных представителей в этих совместных предприятиях и имеет своих представителей и влияние в Федерации". (Энвер Ходжа; Югославское самоуправление; капиталистическая теория и практика, 1978).

Другим аспектом, который пытались скрыть в Югославии, как и в других странах, где господствовал ревизионизм - например, в Польше или Румынии, - была огромная задолженность перед такими организациями, как Международный валютный фонд и империалистическими государствами - США, Западная Германия, Великобритания и т. д., - чтобы скрыть неэффективность своей экономики, хотя в конечном итоге, как это обычно бывает, она привела к тяжёлым последствиям, которые в итоге замедлили бы конец этих режимов. Как мы уже говорили, эта политика не прекращалась при жизни Тито, и после его смерти в 1980 году Югославия оказалась бы с долгом в 20 миллиардов, как и было сказано в 1978 году:

«Если югославская экономика и сделала некоторые шаги в своем развитии, то этим она обязана отнюдь не системе «самоуправления», как это рекламируют титовские ревизионисты. В Югославии в виде инвестиций, кредитов и «помощи» вложены огромные капиталы капиталистического мира, составляющие значительную часть материальной базы югославской капиталистическо-ревизионистской системы. Только долги Югославии достигают суммы более 11 миллиардов долларов. Кредиты, полученные Югославией от Соединенных Штатов Америки, превышают 7 миллиардов долларов. Недаром международная буржуазия поддерживает такой солидной материальной и финансовой базой югославскую систему «социалистического самоуправления». Костыли западного капитала служат этой системе для того, чтобы удержаться на ногах в качестве образца сохранения капиталистического строя, прикрываемого лжесоциалистическими этикетками». (Энвер Ходжа, Югославское самоуправление, теория и практика капитализма, 1978)

В 1980 г:

«Последние годы правления Тито были временем эйфории и потребления, превышающего низкий доход на душу населения, который страна имела в последнее десятилетие - от 1900 до 2500 долларов к концу. Было ясно, что динар больше не может поддерживать искусственный обменный курс, и когда осенью 1979 года в Белграде состоялось ежегодное заседание Международного валютного фонда и Всемирного банка, югославы услышали настойчивые рекомендации девальвировать свою валюту... (...) Югославский внешний долг составляет 18 миллиардов долларов, что на душу населения очень похоже на бремя Польши, но с более осторожными выплатами процентов и твёрдой волей сдержать наплыв лёгких денег в краткосрочной перспективе и удушающих в долгосрочной. Поскольку 21 % всех валютных поступлений Югославии идёт на погашение и обслуживание внешнего долга, страна приближается к красной отметке в 25 %, которая уже однажды загоралась в предыдущее десятилетие. Важную роль в этом играют туризм и денежные переводы эмигрантов». ("El país; Югославия страдает от 80% инфляции во время своего самого тяжелого экономического кризиса 1980 года").

Что касается коммунистической партии, называемой Союзом коммунистов Югославии, то она была распущена в рамках фронта, называемого Народным союзом, что чуждо марксистско-ленинской теории. Трусость всегда ставить массы в качестве примера ведущей роли фронта впереди партии, чтобы не создавать полемику об однопартийности правительства, отрицать ведущую роль марксистско-ленинской партии в социалистическом обществе и бояться объяснить, что именно партия должна управлять фронтом, где массы без партии собраны в профсоюзах, молодёжных группах и т. д., - всё это носило ликвидационистскую тенденцию:

"Согласно марксистско-ленинской теории, партия - это главная руководящая сила в стране, имеющая собственную программу и не размываемая в массе тех, кто не имеет партии. Партия - это высшая форма организации и важнейшее оружие рабочего класса. Но в Югославии именно народный фронт, а не коммунистическая партия считается главной руководящей силой в стране. Югославы принижают роль коммунистической партии; они разбавляют её, по существу, народным фронтом тех, кто не имеет партии, который состоит из очень разных элементов с классовой точки зрения - рабочих, крестьян, индивидуально эксплуатируемых рабочих, кулаков, купцов, мелких промышленников, буржуазной интеллигенции и т. д. (...) Тот факт, что в Югославии на политической арене действует только народный фронт, а партия и ее организации не выступают открыто, от своего имени, перед народом, не только снижает роль партии в политической жизни страны, но и подрывает её как самостоятельную политическую силу, призванную завоевывать растущее доверие народа и привлекать под свое влияние все более широкие массы трудящихся путем открытой политической пропаганды своих взглядов и программы. Руководители Коммунистической партии Югославии повторяют ошибки русских меньшевиков в отношении растворения марксистской партии в организации беспартийных масс. Все это доказывает существование ликвидаторских тенденций в Коммунистической партии Югославии". (Резолюция Коминформа коммунистических партий о положении в Коммунистической партии Югославии, 28 июня 1948 г.).

И многие другие отклонения, характерные как для югославского ревизионизма, так и для многих других направлений ревизионизма, такие как деколлективизация - для польского ревизионизма, децентрализация и "принятие сельского хозяйства за основу" - для китайского ревизионизма, или пропаганда "полной либерализации культуры и искусства" - для еврокоммунистического ревизионизма, будут видны в цитатах.

Мы просим вас помнить, как мы уже повторяли выше, что это документы, написанные буржуазными идеологами, поэтому цитаты не свободны от антикоммунистических клише в отношении определённых исторических событий, поэтому в некоторых цитатах, которые могут оттолкнуть читателя, мы сделали небольшие примечания.

Документы:

• (1) «В результате спора с Коминформом Югославия в 1949 году прекратила помогать греческим коммунистам. Греческое правительство подавило восстание [имеется в виду гражданская война в Греции 1946-1949 годов - примечание от автора статьи], и, поскольку отношения с Югославией улучшились, стало возможным подписание Балканского пакта в 1953 году между Югославией, Грецией и Турцией. Хотя их контакты стали более тесными, это создало атмосферу большей безопасности и показало, что Югославия может иметь хотя бы общий союз с двумя странами-членами НАТО». (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (2) "Улучшение отношений с другими западными странами также расширило югославскую торговлю, особенно с Западной Германией и с тремя странами, которые участвовали в основных программах помощи: Францией, Великобританией и США - в 1961 году югославский импорт составил $910 млн, а экспорт $569 млн. Из этого экспорта $261 млн ушло в Западную Европу, $43 млн в Северную Америку, $175 млн в Восточную Европу и Советский Союз и $90 млн в остальные страны мира - после решения вопроса о компенсации". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (3) "Договоры и соглашения между Югославией и Восточной Европой закончились; их заменили торговые соглашения с Великобританией, Западной Германией и другими западноевропейскими странами - соглашение с Западной Европой было отложено на некоторое время из-за переговоров о компенсации за иностранную собственность, национализированную югославским правительством. Соглашение было достигнуто в 1949 году. Были предоставлены краткосрочные и среднесрочные кредиты, а с 1949 года Югославия получает займы от Экспортно-импортного банка США и Международного банка реконструкции и развития". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (4) "После смерти Сталина Россия начала сближение с Югославией, а Хрущев и Булганин посетили Белград в 1955 году. Извинения Хрущева за советские ошибки в отношении Югославии [они ссылаются на письма Сталина и Молотова к Тито и Карделю, а также на осуждение Коминформом югославских взглядов летом 1948 года - примечание автора] не привели к немедленному эффекту возвращения Югославии в советский лагерь, но отношения между Тито и Хрущевым на короткое время улучшились, и Тито приложил огромные усилия, чтобы его идеи о коммунизме были приняты в Восточной Европе. По его настоянию 17 апреля 1956 года был распущен Коминформ, он добился отставки сталинских лидеров в странах-сателлитах, особенно Ракоши в Венгрии. (...) Новые идеи югославских лидеров о "независимых путях к социализму" были уточнены и определены в интересах югославов и других коммунистов. Они были объявлены на VII съезде Коммунистической партии Югославии в 1958 году, где название было изменено на Союз Коммунистов Югославии". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (5) "Возможно, суть новой югославской доктрины заключалась в том, что государство должно немедленно начать "уничтожать себя". Заложив общие основы своей новой идеологии, югославы в 1950 году приступили к осуществлению ряда реформ, которые изменили политический и экономический характер государства. Новые реформы должны были защитить от "сталинско-капиталистического бюрократического государства" и привести в движение процесс "отмирания" государства. Ключом к развитию является децентрализация: децентрализация правительства, децентрализация экономики, децентрализация коммунистической партии. Децентрализация, - говорит Моша Пияде, один из ведущих теоретиков югославов, - это первый и самый важный шаг к демократии и путь к социализму". ("Фред Уорнер Нил", "Титоизм в действии", "Реформы после 1948 года", 1958).
• (6) "Хотя в определенном смысле реформы представляют собой единое целое, они были логически разделены на категории. Первая касалась промышленности и экономики в целом: самоуправление заводов, модернизация механизма планирования и децентрализация экономического управления государством (...) Вторая группа реформ относилась к области политической организации и была воплощена, как и большинство административных изменений, в конституции 1953 года. Она предусматривала предоставление большей политической автономии органам управления различных республик, значительное расширение полномочий муниципальных органов власти и прямое представительство трудящихся в законодательных органах районов. Таким образом, в конституции нашла отражение новая теория разделения властей на политические и административные, а также новая форма исполнительной власти. Третья группа реформ представляла собой целую серию аграрных мер, которые отражали провал коллективизации и окончательно ознаменовали конец колхозной системы. Земельные реформы, однако, находились в отдельной категории от остальных, что было обусловлено как теоретическими, так и практическими факторами. Они были начаты как временные меры, и югославы лишь неохотно рассматривали их как неотъемлемую часть всей новой системы". ("Фред Уорнер Нил", "Титоизм в действии", "Реформы после 1948 года", 1958)
• (7) "Важным основным принципом югославской внешней политики, возникшим после 1950 года, был принцип неприсоединения. Она начала приобретать друзей и поддержку в первый период югославской изоляции: она превратилась в движение организаций малых, слабых или не имеющих обязательств стран, чтобы, объединив усилия в международных делах, они могли иметь больший вес в мировых делах. В период с 1958 по 1966 год Тито посетил многие афро-азиатские и южноамериканские страны, чтобы заручиться поддержкой своего движения. Наибольшего успеха он добился в отношениях с Насером в Египте и Неру в Индии". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (8) "26 июня 1950 года был принят закон, который передал управление всеми экономическими предприятиями в руки рабочих - принцип самоуправления рабочих советов был распространен практически на все группы, включая университеты, школы, больницы, гражданские службы, транспорт, внешнюю торговлю и т.д. -. На всех предприятиях, фабриках и мастерских каждые два года избирались Советы рабочих, и закон предоставлял им достаточно полномочий для управления внутренней администрацией, условиями труда, распределением капитала и доходов, а также для принятия решений о том, какая продукция принадлежит тому или иному предприятию и как и когда её продавать - свобода Совета рабочих была ограничена различными положениями, предусматривающими обязательную уплату взносов, сохранение инвестиций, выплату заработной платы и т.д., но современные тенденции скорее увеличивают, чем уменьшают исполнительную власть Советов рабочих. В то же время исчез централизованный контроль над ценами, и ценам было позволено регулироваться в соответствии с законом спроса и предложения, но это не распространялось на все товары. В 1951 году также прекратился централизованный контроль над внешней торговлей. Экономические принципы и политика, лежащие в основе этих изменений, были включены в новую конституцию, которая была обнародована в 1953 году". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (9) "Промышленное производство росло до 1948 года, а к 1950 году остановилось; но после вливания иностранной помощи оно резко возросло, и к 1953 году большинство ключевых объектов было завершено". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (10) "С 1953 года в сельскохозяйственной политике и в обращении с крестьянами произошли значительные изменения. Указ от 30 марта 1953 года разрешил фермерам выводить землю и скот из кооперативов; к концу года более 3/4 кооперативов были распущены или полностью реорганизованы". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (11) "Инвестиции в сельское хозяйство увеличились, составив 643 миллиарда динаров за десять лет - в период с 1952 по 1956 год были подготовлены десятилетние планы для каждого сектора экономики, указывающие на широкие перспективы будущих программ, - по сравнению с 19 миллиардами динаров в первом пятилетнем плане, но всё равно были недостаточны для эффективной модернизации. Машины, удобрения и сельскохозяйственный инвентарь, крайне необходимые, были разрешены к импорту". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (12) "Реформы в сельской политике были лишь частью крупных изменений, произошедших в 1950-е годы в различных аспектах политической и экономической организации государства. Централизм в экономическом планировании, скопированный со сталинской России [имеется в виду марксистская аксиома о централизации и экономическом планировании - примечание автора] и закреплённый в первой конституции и пятилетнем плане, был отброшен в пользу политической и экономической децентрализации." (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (13) "Хотя вся политическая оппозиция была таким образом запрещена, политическая литература процветала в условиях нового освобождения. Всё больше книг импортировалось с Запада (...) В искусстве также было отмечено освобождение, позволившее югославским художникам отказаться от социалистического реализма, чтобы практиковать - по крайней мере, на время - абстракцию и другие формы современного искусства, которые были модны в некоммунистических странах. Югославская культурная жизнь перестала быть на задворках мейнстрима западной цивилизации, с которой она была так плодотворно связана на протяжении многих веков". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).
• (14) "Наконец, были реформы, ослабляющие дух тоталитаризма в Югославии; в эту группу входили не только новый уголовный кодекс и новый избирательный закон, но и новая, децентрализованная роль коммунистической партии в плане ответственности и её прежние расширенные полномочия для народного фронта". ("Фред Уорнер Нил; Титоизм в действии; Реформы после 1948 года", 1958)
• (15) "Отвечая на обращение Тито, Народный фронт на своем 4-м съезде в Белграде в феврале 1953 года реорганизовал себя. Сменив название Народного фронта на "Социалистический союз трудового народа Югославии", Кардель в то время, будучи генеральным секретарём, заявил, что новая организация, которая вместе с изменением названия партии на "Союз коммунистов Югославии", была "неотъемлемым элементом всех социальных изменений, произошедших в нашей стране за последние несколько лет, получила здесь организационное завершение". Эдвард Кардель отрицал, что перемены были только в названии, но настаивал на том, что произошли "существенные изменения в характере и роли Народной Республики перед лицом новых социальных условий". Он заявил, что "Социалистический союз - это не политическая организация социалистов, а союз рабочего класса и всех трудящихся, которые с помощью этого союза попытаются политически дополнить своё правительство и определить социалистическую политику правительства, а также всех других социальных органов. Политическая платформа должна быть достаточно широкой, чтобы в ней могли участвовать все граждане, которые имеют одинаковое почтение к социальной общности и принимают общие цели социализма, независимо от их идеологии и других различий во взглядах". Кардель видел новую роль Союза коммунистов Югославии в "общем идеологическом руководстве политической и просветительской работой среди масс", в то время как Социалистический союз должен был заниматься "конкретными политическими и социальными вопросами". Проще говоря, югославы, объединившись в союз, должны были проводить широкую и общую политику, а затем, по отдельности, руководить в Социалистическом союзе реализацией конкретных политических вопросов". (Фред Уорнер Нил; Титоизм в действии; Реформы после 1948 года, 1958)
• (16) "На самом деле Милован Джилас теоретически поддерживал партию только формально в обществе. Он утверждал, что в Югославии больше нет необходимости развивать классовую борьбу, поскольку все действительные враги социализма ликвидированы. "Новый враг, - писал он, - это бюрократия, которая ещё более опасна, чем прежний враг - капитализм". Внося сумятицу в ряды югославских коммунистов, Джилас добавлял: "Рядовые члены Союза коммунистов Югославии зашли в тупик. Сверху их просят что-то сделать, а они не знают, что делать. По сути, им нечего внести в старое дело. Вопросы так называемого воспитания и идеологической работы устарели и надоели". Союзу коммунистов Югославии, по мнению Джиласа, нечего делать и нечего представлять, и она представляет собой реальную опасность для развития демократического социализма, поэтому Союз коммунистов Югославии должен "увянуть", объединившись с Социалистическим союзом, а отдельные коммунисты должны объединиться с массами без партии. Милован Джилас ставит под сомнение не только необходимость партии, но и её вспомогательных организаций, таких как молодёжные и профсоюзные. "По моему мнению, - пишет он, - профессиональная партия, молодёжные и другие организации излишни, ленинский тип как партии, так и государственной диктатуры через партию устарел". (Фред Уорнер Нил; Титоизм в действии; Реформы после 1948 года, 1958)
• (17) "Югославские теоретики, обсуждая новые события, постоянно подчёркивают их отличие от советской практики. Несомненно, они отличаются. Децентрализация, например, в некоторых случаях вызывала критику со стороны американских властей в миссии FOA в Белграде, поскольку некоторые наблюдатели пришли к выводу, что главной югославской мотивацией было "делать вещи как можно иначе, чем в России, и при этом претендовать на сохранение видимости марксизма". В то же время новая экономическая и политическая структура Югославии в определённой степени копировала западные институты. Это свободно признают югославы, хотя они категорически отрицают "давление Запада", которое заставило их пойти на новые изменения, или то, что западная помощь была существенным фактором в этих реформах". (Фред Уорнер Нил; Титоизм в действии; Реформы после 1948 года, 1958)

18) "В экономических вопросах Югославия продолжала поддерживать отношения как с восточным, так и с западным странами, предпочитая, однако, сотрудничество с западными экономическими организациями, в том числе осторожное сближение с Европейским экономическим сообществом, поскольку оно требовало меньших политических обязательств, чем от членов Совета экономической взаимопомощи, к которому Югославия по-прежнему относилась с подозрением. Хотя в 1960-х годах торговля с коммунистическими странами расширилась, Югославия продолжала заниматься сельским хозяйством на территории, которая охватывала большую часть мира. Быстрые темпы экономического роста конца 1950-х годов замедлились в начале следующего десятилетия, что привело к периодическим циклам инфляции, которая в 1965 году привела к радикальным экономическим реформам и девальвации валюты; в 1966 году была введена новая валюта. Значительная внешняя задолженность, неблагоприятный платежный баланс и растущая безработица свидетельствовали о том, что сочетание коммунистических и западных экономических мер в Югославии не решило её экономических проблем". (Х.К. Дарби, Р.В. Сетон-Уотсон, П. Оти, Р.Г.Д. Лаффан и С. Клиссолд; Краткая история Югославии, 1972).