История Альпклуба МИФИ
Секция альпинизма в МИФИ, кажется, была всегда…
Темным вечером августа 1977 года, когда жара спала, и таинственные звезды повисли над громадами Фанских гор, к нашему костру на поляне Тепа пришел пожилой альпинист. Узнав, что это альпинисты МИФИ проводят сбор в горах Таджикистана, он оживился, и стал вспоминать. Река шумела в темноте. Кривые кусты арчи бросали причудливые тени. Человек из Обнинска бродил здесь один по Фанским горам своей молодости.
Он сетовал, что альпинизм в МИФИ совсем зачах, а вот раньше… Да знаете ли вы, какой был в МИФИ альпинизм в 50-е и 60-годы. Какие сборы проводили на Кавказе, в Джайлыке, в других районах. Да сам Олег Космачев учился у нас. А вы даже истории своей не знаете.
Да, мы плохо знали свою историю, но слушали с интересом. Однако вспомнили, что Герман Аверьянов и Игорь Шагурин за восхождение на пик Чапдара здесь же, в Фанах, стали серебряными призерами чемпионата Москвы. Утром человек ушел. Мы отдохнули, подлечили поцарапанные на скалах пальцы, и пошли на следующее восхождение.
С Олегом Космачевым мы пересеклись на Памире в 1980 году. Его дочь Наташа, студентка МГУ, тренировалась годы спустя у нас в зале. Устав от лазания по стенду, двукратная чемпионка СССР по скалолазанию устраивала борцовские схватки с нашими скалолазами, которых тренировал Юра Шаранин. Потом садилась за рояль и выдавала импровизации из классической и джазовой музыки.
Начался альпинизм с того, что 1971 году я решил разнообразить свой отдых. За год до этого стал инструктором по спелеотуризму. Многие не приехали на сбор из-за карантина по поводу эпидемии чумы. На хребте Алек, недалеко от Сочи, по ходу сбора инструкторов, мы нашли проход из пещеры Осенняя в пещеру Назаровская. Вся система стала глубиной 500 метров, и тянула на рекорд Союза. После этого я переехал в Минводы, добрался на автобусе до Верхнего Баксана и ночью пришел в альплагерь Джайлык. Дорогу показали ребята, которые сбегали вниз, в ущелье на 12 км за выпивкой. Им надо было обмыть значки «Альпинист СССР», которыми они очень гордились. Мы долго поднимались среди темных склонов к горной прохладе. В учебной части мне сказали, что здесь ночевать нельзя и послали в соседний лагерь Уллу-Тау. Мои провожатые хмыкнули на это, и тихо показали на пустую кровать в палатке.
Утром я выглянул наружу. В неправдоподобно синем небе висели белые громады Уллу-тау и Чегета. Замерли зеленые сосны над прозрачным ручьем. Я тоже замер, а когда пришел в себя, то оказалось, что мои друзья МИФИсты-пятикурсники живут в соседней палатке. Юра Скаженник и Саша Колесников были в печали – горы сверкали потому, что их покрыл снегопад. А из-за этого инструктора не повели их на зачетную вершину Виа-Тау 2Б категории сложности, и они остались без третьих разрядов.
Мы дождались Андрея Свиридова, с которым ходили зимой в походы на Кольский полуостров и на Приполярный Урал. И отправились по перевалам Кавказа. Начался сентябрь и народ медитировал: А вот сейчас шеф входит в лабораторию и спрашивает, а где это мой практикант Саша? А в это время Саша ест малину в верховьях ущелья Тютю-су. Кстати, потом оказалось, что с другой стороны малинника копошился медведь. Но это другая история… Погода нас не баловала, на перевалы мы вылезали то по колено, а то и по пояс в снегу. Под Безенгийской стеной два дня сидели в пурге. Но бог миловал.
Горы запали в душу. На следующий 1971 год я сдал летнюю сессию досрочно. К 11 июня, пока народ парился в душных аудиториях, по которым летал пух тополей, я уже погружался в горную прохладу. Путевку Слава Вязьмин, который был тогда председателем альпсекции, выдал с радостью. Потом я узнал, как трудно пристроить путевки на первую смену, а тут такая удача – сам пришел.
После первой смены, получив значок «Альпинист СССР» под руководством инструкторов из сборной команды ЦС ФиС Валеры Мальцева, я остался еще на смену. Инструктора уехали на высоту и через год стали чемпионами Союза за пик Энгельса. Приехал стройотряд из студентов-альпинистов МИФИ. Мы копали котлованы для будущих корпусов, копали ямы для будущей высоковольтной линии (ЛЭП). Натыкались на мощные валуны в толще грунта, корчевали деревья. Корпуса построили через год.
Этот лагерь могучего Средмаша стоил больше, чем остальные 20 альплагерей Союза. В 1983 году огромный селевой поток разрушил прекрасный старый Джайлык. Лагерь отстроили на новом месте, первые годы участники жили в палатках и юртах. Потом возник большой корпус, но из-за рухнувшей на нас перестройки он так до конца и не заработал... В красивом кавказском ущелье Адыр-Су, где Джайлык расположен уже более 60 лет, начали свои горовосхождения практически все мифисты. В 90-тые годы летом в корпусе отогревались и отъедались пострадавшие от погромов ингушские дети. А ЛЭП так и не построили – слишком ненадежный рельеф. Еще многие годы спустя, я натыкался в лесу на наши ямы…
В те годы авторитетами альпинизма в МИФИ были Герман Аверьянов (кафедра №14), Игорь Шагурин (кафедра №27), Слава Вязьмин. Кандидаты наук и кандидаты в мастера, доценты и инструктора. Они проводили тренировки, пытались организовать сборы, заказать и получить снаряжение для секции.
И процесс пошел. Стали складываться группы. Тренировались вместе Саша Горюн, Володя Новиков, Коля Белов и Игорь Мальцев, также Сергей и Илья Рыжиковы, Юра Шаранин, Ольга Виноградова. Получив за три года вторые разряды в родном альплагере Джайлык, мы получили шанс поехать в Среднюю Азию. В 1975 году провели в Фанских горах совместный сбор с альпинистами из Обнинска и уральского города с номером. Сбор прошел с приключениями, мы с Мальцевым даже прошли новый маршрут на пик Дутандон. Те, кто тогда познакомился, сохраняют дружбу до сих пор. Дождь был в первый день и в последний, а так светило солнце. После снежного и ледового Кавказа, с разной погодой, мы прошли школу скальных вертикалей, где главная обувь не кошки, а калоши. Старшим тренером у нас был, и остался на многие годы, Александр Сергеевич Федоров, упитанный мастер спорта, который ходил на пик Ленина еще с Виталием Абалаковым. Точный расчет плана любого сбора у главного инженера проекта Федорова, сочетался с изрядным чувством юмора. Это обеспечило доброжелательную атмосферу на всех наших сборах, летних и зимних, и достижение достойных спортивных результатов.
В 1976 году мы с Витей Сафоненко первый раз в мае поехали на сбор к сухумским физтехам на Кардывач. Это горы Главного Кавказского хребта, в 20 км от знаменитого озера Рица. Суровые зимой и весной маршруты по снежным склонам, летом зеленеют травой. Совершили несколько восхождений в составе альпиниады. Потом свои сборы проводили. Для весны хорошая тренировка, а лето перезимовать мы и повыше горы найдем.
В 1977 году мы снова провели сбор в Фанских горах. Наши палатки стояли на изумрудной лужайке Тепа у прозрачной реки Казнок. Трава здесь может соперничать с теннисными кортами. Совершили более десяти восхождений на эти белые, красные, фиолетовые горы, в том числе два маршрута 5А. Трое выполнили первые разряды. Наши инструктора, мощные кандидаты в мастера, выпускник МИФИ Сергей Рыжиков и Гена Прусов, муж сотрудницы МИФИ Ольги Виноградовой, приехали с Памира, где сделали первопрохождение на пик Шипка, 5Б категории сложности. Мы вернулись усталые в лагерь с пика Вильнюс, закрыв первые разряды, мечтая отдохнуть, а потом сходить для души какое-нибудь первое прохождение. Вспоминали Белый Барс, Кидзал, Дутандон, Жинатар, три восхождения на Арг, и т.д. Но Федоров сказал: минут двадцать отдохните, а потом следом за остальными поднимайтесь снова на Дутандон – там авария в группе калужан. Сломана рука, нога, наверное, и сотрясение есть. Надо занести на вершину два бревна для носилок.
Следующие три дня мы тащили носилки, которые связали из бревен репшнурами, по бесконечному пыльному кулуару, страхуя веревками, которые Сергей Рыжиков и Гена Прусов наращивали до 120 метров. Пострадавшего наш доктор Игорь Мальцев и врач калужан накачали уколами. Когда веревки продергивали к следующей станции, они цепляли камни, которые разгонялись, и свистели вокруг пулеметными очередями. Иногда щелкали по каскам. Чаще других голову страдальца закрывал Витя Сафоненко, сидя над ним рюкзаком вверх, прикрывая его как щитом. Белов, Горюн, Мальцев, Поляков, Илья Рыжиков, Шаранин и другие тащили нелегкий груз по очереди. Ночевали в середине кулуара – пересидели на камнях до рассвета. Еды уже не было, воду топили из грязного льда, который сохранился в закутке. Однако калужанина спустили в долину, Оля Виноградова и Наташа Богатова помогали внизу. Донесли вдоль реки до кишлака, а там пришел вертолет. Эту историю потом много лет приводили в пример на сборах спасателей, как спортивная группа подручными средствами спасла пострадавшего.
Той спасаловкой руководил выпускник МИФИ Сергей Рыжиков – наш первый мастер спорта. Сергей в составе команды Средмаша участвовал в Чемпионатах СССР, в 1978 году стал начальником КСП ущелья Адыр-Су. В ноябре 1979 года он погиб в лавине на простом маршруте вместе с тремя молодыми киевлянами, которые уговорили его сводить их на гору после снегопадов. Он пошел потому, что хотел знать «свои» горы в любом состоянии...
Осенью 1977 г. Виктор Яковлевич Молоков, зав. кафедрой физвоспитания, предложил мне проводить тренировки как преподавателю, на почасовой основе. Эту работу я и так проводил сам в разных формах еще с 1970 года, когда стал инструктором по спелеологии. А тут уже официальная работа, да деньги в семье лишними не бывают при зарплатах инженера.
В 1978 году сбор провели в Алайском хребте. Новый район, мало изученные горы. В Подкове космонавтов, на вершины Терешковой, Быковского, Добровольского 4А-4Б совершали вторые-третьи восхождения. Скалы, снега, лед, длинные подходы, прекрасная погода. Основная масса молодых альпинистов поехала, как обычно, в Джайлык, проходить школу начальной подготовки. В 1979 году снова провели сбор в Фанских горах. Погода была не всегда «фанская», и на стене Арга 5Б к. трудности я в верхней нависающей части вылезал по веревке в пурге, не видя самой стены. Сбор сделал много восхождений, разряды выполнили. На первенстве ЦС ФиС заняли первые места во всех группах восхождений, а секция стала лучшей в отрасли.
В 1980 году в экспедиции ЦС ФиС, после восхождений на пики Корженевской и Коммунизма, команда Игоря Хацкевича пошла на стену пика Москва (6785 м) для участия в Чемпионате СССР. Это закончилось трагедией. На 15 день восхождения, в условиях непогоды, замерзли Игорь Хацкевич, Гена Поляков и Алексей Давыдов из Азамаса-16.
Я там был в головной спасательной группе. Мы ходили 17 дней. Обошли вокруг всего хребта Петра Первого. На восьмой день взошли на Москву с обратной стороны, по новому пути. Коростелева и Прусова накормили, потом вытащили на гребень со стены. Я первым к ним спускался. Скал близко нет, льда нет. Верхние привязали веревку к ледорубам, воткнули в снег и стояли на них. А под нами ледник Фортамбек – почти на три километра ниже. Снег высотный, топчешь-топчешь – и опять по пояс проваливаешься.
Пока пробивался вниз, взмок. Не заметил, как началась пурга. Сверху кричат – вылезай, замерзли совсем. А веревка уже обледенела. Жумар скользит. Хорошо репшнуры с карабинами по карманам были – сделал петли с узлом Бахмана. Но пока вылезал с рюкзаком, надорвался. Там выше 6700. Плевропневмония, обморожения. Туда за нами еще перебросили человек 60, с высотным опытом. Только 2 сентября вернулись в Джиргиталь. Грандиозная была операция. Я потерял больше 20 кг веса. Истощение, обморожения.
Троих спустили на следующий год. Для этого ЦС ФиС была организована большая экспедиция. Погоды не было. Только в последний день успели всех вытащить.
Получать деньги от государства было не очень легко. В 1985 году только в последний момент мы получили средства и провели короткий сбор в Ала-Арче, неподалеку от Фрунзе. После тренировочных восхождений мы прошли в непогоду три маршрута 5Б кат. сложности на красивые вершины пика Корона за 9 дней. Маршрут на 5 башню Короны занял 1 место на Чемпионате ЦС ФиС по альпинизму.
Кроме того, бюрократы из Федерации и Управления альпинизма могли прислать запреты прямо в горы и правила менялись по ходу игры. В 1986 году пока мы совершали первопрохождение на пик Адмиралтеец (5090) в ущелье Ак-Су (1 место на Чемпионате ЦС ФиС по альпинизму), управленцы в столице вычеркнули наш сбор из числа самостоятельных мероприятий. Из-за этого, когда после ночного вояжа в 600 км в кузове грузовика на рюкзаках через границы Таджикистана, Узбекистана и Киргизии мы под утро въехали в Ош, то услышали на КСП, что путь на пик Ленина нам закрыт. Пришлось возвращаться.
За эти годы сложился образ жизни альпсекции. С сентября по июль в спортклубе проходили тренировки: понедельник, среда, пятница. Кросс по холмам Коломенского, футбол в хоккейной коробке. Потом силовая разминка в зале, лазание по шведской стенке. Создали целый комплексный маршрут для лазания в связке со страховкой, со сменой лидера – через наклонный канат, шведскую стенку, турник.
Усилиями скалолазов во главе с Юрой Шараниным в гимнастическом зале появился стенд. Это прообраз современных скальных тренажеров – вертикальный фанерный щит в три метра с фанерными брусками, которые имитировали скальные зацепки. Нагрузка на пальцы, координация, специальная выносливость. Щит можно наклонять, имитируя нависания. Потом появились специальные имитаторы зацепок – нашлепки на винтах, наклоны и расположение которых позволили имитировать разные маршруты. Когда под альпклуб МИФИ нам отдали кирпичную башню, то в ней Игорь Яшин, Юра Шаранин, другие энтузиасты создали целую систему тренажеров. Траверсы по кирпичной стенке с микрозацепками – для начинающих, фанерные кубы под потолком – для упражнений и соревнований опытных скалолазов.
Зимой по выходным – лыжные тренировки и соревнования, летом кроссы, скальные соревнования. На шведской стенке проводили соревнования на вертикальную выносливость – 10 подъемов и 30 подъемов на скорость. Тест простой, но азарт соревнований огромный. А как еще на равнине готовить к разреженному воздуху гор? Надо бегать в гору. Сначала бегали по холмам у Москва-реки. Потом много лет – проводили соревнования по бегу в гору на горнолыжной горке в Царицыно, в конце мая. Альтиметр показал перепад 50 метров. Значит, 10 подъемов и спусков дают перепад 500 метров, а это и есть «гималайский» тест на скороподъемность. Все это позволило готовить МИФИстов к высотным восхождениям.
Зимой основой были беговые лыжи, хотя многие катались и на горных лыжах. Связь с лыжной секцией, миром лыжных соревнований всегда задавал Герман Аверьянов – не только доцент и опытный инструктор альпинизма, но и лыжный рыцарь без страха и упрека. Лыжи – основа подготовки альпинистов-высотников. Январь начинался гонкой Памяти друзей МАИ, потом эстафета, 30 км, двоеборье (15 км и горнолыжная трасса), которое однажды проводил Альпклуб МИФИ. Мы сами проводили лыжные гонки в Битцевском парке – 5, 10, 15, 20 км, чтобы дать тренировку новичкам. Потом Лыжня России, Московская лыжня, Марафон МВТУ, и в конце марта – гонка альпинистов на 50 км памяти первого снежного барса Ивана Ерохина. Этот марафон, который мне удалось выиграть в 1997 году, получил признание в мире лыжников, стал возрождаться в последние годы, как и Марафон МВТУ.
В конце марта, набрав здоровья на лыжах, выезжали на Кавказ, на горные тренировки и восхождения 1-3 категории сложности. В 1989 году даже прошли маршрут на Уллу-Тау по «доске» 4Б к.сл. Иногда проводили альпиниады на майские праздники, обычно в Абхазии, на Кардываче, что в 20 км от знаменитого озера Рица, с альпинистами сухумского Физтеха.
С середины июня и по конец августа новички, значкисты, 3, да и 2 разряд – все ехали в АГЛК «Джайлык». Комфортабельный альпинистско-горнолыжный комплекс в живописном ущелье Адыр-Су на Кавказе принимал горнолыжников зимой, альпинистов, да и других спортсменов, которым нужен тренинг в высокогорье – летом. Секция получала до 40 путевок в 30% стоимости, а четверть из них можно было сделать бесплатными – поощрение для активистов хорошее. Распределение путевок, контроль выкупа, отказы, замены – вечная головная боль тренера. Джайлык был главной базой для обучения, тренировок и спортивного роста альпинистов. Здесь выросли от новичков до кандидатов в мастера, а потом работали инструкторами наши сотрудники и выпускники – Герман Аверьянов, Станислав Вязьмин, Игорь Шагурин, Вячеслав Титов, Алексей Артамонов, Евгения Бугачева, Ольга Виноградова, Сергей Ляхов, Александр Горюн, Андрей Петров, Борис Фомин. А также МС СССР Александр Иванов, МС СССР Сергей Рыжиков, МС СССР Геннадий Прусов.
Вместе с тем для многих это был просто способ подышать воздухом среди прекрасных гор, испить чистой воды родников или ледников. Побродить по цветущим горным лугам, посмотреть на горный мир Кавказа с вершины. Да и здоровье поправить. Несколько лет в конце 80-тых годов в лагерь приезжал «сбор» сыроедцев под руководством целительницы Шаталовой. Люди приезжали лечиться, ели пророщенные зерна, пекли лепешки с горными травами, пили горную воду, кричали хором по утрам «Здравствуй, солнце». Но некоторые потом перешли в альпинисты, прошли занятия, походы, взошли на вершину Тютю-Баши, или Гумачи. И ощутили прилив сил, а их болезни отступили. В секции за годы работы возникло немало семей. Альпинизм – школа не только мужества, но и замужества. И это тоже достижение альпинизма, даже если эти люди ушли потом в другие заботы.
Путевки в Джайлык и на спортивные сборы в Среднюю Азию мы заказывали и получали в Спортивном обществе ЦС Физкультуры и Спорта. Опытные альпинисты 1 и 2 разряда выезжали на сборы по 30 дней. Ведь 10 дней в горах уходит на акклиматизацию, занятия на рельефе – осыпи, скалы, снег, лед, страховка и работа в связках, тренировочные восхождения. Все из города, с асфальта, всякий раз переход на горный рельеф требует внимания и осторожности от всех – от новичков до мастеров. На сборах 20 из 30 дней можно посвятить спортивным восхождениям. Это 4–8 восхождений, в зависимости от погоды, сложности района восхождений. Скальные районы круче, сложнее технически, но погода лучше. Снежно-ледовые не так круты, но погода не балует. Сборы проводили в Ала-Тоо и Талгаре, Алае, Фанских горах, Ала-Арче в Средней Азии. В Адыр-Су, Адыл-Су, Дигории, Узунколе на Кавказе.
Параллельно развивалось спортивное скалолазание. Скалолазы имели свою программу соревнований. Многие годы скалолазов успешно тренировал Юра Шаранин, при участии Игоря Яшина. Изобретательность в создании средств и приемов тренировок здесь не знала пределов. С профессионалами на Союзе тягаться было тяжело, но на чемпионатах Москвы, чемпионатах ЦС ФиС наши бывали чемпионами и призерами. Многие члены альпсекции получили 1 разряды и КМС по скалолазанию. Стали мастерами спорта Юрий Шаранин, Игорь Яшин (НОЦ «НЕВОД») и Равиль Сайфутдинов. В марте, мае, осенью и летом проводились сборы на крымских скалах, а также в горах Кавказа и Средней Азии.
Таким образом, за основу подготовки в городе мы взяли соревнования, которые объединены системой начисления баллов в единый Кубок сезона среди альпинистов и скалолазов МИФИ. Сюда входят как восхождения, так и соревнования по бегу, лыжам, скалолазанию и технике альпинизма. Особое место в зачете занимают подъемы на скорость по шведской стенке и 10 подъемов на горнолыжную горку в Царицыно, которые приучают организм к высотным нагрузкам. Основой физической подготовки были лыжные гонки. Они дают длительную нагрузку на весь организм и приучают к холоду.
Системная, комплексная тренировочно-спортивная работа в дружной секции дала результаты. В конкурсах на лучшую секцию альпинизма и скалолазания спортивного общества Министерства (Минсредмаш – предшественник ГК «Росатом») Спортклуб МИФИ с 1978 года по 1992 год редко опускался ниже первого места. Мы обходили сильные коллективы Обнинска, Белоярки, Красноярска, Курчатовского института и других. К 1989 году секция насчитывала до 130 человек, из которых ежегодно ездили в горы до 70. Десятки человек занимались также скалолазанием, участвовали в лыжных гонках и кроссах, как московских, так и организованных спортклубом МИФИ.
В 1988 году, пока мы с Горюном в составе команды Джайлыка безуспешно сражались с непройденной стеной Ушбы в жуткую непогоду, в Гиссарском хребте наши провели прекрасный сбор под знаменитой стеной Ягноба, пройдя там ряд сложнейших маршрутов. Старшим тренером был, как всегда Александр Сергеевич Федоров, а организаторами – Толя Дураковский и Сергей Гавшин. К этому времени в умах созрела идея об Альпклубе МИФИ. Соединенными силами, используя таранную энергию Анатолия Дураковского, ставшего первым директором, в течение осени клуб удалось создать. Мы получили право сами зарабатывать деньги, в том числе и промышленным альпинизмом. Членами клуба могут быть спортсмены не ниже второго разряда. Первой акцией клуба стало мытье окон в цехах завода Полиметаллы.
Однако пришел декабрь и весть о землетрясении в Армении. На второй день стало ясно, что это серьезно. Одни подписывали командировки у ректора прямо на партконференции, другие получали продукты, паковали снаряжение, третьи занимались самолетом. Миша Злыднев принес пачку денег от своей стройбригады – зачем командировки, этого хватит. Пять часов сидения в самолете, потом перегруженный ИЛ-86 еле оторвался от ВПП, но с рассветом мы уже работали на развалинах дома 7/9 по улице Ленинградян в Ленинакане. Мы летели спасать живых, но за две недели нашли одного парня 16 лет – он просидел дней 10 под плитой. Что касается остальных – мы извлекли более тридцати тел, в основном женщин и детей в жилых домах. Родственники считали, что мы специалисты и было неловко их разубеждать. Они ждали эти тела как живых, а мы надевали противогазы, резиновые перчатки и так далее, чтобы потом все это сжечь. В нашей группе было 9 человек: Болсунов, Гавшин, Горюн, Дураковский, Зенкевич, Злыднев, Коваленко, Петров и Яшин, а Саша Моисеев работал в другом отряде.
Мы участвовали в высотных экспедициях на Памире и Тянь-Шане с давних пор. В 1982 году Александр Горюн (ИРТ), Владимир Новиков, Игорь Яшин (НОЦ «НЕВОД») и я взошли на пик Коммунизма. В 1983 г. – Сергей Дудаков (был директором Альпклуба) Александр Иванов и Горюн – на Хан-Тенгри. В 1984 г. Горюн и Новиков взошли на вершину пика Победы, а я заболел и дошел только до 7100. В 1987 году на пик Корженевской взошли сразу 11 наших альпинистов. К 1990 году высотные экспедиции стали практически ежегодными и лучшие молодые альпинисты Паша Слепнев, Костя Компаниец, Владимир Кауц и Аня Коршунова к 24–25 годам имели уже по 4 семитысячника. Паша Слепнев затем увлекся новым видом спорта – ледолазанием, стал серебряным призером на Чемпионате Европы.
Следующим летом 1989 года команда клуба в составе сборной Москвы готовилась к Чемпионату СССР. На труднейшую вершину Кавказа – Чатын, 6 кат. сложности пошли 6 человек. Стена «Ромб» была пройдена за день, но начался дождь с ветром. Кроме того, по стене шли потоки ледяной воды. При спуске умерли от переохлаждения Володя Новиков и Сергей Гавшин, а Саша Горюн сорвался со стены и погиб, когда пытался помочь мне вытащить потерявшего сознание Гавшина на полку.
После этой трагедии Альпклуб начал почти с нуля.
Мы стали приглашать иностранных альпинистов в Крым, на Кавказ, на Алтай и Памир, ездили с ответными визитами в Альпы и на скалы Германии и Франции. Самой удачной была экспедиция 1992 года, когда второй директор Альпклуба Юрий Шаранин пригласил 18 альпинистов из Альпклуба «Франция». Половина из них, в том числе двое около 60 лет, поднялись на вершину пика Корженевской (7105). Затем группа молодых альпинистов также взошла на эту вершину. И в МИФИ появилось новое поколение высотников.
С наступлением рынка государство перестало выделять деньги на альпинизм. Альпклуб стал проводить самостоятельные сборы, причем в основном все ездят за свои деньги, которые нужно еще заработать. Зато не надо бегать по чиновникам. Правила восхождений стали проще, но горы остались прежними, требующими осторожности, терпения и подготовки.
На Кавказе есть пик МИФИ. Небольшая, но красивая вершина на Западном Кавказе, расположенная правда в малопосещаемом районе, была покорена и названа нашими горными туристами. У нас в стране туризм и альпинизм существовали раздельно, хотя горы у всех одни и в мире такого разделения нет. Тем не менее, очень многие, и я в том числе, пришли в Альпсекцию, пройдя школу горного туризма. Хождение по горам и перевалам – это хорошая форма подготовки. Однако большую часть жизни мы проводим в городе.
В 1995 году мартовский сбор был малочисленным, но в мае новички свою программу выполнили. В те годы их готовил Юрий Кузьмин. Станислав Анатольевич Вязьмин организовал сбор в Домбае летом и более двадцати человек выполнили программу восхождений в этом живописном районе, в том числе совершили два восхождения 5Б к.сл. – как в лучшие годы. Группа спортсменов приехала в Адыр-Су. Одни занимались семейным отдыхом, а другие совершили ряд удачных и сильных восхождений. Также две небольших группы принимали альпинистов из Германии и Англии на Памире и в ущелье Ак-Су, где выполнили свои задачи. Проблемы были в том, что военный Душанбе не пускал вертолеты из спокойного Ташкента на свою территорию. Пришлось лететь до границы, а там пересаживаться на таджикские вертолеты, почти холостой пролет которых от Душанбе съел почти все деньги. Такие вот межгосударственные отношения вели к развалу этого бизнеса в районе. Но потом все наладилось и в 2008 году в лагере 5300 на пике Ленина стояло более 80 палаток.
Тренером, а какое-то время и председателем альпсекции, я был с 1975 по 1996 год. В 1996 году более 20 человек отлично провели сбор в Ала-Арче, в 40 км от Бишкека. Организовали сбор Кирилл Гоголинский, Дмитрий Перегудов, Геннадий Шубный, и другие альпинисты нового поколения. Провели полный цикл занятий на скалах, на льду, тренировочные восхождения. Потом маршруты на пики Аютор, Двурогая (4Б), Корона (5Б), Байчечекей (5А), Изыскатель, Свободную Корею (5А). Одна группа прошла на Свободную Корею маршрут 6 к.тр. В условиях непогоды и при невыходе на связь они создали напряженку. Спасслужба государства уже не работала. Требовать жесткой дисциплины, постепенного набора сложности маршрутов стало нелегко. Люди приехали в условиях рынках за свои деньги и хотели все и сразу, забывая о безопасности. Все обошлось. Но после этого я сказал, что пора идти на пенсию.
Затем лидером сборов МИФИ несколько лет был Игорь Вакула, солнечный человек, который заслужил у народа уважительную кличку «Сэнсэй». Под его руководством команда МИФИ прошла маршрут на пик Кирпич 6 категории трудности на Западном Кавказе, получив медали Чемпионата Москвы по альпинизму. Пройден также маршрут на пик Бодхона (5300 м) 6 категории трудности.
Тренерской работой занялся Кирилл Гоголинский, которому я передал свои методики и наработки. Кирилл быстро вырос в серьезного спортсмена, совершил много восхождений высшей категории трудности. Продолжались тренировки, сборы, подготовка новичков, проводился зачет по системе Кубка МИФИ, итоги которого подводятся осенью.
На пенсии я в составе сборной Москвы в 1997 году поехал в Китай, на пик Музтагата, высотой 7542 м. Раньше это была просто мечта, теперь она стала явью. Пять человек, сборная Москвы, прилетели в Бишкек, проехали 1500 км по пыльным дорогам Азии, через перевал Торугарт и столицу шелкового пути город Кашгар до озера Каракуль (3700 м над уровнем моря). С караваном верблюдов 20 августа поднялись в многолюдный базовый лагерь на 4600 м. Сделали выход на 5600 – отсюда в лучах заката вдали видны пики Ленина, Коммунизма, Корженевской. Потом переночевали на 6200, пережили два дня снегопада внизу, слепили снежную бабу. А 2 сентября мы уже спустились с вершины, став единственной группой, которая взошла в полном составе. В условиях не лучшей погоды. На Чемпионате России – 5 место.
А потом началась битва за мистический пик Конгур-Таг, 7719 м. Эта гора расположена в прямой видимости от Музтагаты. Китайский Восточный Памир, или Кунь Лунь. Группа Криса Боннингтона, со второй попытки, взошла в 1972 году. Из четырех восходителей через три года остался жив только Боннингтон. После этого вершина не пустила более 30 экспедиций. Не все восходители вернулись. Пропала группа японцев. В 1998 году мы вчетвером пошли по пути Боннингтона. Выкопали три снежные пещеры – защита от ураганов. Непогода и снегопады преследовали нас постоянно. Дошли до высоты 6800 м. Остановили непогода и лимит времени. По радио еле доносились слова о дефолте. Долина, по которой мы шли к перевалу 5300, на обратном пути оказалась покрыта глыбами ледового обвала. Пока ждали караван верблюдов вниз, произошло землетрясение, правда, небольшое. Дороги внизу размыты дождями, и мы часами ждали, пока техника разгребет очередной завал.
После дефолта в Китай многие ехать не смогли. И мы в 1999 году вдвоем со Славой Одоховским поехали на Тянь-Шань. После тяжелой подготовки за 7 дней взошли на пик Победа, 7439 м. Ближе к вершине нас догнали: двойка из Владивостока, тройка Сергея Пензова из Северодвинска, а следом за нами шел Николай Тотмянин с двумя испанцами. За Победу наша двойка получила серебро на чемпионате СНГ.
В 2000 году наша двойка взошла на Хан Тенгри, 7010 м, и я стал «снежным барсом» за 5 вершин СССР выше семи тысяч метров. По пути попали под огромный ледовый обвал, но отделались больше испугом. Хотя снежный поток унес у Славы лыжные палки. Получили 10 место на Чемпионате России. Эти два сезона описаны в очерках (6 и 8).
В 2002 году мы вернулись на Конгур. С севера, по новому, сложному маршруту, навесили 1500 м перильных веревок, обошли две скальных башни. Наша тройка – два МИФИста, Иван Володин и Андрей Петров, а также Слава Одоховский, достигла высоты 5600 м. Тут погода, которая и до этого была плохой, испортилась окончательно. Мы спускались с высоты, равной Эльбрусу, под дождем, а в базовом лагере наши друзья спасали палатки от селевого потока.
В 2003 году с юга нам удалось в непогоду взойти в гребне Конгура на вершину 6982 м, но сам Конгур-Таг дальше никого не пустил. Группа Володина вернулась с гребня, дойдя до высоты около 7000 м.
В 2004 году мы снова пошли с севера. Вместе с группой из Питера, при поддержке группы горных туристов из МАИ под руководством Андрея Лебедева, мы двумя маршрутами поднялись на вершину – второе восхождение с 1972 года. Впервые прошли маршрут с севера, навесили около двух километров перил. За первопрохождение маршрута на пик Конгур-Таг (7719 м) 6 (высшей) категории трудности наша сборная команда Москвы получила серебро на чемпионате СНГ. Затем по нашему пути взошла еще группа из Красноярска. Эти ребята приехали с Алтая, где стали чемпионами России в скальном классе. Иван Володин в том году в составе другой группы взошел на восьмитысячник Гашербрум-2 (8042 м).
В 2005 году Дина Терентьева и Андрей Потапенко взошли на два памирских семитысяника – пик Евгении Корженевской (7105 м) и пик Коммунизма(7495 м), он же Самони. Еще две двойки Игорь Горелов и Марина, Костя Воликов и Миша Колесников покорили пик Корженевской.
В 2007 году мы были на Тянь Шане. На пик Хан Тенгри, высотой 7010 м, взошли МИФИсты – Дина Терентьева, Андрей Потапенко, Ирина Пряничникова, Игорь Горелов и другие, а наша группа попадала в непогоду – то на том же Хан Тенгри, то на Победе. Когда надоело ходить по сугробам в базовом лагере, сгибаться от штормового ветра на высоте, мы улетели на вертолете на прекрасное озеро Иссык Куль. Сезоны 2008–2009 гг. провели на пике Ленина, Андрей Потапенко, Иван Володин, Ирина и Александр Пряничниковы совершили восхождение на эту вершину высотой 7134 метра.
Никакие трудности не остановят людей в их стремлении ходить в горы. Например, под напором Кирилла Гоголинского в марте 2002 года состоялся выезд в район Безенги на Кавказе. Желающих набралось 10 человек, в том числе старший тренер Елена Кузнецова. Квалификация участников между 3 и 2 разрядом, не очень подходящая для совершения спортивного в данном районе в зимнее время, но задачи такой и не стояло. Участники получили зимний опыт и попытались понять, чем лето отличается от зимы.
С началом осени начинаются тренировки, приходят новички, потом выпадает снег, и мы достаем лыжи. Впервые после многих лет перерыва, в 1995 году был проведен осенний слет Альпсекции в лесу. Максим Скакунов и его команда организовали соревнования в лазании по веревкам и очень эмоциональное соревнование по ночному ориентированию, в котором контрольные пункты подсвечивались маленькими лампочками. Теперь это стало ежегодной традицией. Одни соревнуются, другие вспоминают у костра восхождения, приключения на скалах и в горах.
Меняются технические возможности. В 2005 году я поставил на заснеженный пень ноутбук, и показал на слете молодым альпинистам МИФИ фильм о первом восхождении нашей совместной с альпклубом МАИ экспедиции на пик Коскулак (7028 м) в Китае. В 2007 году, сидя у костра в Подмосковье, мы разговаривали с Сашей Моисеевым в Вашингтоне об организации экспедиции на Мак Кинли. Олег Уваров связал меня с Тимофеем Крупенькиным, который стал крупным ученым в США, и тот с ностальгией вспоминал о наших тренировках и восхождениях. Из Канады прилетел Стас Агафонов, который много лет ставил трассу ночного ориентирования на слетах МИФИ.
И вот опять планируется следующий сезон. Молодые спортсмены, студенты МИФИ активно участвуют в многочисленных соревнованиях на скалодромах Москвы. И занимают в рейтингах высокие места. Продолжаются тренировки в институте, кому-то за опоздания снимают баллы. Собираются группы, альпинисты готовят сборы и экспедиции в горы.
Андрей Петров, тренер секции альпинизма и скалолазания Спортклуба МИФИ в 1975-1996 гг.