Переступая кромку бора
Лес не верит словам - он верит делам, которые остаются после человека. Переступая кромку бора, лесовод думает не только о сегодняшнем дне, а о том, что останется после него через десятки лет. Эту простую истину директор ООО «Содружество» Максим Васильевич УСОВ знает с детства. Для него бор - не карьера, а путь от сборщика порубочных остатков до руководителя предприятия, который уважает и лес, и тех, кто в нем трудится.
Лесная родословная
История Максима Усова началась в Курьинском районе. Отец, Василий Трофимович, всю жизнь был лесничим, для которого тайга стала и домом, и смыслом жизни. Максим рос в доме, где постоянно пахло травами и смолой, с малых лет впитывая отцовскую мудрость. Опытного специалиста переводили с одного участка на другой, потому из Горной Колывани семья переехала в Ларичиху, а потом - в Арбузовку.
Собственный профессиональный путь Максим начал в Павловском лесхозе, где рабочим очищал лесосеки от порубочных остатков. Когда родилась дочь Ксюша, семья перебралась поближе к родителям, в Арбузовку. Позже были годы учебы в Бийском техникуме, работа лесником, мастером леса, руководство Арбузовским лесничеством и судьбоносное знакомство с М.Л. Чечушковым, руководившим Колыванским лесничеством. Позже он возглавил ООО «Содружество» и позвал М.В. Усова в Павловск, разглядев в нем своего заместителя, а потом и преемника.
- В первую очередь я учил Максима Васильевича самостоятельности, - тепло вспоминает Михаил Лаврентьевич. - Ставил задачи и наблюдал, как он справляется, как организует людей. Больше всего ценил инициативу и умение доводить дело до конца, начиная от внедрения новых технологий и заканчивая мастер-классами по тушению пожаров или валке леса для краевых журналистов.
Космические корабли
Школа самостоятельности оказалась как нельзя кстати. Наступали новые времена, советские методы ведения лесного хозяйства уходили в прошлое. Кадровая проблема становилась острее. Все понимали: эпоху бензопил нужно оставлять позади, иначе будущего у предприятия не будет.
- Тогда, в 2014-м, впервые «вживую» увидел работу скандинавских лесозаготовительных комплексов, - вспоминает Максим. - Помню, с какой опаской отнесся к этим машинам, напичканным электроникой. Было непонятно, как ими управлять в условиях Касмалинского бора, кому доверить управление этими машинами. Но раздумывать было некогда.
Не один месяц М. Усов с командой контролировал переобучение вчерашних водителей и вальщиков, дневал и ночевал на делянах, помогая настроить компьютеры и джойстики «Форвардеров» и «Харвестеров», которые вначале казались космическими кораблями.
Когда экология и экономика не спорят
- Сегодня, глядя, в каких условиях работают наши сотрудники, радуюсь, - улыбается руководитель. - Достойная зарплата, удобные графики, теплые кабины. Да и финансовый эффект ощутили: одна экономия топлива и запчастей чего стоят.
Но за техническим прорывом скрывается и другая, еще более важная для лесовода сторона - экологическая. На делянах перестали жечь порубочные остатки. Теперь их измельчает мульчер. «Содружество» первым из холдинга «Алтайлес» освоило переработку оставшихся веток и хвои. Работа, на которую раньше уходило до двух месяцев, теперь выполняется за десять дней. Измельченная масса ложится на почву, возвращая ей силы. Отходы превратились в удобрение для будущего леса.
- Сторонний наблюдатель, видя из окна машины нашу технику, обычно качает головой: «Всю землю изрыли», - рассуждает Максим Васильевич. - Я же, как специалист, отвечу: умеренное поранение почвы во время выборочных рубок - благо. Семя, вылетевшее из шишки, ложится не на толщу хвои, а во влажную почву. Зайдите в деляны, где лесозаготовка велась три-четыре года назад. После минерализации и мульчирования там красуется крепкий зеленый подрост. Лес сам восстанавливается, а мы лишь помогаем. Экология и экономика здесь не спорят - они работают заодно. И это не красивая фраза, а ежедневная практика.
Цифровая экосистема
Работу директора - кабинетную рутину, встречи и переговоры - Максим Васильевич нередко «меняет» на труд обычного рабочего или водителя. Выезжает в деляны, оценивает психологическую обстановку коллектива изнутри.
- В лесу ведь все как на ладони, - говорит М. Усов. - В такие минуты проблемы решаются на месте, а нередко сотрудники сами дают дельные советы. Когда проблему устраняешь сообща, у мужиков глаза загораются - они после этого горы готовы свернуть! Да и мне до сих пор интересно возиться с техникой.
Сравнивая сегодняшний день с началом профессионального пути, руководитель улыбается:
- 23 года назад я работал мастером леса и ездил на коне. Тогда все инструменты - буссоль да мерные вилки - были ручными. Помню, как впервые взял в руки навигатор. Ради интереса разгонял коня и смотрел, как на экране меняется скорость. Казалось - чудо техники! Теперь в бору работают машины, которые сами пилят, в считанные секунды обрезают сучья, считают кубатуру. Внедряется искусственный интеллект, который без участия человека определяет малейшие возгорания. На таксации (инвентаризации) лесных угодий, на которую уходили недели тяжелого пешего труда десятков людей, работают беспилотники.
По словам руководителя, лесозаготовка постепенно превратилась в цифровую экосистему. Все машины на деляне видны в реальном времени: через ГЛОНАСС отслеживается каждый пройденный километр и заготовленный куб. На каждый рейс лесовоза выписывается электронный сопроводительный документ. Без него - полумиллионный штраф и конфискация техники.
Новые технологии пришли и в цех деревообработки. Недавно там запустили оборудование, увеличившее скорость и качество обработки древесины.
- Проводишь рукой по доске и чувствуешь ювелирную точность, - с азартом в глазах говорит директор. - Продукция получается идеально ровной и гладкой. По качеству мы конкурируем с развитыми странами, а не остаемся сырьевым придатком, как раньше.
Мир вокруг стремительно меняется, но Максим Усов принимает этот вызов как созидатель, понимая, что за кубометрами и цифровыми кодами бьется живое человеческое сердце. Ни одна машина не позаботится о лесе так, как человек, преданный своему делу, желающий, чтобы и через десятки лет на алтайских просторах шумел Касмалинский бор.