Гвардейка: Что такое «Щегловский рудник»?

Довольно часто в исторических документах, касающихся Червоногвардейского района г.Макеевки (газетах, письмах, автобиографиях и проч.), встречаются фразы типа «родился на Щегловском руднике», «шахта Щегловского рудника» и т. п. Естественно, у любознательного читателя возникает вопрос: о чём именно идёт речь? На первый взгляд, он решается довольно просто – надо выяснить, какой объект на территории нынешней Гвардейки носил название «Щегловский рудник», где конкретно он располагался и, – ответ уже готов!

Но простым такой путь кажется только на первый взгляд. Дело в том, что порой этим топонимом в разные времена и в разных источниках (а, бывало, и в соседних абзацах одного и того же), обозначались несколько различные элементы горнопромышленной и административной структуры нашего района. И часто, без дополнительных данных, остаётся только гадать, о каком из них идёт речь в конкретном случае.

Далее в тексте читателю, возможно, встретятся уже знакомые иллюстрации и факты, упоминавшиеся ранее в других статьях автора – что ж, такова специфика данной темы, плотно переплетённой с историей Гвардейки. К тому же, погоня за формальной новизной в ущерб информативности и наглядности материала, по моему мнению, не является непременным достоинством краеведческих публикаций.

Напомним, что названия, связанные с термином «Щегловка», ведут своё происхождение от искажённо-упрощённого звучания фамилии землевладельца Евдокима Шидловского, основавшего в 1779г. на правом (донецком) берегу Кальмиуса слободу, позже прозванную Александрово-Щегловкой. Затем топоним перешёл и на левобрежье, а далее отправился гулять по названиям объектов, находившихся на территории современной Гвардейки – железнодорожным станциям, населённым пунктам, предприятиям, организациям и т. д. Однако в этой статье, как и было сказано в заглавии, мы рассмотрим образования только одного рода, а именно – объединённые категорией «ЩЕГЛОВСКИЙ РУДНИК».

Перед тем как начать повествование, необходимо сделать небольшое пояснение относительно используемых в этой статье горных терминов – тем более, что в прежние времена некоторые из специфических названий имели несколько иное значение.

Так, в современной лексике под словом «шахта» обычно подразумевается либо само угледобывающее предприятие («работаю на шахте»), либо его промплощадка или подземная часть («поехал на/в шахту»). Но в позапрошлом веке этот термин означал то, что ныне называется шахтным стволом – т. е., капитальную вертикальную (реже – наклонную) горную выработку, имеющую выход на земную поверхность. По своему назначению шахты подразделялись на основные (углеподъёмные) и вспомогательные (вентиляционные, водоотливные и проч.). При описании рудников обычно указывались лишь основные шахты.

Совокупность шахт и прилегающих горных выработок, отрабатывающих общий участок и объединённых единым административным, техническим и хозяйственным руководством, называлась «рудником», т. е. соответствовала понятию «шахта» в его нынешнем понимании (предприятие, как административная единица) или их объединению (шахтоуправление, трест и т. п.). Границы шахтных полей определялись границами землеотводов, горногеологическими условиями и техническими возможностями ведения горных работ. Так как шахты в то время имели относительно небольшую глубину, число их множилось по мере отработки шахтного поля/полей и могло на одном угледобывающем предприятии превышать два десятка. Каждая из них имела своё обозначение – номерное, буквенное, собственное, либо комбинированное. В виду того, что в пределах одного рудника применялась собственная система маркировки, то относительно на небольшом расстоянии друг от друга могли находиться шахты с одинаковыми номерами или названиями, но принадлежавшие совершенно разным предприятиям (собственникам). Крупные акционерные общества (товарищества) могли иметь в своём составе несколько рудников, порой отстоящих друг от друга на значительном расстоянии.

Итак, разобравшись с основными терминами, начнём по-порядку.

1. ЩЕГЛОВСКИЙ РУДНИК РУССКОГО ДОНЕЦКОГО ОБЩЕСТВА

Наиболее ранний из объектов на территории Гвардейки, попадающий под категорию «Щегловский рудник», принадлежал «Русскому Донецкому Обществу Каменноугольной и Заводской Промышленности» (РДО), учреждённому наследниками И. Г. Иловайского в 1895г., а в 1912г. поглощённому обществом «Русский Горный и Металлический Унион», финансовой основой которого был франко-бельгийский капитал. Предприятие было относительно небольшим, по состоянию на 1910г. эксплуатировало единственную углеподъёмную шахту «Щегловка», давшую название и всему руднику. Она имела глубину 45 саженей (порядка 96м), сечение 0,9 х 1,4саж. и суточную подъёмную способность 25 тыс. пудов, которую обеспечивала электрическая подъёмная машина мощностью 58л.с. Разработка угольного пласта «Макеевский» велась одним горизонтом (фото 1, 5).

В современных координатах рудник располагался на пос. Горького примерно в километре к северу от железнодорожной станции Щегловка, западнее путепровода на ветке «Ясиноватая-Мушкетово», под которым бывший трамвайный маршрут №6 поворачивал направо – по направлению к центру Макеевки. Многие жители Гвардейки наверняка ещё помнят находившейся непосредственно у остановки «Улица Беломорская» небольшой породный отвал, ликвидированный относительно недавно – при строительстве Донецкой автомобильной кольцевой дороги. По рассказам местных жителей, ранее рядом с ним находился старый заваленный ствол, а метрах в 350-ти в западном направлении по проходящей севернее соседней ул. Пархоменко, – ещё один ствол и отвал породы (в 30-е годы прошлого века они уже не эксплуатировались). Местный рабочий посёлок включал в себя бараки и четырёхквартирные дома (фото 2, 3).

Шахтное поле рудника относилось к западной окраине обширных владений РДО, соседствуя своей южной границей с территорией Берестово-Богодуховского рудника (ББР) Голубовского Берестово-Богодуховского Горнопромышленного Товарищества, а горными работами – и заходя на неё. Однако нет никаких оснований полагать, что это была какая-то пиратская экспансия на чужую площадь – маркшейдерские службы не просмотрели бы столь вопиющего произвола. Думается, этот вопрос был решён вполне законным и полюбовным способом: известно, что из 823 десятин принадлежавшей ББР земли, (т. е., почти 9 кв. км.), под собственное хозяйство было занято лишь 350дес., а 250дес. сдавались в аренду. Вероятно, в счёт излишков неиспользуемой площади и был решён вопрос о разработке соседских недр. [2]

Западная граница рудника проходила по Берестовой балке, правобережье которой было арендовано рудником «Александровская Гора» Товарищества В. Е. Горжковский, Л. М. Хибчинский и Ко. А с востока лежали поля шахты «Чайкино» того же РДО. Поясним: имеется в виду не нынешнее предприятие, территориально находящееся в Кировском районе г.Макеевки, а первичная шахта «Чайкино» («Старо-Чайкино»), располагавшаяся немного восточнее нынешней ОШ №2 в районе автошколы Минтранса. Кстати, обратите внимание на наглядное картографическое отображение конфликта транспортных интересов: к «Щегловке» протянулось юго-западное ответвление частной Русско-Донецкой железной дороги, но вот достичь непосредственно промплощадки шахты ему было не суждено. Дело в том, что её трассу ещё в 1888г. «подрезала» Богодуховская (Мушкетовская) ветвь конкурирующей Екатериненской железной дороги (ЕЖД) (фото 4).

Для полноты картины следует упомянуть одну особенность: как видно из Анкеты 1910г., все углеподъёмные шахты Общества и созданные на их основе рудники (10 единиц) составляли единую организацию, также именуемую «Рудник Русского Донецкого Общества Каменноугольной и Заводской промышленности». То есть, налицо имелась явная структурная тавтология «рудники в составе рудника» (фото 5).

Судя по всему, этот лингвистический казус никого не смущал, да и названия отдельных угледобывающих структурных единиц РДО в данном случае не совпадали с наименованием общего Рудника. Однако, в дальнейшей истории нашей Щегловки, этот принцип наименования вызовет определённую путаницу.

Её предпосылки возникли после окончательного установления на Макеевщине Советской власти, когда угольные предприятия, преимущественно расположенные в центральной и западной части нынешнего Червоногвардейского района г. Макеевка, были национализированы и сведены в Щегловское Кустовое Управление Государственных рудников. Как явствует из Протокола №21 от 16 июля 1920г. собрания правления Берестово-Богодуховского Объединённого Рудничного Комитета, на нём присутствовали представители 6 рудников, входящих в Управление, в том числе от Щегловского рудника – тт. Благодеров, Фоменко, Косенков и Пьянов (фото 6).

Нелишне будет привести любопытный факт. В 1930г. журнал «Летопись Революции» опубликовал очерк В. Агласова о революционной борьбе на Сталинщине. Описывая создание в 1917г. партийного Совета на посёлке Берестовка, автор сообщает, что в его состав вошли представители 7 местных рудников. В их числе упоминается и Щегловский рудник, но неожиданно вместе со знакомым названием в скобках указывается и ещё одно наименование – Божеский (Божецкий?). Откуда появился этот топоним, насколько был распространён и когда исчез из употребления – выяснить не удалось. Не исключено, что это, например, название одной из многочисленных малых частных угольных копей, располагавшихся по соседству, а позже, возможно, включённых в состав Щегловского рудника РДО (фото 7).

А теперь давайте обратимся к одному интересному вопросу, поиск ответа не который позволил приоткрыть ещё одну страницу дореволюционной истории Щегловского рудника. Как уже отмечалось выше, юго-западное ответвление Русско-Донецкой железной дороги непосредственно промплощадки шахты не достигало, соответственно, добытый уголь по ней не вывозился. Поиски возможного пункта отгрузки в первую очередь привели, разумеется, к близлежащей ж. д. станции Щегловка. В распоряжении автора имелся список организаций, имеющих с ней договорные отношения на 1916г., но интересующее нас предприятие в нём не значилось. [13]

Однако в этом перечне имелось некое Общество Тульских Чугуноплавильных заводов. При ознакомлении с его историей выяснилось, что основано оно было в 1912г., а главное его предприятие, Судаковский (Косогорский) металлургический завод, работает и поныне. По состоянию на 1915г. в составе Общества числились два угольных рудника: Ясиновский и Щегловский (!). Причём, при последнем имелся и посёлок, и железная дорога. [17]

Оставалось выяснить – наш ли это Щегловский рудник, или какой-то другой. С одной стороны, в пользу первого предположения свидетельствовало упоминание территориально близкого Ясиновского рудника. С другой – топоним «Щегловка» и его производные довольно широко распространены в здешних краях. Косвенным аргументом в пользу положительного вывода послужил Уездный список рудников, входящих, в Юзово-Макеевский район на весну 1920г. В нём, среди шести сопредельных рудников, располагавшихся в то время на территории нынешней Гвардейки, упомянут и Щегловский рудник Общества Тульских заводов. [1]

В целом, на основании вышеизложенного, можно с большой степенью вероятности полагать, что имеется в виду одно и то же предприятие, в период 1912-15гг. поменявшее своего владельца. Однако, во избежание путаницы, далее в тексте этой статьи оно будет фигурировать под первичным названием – Щегловский рудник РДО.

2. ЩЕГЛОВСКИЙ (КРАСНОГВАРДЕЙСКИЙ) РУДНИК (РУДОУПРАВЛЕНИЕ)

Во второй раз топоним «Щегловский рудник» появился в наших краях в начале 20-х годов. Именно такое название после реорганизации получило бывшее Щегловское Кустовое Управление, в которое в качестве составной единицы входил и Щегловский рудник РДО. Разумеется, корни названия новой структуры брали своё начало не от скромной дореволюционной шахты Щегловка, а от наименования основанного Шидловским посёлка, но теперь налицо была уже полная тавтология: «Щегловский рудник в составе Щегловского рудника».

Впрочем, длилась она недолго: старый Щегловский рудник РДО, называвшийся теперь просто «Шахта Щегловка», вскоре был закрыт, а новый объединённый рудник переименован (ориентировочно в 1923г.) из Щегловского в Красногвардейский. Более того, в целях оптимизации, для названия вновь созданной структуры был придуман и новый термин – «рудоуправление», объединившее под общим руководством входящие в него дореволюционные рудники. Но все эти новшества происходили на официальном и не всегда понятном простому человеку уровне. В реальности же, оба названия ещё долго употреблялись параллельно, ну а термин «рудник», в отношении как отдельных шахт, так и рудоуправления в целом, то и дело фигурировал в разговорной речи, прессе, а то и в документации.

Приведём пару примеров. На фото 8 представлены статьи из двух выпусков газет – «Диктатура труда» №241 от 11 ноября и «Всероссийская кочегарка» № 285 от 12 декабря 1924г. При этом в заголовке и тексте первой статьи используется термин «Щегловский рудник». Во второй статье название той же организации однозначно и верно указано как «Щегловское рудоуправление». Обратите внимание: разрыв между этими публикациями составляет всего месяц.

Как видно из текстов приведенных статей, в конце 1924г. из шестнадцати дореволюционных шахт в работе осталось всего три: №1 «Пастуховка» (бывш. №14 Берестовского рудника АО Сулинского завода (Пастухова), №5 (бывш. №22 Берестово-Богодуховского рудника Голубовского Берестово-Богодуховского Горнопомышленного Товарищества) и №8 (бывш. №8 рудника «Александровская Гора» Товарищества В. Е. Горжковский, Л. М. Хибчинский и Ко.). Добыча угля упала почти в пять раз – с 50 до 10, 6 млн. пудов угля в год.

Употреблялся и комбинированный (двойной) вариант названия рудника (рудоуправления), записываемый через дефис или в скобках – как, например, в фоторепортаже бахмутского журнала «Забой» посвящённого пуску первой на Донбассе Щегловской трамвайной линии 23 ноября 1924г. Любопытно, что надпись о хозяйственной принадлежности на борту трамвая звучит вполне однозначно – «Щегловский рудник», хотя, конечно, имеется в виду Щегловское (Красногвардейское) рудоуправление (фото 9).

А вот московские журналисты из «Красной Нивы», освещавшие это же событие, сформулировали комментарий к своему снимку несколько иначе (фото 10).

Местом действия здесь верно названо Щегловское рудоуправление (правда, отнесённое отчего-то к г.Сталин). Крайними точками маршрута указаны Щегловский рудник (возможно, имеется в виду Щегловский рудник РДО – крайняя восточная точка маршрута) и Берестовский рудник (возможно, сокращёние от дореволюционного названия «Берестовский рудник Акционерного общества Сулинского завода»), т. е. – шахта №1 «Пастуховка».

Однако, в толковании этого маршрута возможны варианты, один из которых давно не даёт покоя автору статьи. Дело в том, что и в быту, и печатных изданиях, на протяжении многих лет (до 50-х годов!) допускалось разночтение, при котором «Берестовским рудником» именовалась как «Пастуховка», так и шахта №14 Берестово-Богодуховского рудника, которая (как и расположенный рядом рабочий посёлок), так и называлась – «Берестовка». Не искючено, что именно она имелась в виду в заметке «Красной Нивы», тем более, что запечатлённый на фото митинг проходил как раз на её промплощадке. Но тогда, под фигурирующим в подписи к фото «Щегловским рудником» имеется в виду не что иное, как шахта №1 «Пастуховка» Щегловского рудоуправления! То есть, возникает ещё один, третий по счёту «Щеловский рудник» Гвардейки? Это, конечно, предположение, однако оно, как будет рассказано ниже, спустя несколько лет получит определённое подтверждение.

Но вернёмся к нашему новоявленному Щегловскому рудоуправлению, которое никак не могло избавиться от старого названия – в средине 20-х старый топоним «Щегловский рудник» продолжал привычно употребляться в массах, причём не только на низовом, «народном», но и на весьма высоком официальном уровне. В частности, 19 февраля 1925г. на заседании Донецкой губернской административно-территориальной комиссии в числе прочих было принято решение об организации рудничного сельского совета на ЩЕГЛОВСКОМ РУДНИКЕ Макеевского района (фото 11).

В этот период площадь Щегловского рудсовета занимала бОльшую часть нынешней Гвардейки, включая юго-западную оконечность, ныне принадлежащую Калининскому району г. Донецка. В 1929г. территорию несколько урежут, выделив в отдельный Чайкинский рудсовет посёлки Старо-Чайкино, Ново-Чайкино, Ново-Бутовка и совхоз Ганзовка. Но шахты «Чайкинской группы» (как работающие, так и строящаяся «Чайкино-бис», будущая им. С. Орджоникидзе) останутся в составе Красногвардейского рудоуправления, территорию которого в быту традиционно продолжали именовать «Щегловским рудником» или попросту – посёлком Щегловка (фото 13).

Инерция этой традиции прослеживалась даже десятилетия спустя, наглядным свидетельством чего является, например, моё собственное свидетельство о рождении образца 1958г. Согласно этому документу, я появился на свет не на посёлке Ново-Чайкино (Комсомольский), где проживали мои родители, и не в г.Макеевка, к которому Чайкинский и Щегловский рудсоветы в составе Красногвардейского района были присоединены ещё в сентябре 1938г., а в селении Щегловка Макеевского района Сталинской области!

Одним словом, производственный и административный топонимы «Щегловский (Красногвардейский) рудник (рудоуправление)» и «Щегловский рудсовет» (Щегловка) в массовом сознании были практически тождественны. Как видно на прилагаемой карте, их «подконтрольная» территория простиралась от восточной границы г.Сталино и почти до западной окраины г.Дмитриевск (Макеевка). То есть, за исключением некоторых поздних передач-присоединений, в значительной степени соответствовала нынешнему Червоногвардейскому району (фото 14, 15).

Характерно, что к Щегловскому руднику относились и объекты, не только не имеющие прямого отношения к угольной промышленности, но и располагавшиеся вдалеке от работавших в то время шахт (фото 16).

А по соседству с упомянутой выше Ганзовкой (в районе электроподстанции юго-западнее нынешнего Чайкинского кольца), на территории нашего района располагался весьма интересный и необычный объект – аэродром. На спутниковых картах Викемапии это место до сих пор так и обозначено. И вот что характерно: в документах и мемуарах участников Великой Отечественной войны, этот объект фигурирует под названием «Аэродром Щегловка»!

3. «ЩЕГЛОВСКИЙ РУДНИК»: ВЗГЛЯД ИЗ СТОЛИЦЫ

Среди документов интересующего нас периода, было бы упущением пройти мимо версии состава Щегловского рудника, упоминаемого группой московских специалистов. Дело в том, что в 1925г. работниками Теплотехнического Института им. В. И. Гриневецкого и К. В. Кирша на Донбассе была поведена работа, результатом которой стала «Карта углей Донецкого бассейна, с указанием районов добычи различных сортов угля 1925-1926гг.» и сопровождающее её описание, составленное на основе анализа материалов периода 1924-25гг. При этом в пояснительной записке указано, что «на прилагаемой карте нанесены рудники и шахты, как работающие в настоящее время, так и пускаемые в работу Донуглём в ближайшем будущем». Имеется в этом документе и раздел, посвящённый Красногвардейскому управлению (фото 17).

Жёлтым цветом на карте мы отметили ж. д. станцию Щегловка, красным – уже упоминавшиеся выше три реально работающие на конец 1924г. шахты Красногвардейского рудоуправления: с этими объектами всё понятно. А вот по выделенным синим цветом шахтам №9 и «Е», возникают вопросы.

Первый, и самый главный для нашего повествования – что это за новоявленный Щегловский рудник, в который, они входят, и который, в подобном составе, не упоминается более ни в одном документе?

Второй – их местонахождение. Как указано во второй колонке таблицы, ранее они совместно с шахтами №8 (поз.148), «София» (поз. 150) и «Наклонная» (поз.152) относились к Товариществу В. Е. Горжковский, Л. Е. Хибчинский и Ко, т. е. – Руднику «Александровская Гора». Относительно шахт №8 и №9 в этом сомнений нет, как нет их и в том, что отгрузку угля (как и указано в таблице), они производили на ж. д. ст. Кальмиус. Остальные же три шахты (поз. 150-152) реально никогда не входили в состав этого Товарищества, которое, кстати, даже не имело договорных отношений на погрузку угля с указанной в этих позициях ж. д. ст. Щегловка – все его предприятия, в виду географического положения, отгружали уголь на ж. д. ст. Кальмиус (до 1925г. именовалась «Щегловка 2). [13]

В общем, налицо явные неясности и неточности данного отчёта. Впрочем, возможно они объясняются тем, что его составляли не местные производственники, а приезжие научные специалисты. К тому же, в пояснительной записке указано, что «на прилагаемой карте нанесены рудники и шахты, как работающие в настоящее время, так и пускаемые в работу Донуглём в ближайшем будущем». То есть, перед нами не конкретная справка об организационной структуре Красногвардейского рудоуправления а, в определённой степени, прогнозный документ, не всем положениям которого было суждено претвориться в жизнь. Очевидно, к таким нереализованным позициям можно отнести и упоминающийся в нём Щегловский Рудник в предлагаемом составе. В любом случае, сколь-либо зримого наследия это виртуальное образование после себя не оставило и, соответственно, на звание героя данного обзора претендовать не может.

Ну, а реальный состав Красногвардеского Рудника (опять «Рудника»!) на конец 20-х годов, по информации брошюры «Макеевщина на подъёме», выглядел следующим образом (фото 18).

Как видно из приведенной выше таблицы, шахта №1 «Пастуховка» уверенно продолжала лидировать по объёму добычи среди угольных предприятий рудоуправления. Её реальный ближайший (во всех отношениях) конкурент, шахта №14 бывшего Берестово-Богодуховского рудника в то время находилась в процессе восстановления и будет пущена в эксплуатацию через 2 года под хорошо известным жителям Гвардейки названием «Шахта №6/14 «Берестовская» (или, попросту, – Берестовка).

4. ШАХТЫ ПОД НАЗВАНИЕМ «ЩЕГЛОВКА»

А шахта №1 «Пастуховка» к этому времени начала вторую за десятилетие реконструкцию, а также обрела новое официальное название… совершенно верно, – «Щегловка». Именно его мы можем увидеть на обложке январского журнала «Забой» за 1931г. с фотоснимком нового копра «американского типа» (с выносными укосинами) и кратким, но емким сообщением: «Шахта №1 Щегловка выполняет задание на 112 процентов» (фото 19).

Когда точно произошло это переименование, и кто был его инициатором, доподлинно установить не удалось. Зато точно известно, что трудовая слава предприятия, суточная добыча которого в 1930г. достигла 850т., далеко перешагнула местные пределы. В июле 1931г. в газете «Известия» публикуется совместное Обращение СНК Союза ССР, ЦК ВКП(б) и ВСНХ Союза ССР «О задачах угольной промышленности Донбасса». И уже в первых абзацах этого документа упоминаются трудовые успехи трудящихся Шахты №1 «Щегловка» (фото 20).

Прижилось новое название не сразу, хотя, на мой субъективный взгляд, было вполне подходящим, – в прессе предприятие недаром неоднократно именовалась, как «главная шахта Щегловского рудоуправления», да и находилось оно неподалёку от старого первичного посёлка Щегловка. Использовалось ли это название в варианте «Щегловский рудник» (помните трамвайный маршрут?) тоже неясно, хотя в обиходе – вполне может быть.

Уже после войны в обозначении появится цифровой индекс №1-1 бис (по номерам углеподъёмных стволов), а в 1972г. название шахты сменится на «Красногвардейская». История этого славного предприятия заслуживает отдельного рассказа, однако он выйдет далеко за пределы рассматриваемой в этой публикации темы. Поэтому ограничимся лишь констатацией печального факта: по ряду причин в 1997г. горные работы были прекращены. В 2007г. имела место попытка реанимировать шахту (теперь под названием «Свято-Серафимовская»), но в настоящее время она не функционирует.

Напоследок, для полного комплекта, вспомним ещё одну шахту Гвардейки, известную под схожим, но несколько «расширенным» топонимом: «Щегловку – Глубокую» треста «Красногвардейскуголь», сданную в эксплуатацию в декабре 1967г. В июле 1968г. к ней была присоединена шахта №6/14, а в июле 1969г. предприятие получило имя К. И. Поченкова. Уже в новейшее время (2001г.), оно было включено в состав ГОАО «Шахтоуправление «Донбасс» под несколько изменённым первичным названием «Щегловская – Глубокая». В принципе, «рудником» эта шахта никогда не называлась, хотя географически расположена на бывшей территории Щегловского рудоуправления (рудника) и частично унаследовала его наименование – что и дало повод упомянуть о ней в этой статье. Тем более, что она, в определённой степени, связана с шахтой №1 «Щегловка», т. к. упомянутая выше «Красногвардейская», вместе с шахтами №12-13 и «Берестовская» №2, некоторое время входили в состав шахтоуправления им. К. И. Поченкова.

На этом мы, пожалуй, и окончим наш небольшой обзор различных «Щегловских рудников» Гвардейки. Автор отдаёт отчёт, что хотя слов написано много, однозначного ответа на поставленный в заголовке публикации вопрос, к сожалению, найти так и не удалось. И поиски его в каждом конкретном случае нужно по-прежнему вести с учётом хоть каких-нибудь уточняющих деталей, выбирая из списка описанных выше (а, может, и каких-нибудь других) возможных вариантов. По крайней мере, в этой статье была предпринята попытка рассмотреть наиболее очевидные из них.

Александр Перетятько, г. Макеевка, Донбасс, 21 апреля 2021г.

ИСТОЧНИКИ:

1. Частные коллекции и сетевые ресурсы.

2. А. М. Терпигорев. «Описание Донецкого бассейна, том 2». Екатеринослав, 1914г.

3. Российский Государственный исторический архив, СПб.

4. Протокол от 16 июля 1920г. №21 собрания правления Берестово-Богодуховского Объединённого рудничного комитета, ГА ДНР, Р 2625, оп.1, д. 8,

5. Журнал «Летопись Революции» №5, 1930г.

6. Газета «Диктатура труда», выпуск №241 от 11ноября1924г.

7. Газета «Всероссийская кочегарка», № 285 от12 декабря 1924г.

8. Журнал «Забой» №16, ноябрь 1924г.

9. Журнал «Красная Нива», ноябрь 1924г.

10. «История территориально-административного деления Донецкой области, 1919-2000гг., Донецк, 2001г.

11. Газета «Диктатура труда» № 132 от 17.06.25г.

12. Карта Донецкого бассейна с указанием районов добычи различных сортов углей, М, 1926г.

13. Альбом схематических планов станций Екатерининской железной дороги, Екатеринослав, 1917г.

14. «Макеевщина на подъёме (цифры и факты)», Дмитриевск, 1930г.

15. Журнал «Забой» №2, 1931г.

16. Собрание законов и распоряжений Рабочее-Крестьянского Правительства СССР за 1931г., стр. 525-533.

17. Третий отчёт Правления Акционерного Общества Тульских Чугуноплавильных Заводов. Петроград, 1916г.