William Cacusso: Революция гвоздик и её предыстория
Перевод записей William Cacusso о «Революции гвоздик» 1974 года в Португалии и сопутствующих событиях. О многих событиях и людях статьи и глобальной ситуации я уже переводил БАПа: часть 1, часть 2, прочитайте.
Переворот
Это произошло незадолго до рассвета, 25 апреля 1974 года. В этот день интернациональные фракции спонсировали и организовали переворот, который изменил ход истории Португалии.
Военные колонны двигались в направлении Лиссабона, и в четыре часа утра отряды повстанцев захватили аэропорт Лиссабона, «Радиоклуб Португалии» и Португальское телевидение. Другая колонна окружила штаб армии, и Движение вооруженных сил предупредило полицию, Национальную республиканскую гвардию, Португальский легион и налоговую полицию не препятствовать им.
В 13:30 всё было кончено. Генерал Антониу ди Спинола представил новую хунту по португальскому телевидению, и возбужденные толпы людей вышли на улицы Лиссабона.
Мариу Суареш, лидер социалистов, начал собирать чемоданы в парижской квартире, где он жил с 1970 года. Но он не отправился домой. Сперва он остановился в Лондоне для переговоров с Лейбористской партией Гарольда Вильсона и Социалистическим Интернационалом.
Пока внимание всего мира было приковано к генералу в монокле и изгнанному социалисту в Париже, который годами готовил почву для португальского Ленина — Алвару Куньяла, бывалый коммунист готовился вернуться домой и пожинать лавры после двенадцати лет жизни в Москве и Праге.
Последствия
В Лиссабоне собрались делегаты Международной конфедерации свободных профсоюзов (МКСП) во главе с американцем, ответственным за «революции рабочих» [по всему миру], — не кем иным, как Ирвингом Брауном. В Мозамбике студенты, обработанные идеологиями революционного освобождения, салютовали сжатыми кулаками. На Мадейре плакаты, порочащие капитализм и восхваляющие Че Гевару, демонстрировали перед дворцом святого Лаврентия, где содержались под стражей президент, Америку Томаш, и премьер-министр, Марселу Каэтану.
6 мая 1974 г. «Нью-Йорк Таймс» удивилась тому, что «коммунистическая партия Португалии после долгих лет подполья, тюрем и изгнания стала самой сильной и организованной политической силой в новой Португалии». Лондонский «Дейли телеграф» 17 мая написал, что в результате быстрого объединения профсоюзов и политических партий «была продемонстрирована гражданская ответственность, которой могли бы позавидовать даже самые зрелые западные демократии. Это была великая победа для страны без политической подготовки и кадров, одержимой колониальными проблемами и войнами, которые, в конце концов, признали неподъёмными».
Что они имеют в виду под отсутствием политической подготовки и кадров? Основные революционеры [мира] (вместе с профсоюзными деятелями, спецслужбами, прессой и международными организациями) много лет создавали в Португалии необходимые условия, обеспечивали финансирование, организовывали волнения и готовили кадры для того, чтобы как можно скорее свергнуть правительство в Лиссабоне и устроить кровавую баню в африканских провинциях Португалии.
Что касается войн, которые страна «наконец признала неподъёмными» в январе 1974 г., 400 капитанов подали в отставку в Мозамбике на основании того, что правительство не поддерживало военные нужды, и они не собирались брать на себя ответственность за возможное поражение.
После напыщенных речей о демократии наступило неизбежное: памятники вдоль Авенида да Либердаде измазали серпами и молотами и левыми лозунгами. Власть ничего с этим не сделала, поэтому очередные лозунги предупреждали: «Сошлите хунту в Бразилию!».
Студенты начали увольнять преподавателей. В фирмах и на фабриках рабочие отстраняли управляющих. Мстительные и злобные толпы шли по улицам — дух Ленина витал в воздухе. После полувека относительной тишины и мира в Португалию возвращался революционный дух, охвативший Европу пятьюдесятью годами ранее. Но на этот раз террористы были международными, и весь мир был на их стороне.
Предыстория
Подрывная деятельность
Для лучшего понимания событий необходимо проанализировать послевоенные годы.
Множество агентов старалось свернуть консервативные правительства Испании и Португалии. Одним из них был португалец бразильского происхождения по имени Аполониу де Карвалью, который в 1935 году помог возглавить восстание в бразильской военной академии. Через два года он появился в интернациональной бригаде в Испании. Когда Франко выиграл войну, Аполониу бежал во Францию и после пакта Сталина с Гитлером помогал саботировать военные действия Франции. Французы бросили его в тюрьму.
Когда Гитлер вторгнулся в Советский Союз, Аполониу освободили, и под именем «полковник Эдмонд» он командовал отрядом иностранных коммунистов во французском сопротивлении. Из-за коммунистических наград он получил орден Почетного легиона, Военный крест и медаль Сопротивления.
В 1947 году он пропал, но затем появился в Мексике, в секретном иберийском офисе Коминформа в Латинской Америке. Полковник Фурманов, прикомандированный в Буэнос-Айрес в качестве дипломата, возглавлял южноамериканский кабинет [Коминформа], который замышлял революции в Испании и Португалии. С ним работали Михаил Павленко, русский, Лука Беллемари, румын, полковник Альберто Байо, который впоследствии тренировал партизан Кастро, Гарсия, бывший глава тайной полиции в Мадриде, и Паулу Мораиш, португалец.
В 1949 году американская борьба против Испании была в самом разгаре. Ле Суан (вьетнамский коммунист, которого Роберт Кнапп нанял в 1945 году для УСС, а затем перевел в ЦРУ) тайно работал в Мадриде газетным корреспондентом. Он контактировал с французскими и вьетнамскими коммунистами, которые саботировали французские военные действия в Индокитае, и с революционерами на Пиренейском полуострове.
Де Карвалью, как самого проницательного и опытного агента офиса в Мехико, вместе с Паулу Мораишем в феврале 1949 г. отправили на сверхсекретную миссию в Лиссабон, чтобы он возглавил аппарат Коминформа на Пиренейском полуострове. Ему приказали реорганизовать [«партийные»] линии в Испании, Португалии, Латинской Америке и изгнанных коммунистов во Франции. Мораиш ехал через Марсель с люксембургским паспортом, где не сообщалось о том, что Мораиш был капитаном советской армии и с 1945 по 1947 годы контролировал коммунистических лидеров, руководивших иберийскими структурами.
В то время с американской разведкой в Париже, в качестве главы отдела расследований и анализа секретной службы госдепартамента США, сотрудничал Джей Лавстон, бывший генеральный секретарь Коммунистической партии США. С ним были Энрико Листер, известный как генерал Лисицын из НКВД, Лазарус Факете, венгр по кличке «Клебер», и военный специалист с позывным «Кордон». Когда коммунистические восстания «освободили» французские, британские и бельгийские колонии в Африке, Лавстон ушёл с должности «собирателя голосов» чёрных африканцев в ООН для АФТ-КПП и возглавил отдел международных отношений в АФТ-КПП (Американской федерации труда — Конгресса производственных профсоюзов, AFL-CIO).
Русские были умны. Португалия неоспоримо поддерживала Союзников во время войны, поэтому Португалию подрывали через кампанию против Испании. Де Карвалью и Мораиш регулярно встречались со своими подручными в Порту под защитой португальских грузчиков. С испанскими структурами они связывались через приграничную деревню, Реал-ди-Санту-Антониу. В 1950-1951 годах Москва узнала, что испанская и португальская тайные полиции следят за де Карвалью и Мораишем, и вывела их из операции. Де Карвалью отправили в Бразилию. Листер появился в Колумбии.
В 1961 году, когда автомобиль американского консула, Уильяма Гибсона, сбросили в реку в Анголе за подстрекательство туземцев, Листер был с Раулем Кастро и получал военные материалы из Москвы и Праги. 29 марта 1961 г. британское лейбористское правительство создало в Лондоне «Комитет за свободу в Португалии и португальских колониях» под руководством сэра Лесли Палмера.
В 1967 году де Карвалью был одним из лидеров Бразильской революционной коммунистической партии и сотрудничал с Карлусом Маригеллой, чей «Краткий учебник городских партизан» стал руководством для революционных террористов во всем мире. 17 января 1970 г. де Карвалью арестовали бразильцы. 16 июня ему разрешили вылететь в Алжир вместе с 43 другими террористами, освобожденными в обмен на посла Германии, фон Холлебена, которого похитили товарищи де Карвалью. В Алжире, под покровительством алжирцев, получивших образование в США за счёт ЦРУ, де Карвалью создал новую организацию для революции. В кабинет Карвалью входили Хосе Саргас из Испанского национального фронта освобождения и его бывшие сотрудники из Лиссабона.
Араб по имени Хадж Али отвечал за сотрудничество палестинцев и арабов с террористами в Испании, Португалии и Латинской Америке. Более 2,9 миллионов арабов, североафриканцев и палестинцев участвовали в подстрекательской пропаганде Хаджа Али в Латинской Америке. С исламизацией Чёрной Африки рос её потенциал. Невероятно, но США официально и неофициально поддерживали цели таких людей, они обманули весь Западный мир, заставив его поверить в то, что они работают на демократию. Американцы организовывали в Африке профсоюзы, [хотя] там практически не было производства, чтобы организовывать революции.
Колонии
14 февраля 1960 г. правление АФТ-КПП провозгласило: «Многие годы американские рабочие настаивали на том, чтобы их правительство, демократические союзники и все силы, преданные свободе, всеми силами помогали жителям Африки завоевать независимость».
Совет по международным отношениям (CFR), который определял и осуществлял американскую политику, решительно хотел приблизить кровопролитие в Африке. Член CFR, Лоуренс МакКуэйд, сопровождал скитающегося организатора «рабочих восстаний», Ирвинга Брауна, в Гану в декабре 1959 г. и сказал самым жестоким людям Африки: «Объединяйтесь! Вам нужно завоевать континент, и вам нечего терять, кроме своих цепей!» Сколько сотен тысяч людей было убито тиранами в последующие годы, МакКуэйда не волновало.
Миллионы долларов, вырванные у американских рабочих или предоставленные ЦРУ, передал африканским революционерам ангел коммунизма, Ирвинг Браун. Виктор Ризель написал 1 ноября 1962 г. в колонке под названием «Зачастую одинокая борьба рабочих»: «Ирвинг Браун — один из немногих американцев, которому доверяют алжирцы и практически все другие африканские народы», «именно Брауна вся Европа считает ближайшим западным другом свободного алжирца». Правда в том, что Ирвинг Браун готовил почву для Советского Союза. Менее чем через месяц Алжир выставил 200 тыс. человек для войны против Израиля и разрабатывал базу для мирового коммунистического терроризма.
Когда стало ясно, что вопрос Алжира «решён», те, кто использовал ООН, профсоюзы, академические организации и именитые прикрытия ЦРУ, обратили своё внимание на заморские провинции Португалии.
Уже в июне 1955 г., через несколько месяцев после алжирской революции, специальный бюллетень Американской федерации труда (АФТ), распространяемый среди французских профсоюзов, содержал злобную статью подполковника Роберта Эсмета Родса. Родс, бывший глава африканского отдела УСС, призвал французских рабочих саботировать военные действия своей страны: «Свободные нации должны вмешаться в дела Северной Африки», «французский колониальный деспотизм угрожает западному союзу, как это было в Индокитае».
[Хотя] никакого деспотизма не было, и, если бы внешние нарушители спокойствия не подстрекали их, поколение молодых образованных алжирцев попало бы в промышленность и правительство [Франции], и результатом стали бы отношения Канады и Великобритании. Но именно насильственной революции, а не мирного перехода, желали те, кто проповедовал предательство. Родс утверждал, что наносит удар Франции от имени западного альянса [НАТО].
Ангола
20 июня 1960 г. генералиссимус Франко встретился с президентом Салазаром в Парадор-де-Мерида, чтобы обсудить отношения Пиренейского полуострова с НАТО и подрывную деятельность США в Африке. Салазар сообщил, что Американский комитет по делам Африки в марте 1960 г. направил в Анголу Фрэнка Монтеро и Уильяма Шеймана, чтобы они связались с агитаторами и предложили устроить восстание в алжирском стиле.
Влиятельные люди поддерживали Американский комитет по делам Африки — Элеонора Рузвельт, сенатор Хьюберт Хамфри, Джеки Робинсон, епископальный епископ Калифорнии, Джон Гюнтер, Артур Шлезингер-младший и многие другие.
В Леопольдвиле создали «Ангольский народный союз», который готовил лидеров подпольного движения. В сентябре газета «Голос ангольской нации» выходила на четырех языках. А радиостанцию [Анголы] финансировали Нкрума из Ганы и Секу Туре из Гвинеи, тираны, чьи методы убийства оппозиции совершенно не беспокоили Ирвинга Брауна и ему подобных.
3 октября 1960 г. министр иностранных дел Португалии, Марселлу Матьяш, отправился в Париж и снова обсудил подрывную деятельность и визит Монтеро и Шеймана. Он подготовил подробный отчет о смутьянах из госдепартамента США, которые связались с подпольными ячейками в Испании для того, чтобы оценить шансы свержения Франко.
Тем временем в Анголе начались террористические акции. Утром 15 марта 1961 г. в Квитексе черный продавец магазина толкнул своего босса к задней двери и крикнул: «Идите быстрее, они пришли убить вас!» Резню тщательно спланировали. То, что утром казалось группой покупателей, вдруг превратилось в кричащую толпу, перерезающую глотки и животы женщинам, детям и мужчинам. В соседних сёлах эта картина повторилась.
Племя байланду подписало себе смертный приговор, пытаясь предупредить деревни. Младенцы в отчаянии плакали и выдавали прячущихся в Мадимбе женщин и детей. Дикари, одурманенные и возбужденные безумием, вызванным колдунами, опустошили деревню Навола.
За примитивной жестокостью стояло специализированное руководство. Подготовленные в Конго войска с автоматами оставили за собой 400-километровый след из убийств и запустения в стране, где расовой дискриминации практически не существовало. Революционеры достигли своей первой цели: ненависти между черными и белыми. В ООН не упоминали о массовых убийствах невинных женщин и детей.
Коммунисты против Португалии
В марте 1961 г. комитет МКСП собрался в Брюсселе под руководством бельгийского лидера, Омера Беку, человека, который 15 апреля 1962 г. сказал мексиканцам, что МКСП «не служит никакой конкретной идеологии или военному блоку!» На встрече в Брюсселе одобрили схему действий АФТ-КПП: «В некоторых случаях возможно и даже предпочтительно, чтобы членские профсоюзы действовали на международной арене самостоятельно, при условии всесторонних консультаций с МКСП». Это означало, что отдельные профсоюзы будут поддерживать от имени АФТ-КПП африканские восстания против Португалии, но упоминать CISL и АФТ-КПП не следует.
Порешив на этом, АФТ-КПП выделил средства на «международную деятельность во втором квартале 1961 г. и на устранение отставания в предыдущем квартале». Использовали ли для этого взносы членов профсоюзов, деньги ЦРУ или и то и другое?
Затем было решено использовать дополнительный «взнос» для создания в середине мая «Профсоюза рабочих Анголы». Почти миллион долларов в месяц выделяли на подрывную деятельность в Чёрной Африке, от которой могли получить выгоду только враги Запада.
В мае 1961 г. в Пенсильвании Герхард Уильямс, помощник государственного секретаря по делам Африки, сказал группе антибелых африканских делегатов, что, если начнется военный конфликт, американцы примут сторону африканцев, а не сторону альянса НАТО.
Вместе с тем усиливалось антипортугальское движение. Для продолжения восстания Фонд Форда финансировал Мозамбикский институт. Эдуарду Мондлане, лидера Фрелимо, «освободительного движения» Мозамбика, взяли на работу профессором в Сиракьюсский университет, где он сразу же начал идеологически промывать мозги студентам.
В Нью-Йорке открылся Афро-американский институт, которым руководил известный левак из Совета по международным отношениям, Вальдемар Нильсен. Нильсен, ветеран госдепартамента США и Фонда Форда, нанимал бразильских «профессоров» — боевиков, прошедших подготовку в бывших ячейках Аполониу де Карвалью, — чтобы они готовили избранных «студентов» из Анголы и Мозамбика.
6 января 1962 г. был открыт конкурс «экспертов» для Корпуса мира. Заместитель директора, Уильям Мойерс, объявил, что рабочие организации будут сняты и что [конкурс] будет повторен.
23 января представитель Корпуса мира в Вашингтоне потребовал предоставить ему секретные дипломатические печати для документов, «поскольку Корпус ведет деликатные дипломатические переговоры».
Толпа распутных хиппи появилась в отеле Онондага в Сиракьюсе, штат Нью-Йорк. Это были «добровольцы» Корпуса мира, посланные для подготовки у Эдуарду Мондлане. Их отправят в Ньясаленд на границе Мозамбика и Родезии.
Пока Мондлане превращал битников Корпуса мира в пропагандистскую силу для себя, сеть газет «Ньюхаус» и её сиракьюсская газета продвигали Мондлане.
Шаг за шагом, методично, как закладывают фундамент для строительства, готовилась революция в Португалии и её африканских провинциях.
Месяц за месяцем в пресс-релизах МКСП сообщалось о переводе средств «профсоюзам Португалии и Испании». МКСП призывала рабочих 109 стран с рабочими движениями принудить свои правительства оказать давление на Лиссабон и Мадрид.
Дания, Швеция, ООН, СССР, Китай (через Комитет африканской солидарности), Комитет освобождения Организации африканского единства, Совет церквей, Социалистический интернационал и МКСП финансировали и пропагандировали революции против Запада.
В то время как Египет и арабы пытались сделать всю Африку мусульманской для Священной войны против Израиля, СМИ западного мира присоединились к проафриканскому революционному крестовому походу.
2 сентября 1964 г. китайский грузовой корабль «Хэпин» разгружал оружие для Мондлане в Дар-эс-Саламе [Танзания], а три советских грузовых корабля с зенитными орудиями и полевой артиллерией для партизан, обученных в казармах Колито в Дар-эс-Саламе, были готовы.
20 тысяч террористов прибыли из тайных лагерей Алжира, из двух Конго, Танзании и Замбии для того, чтобы начать резню туземцев, желавших португальского владычества. Методистские миссионеры собирали [на это] средства и вызывали симпатию, путешествуя по Америке.
Молодых африканцев готовили в Москве, Пекине, Гаване и Алжире. Несмотря на огромную численность, это партизанское движение лишь готовило почву.
Подготовка переворота
Именно в Алжире, ещё в 1964 году, планировалось координированное проникновение в португальскую армию и администрацию. Школы, университеты, офицерские училища и духовенство должны были стать исходными пунктами.
Приказывалось не высказывать политического мнения, пока не прикажут лидеры ячеек. Они готовились от 6 до 10 лет. Армия падала духом не из-за боевых резервов, а из-за постоянного повторения темы «войну не выиграть».
Нет оснований полагать, что генералы Спинола и Кошта Гомиш знали, что их используют в качестве тарана для коммунистической революции, или что Спинола знал, до какой степени усовершенствовалась дремлющая коммунистическая машина в Португалии.
В сентябре 1970 г. серия взрывов в порту Лиссабона заявила о новом движении — «Вооруженном революционном действии» (ARA). Оно собиралось повторить в Португалии тактику, отработанную марксистами Франции во время войн в Индокитае и Алжире и марксистами Америки во время войны во Вьетнаме. Брошюры ARA начали появляться по всей стране и в Испании.
В сентябре 1973 г. группа молодых офицеров во главе с майором Витором Алвишом и полковником Вашку Гонсалвишом встретилась с двумя лейтенант-коммандерами военно-морского флота, командиром эскадрильи и капитаном военно-воздушных сил в сарае недалеко от сельскохозяйственного городка Эвора на юге Португалии.
Государственный переворот запланировали на август 1974 года. Затем поднялся шум от публикации книги генерала Спинолы, «Португалия и будущее». 14 марта Спинолу уволили с поста начальника штаба армии. Он связался с друзьями в Мадриде, Бразилии и Риме. Монсеньор Перейра Гомес, глава португальского левого крыла в Ватикане, сказал ему 15 апреля, что Португалия должна искать «политическое решение» в Африке, что могло означать только полную военную капитуляцию.
После разговора в Ватикане Спинола встретился с премьер-министром Испании, Ариасом Наварро, генералом Диесом Алегрия и сеньором Эдуардо Бланко и поделился своими опасениями. Таким образом, заговорщики были уверены в нейтралитете Испании. Они прощупали генерального секретаря НАТО, Йозефа Лунса: и, хотя переворот в Португалии означал возможную потерю важной базы НАТО в Кабо-Верде, Лунс одобрил его.
Незадолго до этого таинственный человек из Москвы, Виктор Луи, посетил Мозамбик и связался с агентами Фрелимо и армейскими офицерами. 23 марта Спинола использовал телекс посольства Бразилии для связи с сообщниками за пределами страны.
16 марта произошел первый, неудавшийся переворот, и, когда подтвердилась его неудача, коммунистическая машина привела в действие свой собственный план.
Итоги
Через 24 часа после переворота американская вдова Мондлане совещалась в Лондоне с членами министерства иностранных дел Гарольда Вильсона и Мариу Суарешом, португальским социалистом. 10 мая в Москве он использовал секретную систему связи Кремля, чтобы связаться с террористами Фрелимо на месте событий. Планы по запуску Черной освободительной бригады этим летом были завершены.
Ирвинг Браун также считал свержение правительства своей победой. Чего стоили только годы агитации через профсоюзы.
«Нью-Йорк Таймс» была в восторге. Отчет об изгнании Португалии из Африки и, в конечном итоге, с Кабо-Верде перепечатала газета «Paris Herald Tribune» 27 мая 1974 г. под заголовком: «Перемены могут помочь Португалии — потерять империю, но завоевать уважение».
Выводы
Спустя 48 лет, когда они захотят прочитать вам нотации о свободе, колониализме и социализме, напомните им, что Запад использовал ЦРУ, рабочие движения и прессу, чтобы уничтожать целый континент вплоть до сегодняшнего дня.
25 апреля произошел государственный переворот, финансируемый и поддерживаемый интернационалистами и коммунистами, который погубил Португалию по всем экономическим и социальным показателям. Но зато теперь можно без последствий называть мужчин женщинами и наоборот.
Счастливого, блядь, 25 апреля! [День Революции сделали праздником].
William Cacusso