Лангобардское королевство. Часть III. Молодой и красивый
Часть 0 — Мне 20 и я бородат
Часть I — Как я переехал в Италию
Часть II — Герцоги на каникулах
Всем привет, мы вернулись с продолжением истории Лангобардского королевства! В последний раз, уже очень давно, мы остановились на моменте краха самостоятельной и агрессивной политики герцогов: после убийства короля Клефа в 574 году молодое королевство, и без того сшитое очень хлипкими нитками, развалилось на множество герцогств — единство было только в том случае, если у герцогов была общая цель. Агрессивное поведение спровоцировало конфликт со всеми вокруг — владения Византийской империи на Аппенинском полуострове оформились в единый Равеннский экзархат и угрожали успехам лангобардов, а франки с севера попросту устали от постоянных грабительских набегов. Двухсторонний гамбит, к счастью герцогов, провалился, но нужен был король, и им стал молодой Аутари, сын Клефа. Справится ли молодой король с ворохом проблем, возникшим за 10 лет правления герцогов? Давайте посмотрим.
В предыдущей части рассказа о королевстве лангобардов я назвал Аутари малолетним на момент убийства его отца, Клефа. Надеюсь, двадцатилетние читатели этой статьи не обидятся на меня за то, что я назвал 20летнего юношу «малолетним». Аутари был таким в сравнении с седыми герцогами, видевшими Норик и великое переселение лангобардов в Италию. Однако теперь, в 584 году, Аутари должен был стать фигурой, что объединит под своим началом всех герцогов.
В первую очередь Аутари получил половину владений и имущества герцога Забана (который своими набегами на франков и вызвал наиболее яростное вторжение франков в Италию) и его товарищей-герцогов. Успешно отразив нашествие франков, которые и сами уже собирались уходить, Аутари не оставил своей враждебности к ним и экзархату — война продолжилась. Но вместе с войной шли и реформы.
Так Аутари упразднил позднеримский институт Hospitalitas — закон, обязывающий население (за исключением духовенства, учителей и врачей) принимать у себя солдат, которым по тем или иным причинам не хватило места в походном лагере. Коллизия закона заключалась в том, что солдат мог злоупотреблять своими правами и насильно отнимать дрова, продукты и прочее имущество, в коем не нуждались. Со времен Констанция II императоры старались упразднить или смягчить закон, но без особого успеха. А вот у варваров это приняло интересную форму, ибо закон превратился в налог — вест-готы на своих землях в Лангердоке, Провансе и Руссильоне забрали у местного галло-римского населения 2\3 земель, а в Италии ост-готы, а затем и лангобарды забрали себе 1\3.
В начале V века ромеи начали селить на своих землях варваров-федератов именно по принципу размещения их в качестве «регулярной армии» на этих самых 1\3 территорий. До сих пор ведутся споры о сущности этих 1\3 — была ли это сама земля или лишь прибыль с её использования? Я считаю, что ответ: «зависит от ситуации». То есть, где-то варвары видели необходимость отобрать земли для собственного расселения, а они больше нуждались в доходах.
Да простят мне читатели этот отход от темы, вернемся же к королю Аутари. Он отменил институт Hospitalitas, которым активно пользовались герцоги, и ввел налоговую систему, в которой размер налога зависел от финансового состояния ромейского землевладельца. Реформа сильно ударила по благосостоянию богатых помещиков, но улучшила экономическую ситуацию в королевстве в целом.
Еще одной чертой его политики было сближение с ортодоксальным христианством невзирая на собственную приверженность арианству — по свидетельствам позднего понтифика Григория I Великого, Папа Пелагий II «получал от лангобардского короля реликвии». Что это были за реликвии мы не знаем, но такой дар относительно малозначимому на тот момент римскому первосвященнику не могли значить ничего иного, кроме как изъявления доброй воли.
В конце VI века арианство окончательно уходило из государственной сферы — в 587 году король вест-готов Реккаред I примет важнейшее решение в своей жизни и, в отличии от тенденции, обозначенной отцом, примет решения обратиться в ортодоксальное христианство, проделав то же со всей страной. Соседние франки еще со времен Хлодвига I придерживались ортодоксального течения христианства и лишь лангобарды оставались арианами в своём большинстве. Нельзя сказать точно — имелись ли у Атуари те же мысли, что были у Реккареда I, но решение он принял диаметрально противоположное — король запретил крещение по ортодоксальному обряду в Лангобардском королевстве. Это был серьезный шаг, который ясно обозначал антагонизм лангобардов и Византии или лангобардов и франков. Он же свидетельствовал о большой, я бы даже сказал ключевой роли родовой консервативной аристократии.
Закрепил своё вступление на престол Аутари принятием титула Флавия, тем самым заявив о том, что Лангобардское королевство и их король являются приемниками Ост-готского королевства и Римской империи.
Все нововведения принесли свои плоды. Как уже было сказано выше, франки были изгнаны из Италии, а лангобарды смогли разобраться с еще одним давним врагом – свевом Дроктульфом, «герцогом» Брешелло, верным Византийской империи или, скорее, враждебным Лангобардскому королевству (см. Лангобардское королевство. Часть II. Герцоги на каникулах). Несколько месяцев отважный Дроктульф выживал в условиях суровой блокады, но, в конце концов, прорвался из окружения и скрылся в Равенне, откуда отправился во Фракию и продолжил служить императору Византии. Победа над одним из самых главных врагов периода «правления герцогов» было первым крупным достижением Флавия Аутари.
В 585 году король успешно отражал набеги франков, постоянно пытавшихся пробиться через Альпы. Одним из методов успокоения франков был брачный союз – неженатый король Аутари просил руки сестры короля Хильдеперта II, но получил отказ, и королю пришлось полагаться только на армию. Однако в своём письме архиепископу Милана, находящемуся в вынужденном изгнании в византийской Генуе, Хильдеперт II жалуется на тяжесть войны с лангобардами. Король просил архиепископа Лоренцо быть связующим звеном между франками и византийцами, но не в целях возобновления совместных военных действий, а для заключения перемирия между усилившимися лангобардами и франками. И действительно, экзарх Равенны Смагард, получивший прошение от архиепископа Лоренцо, сыграл ключевую роль в заключении трехлетнего мира между Хильдепертом II и Аутари.
В налаживании мирных отношений участвовал и Папа Пелагий II, главной целью которого было установления мира для устранение «Спора о Трех главах», расколовшего ортодоксальных христиан на сторонников и противников постановлений Пятого Вселенского собора (см. Лангобардское королевство. Часть I. Как я переехал в Италию. Лангобардское вторжение). Этому никак не способствовал экзарх Смагард – будучи верховным представителем императора Византии в его итальянских владениях, Смагард посчитал, что имеет право решать спор так, как ему покажется правильным. Во второй половине 586 года он вторгся в Градо – резиденцию патриарха Аквилеи после захвата самой Аквилеи лангобардами — где пленил патриарха Северина и насильственно приказал ему покаяться. Такой акт не способствовал устранению раскола, а лишь наоборот обострил конфликт. Но и сам Смагард не остался безнаказанным – в 589 году император Маврикий прикажет ему вернуться в Константинополь, а должность экзарха передаст Роману, уважаемому патрицию и magister militum, одержавшему ряд крупных побед над персами.
В 587 году король Аутари прибег к помощи герцога Тренто — Эвина — женой которого была девушка из рода тех самых Летингов, что правили лангобардами ещё с тех пор, как они пришли в Норик из северной Европы. Напомню, что незадолго до войны с гепидами и переселением лангобардов в Италию, власть Летингов была узурпирована Аудоином.
По приказу короля, Эвин возглавил экспедицию в Истрию, которая была полностью разграблена. Акция была направлена против владетеля этих земель, герцога Фриули, Гразульфа I, который, судя по письму от майордома короля Хильдеперта II от 581 года, уже давно вел двойную игру – и за лангобардов, и за византийцев. Герцог Фриули, ставший целью победоносного Эвина, ожидаемо проиграл и принес присягу верности королю Аутари.
Стоит подробнее остановиться на вопросе «крови Летингов», ставшем для Лангобардского королевства определяющим. Тесть Эвина, герцог Баварии Гарибальд I, был женат на Вульдетраде – дочери последнего полноправного короля лангобардов из династии Летингов – Вахо. Именно из-за этого брака дети Гарибальда I могли считаться обладателями крови Летингов и носителями некоторых прав на верховное главенство над лангобардами. И это было важно для короля Аутари.
После похода в Истрию герцог Эвин вернулся в Тренто, где был втянут в тяжелый конфликт - его тесть противостоял вторжению Хильдеперта II. Баварский герцог нашел поддержку в лице короля лангобардов Аутари, в жены которому он отдал свою вторую дочь, Теоделинду. Так девушка-потомок династии Летингов стала женой правителя Лангобардов, что подняло престиж самого Аутари. Сам же король лангобардов решил окончательно прекратить попытки примириться с франками и встал на путь тотальной войны (вероятно, именно тогда и было принято решение о разрыве с ортодоксальным христианством).
Брак, заключенный в Вероне 15 мая 589 года, был как нельзя кстати для короля Гарибальда – он проиграл войну с франками, но мог рассчитывать на поддержку своих зятьев, герцога Эвина и короля Аутари. Более того, августейший зять преподнёс подарок Гарибальду и назначил его сына, Гундоальда, герцогом Асти. Таким образом, в Италии у власти оказалось сразу 3 человека, которые так или иначе были связаны с легендарными Летингами. Все эти действия поставили крест на мире между Аутари и Хильдепертом II и Равеннским экзархатом — лангобарды захватили последний бастион византийцев в Альпах, Изолу-Комачин, остров на озере Комо.
Но это была последняя победа перед ураганом.
Превратности судьбы, ожидавшие молодого короля и молодое королевство, останутся темой для следующей статьи. А на сегодня все, до новых встреч!
Автор и редактор—Олег Тугашев
Авторский паблик — Adeptus Historicus | Basilica