«Призрачный легион». Происхождение видов
Унгары, привет!
Из степей мы собирались заглянуть к гостям с тёмной стороны — демонам. И вот мы здесь. Судя по тому, какие события тут разворачиваются, орочьему войску лучше поторопиться. Не то спасать будет некого… Смотрите сами.
…Орка звали Ирхак, и дела его были откровенно плохи: в настоящий момент он бежал со всех ног по степи, спасался бегством. Не один такой он был. Слева в стороне, вырвавшись вперед на полкорпуса, поспешно перебирал ногами волхв племени, в руках его горел разгоняющий темноту колдовской факел. Чуть позади топал ножищами боргак, в пылу недавней схватки потерявший своего вождя. Впереди же, на расстоянии трёх-четырёх взрослых орков, виднелся круп кабана, на спине которого сидел донельзя перепуганный всадник. Кабан, казалось бы, должен был давно оторваться от этой группы, да всадник его был немного… грузен. Очень жирный он был, если говорить прямо. И Ирхак, который всю свою жизнь торговал капустой (а потому тело имел худое, а нутро трусоватое), очень бы хотел догнать и перегнать эту пару из жирных боровов. Чтобы то, что неслось за ними по ночной степи, схватило зубами не его, Ирхака, задницу, а свиной окорок.
Демоническая псина взяла их след от самой орочьей деревни, где в ходе внезапного и недолгого боя силы защитников были рассеяны так быстро, что не смогли оказать достойного сопротивления. Ирхак, впрочем, развязки ждать не стал: сразу схватил мешочек с содарами — состояние, нажитое за годы торговли — сунул его за пазуху и рванул в темноту, подальше от родных юрт и хижин. Авось в степи не найдут. Нынешние попутчики нагнали его довольно скоро, и дальше, с молчаливого согласия всех присутствующих, они бежали уже вместе. Стоило, однако, через полчаса бега перейти на шаг, как на горизонте со стороны оставленной деревни показалось огненное пятнышко. Скоро в том пятнышке начали угадываться силуэты демонического пса. И вот тут-то беглецы принялись удирать со всех ног.
Собака догоняла орков, но как будто медленно. Словно играла или гнала куда-то. Хотя куда можно загнать орка в степи? В его родной степи? Неожиданно в картине погони многое поменялось. Раздалось несколько тихих, почти одновременных хлопков. Один вдалеке, а второй довольно близко, и из тьмы перед рылом кабана из ниоткуда выступил новый противник. Чернокожий остроухий демон с устрашающего вида мечом заставил животное в ужасе затормозить так резко, что боров кувыркнулся через голову, а его всадник вылетел из седла в темноту. Он мог бы сшибить пришельца с ног, но того уже не было на пути. С новым тихим хлопком он будто просто исчез, чтобы в тот же миг появиться рядом с волхвом. Легко, почти походя, он нанёс несчастному удар мечом по ногам, но упасть не дал. Мгновением позже мощные ручищи демона перехватили падающего орка, а пасть с жуткими зубами вцепилась ему в шею.
Сзади настигал демонический пёс. Ирхак услышал, как боргак сзади замедляет ход и останавливается. Видно, старый воин решил-таки подороже продать свою жизнь. Понял, что убежать не получится. Что ж, так тому и быть. Ирхак, хоть и был торговцем, в глубине души оставался орком. Нельзя быть совсем нюней в обществе, где детские игры часто оканчиваются проломленным черепом или сломанной конечностью. А потому орк обреченно схватился за поясной нож и развернулся. Будем пропадать красиво! Даже как будто музыка, соответствующая моменту, заиграла в его, Ирхака, голове.
Псина, с наскоку напавшая на телохранителя, вцепилась тому в руку, опалив и торговца пламенным дыханием. Больно! Скорее инстинктивно, чем со злости, Ирхак ткнул наугад ножом — и попал! Злобно потрясая одной из голов, тварь отступила. Кажется, остриё ножа угодило ей в нос. Пёс решил не дразнить судьбу и выбрать добычу полегче. Пара мощных взмахов лапами — и вот все три пасти уже щёлкают зубами на только что вставшего кабана. Животное пыталось было отступить, убежать, но огненная собака была быстрее и все подобные попытки пресекала на корню.
Радоваться, однако, было некогда. Боргак и торговец переключили своё внимание на ушастого демона, который был занят едва подающим признаки жизни волхвом. Они ударили одновременно: широкий орочий ятаган и небольшой, но острый нож понеслись к цели. Демон, зажмуривший от удовольствия глаза, казался такой беззащитной целью! И эта музыка, мелодия в голове. Ирхаку слышался в ней бой барабанов, песнь шаманов, рёв одобрения соплеменников. Звуки войны, звуки боевой славы. Всё, что он, простой торговец, мог себе представить только в самых смелых, самых заветных мечтах. И вот он — шанс! Это Ирхак должен вонзить нож в горло чужака! Он, а не и без того овеянный славой телохранитель вождя!..
…Вот поэтому торговец не просто ударил, а ещё и пихнул своего товарища в бок. Неизвестно, какие мысли были в голове у боргака, но тот в то же самое мгновенье поставил Ирхаку подножку. Опять больно! Удары всё равно достигли цели. Может быть, не такие удачные, как могли бы быть без этих подлых приёмов, но достигли! Демон, однако, не пал. Оружие нанесло ему видимые повреждения, но отскочило. А через секунду ушастый сделал ещё один глубокий вдох и отшвырнул уже безжизненного волхва в сторону, словно это был капустный кочан. Раны на его коже исчезали прямо на глазах.
Повторить атаку оркам не дали. Из темноты за спину боргаку шагнул рослый крылатый здоровяк с повязкой на глазах и с какой-то металлической штуковиной, висящей у него на груди. На мгновение он перестал крутить длинную ручку, что торчала из корпуса этой самой штуковины, чтобы голыми руками свернуть орку-воину шею. В этот момент мелодия, игравшая у Ирхака в голове, стихла.
Обескураженный столь быстрой сменой обстановки, торговец пропустил мощнейший удар в челюсть. Он повалился на траву, не в силах пошевелиться: голова шла кругом.
— Зачем ты пришёл так быстро? Я не наелся, — грубоватым, но не лишённым утончённых ноток голосом, спросил кто-то у Ирхака над головой.
— Так ешь, — спокойно ответил другой голос, уверенный и сильный баритон, — я же не мешаю.
— Конечно, мешаешь. Ты же знаешь, я при своих стесняюсь, — показалось, или в демонической речи проступили нотки… стыдливости?
— Ты как эльфом был снобом, так и сейчас остался. Хотя общество у нас живёт по другим законам. У нас не позорно есть на людях. У нас позорно этого стыдиться… Куталлион, — последнее слово баритон произнёс с толикой издёвки.
— Не я выбирал себе эту участь… — проворчал в ответ собеседник. — С этим что делать? Убить?
— Нет, обыщи. Мне кажется, в нём есть потенциал.
Когтистые ручищи схватили Ирхака и снова поставили на ноги. Он не сопротивлялся, ещё не пришёл в себя. Да и смысл? Нож он выронил ещё от удара в челюсть, а больше при себе у него ничего и не было. Кроме мешочка содаров, который ушастый сноровисто нащупал у орка под рубахой, вытащил и забрал себе.
— Смотри-ка, Абаддон, какое сокровище! — с издёвкой пробормотал он. Ирхак только с тоской проводил свои накопления взглядом. Отберут же, к ведуну не ходи!
— Беги, друг! — вдруг донеслось из темноты, и над спиной демонического пса пролетел орочий топорик. Летел он аккурат в голову ушастого демона, но крылатый с неожиданной грацией перехватил его рукой. Он медленно повернул голову на звук. Глаза его, скрытые повязкой, не должны были видеть ничего, но, кажется, что-то он узрел. Впрочем, это уже было не важно. Из темноты раздался истошный крик, в котором потонул очередной хлопок, а через мгновение из тьмы на свет факела выступил закованный в броню демон устрашающих размеров. Ещё один.
— Всё развлекаетесь тут?! — заревел он густым басом.
— Нет. А даже если и да, то я тебе не подчиняюсь, — дёрнул крылом Абаддон.
— Шею сверну — и дело с концом, выскочка! — огрызнулся здоровяк. — А Лилит скажу, что так и было. Еле нашёл вас. Это кто?! — латная перчатка указала прямо на Ирхака.
— Да, собственно, никто, — поспешил ответить Абаддон. — Сейчас закончим с ним, один момент. Куталлион, покорми Цербера.
— С удовольствием, — ушастый кивнул головой, — Цербер, малыш!
Огромная псина, которую никак нельзя было перепутать с малышом, с готовностью повернула одну из голов, и в приоткрытую пасть точнёхонько влетел мешок с содарами. Его, Ирхака, мешок! Пёс довольно задвигал челюстями, уничтожая плоды многолетнего труда.
Орк-торговец был немолод. Орк-торговец не был храбр. Среди орков он был редким экземпляром. Спокойным, рассудительным, не вспыльчивым. Отличные качества для ведения дел. Но в этот миг душа Ирхака взорвалась яростью, и это была ярость торговца, не орка. Украсть золото — ещё ладно, это можно понять. И можно попытаться вернуть. Но вот так скормить содары тупой шавке…
Ирхака захлестнула волна бешенства, и он отдался этой волне. Одна мысль — уничтожить — набатом раздавалась в голове, и он голыми руками вцепился ушастому отродью в голову, сжимая её и большими пальцами ища глаза. Раздавить, покалечить, покарать!
Сзади набатом ударила волна музыки. Мерзкой, страшной, неправильной. Эта исковерканная мелодия ударила по голове сильнее кулака, пальцы торговца разжались, он кулем повалился наземь и забился в конвульсиях. Бешенство рвалось наружу, ломая кости и коверкая плоть, пока, наконец, прекрасная мелодия не стихла. Пошатываясь, Ирхак поднялся на ноги и взглянул на лица окружавших его существ. Они не казались больше чем-то чуждым. В их чертах появилась некая прелесть, утончённость. Орк отметил, что все эти уши и крылья, когти и зубы по-своему совершенны. Перед ним стояли убийцы. Вершина эволюции этого мира. А опустив взгляд на свои руки, Ирхак понял, что изменился и сам.
— Так вот что из них получается… — пробасил здоровяк.
— По-разному, — ответил Абаддон, — у каждого преображение проходит по-разному.
— Да, кого как покалечит, — грустно ухмыльнулся ушастый. — На меня вот глянь.
— Тьма никого не калечит и ничего не изобретает, — покачал головой слепец. — Поверь, я знаю. Она просто показывает то, что было внутри. Без прикрас. Ты вот всю кровь у любого готов был выпить своим занудством, крыло даю на отсечение. И вот поэтому теперь…
— Да-да, не продолжай.—покривился Куталлион, — Но этот выглядит… сносно.
— Пожалуй, так. — согласился слепец. — Как тебя зовут?
— Ирхак. — ответил бывший орк.
— Что ж, Ирхак, Я Абаддон, твой создатель и твой новый командир. Добро пожаловать в Легион хаоса!
— Подробности потом! — прервал их огромный латник. — Я к вам перенёсся с большим трудом, и не чтобы болтать. Жрать давайте, раз есть что! Люблю свинину!
— А что же, кабанчик ни на что не сгодится? — удивился ушастый.
— На шашлык! — пробасил в ответ громила. — Всё равно лучше, чем из этих однорогих лошадей, тварей не получится. Цербер не в счёт! — с какой-то нежностью уточнил он, — Ату его, мальчик! Только не жрать!
Над ночной степью раздался пронзительный, но короткий визг.
Какой кошмар! Этих тёмных тварей становится всё больше! Нет сил больше на это смотреть. В следующий раз надо развеяться. Попробуем посмотреть на других созданий. Прекрасных, а не ужасных.
