Сердце Роя: Не ради императора

Над далёкой кромкой леса едва брезжил рассвет. Походный лагерь легиона безмолвствовал: солдаты спали, пользуясь редкой минутой затишья, и только одинокие фигуры часовых время от времени мелькали в свете факелов. Завтра снова на марш. Но переход предстоит особенный.

Легион пришёл в движение в тот же день, как в Форрендор явился императорский гонец на взмыленном, загнанном скакуне. Новый приказ из столицы, не терпящий отлагательств. И вот теперь когорты маршируют на полночь с утра до ночи, так быстро, как могут. Получается всё равно медленно: чем больше людей, тем больше беспорядка, тем больше усилий надо прилагать, чтобы достигать целей. Третью седьмицу двигается войско, посланное волей императора Орваса на помощь союзникам из лесов, и только сейчас подходит к нужной точке.

Квинтус только вздохнул, пристальнее вглядываясь в рассветный сумрак. Там он, там. Форт Анкертах. Проклятое место, несчастливое. Неизвестное.

И года ведь не прошло – семь лун всего. А кажется, будто в другой жизни случилось. Благородный император Адрелиан был жив, и гремела на всю империю слава о его Первом Мече, Илле. Седьмой легион под его командованием получил приказ встать на границе леса, в этом самом злосчастном форте. Говорили, что союз лесных друидов и эльфов в тех местах чем-то не доволен. Имперские войска должны были своим присутствием показать, что связываться с Тугардом себе дороже.

Дальше – как в страшном сне. Квинтуса, правда, в этих краях тогда и не было вовсе, но по тому, что говорят… От седьмого легиона осталось меньше когорты. Это все, кто смог уцелеть и уйти обратно к своим. Легата Илле след простыл, и о судьбе его можно было только гадать.

О самом сражении бойцы говорили, будто на форт напали-таки лесные стражи, осмелились. А дальше какие-то тёмные чары устроили внутри стен пожар, и командор Илле вынужден был вывести защитников за ворота. И уже там они схлестнулись с войском горцев-йордлингов, подло ударивших во фланг из засады.

Поверить в такое было трудно, но уцелевшие легионеры говорили одно и то же. Их рассказы не расходились даже в малейших деталях. Пришлось допустить, что в тот день легион был атакован с трёх сторон. Немыслимо!

Как бы то ни было, Анкертах не вернули. События в Империи развивались столь быстро и столь трагично, что потеря пограничного форта в их потоке выглядела всего лишь мелкой, досадной неудачей. Одно явление Сота, произошедшее в ту же луну, чего стоило…

Квинтус тряхнул головой, отгоняя дурные мысли, и принялся прохаживаться вдоль своей палатки. Не помогло. В сознание упорно лезла мысль, что такого допускать было нельзя. Её следовало гнать прочь, потому как ничего нового она в себе не несла, только лишала душевного покоя. А его у командира отдельной когорты ауксилариев и без того не было. Ну где же, где они…

Наконец в окружении лагеря что-то изменилось. Быстрые движения, приближающиеся факелы, перепачканные, усталые люди. Идут сразу к нему, как и было приказано.

– Трибун, – остановившийся перед Квинтусом легионер на миг склонил голову, приветствуя своего командира.

Сердце Роя: Не ради императора, image #1

– Центурион Яспар, – кивнул в ответ трибун. – Докладывай, что узнали. Форт брошен?

– Нет, мой командир. Там… Я готов пересказать, но лучше услышать самому. Я дерзнул привести разведчика.

– Верное решение, – благосклонно произнёс Квинтус. – Пусть говорит.

Из-за спины центуриона вышел скромно одетый юноша. На нём не было даже доспеха – короткая тога да походные сандалии на ногах. Но это не от бедности: при всех своих проблемах империя способна обеспечить всем необходимым каждого своего солдата. Просто эксплораторам удобнее ходить налегке, особенно ночью. Меньше шума.

– Трибун, – солдат склонил голову и выдержал паузу, а затем продолжил с волнением, но твёрдо. – Мы смогли подобраться к форту вчера перед закатом. Рядом с ним армия.

– Что? Лесной союз решил выйти нам навстречу?

– Это войска империи, мой командир.

– Откуда… – Квинтус отказывался верить собственным ушам.

– Холверт. Нам удалось проникнуть в их лагерь под видом своих и послушать, что говорят. За стенами люди с гор. С ними нелюди, полузмеи наги.

– Сколько?

– Внутрь форта мы смогли пробраться только ночью, – опустил глаза юноша. – Ворота закрыты, на стенах воины. При свете дня было не пройти.

– А что за стенами?

– Видны следы пожара. Но внутри деревянные постройки из свежих досок. Склады, казармы. На вид могут вместить когорту. И какой-то алтарь.

– Не слишком много, – досадливо поморщился Квинтус, – но хоть что-то.

– Простите, трибун, – вновь склонил голову юноша, – приказ центуриона – не выдать себя. Без него мы смогли бы больше.

Разведчик машинально коснулся невзрачной пращи, что висела у него на поясе.

– Вашей вины нет. Это был мой приказ. И вы его исполнили. Как твоё имя?

– Хецца, мой командир.

Сердце Роя: Не ради императора, image #2

– Яспар, запомни. Теперь приказываю всем отдыхать.

Центурион и его люди удалились так же быстро и слаженно, как пришли, а Квинтус ещё раз взглянул на горизонт. Туда, где в полудне пути стоял трижды проклятый, занятый непонятно кем и непонятно кем окружённый форт Анкертах. Потерянная крепость, мимо которой войску необходимо было пройти. Ошибка прошлого, решать которую придётся легиону.

Трибун поспешил к легату с докладом – тот наверняка тоже не сомкнул глаз.

Солнце достигло своего зенита и уже начало движение вниз, когда войска легиона достигли крепости. Разведка не подвела. Ехавший в авангарде Квинтус чуть притормозил коня вслед за своим легатом и принялся изучать окрестности.

Форт виднелся вдалеке и заброшенным не выглядел. Закрытые ворота и какое-то движение на стенах. Ближе отсюда было не рассмотреть. А перед ним действительно стояло войско.

Имперские доспехи. Имперские шлемы. Стяги Тугарда. Это, без сомнения, были силы союзного легиона. Но ни Квинтус, ни легат Маркус не ожидали увидеть здесь своих. Потому неожиданная встреча не радовала – настораживала. Легат жестом подозвал к себе трибунов.

– Разведка не соврала, трибуны, – начал он, когда легионеры собрались вокруг. – Плохо дело. Приказываю готовить войска к бою. Авангард перекрывает дорогу. Две центурии застрельщиков перед ними, остальных спрятать среди деревьев. Основным силам тоже скрытно расположиться в лесах. Арьергард пусть занимает вторую линию обороны. Зогат, со своими солдатами попробуешь скрытно обойти лагерь с фланга, насколько позволит лес. Квинтус, Тит, останьтесь. Остальные – за дело!

Уже через минуту войско готовилось к обороне. В лагере возможного неприятеля тоже началось какое-то движение. Кажется, легион заметили.

– Маркус, ты думаешь, придётся сражаться?

– Надеюсь, что нет, – негромко ответил легат, не отводя глаза от чужой армии. – Но мы должны быть готовы. Тем более, что это холвертцы.

Трибун промолчал, но внутренне согласился. Холверт – город отважных воинов. Если спросить его жителей, то более доблестных даже, чем выходцы из самой Аккении. И это будут не пустые слова.

– Тит, – продолжил командир легиона, обращаясь уже к трибуну первой когорты, – примипила и его тагмов ко мне. Мы отправляемся на переговоры. Вы оба поедете со мной.

Сердце Роя: Не ради императора, image #3

Квинтус промолчал, но внутренне с таким решением согласился. Тагмы – первая центурия первой когорты. Охрана легата, самые бесстрашные солдаты легиона. Отличный довод в любом споре. Даже с воинами Холверта.

Через четверть часа охранная центурия уже была на марше. Впереди не спеша ехал легат и сопровождающие его трибуны. А навстречу им тоже двигалась процессия. Переговорная, как смеял надеяться Квинтус.

Всадники. Пять десятков конных легионеров на сильных, красивых лошадях. Над одним из воинов реял стяг – алый феникс на белом полотне. Чуть впереди кавалерийского отряда на гнедом скакуне ехал черноволосый мужчина в чёрном же доспехе и красном плаще. Когда отряды сблизились на расстояние выстрела, он поднял руку в латной перчатке, заставив свою свиту прекратить движение, и продолжил путь в одиночку.

– Останавливай центурию, Тит, – скомандовал в ответ на это легат. – Дальше мы втроём.

Сердце Роя: Не ради императора, image #4

Четыре всадника, наконец, встретились, остановили своих коней, и Квинтус смог разглядеть переговорщика со стороны Холверта. Не старый ещё, но в годах. Чёрные волосы с первыми проблесками седины. Обветренное, грубое лицо. Широкие плечи. Тяжелый, но будто усталый, взгляд.

– Легат Маркус, седьмой легион Империи. Назовите себя! – командир Квинтуса решил начать первым.

– Домития, командир войск Холверта, – ответил воин гулким, густым басом.

– Какой легион? И почему вы здесь? Нам не сообщали о подкреплении.

– Легион… семнадцатый. В составе войска Холверта, – рыкнул Домития. Квинтусу показалось, что это мог быть смешок. – Здесь легионеры. Ополчение. Наши лесные братья. Мы здесь потому, что городской совет принял такое решение. Ждём вас уже третий день.

– Ждёте для чего? – не понял Маркус. – Наш легион здесь по приказу Императора Орваса, и…

– Императора… Орваса? – имя своего правителя командир холвертцев выплюнул сквозь зубы. – Змеепоклонника?

– Он не…

– Послушай… Маркус, – Домития слегка сжал бока своего скакуна, и теперь оказался ещё ближе к своим собеседникам. Квинтус положил ладонь на рукоять меча. – Мне плевать на императора. На любого. На Адрелиана. На Орваса. На тех, что были до них и будут после. Как и им плевать на меня и мой город. В конце зимы мимо нас проползла огромная змея. Сот. Проползла мимо, легат Маркус! И даже так наша земля потеряла каждого десятого! Ты слышал когда-нибудь голос бога в своей голове, легат? Ты чувствовал, как он крадёт у тебя твои собственные мысли? Холвертцы устояли, по другому и быть не могло. И всё же часть из нас потеряла себя, обратившись в чешуйчатых полулюдей. И знаешь, чем ответила империя? Кто-нибудь из вас знает?! – гаркнул мужчина, не в силах сдержать злость.

Квинтус знал. Все они знали. Империя молчала, пытаясь сохранить себя. Выжить. Уничтожить силы, грозящие ей. В том числе и Сота. Да, ей удалось это сделать, но это не утешит жителей Холверта и не смирит их гнев. Тогда и там Тугард не смог защитить своих подданных.

– Мы знаем, Домития, – ответил за Квинтуса его легат. – И скорбим вместе с вами. И всё же, почему вы тут?

– Потому что… – полководец Холверта немного успокоился, выплеснув наружу свой гнев. – Потому что наши лесные братья услышали призыв своих сородичей. Стражам нужны силы для штурма крепости. Алламор, верно? Совет Холверта решил, что войска города должны быть там и помочь. Кто, если не мы?

– А что сказал наместник Императора?

– Что-то точно сказал. Но он один в степи, и ворота города для него закрыты. Его слово нам не указ.

– Легат Домития, это бунт, – Маркус потянулся к своему клинку. – Империя не простит…

– Остановись, Маркус! – Домития угадал движение своего собеседника, но всё же поднял безоружные руки в примиряющем жесте. – Остановись и подумай сам. Клянусь Сеггером, ещё на рассвете вы не знали, что ждёт вас в Анкертахе. В форте, который империя не смогла защитить, потому что она разваливается по кускам. И это могло стать для вас проблемой, если бы мы не подготовили вам проход. Ваши разведчики, которые вчера заглядывали к нам в лагерь, наверняка всё подробно рассказали, – на этих словах лицо Квинтуса слегка вытянулось. – Власть не справляется. И раз это так, сами граждане империи должны решать свою судьбу. Мы сделали выбор, и не тебе нас судить.

– Сеггер Милосердный, – негромко произнёс легат, – судить как раз мне. Но я не собираюсь проливать кровь своих же братьев. Чего ты хочешь, Домития?

– Объединить силы, Маркус. Дать бой и вернуться с победой.

– Что ж, – кивнул легат, – пусть так. Ради Тугарда и императора я могу закрыть глаза на некоторые твои слова.

– Мы будем рады биться рядом с тобой, легат. Не ради императора. За Холверт! – склонил голову Домития.

– Так и будет. Квинтус, Тит! Войска на марш – и в лагерь холвертцев. И этого разговора не было! Подкрепление явилось к нам по приказу императора Орваса. Так будет лучше для всех.

Полководец объединённых сил Холверта помедлил мгновение, но всё же согласно кивнул.

Сердце Роя: Не ради императора, image #5

Предзаказ на новый выпуск все еще идет! Как и марш аккенийцев!

1209 views·12 shares