Книга в книге: судьба читателя и книги в антиутопии Майка Гелприна «Свеча горела»
Специфика уникального воздействия художественной литературы и художественного текста на человека и общество в целом интересовала ученых разных направлений во все времена. Существует множество мнений и высказываний об искусстве слова, о цели художественного творчества и его значимости. Особенно интересно влияние литературы на личность отдельного человека, на формирование мыслей, чувств, эмоций и представлений.
Выдающийся российский теоретик литературы В.Е. Хализев писал, что неотъемлемая часть художественного творчества – это его коммуникативная сторона. Именно в литературе, связанной со словами, коммуникативное начало выражено наиболее полно. Любое произведение – это всегда некое послание, так как оно направленно на чье-либо восприятие, к кому-то обращено.
О влиянии произведений искусства на человека и его преображении под действием этого влияния существует достаточно много произведений. Одним из таких произведений является рассказ М. Гелприна «Свеча горела». В небольшом по объему рассказе Гелприн изобразил возможное развитие мира будущего, в котором господствуют технологии. Главный герой, Андрей Петрович, бывший преподаватель литературы был уволен, так как его предмет уже не соответствовал современным реалиям и был попросту не нужен. Попытки найти новое место работы привели к неудаче: в учебных заведениях больше ценились «виртуальная этика, основы виртуального права, история робототехники» и др. В течении двенадцати лет Андрей Петрович жил на нищенское пособие, дошло до того, что ему пришлось продавать собственные книги, чтобы свести концы с концами. Последней надеждой стала попытка давать частные уроки литературы, но заинтересовавшихся так и не нашлось. Когда Андрей Петрович уже потерял надежду, ему позвонил некий Максим и попросил научить его литературе.
Для Андрея Петровича внезапный ученик стал настоящим спасением не только с финансовой стороны, у героя вновь появилась возможность учить кого-то литературе, но что более важно – возможность просто поговорить о любимых писателях и произведениях, о поэзии, о языке и о многом другом. Андрей Петрович уже и не надеется восстановить свою библиотеку или поправить свое финансовое положение, но надеется, что сможет передать свои знания и свою любовь к литературе.
Пустяки, понял Андрей Петрович внезапно. Неважно, удастся ли откупить. Он может передать, вот оно, вот что единственно важное. Передать! Передать другим то, что знает, то, что у него есть.
В процессе уроков Андрей Петрович объяснил Максиму причины угасания интереса к литературе и чтению. Все началось с нехватки у людей времени. С развитием иных видов развлечений, книги стало печатать невыгодно, да и на электронные книги спроса не было, а за этими изменениями последовало и резкое сокращение количества самих пишущих людей.
Понимаете, в конце двадцатого века начался кризис. Читать стало некогда. Сначала детям, затем дети повзрослели, и читать стало некогда их детям. Ещё более некогда, чем родителям. Появились другие удовольствия – в основном, виртуальные. Игры. Всякие тесты, квесты… – Андрей Петрович махнул рукой. – Ну, и конечно, техника. Технические дисциплины стали вытеснять гуманитарные. Кибернетика, квантовые механика и электродинамика, физика высоких энергий. А литература, история, география отошли на задний план. Особенно литература.
Примечательно то, что Андрей Петрович, понимая причины таких изменений в обществе, почти смирился с этими изменениями, но его больше волнуют нынешние дети, которые будут расти и взрослеть в мире, в котором перестали читать.
– Мне нелегко об этом говорить, – сказал он наконец. – Я осознаю, что процесс закономерный. Литература умерла потому, что не ужилась с прогрессом. Но вот дети, вы понимаете… Дети! Литература была тем, что формировало умы. Особенно поэзия. Тем, что определяло внутренний мир человека, его духовность. Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим.
Литература – это действительно то, что формирует ум и внутренний мир человека. В рассказе автор упоминает множество писателей, поэтов, произведений, жанров и время, в которое было написано то или иное произведение. Он показал, как за несколько столетий человечество накопило знаний и опыта и как одно вытекает их другого. Благодаря такой связи художественные произведения могут формировать в юных умах самые прекрасные начала и нравственные ориентиры, стать для них учебником жизни, ответить на беспокоящие вопросы. Без доступа к литературе и возможности читать человек, скорее всего, не сможет сформироваться как полноценная личность, не познает, что хорошо, а что плохо, что есть добро, а что зло. Именно такого будущего и боятся герои рассказа.
Андрей Петрович делает еще одно важное замечание. Он говорит не только о содержательной стороне литературы, но также упоминает и язык, которым эту литературу пишут. Для писателя язык – это инструмент, с помощью которого он старается донести свои мысли максимально точно и ясно, и каждый писатель использует этот инструмент по-своему, что делает язык произведения уникальным, неповторимым, оригинальны.
– Литература – это не только о чём написано, – говорил Андрей Петрович, расхаживая по комнате. – Это ещё и как написано. Язык, Максим, тот самый инструмент, которым пользовались великие писатели и поэты. Вот послушайте.
Максим сосредоточенно слушал. Казалось, он старается запомнить, заучить речь преподавателя наизусть.
– Пушкин, – говорил Андрей Петрович и начинал декламировать.
«Таврида», «Анчар», «Евгений Онегин».
Лермонтов «Мцыри».
Баратынский, Есенин, Маяковский, Блок, Бальмонт, Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Высоцкий…
Далее Андрей Петрович перечисляет поэтов, писателей и их произведения, эпохи и жанры. Все это составляет круг чтения, который, по мнению автора, не даст человеку потерять его способность ярким переживаниям. Для автора это также некая связь времен, опыта и людей.
Бальзак, Гюго, Мопассан, Достоевский, Тургенев, Бунин, Куприн.
Булгаков, Хемингуэй, Бабель, Ремарк, Маркес, Набоков.
Восемнадцатый век, девятнадцатый, двадцатый.
Классика, беллетристика, фантастика, детектив.
Стивенсон, Твен, Конан Дойль, Шекли, Стругацкие, Вайнеры, Жапризо.
Интересно и само желание Максима изучать литературу. Он появился совершенно внезапно, показал себя примерным учеником, слушал Андрея Петровича внимательно, стараясь запомнить каждое слово. О своей жизни и о себе он ничего не сообщил кроме того, что у него двое детей. И именно из-за детей Максим решил «научиться литературе», чтобы передать эти знания им, помочь вырасти духовно богатыми личностями.
<…> Дети растут бездуховными, вот что страшно, вот что ужасно, Максим!
– Я сам пришёл к такому выводу, Андрей Петрович. И именно поэтому обратился к вам .
Далее по сюжету Максим внезапно пропускает занятие, и это очень беспокоит Андрея Петровича, так как до этого его ученик не допускал даже опозданий. Максим пропустил еще несколько занятий, и телефон его был недоступен. О том, куда пропал Максим, отчаявшийся Андрей Петрович узнает от своего соседа, который описал Максима как «эту публику» и сообщил, что работал с «такими» тридцать лет. Андрей Петрович искренне не понимает причины такого отношения, и сосед советует ему посмотреть новости. Из новостей герой узнает, что Максим был домашним роботом-гувернёром, которого отправили на утилизацию из-за дефектности.
«Уличён хозяевами, – с трудом сфокусировав зрение, считывал с экрана Андрей Петрович, – в хищении продуктов питания, предметов одежды и бытовой техники. Домашний робот-гувернёр, серия ДРГ-439К. Дефект управляющей программы. Заявил, что самостоятельно пришёл к выводу о детской бездуховности, с которой решил бороться. Самовольно обучал детей предметам вне школьной программы. От хозяев свою деятельность скрывал. Изъят из обращения… По факту утилизирован.
Эта новость полностью сломила Андрея Петровича, все его усилия прошли впустую, он потратил столько времени на «бездушную, дефективную железяку», вложил в нее все, ради чего жил. Под влиянием всех этих мыслей и чувств Андрей Петрович решает покончить жизнь самоубийством, но его останавливает звонок в дверь. Герой открыл дверь и увидел на пороге двух детей, которые сообщают, что их прислал Макс, и цитируют Пастернака.
Звонок в дверь застал его на полпути к плите. Андрей Петрович, стиснув зубы, двинулся открывать. На пороге стояли двое детей. Мальчик лет десяти. И девочка на год-другой младше.
– Вы даёте уроки литературы? – глядя из-под падающей на глаза чёлки, спросила девочка.
– Что? – Андрей Петрович опешил. – Вы кто?
– Я Павлик, – сделал шаг вперёд мальчик. – Это Анечка, моя сестра. Мы от Макса.
– От… От кого?!
– От Макса, – упрямо повторил мальчик. – Он велел передать. Перед тем, как он… как его…
– Мело, мело по всей земле во все пределы! – звонко выкрикнула вдруг девочка.
Андрей Петрович схватился за сердце, судорожно глотая, запихал, затолкал его обратно в грудную клетку.
– Ты шутишь? – тихо, едва слышно выговорил он.
– Свеча горела на столе, свеча горела, – твёрдо произнёс мальчик. – Это он велел передать, Макс. Вы будете нас учить?
Андрей Петрович, цепляясь за дверной косяк, шагнул назад.
– Боже мой, – сказал он. – Входите. Входите, дети.
В произведении важное место занимают упоминания Б.Л. Пастернака и его стихотворения «Зимняя ночь», на которое нас отсылает само название рассказа «Свеча горела».
Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
Стихотворение Пастернака посвящено любви и содержательно не связано с рассказом. Однако через эту отсылку автор дает нам понять, что Пастернак и многие другие поэты подарили нам особый, волшебный язык, на котором можно говорить о самых сокровенных, интимных чувствах, говорить о любви красиво, высоко и поэтично. Особенно трогательно этот язык любви звучит из уст детей, который в своем юном возрасте уже владеют тонкостью понимания чувств.
С другой стороны, можно сказать, что для героев рассказа сама литература, книги – это словно свеча из стихотворения, которая является единственным источником света во мгле.
Таким образом, в небольшом по объему рассказе М. Гелприн изобразил страшный и масштабный упадок духовной культуры в обществе. Люди перестают не только читать книги, но и смотреть фильмы, ходить в театры, наслаждаться музыкой – на все это просто не осталось времени. Искусство больше не будоражит чувства и сердца людей. В мире рассказа единственный, кто осознал эту проблему и решил действовать, был робот, которого принято считать бездушным, но который оказался намного более человечным, чем его создатели.
Противопоставление человека и робота подчеркивается необычной концовкой рассказа. Неожиданность развязки дает пережить катарсис, некое переживание. В сознании читателя возникает «аффективное противоречие», замыкание, которое приводит к важной мысли об истинной силе художественной литературы.
Художественная литература единственная может вступить в непосредственный контакт с человеком, заговорить с ним. Через этот диалог и зарождаются в человеке определённые чувства и мысли, которые помогают становлению личностных качеств. Литература способна помочь зародить лучшие чувства, объяснить, что есть добро и зло, ответить на волнующие вопросы, но главное она не даст человеку превратиться в бездушного робота. Читатель как бы включается в художественную систему рассказа, начинает сопереживать героям и сам становится участником событий.
В рассказе также намечен круг чтения, который близок авторскому восприятию и который не позволит человеку стать бездушным роботом. Если читатель знаком хотя бы с одним произведением или писателем, которые были упомянуты в рассказе, то возникает связь между авторским и читательским сознанием, взаимный обмен читательскими предпочтениями, диалог.