К. Ньюман. «Эра Дракулы»
Если поместить на обложку реплику Нила Геймана, то наивный читатель, увидев неизвестного ему Кима Ньюмана, и не подумает, кто же все-таки роман написал. Так считают в коммерческом мире. И неплохо считают, судя по всему. Но фанатским играм Ньюмана блеска это не придает.
И книга оказалась почти разочарованием. Само издание добротные петербуржцы составили из первого произведения цикла (продолжения, видимо, на русском языке не предвидится) с приложениями и обильным, качественным комментарием (при том, что сам автор тоже рассыпался в необходимых комментариях). Но! Указания страниц в примечаниях частенько не совпадают, сам текст изобилует небрежными опечатками… Конечно, это отвлекало от проникновения в ернический пастиш, который устроил Ньюман из англо-американской литературы и фильмов ужасов. В каком еще произведении можно встретить одновременно графа Дракулу, Майкрофта Холмса, докторов Джекила и Моро, Человека-слона и прочую нечисть, включая Оскара Уайльда и жену Брэма Стокера. Иногда детально прорабатывая персонажей, иногда выдавая просто списками или тенями китайского театра, писатель выписывает литературно-историческую игру. Викторианский Лондон Ньюмана и вправду историчен и в то же время впитал в себя приметы литературных шедевров. Но требует от читателя или такого же фанатского увлечения временем, его произведениями искусства и всей последующей массовой культурой, или заставляет отдавливать палец, заложенный в обширном комментарии.
Пока перелистываешь страницы, нить повествования, чья увлекательность и динамичность принесена в жертву литературному рагу, обрывается, путается и раздражает, в конце концов. Несколько сюжетных линий натянуто сходятся. Впрочем, может, это тоже игра – предложение читателю выжать из себя хоть какое-либо сочувствие к персонажам, которые того заслуживают. А на поверку все оказывается лишь глумлением автора над каким-либо вообще подобием таких чувств. Запретная любовь центральных персонажей Чарльза Борегара и вампирши Женьевьевы – это такой же стеб, не оставляющий ничего святого? Хотя главная читательская претензия, в первую очередь, вкусовая – обилие кровавых и сексуальных натуралистических подробностей, безусловно, должны довести викторианское утонченное разложение до варварского апогея (ведь Дракула стал принцем-консортом Великобритании, и страну наводнили его карпатцы и «новорожденные» из реальных исторических личностей и литературных персонажей). Но противно же!!! В общем, для беллетристики «Эра Дракулы» слишком небрежна композиционно, для интеллектуальной игры – слишком насыщена отсылками к массовой культуре вперемешку с классикой, которая умещается в систему разве только в голове автора. Будь это серия рассказов, их ироничность и эрудированность была бы симпатичнее и ярче.