Против диверсантов

В дни разгрома немецко-фашистских войск в районах важнейших боевых операций германская разведка поспешно пыталась создать и оставить в советском тылу лесную «зеленую» армию. Подходящим материалом для этого были предатели, полицейские, активные участники различных формирований из числа предателей. По замыслу фашистских разведчиков, «зеленая» армия должна была осесть и в Брянских лесах, вести вооруженную борьбу против советских порядков, объединять людей, связанных с оккупантами.

Большие надежды фашисты возлагали на личный состав бригады Каминского. Это были отпрыски кулаков, дворян, купцов, уголовники, белые эмигранты, участники националистических организаций. Свой путь они залили кровью патриотов Брянщины, Орловщины, Волковыска, Белостока.

Из этой своры и им подобных абверовцы и пытались создать «зеленую» армию.
Коварные замыслы немецко-фашистских властей стали известны чекистам. Были приняты соответствующие меры. По указанию областного штаба партизанского движения на вероятных путях проникновения банд дороги были перекрыты боевыми заставами, секретными постами, подвижными патрульными группами народных мстителей. НКВД СССР выделил в распоряжение начальника управления НКВД дивизию оперативных войск.
Вслед за наступающими частями Красной Армии в города, села, районы вступали чекисты, подразделения оперативных войск НКВД, милиция. У чекистов имелись списки лиц, замеченных в активном сотрудничестве с оккупантами. Запятнавшие себя в годы гитлеровской оккупации были своевременно изолированы. Но несмотря на принятые меры, отдельным бандам удалось спрятаться в лесных массивах.

Так, в лесах Мглинского и Суражского районов осела крупная шайка бывших уголовников, ярых полицейских, активных прислужников фашистов. Они разбились на мелкие звенья, прятались в лесных пущах, по-волчьи нападали на сельские Советы, грабили кооперативы, убивали активистов, громили отделения связи.
Руководил этой бандой резидент гитлеровской разведки некий Роздымаха, человек физически сильный, тренированный, с жестоким нравом. Управление НКВД вынуждено было применить против этой шайки оперативные войска. Открытого боя бандиты не выдержали. И Роздымаха встретился с пулей. Поредел строй бандитов. Однако бывший старший полицай Суражского участка Козин и его брат сплотили остатки наймитов и долго не давали покоя населению.

Начальник Суражского райотдела НКВД Михаил Васильевич Чириков узнал, что жена бандита по прозвищу «Пушок» отговаривает мужа от «лесной жизни», Михаил Васильевич встретился с женщиной и повел откровенный разговор. «Пушок», оказывается, был адъютантом главаря шайки.
— Я укажу место. Только сохраните мужу жизнь!
Налет чекистов на логово шайки удался, остатки «зеленых» были ликвидированы.
В Красногорском районе, на границе с Белоруссией, фашисты оставили небольшую, но чрезвычайно опасную банду, которую возглавлял изменник Родины Войтенков, Банда грабила и запугивала население, распространяла слухи, что они тесно связаны с десантной группой, выброшенной самолетом с территории Италии.
Для ликвидации этой шайки в район направили оперативную группу, которую возглавлял работник отдела борьбы с бандитизмом Болтинов. Группа совместно с местными работниками НКВД и НКГБ детально изучила все материалы, разработала план и провела удачную боевую операцию. Банду разгромили, захватив большое количество оружия.
Не менее опасными были бандитские шайки, возглавляемые изменниками Родины Дудорем, Землянко, Луньковым, Казаном и другими. Все они также были ликвидированы.
Ликвидация бандитизма потребовала много усилий и большего напряжения. Многие чекисты проявили оперативность, находчивость и мужество.
В частности, помощник оперативного уполномоченного Суражского райотдела Агапов при ликвидации особо опасной бандитской шайки в лесу решительно ворвался в логово банды, умелыми действиями поверг шайку в смятение и панику и лишил возможности применить оружие. При ликвидации банды в Трубчевском районе смелость и мужество проявил оперуполномоченный Евелинский.

Серьезные удары, нанесенные советскими органами государственной безопасности фашистским разведывательным службам в 1942—1943 годах, обострили противоречия между абвером и главным управлением имперской безопасности. Гитлер и другие фашистские главари решили ликвидировать эти противоречия путем реорганизации разведывательных органов. В феврале 1944 года Гитлер издал приказ, в соответствии с которым вся разведывательная служба фашистской Германии объединялась под руководством рейхсфюрера СС Гиммлера.
Военная разведка и контрразведка переходила в подчинение главного управления имперской безопасности. Однако проведенная реорганизация фашистских разведывательных служб не принесла желаемых результатов. Они стали придерживаться оборонительной стратегии, сосредоточив главное внимание на сборе разведывательной информации о группировках наших войск на главных стратегических направлениях советско-германского фронта и проведении диверсий на наших прифронтовых и тыловых коммуникациях. Радиус действия вражеских агентов ограничивался в большинстве случаев глубиной оперативного построения войск Красной Армии и ближайшим тылом.
Агентурными кадрами для фашистской разведки по-прежнему в основном были члены различных фашистских и националистических организаций, которые, кроме шпионско-диверсионной деятельности, совершали террористические акты, а также участвовали в боевых операциях в прифронтовой полосе.

Наряду с разведывательно-диверсионными группами в тылу Красной Армии действовали и агенты-одиночки, выполнявшие главным образом шпионские и диверсионные задания. Отступая под ударами Красной Армии, разведывательные органы противника оставляли на нашей территории шпионские, диверсионные и бандитско-террористические группы для проведения так называемой «малой войны»: совершения диверсий на железнодорожном транспорте, военных и промышленных объектах, убийства командиров и политработников, сбора шпионской информации о советских войсках, дезорганизации военных и гражданских учреждений.
Активную подрывную деятельность против СССР фашистские разведывательные органы вели в дальнейшем до последних дней Великой Отечественной войны.
Переброску агентуры через линию фронта разведорганы противника чаще всего осуществляли на непродолжительный срок, после чего они должны были возвратиться. Как правило, агенты выдавали себя за военнослужащих, вышедших из окружения или отставших от подразделений, а также за гражданских лиц, бежавших с территории, временно оккупированной врагом. Экипировка и снабжение их документами производились в соответствии с легендами.
Об этом свидетельствует, например, разоблачение и арест брянскими чекистами агентов германской разведки Николаева и Соколова. Жители деревни Красная Суражского района нашей области Гарбузов и Сахненко предпочли службе в Красной Армии жизнь дома на оккупированной территории. В августе 1943 года они были мобилизованы в учебную комендантскую роту, созданную гитлеровцами в городе Сураже для охраны объектов от нападения партизан. В том же месяце предатели поступили в Борисовскую разведывательную школу, где их служба в качестве агентов вражеской разведки была оформлена подпиской с присвоением соответственно кличек «Николаев» и «Соколов» и принятием присяги на верность службе фашистскому командованию.
В начале октября 1943 года Гарбузов вместе с напарником Масловым по кличке «Паногин», в красноармейской форме, с оружием и фальшивыми документами были сброшены с «юнкерса» в тыл советских войск в районе Почепа и Стародуба. Собрав сведения о дислокации частей Красной Армии, их численности и вооружении, состоянии дорог и мостов, Гарбузов перешел линию фронта и передал их в прифронтовую разведку. За выполнение задания гитлеровцы наградили его бронзовой медалью, присвоили звание ефрейтора и предоставили месячный отпуск с правом выезда в Берлин.
За выполнение такого же задания в районе станции Торопец Калининского фронта в январе 1944 года вместе со своим же напарником Масловым Гарбузов был награжден второй бронзовой медалью с присвоением унтер-офицерского звания. За сбор необходимых сведений о частях Красной Армии в районе Калинина в апреле 1944 года удачливый агент был произведен в фельдфебели и удостоен серебряной медали.
Однако исход войны был уже предрешен, и Гарбузова направили на сельскохозяйственные работы в Германию. В круговерти событий предатель скрыл при проверке принадлежность к германским разведорганам и был мобилизован в армию...

Несколько иначе сложилась судьба Сахненко-«Соколова». После обучения в гитлеровской разведшколе он получил назначение на переправочный пункт в деревню Катынь Смоленской области. В начале октября 1943 года по заданию разведорганов его дважды пытались выбросить с самолета в тыл наших войск в районе Севска — Трубчевска, но предатель струсил. Незадачливого агента отправили в Германию. Впоследствии из американской зоны оккупации он был передан советским властям и репатриирован в Советский Союз.
Спустя год Гарбузов и Сахненко брянскими чекистами были арестованы.
Об аналогичной истории германского агента «Колос» рассказывает в своих воспоминаниях Алексей Владимирович Попов.
В годы его работы начальником Комаричского районного отделения УНКГБ на территории района был задержан агент — радист германской разведки Годоражи по кличке «Колос», переброшенный через линию фронта на самолете.
Произошло это при следующих обстоятельствах. 19 мая 1944 года около 12 часов дня в райотделение пришла женщина из села Игрицкое, находящегося в 30 километрах от райцентра, и передала Алексею Владимировичу записку от находившегося там в командировке инструктора райкома партии Грибушенко. Он сообщал, что минувшей ночью над селом, судя по звуку мотора, кружил немецкий самолет, а утром одна из жительниц села нашла в поле парашют.
Попов отправился на велосипеде в село Игрицкое. Там он разыскал Грибушенко, который подтвердил свое сообщение. Вместе с ним пришли к этой женщине в землянку, в которых в то время жило население сел и деревень Брянщины. Село же Игрицкое считалось партизанским, и гитлеровцы сожгли в нем все 250 дворов.

Время было тяжелое: война, голод, отсутствие одежды. Каждая тряпка представляла ценность. Убедив собеседницу в том, что никто не собирается изымать у нее найденный парашют, Попов приступил к расспросам. В результате выяснилось, что накануне вечером она на корове пахала свой участок земли для посадки картофеля. Утром, при бороновании, обнаружила парашют. Рядом на вспаханной земле была четко видна вмятина от тела упавшего человека и следы ног в направлении леса. Парашют оказался немецкого производства, и можно было с уверенностью предположить, что противник выбросил разведчика.
Телефона в Игрицком в то время не было. Пришлось чекисту отправиться в соседнее село. Оттуда Попов сообщил в райотделение о случившемся и дал указание связаться с начальником райотделения милиции с тем, чтобы он направил на помощь сотрудников.
Утром следующего дня Алексей Владимирович Попов собрал к землянке сельского Совета подростков, находившихся незадолго до этого в партизанах, и бывших лесников. Всего набралось 30 человек.
Утром прибыла из райцентра автомашина с тремя оперработниками НКГБ. Разбившись на группы, начали проческу леса.
К концу дня группа Грибушенко задержала в лесу человека в форме лейтенанта Красной Армии, имевшего при себе удостоверение личности, полевую сумку и новый вещевой мешок. В полевой сумке оказался шифр для радиосвязи. Задержанный признался, что он является агентом-радистом, выброшенным вместе с шестью другими диверсантами с самолета, поднявшегося с Минского аэродрома. Перед ними была поставлена задача: организовать борьбу в тылу Красной Армии. Назвал диверсант свою фамилию и кличку: Годоражи —«Колос». Он также сообщал, что в Минской шпионской школе их проинформировали о том, что якобы в Брянских лесах скрывается от Советской власти много полицейских, которых необходимо объединить и активно использовать в подрывной работе. Годоражи-«Колос» признался, что его рация находится в землянке, недалеко от места задержания и что он уже успел установить радиосвязь со своим шпионским центром. В тот же день рация была доставлена в Игрицкое, после чего Алексей Владимирович Попов доложил в управление госбезопасности о задержании вражеского парашютиста.
Утром следующего дня доставили Годоражи-«Колоса» в поселок Комаричи, где ожидала опергруппа во главе с заместителем начальника управления И. С. Зайцевым. Вражеский агент подтвердил данные им ранее показания и согласился выполнять все, что ему предложат. Это обстоятельство было использовано.
Во время сеанса связи с разведцентром «Колос» по указанию чекистов объяснил хозяевам, что пропуск двух предыдущих передач произошел из-за повреждения радиостанции, отчего она работает с перебоями. Противник поверил и на следующий день в том же районе сбросил с самолета новую портативную радиостанцию. Игра по дезинформации противника была продолжена.
Остальных парашютистов искали еще шесть дней, но безрезультатно. Правда, был обнаружен еще тюк-багаж для этой разведывательно-диверсионной группы, в котором оказались продукты питания, шкатулка с поддельными документами, в том числе воинские требования для проезда по железной дороге, а также на получение продуктов питания и вооружения из воинских складов.
Два агента, также обмундированные в форму военнослужащих Красной Армии, были задержаны через десять дней близ Орла. Остальных выловили позже. Позднее Годоражи- «Колоса» передали в управление «Смерш». В соответствии с указаниями чекистов «Колос» сообщил в разведцентр о проведении группой «активной» работы и просил помощи людьми, вооружением, денежными и материальными средствами.
В конце июня 1944 года гитлеровская разведка развернула активную деятельность и подготовила совместно с руководителями белоэмигрантской организации, именуемой «Национально-трудовым союзом нового поколения» (НТСНП) к заброске на территорию области 36 диверсантов. Десант был хорошо вооружен и обучен. Ночью на околице деревни Пролысово Навлинского района, а также у села пьяный Рог Почепского района приземлились парашютисты врага.
Забрасывая к нам десантников, руководители НТСНП и фашистской разведки уверяли их, что гитлеровские войска в этих районах оставили после себя пустыню, но в лесах есть надежные люди, которых надо лишь организовать. Почти все участники вражеского десанта прошли обучение в фашистской разведывательной школе города Борисова и были экипированы в форму советских военнослужащих. Вооружены автоматами, гранатами, пулеметами, имели запасы взрывчатки, личное оружие, а также портативные радиостанции с шифрами, бланки фальшивых документов, крупные суммы советских денег. Возглавлял все это отребье некий Хасанов в форме майора Красной Армии с орденами на груди.

Кроме боевого снаряжения, десантникам выдали много антисоветской литературы, листовок, воззваний, а также снабдили множительными аппаратами. Среди всего этого — устав и программа НТСНП, чистые бланки членских билетов заграничной организации.
Вот эта группа и должна была объединить в Брянских лесах бандитские шайки «зеленой» армии. Чтобы придать политическую окраску, шайкам предлагалось вовлекать в НТСНП недовольное население.
Много надежд возлагали фашисты на этот десант. Однако их ожидания не оправдались: выброску парашютистов заметили колхозники. По тревоге были подняты органы милиции, истребительные батальоны, добровольные помощники из местных жителей и бывшие партизаны. Активно взялись за дело органы НКГБ, НКВД. Началась «проческа» лесов и окрестностей, где были замечены вражеские парашютисты.
Фашистские диверсанты маскировались под гражданских лиц, старались менять документы и внешность. Но чекистам потребовалось менее трех суток, чтобы выловить весь десант.
Особенно упорная стычка произошла у деревни Ново-Троицкое, где диверсантами руководил Хасанов. Вынудив противника израсходовать боеприпасы, чекисты взяли многих парашютиистов живыми.
В ночь на 28 июня 1944 года в районе села Пьяный Рог Почепского района была выброшена вторая часть десанта — 18 лазутчиков. Группу возглавлял матерый гитлеровский агент-разведчик Курбан-Чары. Он до этого трижды проникал в советский тыл по заданию фашистов, за что был удостоен вызова в Берлин на встречу с руководством абвера. Курбан- Чары был одет в форму старшего лейтенанта Красной Армии. На груди — орден Красной Звезды. Своим заместителем он назначил изменника Украинова. Группа Курбан-Чары являлась составной частью общего десанта под командой Хасанова.
В руки чекистов в числе других попал радист десанта под кличкой «Ромов». На первом же допросе он полностью раскрылся.
— Одно сообщение передал, —говорил он, часто глотая слюну и затравленно озираясь, видимо, боясь, как бы не услышали его откровения бывшие дружки. — Передал, что благополучно приземлился...
— Где рация? — спросил начальник райотделения НКВД Чириков.
— В лесу. Хотите, покажу?
Ромов указал место, где спрятал рацию, шифры, сетку связи, запас батарей. Чекисты осмотрели все и… не тронули.
— Вот что, Ромов... Жить хотите?
Забегали глаза изменника. Он готов был на все, лишь бы помиловали. А у чекистов была своя цель: затеять игру с немецкой разведкой.
Сочиненные чекистами «разведданные» Ромов передавал в свой центр. А на той стороне фронта фашисты радовались: зацепились все-таки в советском тылу.
— Расширяйте связи! Объединяйте недовольных большевиками! — слали они в Брянские леса свои распоряжения.
Под диктовку чекистов Ромов продолжал выстукивать на ключе, сообщая данные о новых связях диверсантов и образовании армии «зеленых».
Руководители фашистской разведки поверили, потребовали координаты.
И вскоре были сброшены на парашютах тюки обмундирования и продовольствия. Радист от имени Хасанова поблагодарил Центр за проявленную заботу и отстучал очередную «сводку».
Чекист Владимир Петрович Богданчиков, осуществлявший эту игру, спросил у начальника управления госбезопасности:
— Не запросить ли подкрепление?
— А если переиграем? Там же не дураки сидят!
— Фашисты уверовали в истинность успеха. Давайте рискнем! — настаивал Богданчиков.
Ромов передал в Центр: «От мелких групп и одиночек, бродивших в лесу, толку мало. Нужны командиры. Хасанов».
Потянулось время в ожидании ответа. А фашистский центр, словно испытывая терпение чекистов, отмалчивался. Неужели раскусили подвох? Волновался и Ромов, трясясь за свою шкуру.
— Может напомнить? — спросил он.
— Не нужно быть навязчивыми! — осадил его Богданчиков.
В определенный час вышли на условную связь. И вдруг потухшие глаза Ромова посветлели:
— Запросили координаты!
— А дата? — волновался и Богданчиков.
— Не сообщили.
Владимир Петрович ругнулся:
— Вот сволочи! Карауль теперь...
Пополнение «зеленых» опустилось с неба ночью у деревни Борки Навлинского района 4 сентября 1944 года — тринадцать отпетых головорезов! До рассвета че- — оружие, обмундирование, антисоветскую литературу, м же районе приземлились
еще два парашютиста.
Борис Ромов привычно отстучал в свой бывший центр, что «все в порядке».
Но, очевидно, не все было в порядке. Центр фашистов на связь больше не вышел. Как бы то ни было, а 70 вражеских агентов-парашютистов было обезврежено...

В данной операции активное участие принимали заместитель начальника управления Шарабурин, начальник Навлинского районного отделения госбезопасности Кугучев, начальник отдела контрразведки «Смерш» Воронежского военного округа генерал-майор Попов с группой, которая состояла из восемнадцати бойцов и пятидесяти бывших партизан.
Бесславно для германской разведки закончилась эта история с заброской на территорию Брянщины своих подрывных групп. Проявив оперативность, мужество и профессиональную грамотность, чекисты при активной поддержке партийных органов и местного населения успешно локализовали и обезвредили десант врага.