Ни минуты покоя. Ни капли любви

(спектакль «Идиот» на фестивале «CHELoВЕК ТЕАТРА»)

«Идиот» Сергея Федотова – не столько инсценировка, сколько монтаж отдельных фрагментов романа, соединённых друг с другом голосом чтеца за кадром. Режиссёр сохраняет авторскую поэтику, помещает действие в интерьеры второй половины XIX века. Всё сделано профессионально, крепко, выверенно. Всё в соответствии с концепцией театра «У моста» с его претензией на какую-то особую мистичность и таинственность, о которой заявляют все программки, аннотации и описания. Значительная нагрузка в спектакле приходится на актёров, их мастерство, а это уже вписывается в манифест «CHELоВЕКа ТЕАТРА», который позиционирует себя как фестиваль спектаклей, в которых режиссёрский замысел передаётся через работу артистов.

В спектакле «Идиот» мне осталась не совсем ясна интерпретация литературного материала, тот самый режиссёрский замысел. Не удалось подключиться, уяснить предлагаемые театром правила игры. Или просто не захотелось по ним играть. В итоге не получилось до конца сформулировать, почему театр обратился именно к этому роману, что хотел сказать пять лет назад, когда брался за эту постановку, и что хочет выразить сегодня.

Пытаюсь размышлять... Может быть, это о том, что есть общество, которое перестало верить в Бога и в собственный свет, погрязло в своих страстях и слабостях, а есть князь Мышкин – прообраз Христа и носитель детской непосредственности, чистоты и искренности, который высвечивает пороки других персонажей и помогает им снова обрести себя? Но это всё общие слова и, скорее, относится к роману, а не к спектаклю.

Для меня герои этой истории остались довольно однообразными и статичными. Интересно заявленные в начале, они остаются без развития до конца спектакля. В своих высокопарных диалогах и интонациях они кажутся неживыми, просто произносящими текст. Их мотивы непонятны. Почему, например, во втором действии Рогожин вдруг убивает Настасью Филипповну? Поскольку я читала роман, то, естественно, могу для себя ответить на этот вопрос. Но если бы я была незнакома с первоисточником, я бы не до конца поняла эту развязку. Как и поведение и поступки других персонажей.

Если отбросить эти моменты субъективного восприятия, то спектакль может стать поводом поразмышлять о созданном в спектакле мире – мире страдающей русской души, метущейся, ищущей, расколотой, не цельной. И о самой этой душе подумать... Спектакль закольцован мотивом движущегося поезда. Создаётся образ души, которая перемещается из одной дали в другую, но при этом находится в замкнутом пространстве вагона (или подсознания). Поезд откуда-то привозит Мышкина – как бы выздоровевшего – и туда же увозит – снова больного и потерявшего рассудок. В ряду прочих персонажей князь является героем другого порядка – наивный, способный к безусловной любви и принятию, а потому чужой, странный, неуместный, вызывающий раздражение и беспокойство у тех, кто привык жить по другим правилам. Сергей Мельников создаёт образ почти юродивого, такого хрупкого, мягкого, но не слабого человека. Слабым его назвать сложно. Его сила – в способности говорить то, что он думает, давать честные характеристики окружающим его людям, выявлять их сильные и слабые стороны, делая это искренне, не пытаясь достичь какой-то выгоды для себя. Безумен ли он? Нет. Если бы он был совсем юродивым, неужели бы его так ранили выпады со стороны Гани, в сердцах называющего его идиотом? Он реагирует как вполне адекватный, разумный человек.

С другой стороны, насколько нормальны другие персонажи этого мира? Кажется, что они безумны в не большей и не меньшей степени, чем Мышкин. Утонувшие в иллюзиях по поводу себя и своей жизни, в шаблонных представлениях о том, как устроен мир и к чему нужно стремиться, они тотально несчастны, потому что потеряли связь со своей истинной сутью. Их жизнь – это только страсти, только страдания и боль, только гордыня и озлобленность. И ни минуты покоя. И ни капли любви – ни к себе, ни к другим.

Не спасает их и Мышкин. Он не справляется с миром и, обезумев, снова совершает бегство в непостижимый, какой-то нереальный мир, под защиту швейцарских гор и европейских докторов. И снова поезд, мелькающие пейзажи за окном, приятный плен вагона, когда не нужно ничего решать и ничего менять – всё равно приедешь в определённую точку не тобой проложенного маршрута. И в этом – некий диагноз: российское общество утратило веру в Богу, в себя, оно безнадёжно. Оно движется из ниоткуда в никуда. В нём можно только сойти с ума, либо сбежать, либо озлобиться. Такое ощущение оставляет спектакль. Но ведь в действительности это не так. И есть в нашем мире место и любви, и созиданию. Особенно если хватит сил усмирить страсти, внутренний хаос и высвободить энергию для жизни. Но это уже будет другая история...

Екатерина Сырцева