Конец эпохи «996»

Феномен «996» (неофициальный режим работы, при котором сотрудник трудится с 9 утра до 9 вечера, шесть дней в неделю. Название складывается из двух девяток (9:00–21:00) и шестёрки (6 рабочих дней)) приобрёл массовый характер в китайских технологических компаниях примерно с середины 2010-х годов. Несмотря на то что Трудовой кодекс КНР устанавливает стандарт – не более восьми часов в день и сорока четырёх часов в неделю, – многие компании фактически требовали от сотрудников куда большей самоотдачи. По подсчётам, при режиме «996» рабочая неделя достигала 66 часов, а месячная переработка – около 104 часов, что почти втрое превышало установленный законом предел в 36 часов.

Согласно действующему законодательству, сверхурочная работа допускается лишь с согласия работника и не может превышать одного часа в день (в исключительных случаях – трёх) и 36 часов в месяц. Однако на практике эти нормы массово нарушались. В 2019 году на платформе GitHub появился проект «996.ICU» (название – игра слов: «работаешь 996 – окажешься в ICU, отделении интенсивной терапии), ставший точкой кристаллизации недовольства. Программисты открыто заговорили о том, что «славный труд» превратился в механизм выжимания ресурсов.

Примерно в то же время в китайском интернете возникло слово 躺平 (tǎng píng) – буквально «лежать плашмя». Оно стало названием для целой жизненной философии: отказа от бесконечной гонки за повышением, снижения потребления и сознательного выбора в пользу покоя. В 2021 году «танпин» вошло в список десяти самых популярных сетевых выражений года.

Важно не упрощать смысл этого понятия. «Лежание» – не столько лень, сколько реакция на то, что социологи называют 内卷 (nèi juǎn), «внутренней конкуренцией»: ситуация, когда все стараются сильнее, но результат остаётся тем же – просто планка поднимается для всех . Молодые люди, выросшие в условиях относительного материального достатка, но столкнувшиеся с недосягаемостью жилья и стабильности, всё чаще задаются вопросом: стоит ли вообще участвовать в этой гонке?

Показательно, что «танпин» отличается от ещё одного популярного слова – 摆烂 (bǎi làn). Если «лежание» может быть осознанным выбором в пользу качества жизни, то «байлань» ближе к «махнуть рукой»: предвидя плохой исход, человек перестаёт сопротивляться и позволяет ситуации ухудшаться. Разница принципиальна: «танпин» –, это «мне достаточно того, что есть», «байлань» – «я сдался».

Сдвиг в настроениях молодёжи постепенно меняет и правила игры. Исследования 2026 года показывают: для выпускников вузов «стабильность» перестала быть главным критерием. В приоритете – достойная оплата, возможности развития и человеческое отношение. По данным опросов, 86% студентов называют важнейшей характеристикой идеального работодателя «уважение к сотрудникам», 73% – «здоровую рабочую атмосферу». Молодые специалисты всё чаще сознательно отказываются от предложений крупных технологических компаний, если те ассоциируются с переработками. «Лучше выберу зарплату пониже, чем буду жертвовать качеством жизни», – эта фраза, произнесённая выпускником в интервью государственному изданию, стала типичной.

В 2025 году власти Шэньчжэня оштрафовали технологическую компанию, которая незаконно продлевала рабочий день 336 сотрудникам в среднем на 44 часа в месяц, и логистическую фирму, где переработки достигали 91 часа на человека. А в 2026 году суд Гуанчжоу признал незаконным увольнение инженера, отказавшегося от очередной ночной смены после череды переработок.

Юристы и аналитики рынка труда отмечают: местные трудовые инспекции стали осторожнее одобрять «гибкие» и «суммированные» графики, которые раньше нередко использовались для обхода правил об оплате переработок. Это не смена законодательства, а смена практики – но для работодателей разница ощутима.

Самые глубокие изменения, пожалуй, происходят не в судах и не в трудовых инспекциях, а в головах. Исследование, проведённое в 2026 году среди молодых соискателей, показало: баланс между работой и жизнью перестал восприниматься как «бонус», он стал базовым требованием. Компании, предлагающие стандартный восьмичасовой день, два выходных и отсутствие «невидимых» переработок, получают преимущество в борьбе за кадры.

Показательно и то, что многие молодые люди начинают выбирать город по образу жизни, а не только по карьерным возможностям. Транспорт, экология, культурная среда – всё это входит в уравнение при принятии решения о переезде. Работа больше не рассматривается как единственный идентификатор человека.

Нельзя сказать однозначно, уходит ли «996». С одной стороны, формально «996» никогда не был законным, а сегодня его нарушения всё чаще влекут реальные последствия. С другой – «невидимые» переработки никуда не исчезли: где-то сотрудники задерживаются «добровольно», потому что иначе не выполнят KPI (ключевые показатели эффективности, измеримые цели, по которым оценивают работу сотрудника), где-то корпоративная культура по-прежнему оценивает «преданность» по количеству часов в офисе. Но есть и более важный сдвиг, поколение, выросшее в эпоху «танпина», уже не считает переработки признаком усердия или гарантией успеха. Оно переопределяет само понятие хорошей работы – не через отказ от труда, а через отказ от труда, поглощающего всё остальное.

«Лежание» в этом смысле – не капитуляция. Это заявление о том, что жизнь принадлежит человеку, а не должности. И чем громче это заявление звучит, тем сложнее компаниям игнорировать его.

Старухина София