Философия каллиграфии: как чернила отражают душу. Связь каллиграфии с даосизмом и конфуцианством

У Конфуция есть известное высказывание относительно искусств: 游于艺 – «Найди вдохновение в искусствах» [5]. Когда Конфуций говорил об искусствах, он имел в виду и навыки, включая ритуалы, музыку, стрельбу из лука, верховую езду, каллиграфию и математику — шесть искусств, которые заложили основу всего китайского традиционного образования.

В конфуцианстве слово 游 означает творческую деятельность, в которой человек способен «следовать воле сердца, не переступая и не нарушая границ моральных принципов» [5]. Это ясно из того факта, что цитируемому выше 游于艺 непосредственно предшествует «Направь свою волю на Путь. Твердо держись добродетели. Полагайся на человечность» [5]. Таким образом, искусства не являются самоцелью или простым развлечением, но служат естественным продолжением следования высшим нравственным принципам.

Слово в этом контексте означает состояние свободы, достигаемое благодаря пониманию Дао, решимости следовать Дао и долгой практике, когда человек способен без усилий и творчески участвовать в Дао. Круглый почерк (圆笔) — это особый стиль в китайской каллиграфии, характеризующийся плавными, округлыми линиями и мягкими изгибами кисти без острых углов и ломаных штрихов. Такой почерк, ярким представителем которого считается мастер Чжао Мэнфу, символизирует не только техническое мастерство, но и внутреннюю цельность, мягкость и гармонию человеческого характера. В конфуцианской традиции владение круглым почерком считается неотъемлемой частью воспитания достойного человека (цзюньцзы). Точно так же, как образованный человек должен уметь правильно и ясно выражать свои мысли в речи, он обязан владеть искусством красивого письма. Это требование продиктовано не только уважением к содержанию написанного и к тому, для кого оно предназначено, но прежде всего стремлением к достижению единства между человеком и его небесной природой. Таким образом, каллиграфия становится одновременно и мерилом нравственного совершенства личности, и пространством для наиболее полной реализации ее художественного потенциала.

Аналогичный анализ применим и к даосизму. Эстетика китайской каллиграфии настолько сложна, что степень ее восприятия зависит от глубины собственного морального и интеллектуального образования. Частичный список понятий, используемых при оценке китайской каллиграфии, достаточен, чтобы продемонстрировать эту мысль: он включает в себя цзин (настроение, эмоции), ци (энергия, жизненная сила), шэнь (дух), цзин (сфера, положение), юнь (элегантность), фа (дисциплина) и (выразительность), ли (церемония, традиция) и др. [2] Для оценки, например, искусства резки по дереву вряд ли требуется столько категорий.

Для конфуцианцев Дао является нравственной добродетелью, а нравственная добродетель — это доброжелательность, вежливость, честность, мудрость, надежность и следование золотой середине. Эти характеристики конфуцианской морали определяют конфуцианский вкус в каллиграфии. [3]

Каллиграфические работы конфуцианцев обычно характеризуются твердыми штрихами без острых концов, что указывает на их полноту в самореализации и отсутствие намерения уколоть других или похвастаться. Кончик кисти всегда движется по середине штрихов. Такой метод движения кисти приводит к тому, что толстые мазки выглядят сильными, но не раздутыми, а узкие мазки – все равно выглядят с внутренней силой и уверенностью, без каких-либо признаков страха или остроты.

Структура иероглифов обычно стабильна, прочна, что указывает на их твердую позицию в отношении справедливости. Когда вы смотрите на всю картину, сформированную множеством слов, вы обнаруживаете баланс целого. Это полностью соответствует конфуцианскому принципу приличия, согласно которому люди должны вести себя так, как соответствует их роли, определяемой социальным положением и отношениями с другими, а также конкретными обстоятельствами.

Лучшим примером конфуцианской каллиграфии является наследие Ян Чжэньцина. Он был преданным чиновником династии Тан, который искренне служил императору и стране. На должности губернатора Пинъюаня он проводил политику, приносившую пользу народу. Когда он столкнулся с военным мятежом, он проявил большую храбрость, возглавив армию, и даже в одиночку проник в лагерь врага, чтобы убедить мятежников сдаться. В конце концов, когда ему пришлось выбирать между присоединением к повстанцам или смертью, он без колебаний выбрал смерть.

Ян Чжэньцин - ярчайший пример конфуцианской каллиграфии. Источник: https://www.zhengongfu.org/ru/articles/mastera-kitajskoj-kalligrafii/
Ян Чжэньцин - ярчайший пример конфуцианской каллиграфии. Источник: https://www.zhengongfu.org/ru/articles/mastera-kitajskoj-kalligrafii/

Каллиграфия Ян Чжэньцина очень хорошо отражает его конфуцианский характер. Полностью воплощая моральную силу, его символы сильны, энергичны, но не безрассудны и не грубы, они мягки и сдержанны. Даосы считают Дао естественным проявлением души. Они ценят простоту и спонтанность. Делать, не делая — лучший способ выразить даосский идеал на практике [3]. Это состояние, в котором человек способен делать вещи естественно и спонтанно, без усилий. Когда такой принцип применяется в каллиграфии, художники отдают предпочтение меньшему, более светлому, невинному, простому. Им нравится, когда движение кисти естественно, как стекающая вода, или палка, рисующая на песке — такие штрихи не имеют произвольной гладкости и никогда не кажутся исчерпавшими свою энергию.

Хорошим примером даосской каллиграфии является творчество Шимен Суна. Это надпись на скалах, датируемая временами империи Хань. Штрихи выглядят чрезвычайно простыми и лаконичными, без украшений, почти наивными. Они выглядят сдержанными, но везде, где проходит кисть, она движется с полной энергией и легкостью.

Шимен Сун, пример даосской каллиграфии. Источник: https://www.metmuseum.org/art/collection/search/928922
Шимен Сун, пример даосской каллиграфии. Источник: https://www.metmuseum.org/art/collection/search/928922

Шедевром каллиграфии, в котором прослеживаются как конфуцианская дисциплина, так и сильный даосский отголосок, является «Предисловие к сборнику „Беседка орхидей“», написанное Ван Сичжи в 353 г. н.э.. Эта работа почти единодушно считается шедевром в каллиграфии. Оригинал работы утрачен, предположительно унесен в могилу императором Тан Тайцзуном, который очень ее любил. Произведение представляло собой черновик статьи о приятном собрании группы интеллектуалов в живописном месте, окруженном бамбуком и водой, с горами и голубым небом, овеянным легким ветерком. В очень расслабленном настроении, под влиянием выпитого вина, каллиграфия свободно текла из руки Ван Сичжи, демонстрируя идеальное состояние бытия в соответствии с даосской философией. Сам Ван не смог бы сделать это так хорошо, если бы он делал это с намерением создать лучшее в мире произведение каллиграфии на тысячи лет вперед.

Ли Шу Тонг. Источник: https://www.invaluable.com/artist/li-shutong-lgkomlng7c/sold-at-auction-prices/?srsltid=AfmBOoonOtrlFmBphmeHFzOi0bT6HgDxC09tdQmH5mSzWO7SXKOraiRv
Ли Шу Тонг. Источник: https://www.invaluable.com/artist/li-shutong-lgkomlng7c/sold-at-auction-prices/?srsltid=AfmBOoonOtrlFmBphmeHFzOi0bT6HgDxC09tdQmH5mSzWO7SXKOraiRv

Буддисты считают Дао «ничем» [4]. Согласно буддизму, реальность не состоит из «вещей» [4]. Все наши страдания происходят от жажды вещей, которые не существуют. Мы жаждем остаться молодыми, но нет вечной молодости. Мы жаждем материальных благ, но никто не может сохранить их навсегда. Как только мы понимаем это «ничто» и умеем жить без привязанностей, мы можем освободиться от страданий. Есть много способов, которыми эта философия может быть отражена в каллиграфии. Одним из ярких примеров является творчество Ли Шу Тонга. Каллиграфия Ли была очень красивой, до того как он стал буддистским монахом. Он был чрезвычайно талантливым в письме, актерском мастерстве, каллиграфии, живописи и музыке. В молодом возрасте (38 лет), когда его слава была на пике, к удивлению большинства людей, он отказался от мирской жизни и стал буддистским монахом. С тех пор его каллиграфия стала менее красивой, менее элегантной и менее привлекательной для глаз широкой публики. Она приобрела холодную простоту, указывающую на безразличие к земным делам. В работах стало больше пустых мест. Иероглифы имеют небольшие вариации, а штрихи движутся с таким спокойствием, что в них абсолютно нет тревоги. Что шокирует в этих работах, так это то, что они выполнены таким талантливым мастером, а выглядят так легко и обычно.

Можно ли утверждать, что каллиграфия зависит от философии самого каллиграфа? Причинно-следственная связь является двунаправленной — каллиграфия также влияет на человека в моральном и философском плане. Следуя примеру мастеров каллиграфии, человек учится не только их навыкам, но и их нравственному характеру и философии. Например, учась у Янь Чжэньцина, человек будет подвержен влиянию его силы, его прямоты, его широты взглядов. С другой стороны, обучение у Ли Шу Тонга учит человека ценить простоту и естественность.

Поэтому выбор древнего мастера для изучения – это выбор философии и морального примера, которому вы хотите следовать. Обычно новичкам не рекомендуют выбирать Чжао Мэнфу, потому что его каллиграфия базируется на смешении стилей, и слишком сложна для исполнения для людей не знающих основ. Людей привлекает красивый внешний вид, но они упускают из виду поиск внутренней силы, дисциплины, естественности, трансцендентности, и легко впадут в безвольную лесть. Такой шарм может быть настолько поверхностным, что вызывает отвращение у зрителей, и это хуже, чем естественная грубость

Чжао Мэнфу. Барашек и коза. Источник: https://mishoukov.livejournal.com/17237.html?
Чжао Мэнфу. Барашек и коза. Источник: https://mishoukov.livejournal.com/17237.html?

В молодости Чжао был очень честным и справедливым человеком, но когда он начал общаться с бандитами, он чувствовал, что с каждым днем становится все ближе к ним. Чжао действительно практиковался по образцу Ван Сичжи, но только потому, что его путь учености не был праведным, он свернул на путь сладкого блеска.

Есть и другие факторы, которые делают каллиграфию процессом нравственного воспитания и преобразования. Даже небольшая поспешность полностью изменит движение кисти и чернил. Штрихи невозможно исправить, как только они нанесены на рисовую бумагу. Поэтому каллиграфия естественным образом требует от практикующего уверенности и скромности, спокойствия и в то же время энергичности. Практика также помогает человеку понять преимущества дисциплины. Дисциплина в каллиграфии — это не произвольные правила. Она отражает некоторые естественные законы, которые управляют движением и жизнью.

Резюмируем то, что изложили выше. Во-первых, высшая цель каллиграфии, согласно китайской традиции, заключается в участии Дао в художественном творчестве. Во-вторых, философские взгляды и моральные качества влияют на каллиграфию человека. В-третьих, практика каллиграфии помогает практикующим формировать свой моральный характер и философские позиции. Однако не следует чрезмерно упрощать взаимосвязь между моральным характером и каллиграфией.

В китайской истории было немало печально известных «плохих людей», которые умели красиво писать, например, Цинь Гуй, премьер-министр империи Южная Сун, убивший национального героя Юэ Фэя. Цай Цзин, также чиновник династии Сун, который был готов на все, чтобы получить власть, и жена Мао Цзэдуна Цзян Цин, глава «Банды четырех». С другой стороны, некоторые морально безупречные люди имели самый обычный почерк. Конфуций никогда не был известен своей каллиграфией, как и многие другие мудрецы.

Может показаться, что только моральные качества человека влияют на каллиграфию, но они не обязательно проявляются в каждом штрихе, и даже если проявляются, то зачастую незаметны. Существует огромное поле для субъективной интерпретации и даже эмпатической проекции. Когда человек смотрит на каллиграфию, некоторые думают, что можно получить информацию о человеке. Если бы это было так, то в каллиграфии обязательно проявилась бы сущность человека. Но это не так. Нельзя судить о человеке даже по его внешнему виду, как же можно судить о нем по каллиграфии?

Столь же неправдоподобно утверждать, что нравственные качества человека не имеют никакого отношения к каллиграфии, как и утверждать, что каждый штрих в каллиграфии отражает нравственные качества человека. Когда человек пишет печатными буквами, работа может быть просто аккуратной и ничем более.

Каллиграфия Мао Цзэдуна является хорошим примером. Мао, самый влиятельный лидер китайского коммунистического движения, был также мастером каллиграфии. Его каллиграфические работы хорошо показывают его широту амбиций и мужество. Однако они мало показывают, насколько он ценил жизнь, дружбу и любовь. [1]

Мао Цзэдун. Источник: http://russian.china.org.cn/exclusive/txt/2013-12/24/content_30979478_10.htm
Мао Цзэдун. Источник: http://russian.china.org.cn/exclusive/txt/2013-12/24/content_30979478_10.htm

Ухоженная работа может казаться привлекательной для глаз, но все равно не иметь реальной ценности. Этот момент несколько неоднозначен между двумя более точными интерпретациями. Первое заключается в том, что моральные стандарты отличаются от эстетических стандартов. Если человек безнравственен, его каллиграфические работы не имеют ценности, независимо от их эстетических достоинств. Действительно, плохие люди почти не упоминаются в истории каллиграфии. Цай Цзин изначально был одним из «Четырех великих мастеров династии Северная Сун», но позже его имя было заменено на другое — Цай Сян, поскольку под прежним именем он имел плохую репутацию с моральной точки зрения. В своем труде «О каллиграфии» Хуан пишет: «Изучая каллиграфию, следует помнить о Дао и праведности, и расширять свой кругозор учениями мудрецов. Только тогда каллиграфия будет иметь ценность. Если ваша духовность не имеет дисциплины, вы все равно останетесь вульгарным человеком» [7].

Другое толкование заключается в том, что моральные нормы являются высшими среди эстетических норм. В китайской интеллектуальной традиции эстетика никогда не разделяется с моралью. Высшая цель — состояние свободы, в котором больше нет разделения между субъектом и объектом, «небесным» и «человеческим». В этом состоянии человек способен выразить свою небесную природу в творческой деятельности и в полной мере насладиться этим союзом.

Союз небесного и человеческого проявляется в каллиграфических произведениях с моральными характерами, а проявление высших моральных качеств само по себе эстетически привлекательно и поэтому заслуживает уважения как один из (если не самый) высоких критериев эстетической ценности.

Источники:

  1. Завьялова Н. А., Каллиграфия как вид декоративно-прикладного искусства в Китае: Искусствоведческий и педагогический аспекты. – URL: https://clck.ru/3SKSME
  1. История философии. Лекции по философии Китая. – URL: https://intuit.ru/studies/courses/612/468/lecture/20783
  1. Николаев Д. В., Дао как феномен китайской философии и культуры. – URL: https://cyberleninka.ru/article/n/dao-kak-fenomen-kitayskoy-filosofii-i-kultury
  1. Chinese Philosophy: overview of history. – Internet enciclopedia of Philosophy. – URL: https://iep.utm.edu/chinese-philosophy-overview-of-history/#SH1b
  1. Wing Tsit Chan, The humanism of Confucius. – URL: https://traditionalhikma.com/wp-content/uploads/2021/10/Sourcebook-in-Chinese-philosophy-1.pdf
  1. Xu Fuguan, The spirit of Chinese art. – URL: https://baike.baidu.com/en/item/The%20Spirit%20of%20Chinese%20Art/950602

Yiu-sun Lui, Postgraduate Thesis: Allusion as the way to perfection: the poetic theory and practice of Huang Tingjian. – URL: https://hub.hku.hk/handle/10722/318389

115 views·3 shares