Бабушкин сервиз

От переводчика

Перевод фрагментов ёмкого «дополнительного»» тома Жана-Филиппа Льоэра, посвящённого преимущественно изучению восточных галерей пирамиды Джосера и их содержимого, вотивных приношений в виде несметного количества каменных сосудов, в археологические сезоны после 1933 года.

Сначала - об имени археолога и автора труда, за попытку перевода которого я опрометчиво взялся. Жан-Филипп Лауэр, так его имя звучит традиционно. В действительности он не Лауер, а Лёэр, где, вопреки законам русского языка, ударение вовсе не на "ё", а на "э", и "р" звучит едва-едва слышно и с непременным грассированием: Льоэр.

Далее, в силу моего категорического незнания французского языка, главная роль предоставлена гуглопереводчику, моя же, скромная – укладывание гуглорусского в русский.

Ещё одна тонкость: поскольку, между французским, и даже гуглорусским пропасть невероятного размера, то гугл честнее переводит с французского на английский. А уж с последним я худо-бедно справляюсь (иногда). Посему некоторые заковыристые места сначала переводились на гуглоанглийский, а уж потом на русский с дальнейшей укладкой в "литературный". И поехало...

Едет оно, едет, а вертикальный движок у правого края страницы - всё в самом начале. Из-за описанного способа перевода дело едет невыносимо медленно. Медленнее, чем когда-то с Де Морганом. Едет в сопровождении ощущения, что нарвался на «Войну и мир». Некоторые, не интересующие меня места безжалостно выбросил. К сожалению, таких оказалось немного…

Такие дела. Обидевшиеся могут заняться переводом сами. Прощения не прошу.

К «Введению» и части «I» текста Льоэра я осмелился приложить несколько своих примечаний, кажущихся важными.

***

Интересовало же меня – разобраться, наконец, раз и навсегда с вотивными приношениями Хору Нечерихету, царю III династии Джосеру, разными сосудами, найденными при археологической расчистке восточных галерей его пирамиды. Сонмище фантазёров (как же я, чёрт возьми, корректен!) именует их «Саккарской коллекцией» и с восхищением возглашает, что эти «тридцать, или сорок тысяч ваз невыразимо твёрдого камня» произвести на свет силами тогдашних мастеров было невозможно. Невозможно, кроме того, было силами тогдашних мастеров нанести на них надписи. Что очень мило, так это то, что от неуёмной жадности на невозможность, звучат одновременно две концепции:

– сосуды «высокотехнологичны» и родом из древнейшей высокоразвитой цивилизации, а фараоны набрали их, чужих, и гвоздиком нацарапали свои имена,

– надписи «высокотехнологичны и не процарапаны, а прорезаны в твёрдом камне», то есть надписи – современники «высокотехнологичных» сосудов.

К важнейшей проблеме невозможности мы ещё вернёмся.

***

«Бабушкин сервиз» в лексиконе археологов – обозначение вот таких вотивных приношений, изначально принадлежавших поколениям предков и намоленным.

В общем, хотелось почитать в первоисточние, как был найден и что собой представлял в действительности этот «бабушкин сервиз» царя, что там, у Льоэра, про «сорок тысяч», про «твёрдые камни» и про «надписи прорезаны»?

О.В.Кругляков

***

Ступенчатая пирамида. Дополнения

Жан-Филипп Льоэр

Перевод - О.В.Кругляков

Введение

Замечательные открытия, сделанные в Саккаре с 1923 г., к сожалению, сознательно не могли оказаться опубликованными, за исключением нескольких коротких статей безвременно скончавшегося в 1931г. Ж.М.Фирта, а тогдашний генеральный директор Службы Древностей Г-н М.Лако решил временно приостановить любые новые исследования на этом объекте. В действительности же важно было начать с того, чтобы обновить различные устаревшие публикации. Всем, относящимся к Ступенчатой пирамиде и другим памятникам царя Джосера, г-н Лако озадачил Ж.Е.Кибелла и меня.

В то время как Кибелл рассматривал бы заметки Фирта в археологической и филологической частях, я должен был посвятить свои наблюдения самой архитектуре этих памятников, завершая и совершенствуя свои ранее опубликованные в Annales du Service des Antiquites исследования. В отношении Ступенчатой пирамиды я сразу указал господину Лако, что даже не завершено ещё исследование её подземных галерей.

Дело было в том, что Фирт обнаружил у восточной стороны Пирамиды проделанный, видимо, в саисский период кустарный наклонный ход, ведущий к пребывающим в очень плохом состоянии галереям, расположенным на глубине более 32 метров. Кроме того, с воровским лазом между этими галереями он соединил колодцем 5 метровой глубины в полу перед одной из трёх стел Джосера камеру, облицованную голубыми плитками, обнаруженную им в 1928 году.

Примечание 1: un trou de voleurs de 5 mètres

Il avait, en outre, rejoint ces mêmes couloirs par un trou de voleurs de 5 mètres de profondeur situé devant l'une des trios stèles de Zoser dans Je sol de ia chambre à faïences bleues, qu'il avait découverte en 1928.

Более того, он присоединил к этим самым галереям воровской лаз глубиной 5 метров, расположенный перед одной из трех стел Джосера в полу комнаты с голубыми плитками, которую он обнаружил в 1928 году.

Или

В эти же галереи он попал через воровской лаз глубиной 5 метров перед одной из трех стел Джосера в полу комнаты с голубой плиткой, которую он обнаружил в 1928 году.

Беда в том, что 5 метровый колодец, проделанный кем-то (ворами?, Фиртом?) в полу комнаты попадает отнюдь не в галереи, он попадает в воровской лаз между галереями IV и V. Таким образом, получается, что воры, потоптавшись в голубых камерах постановили, ткнув в пол: долбим здесь и попадаем точно в наш лаз IV – V. Или, идя по лазу IV – V, ткнули в свод и постановили: долбим потолок здесь и непременно попадаем в пол какого-то из помещений гробницы. Маркшейдеры высокого класса!

На плане в центре зелёного круга в точке T колодец из голубой камеры Фирта в воровской лаз IV – V.

Наоборот, имея план галерей и камер гробницы Джосера и план первых пяти восточных галерей и наложив их друг на друга, Фирт мог точно понять, где можно проделать колодец для упрощённого попадания от Джосера в восточные галереи.

Исходя из последнего рассуждения, верный перевод должен бы звучать так:

Кроме того, с воровским лазом между этими галереями он соединил обнаруженную им (в 1928 году, облицованную голубыми плитками) камеру колодцем 5 метровой глубины в полу перед одной из трёх стел Джосера.

Или так:

Кроме того, с воровским лазом между этими галереями он соединил колодцем 5 метровой глубины в полу перед одной из трёх стел Джосера камеру, облицованную голубыми плитками, обнаруженную им в 1928 году.

Конец примечания 1

Из-за тесноты этих галерей и плохой вентиляции для их очистки невозможно было одновременно использовать много рабочих, и Фирт временно отказался от их исследования, рассчитывая возобновить его в ближайшее время, когда у него оказалось бы меньше персонала, возможно, летом. Поэтому мне были нужны дополнительные раскопки в этом месте, чтобы построить полные планы подземных ходов Пирамиды и суметь разобраться в них с некоторым приближением к точности. Полномочия г-ном Лако были мне даны, и в ноябре 1932 года, когда Кибелл переехал в Саккару, я начал эту работу в сотрудничестве с ним.

Довольно скоро предпринятые расчистки позволили нам разобраться в системе галерей. Это были галереи протяжённостью порядка тридцати метров, идущие относительно параллельно с востока на запад. В конце (вернее – начале) каждой из них оказался входной колодец, в настоящее время накрытый восточной стеной Пирамиды (см. табл. I, в I, II, III, IV). Цепочка таких засыпанных колодцев тянулась вдоль восточного фасада на стадии М2, но уничтожена надстройкой на стадии М3.

Не вызывающее сомнений объяснение назначения этих галерей нам было дано в мае 1933, когда достигнув новой галереи V, мы нашли там in situ, в её западной оконечности, два алебастровых саркофага, из которых один всё ещё содержал останки ребёнка в возрасте восьми лет в деревянном гробу, с несколькими лоскутами покрытия – толстой чеканной золотой фольги, к несчастью оборванной ворами.

Поскольку эти находки уже описаны в «Анналах Службы древностей», в «Ступенчатой пирамиде» Фирта и Кибелла, и в томе I настоящего труда, мы не станем обращаться к ним здесь.

Напротив, в том, что касалось разных галерей, обнаруженных южнее галереи V и исследование которых еще не было закончено к моменту печати названных изданий о Ступенчатой Пирамиде, а мы смогли им посвятить всего несколько страниц, добавленных к быстрым отчетам, появлявшимся в «Анналах» в конце каждой кампании.

Некоторые из этих галерей очень важны своим содержанием и, следовательно, требуют намного более полного описания прежде чем являться предметом новых публикаций.

Этот том является дополнением к двум предыдущим и к двум томам Фирта-Кибелла: я подробно описываю галерею VI и каждую из следующих за нею к югу пяти галерей, отмечая разные встречающиеся особенности и, преимущественно то, как обнаруживались нагромождения ваз или просто земляные завалы и как происходила расчистка; даю фотографии, или эскизы в поддержку, когда это необходимо. Я рассказываю и о главных типах каменных ваз, некоторых важных надписях (на них), в особенности, о выгравированных именах царей, кроме того – о некоторых других объектах, собранных во время этих работ.

Что касается ваз и надписей, я привожу здесь лишь небольшую подборку особенно характерных образцов, поскольку позже издадутся два каталога, один из которых будет посвящен сосудам, а другой - надписям на них. Каталогизация ваз должна была быть проведена Кибеллом, если бы он не оставил нас к несчастью, и мы лишились его высокой археологической компетентности, именно в предметах архаического периода, который занимает нас здесь.

Посвящая всё время различным неотложным работам, относящимся конкретно к моей функции архитектора-археолога, я по совету г-на Лако и по согласованию с г-ном Дриотоном, генеральным директором Департамента древностей, решил оставить заботу об этом каталоге другим; к тому же сделать это можно будет только после длительной и кропотливой работы по реконструкции, поскольку подавляющее большинство сосудов к несчастью дошло до нас во фрагментах.

Управлять этой предварительной работой, проводимой нашим опытным раисом Садиком Махмудом и несколькими избранными работниками, к которым присоединились летом молодой раис Махмуд Керим и наш фотограф Махмуд Чадуф, г-ном Лако было доверено Р. Макрамаллаху Эффенди. После выдвижения этого последнего на пост главного инспектора Верхнего Египта эта ответственность легла на Заки Ю. Саада Эффенди, умело расставившего и осветившего в одном из наших Саккарских складов основные реконструированные экспонаты.

Что касается надписей, о которых пойдет речь во втором каталоге, то они были обнаружены и изучены по мере расчистки галерей самим М.Лако…

…Я хотел бы поблагодарить здесь Хакима Эффа. Абу Сейфа, главного инспектора Службы Древностей, отвечающего за административное управление рабочими площадками в Саккаре, и чье активное сотрудничество особенно ценно для нас.

Я хотел бы отдать должное и компетентности Рейса Махмуда Али Ибрагима, который смог провести эти подземные изыскания в особо сложных условиях работы с редкой энергией и предельной осторожностью, а также мастерству и сознательности небольшой отобранной группы рабочих из Коуфта, которые отвечали за расчистку галерей и методичное извлечение осыпей, в частности: Чахат Хезаин и Ахмед Генни. Наконец, фотографии – это в основном работа Махмуда Чадуфа.

Ж.П.Льоэр.

Первая часть

Открытие новых подземных галерей

(1933—1936)

I. Открытие галерей VI и VII, заполненных каменными сосудами.

В мае 1933, в дни, когда мы собирались остановить работы в Ступенчатой Пирамиде (лето, жара) закончив расчистку галереи V (pl. I) содержащей два алебастровых саркофага d), мы заметили, что из южной стены, как раз над вторым саркофагом, торчит несколько фрагментов каменных ваз. Появились ли эти фрагменты здесь из соседней галереи, выдавленные оттуда осыпанием потолка, или мы просто прозевали признаки доступа в новый тайник?

Когда в ноябре того же года работа возобновилась, мы начали с очистки, соскребая со стены плохую слоящуюся породу там, где появились эти фрагменты. Стена, толщина которой, как мы убедились, в этом месте оказалась всего около тридцати сантиметров, была нами быстро пробита, и полученное таким образом отверстие обнажило большую груду алебастровых осколков.

Мы проделали эту дыру, не обнаружив никаких прежних следов связи между галереей (V) и этой открывшейся пустОтой; последняя, значит, должна была принадлежать следующей галерее, вероятно, в значительной степени параллельной галерее V, куда тоже можно было бы попасть через колодец под восточной стороной пирамиды.

Для проверки этой гипотезы мы прорыли лаз перпендикулярно галерее V, примерно напротив грабительского лаза, по которому мы сами попали сюда (Pl.I, в точке 45). В этом месте в стене уже была выемка глубиной 1 метр, проделанная, вероятно древними ворами, которые почти сразу же отказались от движения дальше; через 3,5 метра мы попали в ожидаемую галерею в точке G.

Она была, к нашему полному изумлению, целиком заполнена вазами разных форм, чашами и грудами тарелок из алебастра и твердых камней, беспорядочно нагроможденными от пола до потолка, который, осыпавшись, в большей, или меньшей степени раздавил здесь всё (Pl.1V, 1).

По какому необыкновенному стечению обстоятельств этот склад сосудов смог ускользнуть от внимания древних воров, которые, вроде бы, целиком исследовали Пирамиду до самого дна?

Упоминалось уже, что вторжения под Пирамиду, похоже, происходили в два очень удаленных друг от друга этапа. Первые, вероятно – в конце Древнего Царства, а следующие гораздо позднее, возможно, в саитский период. Самые древние воры, достигшие наверняка захоронения самого царя Джосера, дошли впридачу, кажется, и до первых четырёх могил (галереи I, II, III и IV) членов его семьи, вероятно, через восточный лаз. Они разорили в этих гробницах все, что не смогли унести, в частности алебастровые саркофаги, которые разбили на мелкие осколки.

Напротив, в галерее V, где мы обнаружили оба алебастровых саркофага в целости – нет больше следов такого стремления к методическому разрушению, здесь удовлетворились тем, что частично разбили крышки, чтобы исследовать содержание саркофагов, сохранив нетронутыми сами короба. Разница в методах очевидна; она, кажется, отражает существенное изменение психологии воров, и в результате указывают на два различных вторжения, вероятно, довольно отдаленных во времени. Кроме того, план галерей (Pl.I) ясно показывает, что галерея V избежала обыска первыми ворами, добравшимися до четырех предыдущих (с I по IV).

В действительности, они (V и VI) расположены очень близко друг к другу; интервал не превышает 3,5м, и даже гораздо меньше, особенно между их западными оконечностями, где они почти смыкаются.

Это не то же самое, что оказалось между галереями IV и V, которые сразу от своих колодцев расходятся под углом примерно тридцать градусов, чтобы избежать встречи с большим колодцем царского склепа. У их западных оконечностей разделяющее эти два галереи расстояние составляет почти двадцать метров.

***

Примечание 2: расходятся под углом примерно тридцать градусов

Мастерство расчётов зодчего Имхотепа, его архитектурного бюро и мастерство маркшейдеров их застройщика вызывает восторг, или, по меньшей мере – похвально. Льоэр:

…IV и V, которые сразу от своих колодцев расходятся под углом примерно тридцать градусов, чтобы избежать встречи с большим колодцем царского склепа. У их западных оконечностей расстояние, разделяющее эти два галереи, составляет почти двадцать метров...

На эскизе Льоэра восток справа:

Подробность первая: тянись галереи IV и V даже строго широтно и параллельно друг другу, их длина не позволила бы им не только упереться в погребальный колодец пирамиды, но и хоть как-то приблизиться к нему.

Подробность вторая: свод любой из описываемых здесь Льоэром восточных галерей лежит заметно глубже пола царского погребального колодца (28 метров) пирамиды. Судя по эскизным вертикальным разрезам нескольких элементов подземелий (PL2) в отчёте Льоэра, пол главного колодца выше свода галереи VI на три метра. На эскизе Льоэра здесь восток слева:

Другое свидетельство Льоэра о ещё большем разносе галерей собственно гробницы Джосера и восточных галерей пирамиды по вертикали – колодец (Т) глубиной 5 метров в полу перед одной из трех стел Джосера в облицованной голубым фаянсом камере, ведущий вниз, к воровскому лазу между галереями IV и V.

В общем, кажется, что столкновение любой из восточных галерей с главным колодцем пирамиды было совершенно невероятно.

Восточные галереи лежат существенно глубже и горизонта залегания галерей, принадлежащих царской гробнице и окружающих её погребальный колодец. Может быть, Имхотеп, осведомлённый в ненадёжности скального грунта Саккары опасался обвалов окружающих погребальный колодец галерей сквозь трухлявые своды восточных галерей пирамиды?

Конец примечания 2

***

В 3 метрах от западной оконечности галереи IV мы обнаружили начало продвижения воров в южном направлении; очевидно, они, ничего не встретив, решили, что галерей больше нет и оставили попытку.

Намного позже, когда стали снимать облицовочные блоки Пирамиды, было обнаружено существование шахт, «пронизывавших» до этого момента фасадную надстройку «на стадии M3» на восточной стороне Пирамиды. Эти пять колодцев давали доступ к первым с севера пяти галереям.

Соответствующие первым четырем колодцам и ставшие доступными после вторжения первых воров первые четыре галереи для воров второго периода сделали очевидным, что пятому колодцу должна соответствовать и пятая галерея, и им было уже относительно просто ее обнаружить.

Напротив, им не открылось существование соответствующих следующим к югу галереям (с VI по XI, pl.I) колодцев. Эти, не пронизывавшие надстройку «стадии M3» колодцы, и оставшиеся на уровне почвы (см. Pl. II разрез шахты VI), действительно не были обнаружены во времена снятия облицовки, нижние слои которой здесь всё ещё остаются на месте.

Кроме того, фрагменты ваз, которые привлекли наше внимание в галерее V, не должны были еще продавить его южную стенку во время изучения этой галереи и её разграблений, последовательно осуществлённых ворами.

В последней группе галерей (с VI по XI), случайно ускользнувшей от внимания воров, к сожалению, не было ни погребений, ни мебели, ничего кроме каменной посуды. Тем не менее, их открытие, как таковое, представляет очень большой интерес не только с чисто археологической точки зрения, но и с точки зрения филологиии, палеографии и истории.

С точки зрения археологический, помимо получения ясности в части устройства подземелий ступенчатой Пирамиды и в части царских (и его семьи) погребальных традиций в начале Мемфисской династии, громадно значение извлеченной коллекции сосудов чрезвычайного богатой как по качеству, так и по количеству.

В конечном итоге, мы собрали в этих галереях коллекцию сосудов в количестве от 30 до 40 тысяч. Сотни сосудов оказались более, или менее целы, и более 5 тысяч за последние три года реставрированы, зачастую – полностью.

***

Примечание 3: pièce

В посвящённой восточным галереям Нечерихета и их содержимому публикации интересно употреблённое Льоэром слово pièce.

Собрали 30-40 тысяч pièces … 40-30=10! Так собрали, или не собрали 10 тысяч pièces? Как не знать в точности, изъяты ли, существуют ли 10 тысяч (!!!) pièces, если pièces эти – не неподдающиеся счёту мелкие осколки. Ведь не «кажется» же, не «похоже» же… Внятно сказано мы собрали pièces!

Далее.

Это русский язык примитивен и большинством своих слов позорно однозначен. Благодаря же безграничному богатству словесного и понятийного багажа романских языков (пишем «лондон» – читаем «ливерпуль»), французские слова можно интерпретировать в зависимости от пристрастий интерпретатора, и это очень удобно. Настоящая европейская толерантность!

Странички франко-русского карманного словарика (1961 год):

«Кусок» в словаре – часть чего-то целого, или многочисленного. «Штука» – экземпляр, образец, единица, тоже часть чего-то целого, или многочисленного. Значения 2, 3, 4, 5 и 6 дополнительно ярко подчёркивают богатство французского языка, но не интересны, слишком далеки от темы.

Почитавшие Льоэра пишут так:

Льоэровы «30-40 тысяч pièces» истолковываны именно как «30-40 тысяч сосудов»!

В оригинале книги («LA PYRAMIDE À DEGRÉS COMPLÉMENTS») у Льоэра сказано так:

Nous avons recueilli, en effet, dans ces galeries la valeur de 30 à 40.000 pièces. Parmi celles-ci, des centaines sont à peu près intactes tandis que plus de 5000 ont déjà pu être reconstituées souvent de façon complète, au cours des trois dernières années.

По сути дела, в этих галереях мы собрали от 30 до 40 тысяч предметов. Из них сотни более или менее целы, а более 5 000 за последние три года реконструированы, часто – полностью.

Ключевые слова здесь — из них. Из них 5000 реконструированы. Получается, Льоэр осознанно сообщает, что 5 именно из 30-40 тысяч. Кажется, невозможно реконструировать осколки!

Значит pièces у Льоэра всё же именно сосуды!

Остаётся неразрешённым вопрос о 10 тысячах неучтённых pièces – сосудов!

Да, да, да, для Египта «ничто не слишком», но 30-40 тысяч вотивных сосудов кажется «слишком» даже для великого царя… Или не слишком!

Может быть, действительно 10000 сосудов оказались несосчитанными командой Льоэра, или сосчитанными неуверенно? Похоже, может…

Конец примечания 3

***

Некоторые из этих ваз замечательны красотой формы, или материала, совершенством выполнения, новизной или оригинальностью экстерьера, как, например, любопытная ваза для хеб-седа из алебастра, которую мы воспроизводим ниже (Pl.XVI, 1 и 2).

Однако следует отметить, что в огромном запасе посуды, хранящемся в галереях VI и VII, полупрозрачные диоритовые экземпляры очень редки.

Напротив в галерее XI, из пятнадцати найденных экземпряров больше половины оказались из полупрозрачного диорита, и в галереях I в V, где были погребения, или в других галереях, которые имели прямую связь с царской гробницей, доля осколков тарелок, сосудов и чашек из полупрозрачного диорита, иногда чудесно изысканных, была тоже довольно значительна.

По частоте обнаружения в галереях VI и VII материалы сосудов можно распределить так: прежде всего – египетский алебастр (карбонат кальция), затем красная брекчия из региона Асьют, голубые, зелёные или чёрные сланцы из вади Хаммамат, порфириты, иногда порфир, многочисленные разновидности диорита, доломита и мрамора, розовый асуанский гранит, арагонит, кварц и горный хрусталь, серпентин, и др.

Примечание 4: de pierres dures diverses

Les matières rencontrées dans les galeries VI et VII sont par ordre de fréquence, en tout premier lieu, l’albâtre égyptien (carbonate de chaux), puis la brèche rouge (Brocatelli) de la région d’Assiout, les schistes bleutés, verdâtres ou noirâtres du Ouâdi Hammâmât, les roches porphyritiques et parfois le porphyre, de nombreuses variétés de diorite, de dolomite et de marbre, le granit rose d’Assouan, l’aragonite, le quartz et le cristal de roche, la serpentine, etc.

По частоте обнаружения в галереях VI и VII материалы сосудов можно распределить так: прежде всего египетский алебастр (карбонат кальция), затем красная брекчия из региона Асьют, голубые, зелёные или чёрные сланцы из вади Хаммамат, порфириты, иногда порфир, многочисленные разновидности диорита, доломита и мрамора, розовый асуанский гранит, арагонит, кварц и горный хрусталь, серпентин, и т.д.

В публикации "Cinquante années de recherches et travaux aux pyramides de Saqqarah" о материалах найденных в галереях сосудов Льоэр пишет так:

Celles-ci nous permirent d'extraire, outre plusieurs centaines de vases intacts d'albâtre ou de pierres dures diverses (diorite, roche porphyrique, dolérite, granit, schiste, brèche, dolomite, etc.) de formes typiques…

Помимо нескольких сотен неповрежденных алебастровых ваз, или ваз из разных твердых камней (диорита, порфира, долерита, гранита, сланца, брекчии, доломита и т.д.) типичных форм…

Здесь для меня притаилась ещё одна франкоязычная ловушка.

…de pierres dures diverses…

de pierre - камни

dures - твёрдости

diverses - разные

Какой вариант верен?: ваз из камней разных твёрдостей, или из разных твердых камней?

Это не просто не одно и то же, это не одно и то же совершенно!

Если диорит, порфир, долерит и гранит, даже со скрипом, доломит – тверды (точнее, прочны), то сланец с брекчией породы совсем не из твёрдых! И этого археологу трудно не знать.

А значит, всё же, читать этот посыл Льоэра следует именно как «ваз из камней разной твердости»…

Конец примечания 4

***

С филологической и палеографической точки зрения – здесь прекрасный набор надписей краской в скорописных иероглифах, являющихся шагом к иератическому письму, обнаружены на многих вазах.

Некоторые из этих надписей, вероятно, современницы царя Джосера, но большинство восходят к первым двум династиям. Эти надписи составляют, безусловно, самый важное из относящегося к той эпохе, что было найдено до сих пор, а их изучение будет облегчено тем, что эти галереи не были нарушены, вазы с этими надписями целы, или по большей части могут оказаться восстановленными.

Наконец, с исторической точки зрения, некоторые из этих надписей станут драгоценными документами для изучения социальной, или административной организации этого архаического периода.

Кроме того, несколько выгравированных на вазах иероглифических надписей, включают титулатуры и царские имена, а иногда и фактические списки нескольких царей (см. Pl. XIX, 2).

Примечание 5: engravé

Дисциплина «Обработка конструкционных материалов резанием» отправляет нас в ловушку, поскольку техническая терминология не предусматривает операции «царапание». Терминология с реальным смыслом инструментального воздействия вступают здесь в противоречие.

Любые инструменты (свёрла, резцы и т.п.), снимают больший, или меньший слой материала, соскребают его, отправляя в отходы в виде стружки, или опилок, и образуя вдоль траектории движения рабочей кромки инструмента именно царапину. Воздействие инструмента на конструкционный материал при описанной «обработке резанием», в действительности никакое не резание.

Резание – безотходное раздвигание пластичного материала режущей кромкой инструмента, раскрывание его в стороны от траектории резания. Простой пример: мягкий пластичный сыр при резании не крошится, вдоль траектории движения лезвия ножа он просто расходится в стороны.

Камень – материал не пластичный, расходиться в стороны он не способен - его невозможно резать, кроме как, «резать», попав в названную ловушку классической технической терминологии.

Стремясь сделать надпись, камень можно царапать, и долбить.

Льоэр: En outre, plusieurs inscriptions hiéroglyphiques engravées sur des vases, comportent des titulatures et des noms royaux, parfois de véritables listes de plusieurs rois.

Engravées, engravé в прямом переводе с французского на русский – "вырезанный". Вот она, радость проходимца: надписи не процарапаны, а прорезаны!!! Здесь ловушка уже филологическая.

Engravées, engravé, ничего не напоминает? Гравировка. Гравер гравирует сегодня не обязательно бор-машиной, но зубильцами и штихелями. Штихелями камень он царапает, зубильцами долбит.

Именно поэтому, верный перевод этого курсивного французского предложения таков:

Кроме того, несколько выгравированных на вазах иероглифических надписей включают титулатуры и царские имена, а иногда даже списки нескольких царей (см. Pl. XIX, 2).

К слову, трассы гравировки (на правом снимке) часто заполнены контрастной краской. На снимке слева – не заполненные контрастной краской трассы гравировки на сланце Хор Анджиб­.

В общем, глубокая идея про «надписи в камне прорезаны, а не процарапаны» вызывает понимание и радость только у клинического фантазёра (как я опять-таки невыносимо корректен!).

Конец примечания 5

***

Фактически, под Ступенчатой пирамидой оказались упомянуты имена большинства царей I-й и II-й династий, а именно: Нармер, Джер, Джет, Ден (Удиму, или Хесепти), Анджиб (Мерипиба), Семерхет (или Самсаму) и Ка из I-й династии, и Хотепсехемуи, Ранеб, Нинечер, Хасехем (Хасехемуи) из II-й династии. Отмечено, кроме того, имя нового для нас царя в серехе, содержащее единственный знак, птица (desher?)

II. Описание галерей VI-XI.

Галерея VI.

11 ноября 1933 г. мы начали расчистку галереи VI от ее середины на выходе G из проделанного нами лаза из галереи V. На Pl.IV.1 – вид на груду ваз в этом месте.

Мы решили очистить сначала западную часть галереи, чтобы добраться в этом направлении до конца как можно скорее и таким образом проверить, есть там захоронение, или нет.

В тот же день было извлечено несколько разнообразных видов неповрежденных или почти неповрежденных ваз. Среди нескольких больших алебастровых ваз отметим одну с одинарной ручкой (Фиг. 1; высота 0 m. 60); отметим и алебастровые чаши, и чаши из камня разной твёрдости (Фиг.62 и 65), круглый алебастровый лоток с ножкой (Фиг.9, B; диаметр 0 m. 48), мраморную вазу, окрашенную в синий цвет со съёмным горлышком (Фиг.3), и большое круглое алебастровое блюдо с чернильной надписью.

На следующий день нам следовало укрепить галерею, осевший потолок которой раздавил вазы, и продолжал быть опасным. Для этого мы строим каменной кладкой подпорки толщиной примерно в 0,5м у каждой из обеих стенок галереи и кладём на них деревянные балки, укрепляющие потолок; мы станем действовать так же везде, где это будет необходимо.

В этот и последующие дни, извлечены многочисленные осколки изделий из твердых камней, но главным образом – из алебастра так же как и несколько с надписями краской (например см. Pl. XIX, 5 и 6) (3,) где мы несколько раз отмечаем имя некоего (см.Фиг.3 вверху).

Рассмотрим среди хорошо сохранившихся экземпляров несколько больших цилиндрических алебастровых ваз (типы Фиг. A), высотой от 0,60 до 0,70 м, и других того же типа, но более мелких тоже алебастровых, за исключением одной сланцевой, окрашенной в синий цвет, пиал и сосудов из твердых камней и красивой вазы из алебастра (см. Фиг. 5).

Собирается и огромное количество сломанных сосудов, и мы предварительно складируем их фрагменты во дворе большого дома Службы Древностей в Саккаре (см. табл. XV, 1).

16 ноября заметили среди прочих сосудов два красивых алебастровых лотка типа показанных на Фиг.2.

17 ноября мы обратили внимание на выгравированную на осколке алебастровой вазы надпись, относящуюся к хеб-седу царя Анджиба 1-й династии и изображение его любопытной ступенчатой символики;

20 ноября на другом алебастровом фрагменте серех четвертого царя первой династии;

21 ноября на твердой каменной чаше серех царя Хотепсехемуи Второй династии;

23 ноября на двух осколках алебастровой вазы новое упоминание о царе Анджибе;

26 ноября, на куске кварца надпись с именем царя 2 династии Нинечера.

То, что в эти разнообразные надписи включены выгравированные имена почти всех архаических царей, кажется, указывают, на то, что большая часть этого резерва ваз была взята Джосером (вернее ДЛЯ Джосера, прим. переводчика) из запасов, созданных его предшественниками.

Мы знаем, кроме того, что содержащие эти вазы галереи отсечены строительством ступени стадии M3 (третья стадия расширения мастабы) перекрывшим выходы их колодцев. Получается, было очень немного лет для создания настолько значительного количества сосудов, и которое теперь может быть оценёно по 30 – 40 тысячам предметов. Поэтому неудивительно, что возможностей современного ему производства явно не могло быть достаточно, и Джосер должен был провести и большие реквизиции в запасах разных святилищ Египта. Это предположение подтверждается и несколькими найденными надписями краской, которые дают нам имена и титулы официальных лиц, уже встречавшихся в Абидосе на вазах из царских гробниц первых двух династий.

20 ноября, в щебне галереи попались шесть мелких крупинок сердолика, которые заставляют нас ошибочно заподозрить, что в этой галерее должна была находиться гробница.

Отметим найденную 23 ноября любопытную концентрически сдвоенную сланцевую тарелку 0,27м в диаметре (см. Фиг.6, А), две алебастровых (см. одна из них на Фиг.7) непрозрачную диоритовую вазу того же типа высотой 0,19м, а также многочисленные алебастровые кубки (типа Фиг.8); 24, лезвие медного кинжала, vert-de-grisé, 0,21m длиной (см. Pl. XIX, 11, первый слева).

Ежедневно продолжают появляться многочисленные надписи тушью, в основном на фрагментах тарелок.

27 ноября были извлечены четыре большие алебастровые вазы: две типа Фиг.9 С, соответственно, 0,58м и 0,65м высотой, одна типа 10 (0,46 м) своеобразной формы (Фиг.11) той же высоты, что и предыдущая. Эта последняя ваза – цилиндрическая, а ее верхняя часть с профилированным горлышком имеет вид перевернутой воронки; на вертикальном участке цилиндрической части, разделенной надвое высеченным в камне горизонтальным шнурком, на разных уровнях помещены две прямоугольные неглубокие впадины. Похоже, справедлива мысль Кибелла о том, что эта ваза моделирует башню.

Обратите также внимание на незаконченную алебастровую вазу с незаконченной полостью, найденную в тот же день. У неё сломана верхняя часть и ясно видно как получали полость (Иллюстрации нет…). Начали с цилиндрического сверления сверлом из твердого камня (см. пл. XIX.10), закрепленным в развилке на конце стержня. Это первичное сверление было затем расширено в желаемых точках с помощью все более и более крупных твердых камней, вводившихся сверху по диагонали.

28 ноября наши рабочие добрались до большой груды осколков алебастровых ваз, которая выглядела как единый монолитный массив (см. Pl. IV, 2 и 3). Нам сначала показалось что груда здесь искусственная, и мы спрашивали себя, не скрывается ли в ней саркофаг.

Прежде чем начать расчистку вглубь, мы хотели сначала просто поверху достичь западного торца галереи, чтобы наладить очень нужную соседней галерее V циркуляцию воздуха (через отверстие в стене) выше второго саркофага (см. Pl.I между J и 33), в том месте, где мы впервые заметили осколки ваз, которые и выявили для нас эту новую галерею (VI).

1 декабря, обеспечив циркуляцию воздуха и продолжая движение на запад вглубь галереи, обнаруживаем примерно в 6 метрах от её западной оконечности, что кажущееся её полом, в действительности лишь слой земли 0.3м o до 0.50м толщиной, покрывающий ещё одно скопление ваз. Вторая ли это галерея, расположенная под первой, или пол первой просто лежит намного глубже, чем мы думали? Позже мы поймём, что обнаруженное внизу – новая галерея, которую мы назовем галереей VII и которая описывается несколько далее.

Обнаруженная галерея лежит точно под галереей VI от точки H до их общего (в плане) окончания на западе (см. Pl. IV,2 и VII,1). Во время описанной расчистки мы не могли с уверенностью распознать, крепок ли свод, разделяющий две галереи в их западной части (этот свод виден Pl. IX, 2 в S).

Однако, поскольку нижняя галерея значительно уже в верхней её части, чем верхняя галерея у её основания (см. Pl. IV, 2 и Фиг.12), представляется вполне вероятным, что земляной разделявший галереи свод рухнул бы вниз под весом груза в верхней галерее, если бы стены нижней галереи не выступали внутрь так, как видно здесь (на R, Фиг.12, и Pl.IV, 2).

С 30 ноября мы работаем преимущественно в нижней галерее VII.

Мы начинаем, затем, 7 декабря продвижение по галерее VI от точки G к западу вдоль её северной стенки. От неё мы расширим расчистку в южную сторону, где еще видны несколько фрагментов ваз. 10 декабря мы констатируем, что в точке H к югу от наложившихся друг на друга галерей Vl и VII находится либо тайник с вазами, либо третья галерея, отделенная очень тонкой перегородкой, частично обвалившейся. Впоследствии мы поймём, что это действительно новая галерея, которую мы назовем галереей VIII.

В течение первых дней декабря мы изымаем массу алебастровых фрагментов, которыми еще завалена западная оконечность галереи VI (см. Pl.VII), и мы констатируем, к несчастью, что она не скрывала никакого саркофага. Чтобы начать изучение многочисленных надписей, на изъятых к настоящему времени вазах или на их фрагментах, 6 декабря г-н Лако присоединился к нам в Саккаре, он останется с нами до 25 января 1934. Мы пользуемся его присутствием, чтобы обсудить с ним лучшие методы, которых впредь следует придерживаться при извлечении ваз.

В действительности же мы становимся совершенно завалены появляющимися бесчисленными фрагментами, которые уже не знаем, куда девать (Pl. XV, 1).

Мы решаем использовать белые быстросборные деревянные коробки без крышек, где фрагменты одного изделия группировались бы вместе по мере их извлечения, и мы как раз пребываем в процессе использования первых таких коробок; эта система в сочетании с использованием бумаги для обертывания элементов происходящих из одной и той же раздробленной вазы оказывается вполне практичной. Мы принимаем окончательное решение принять такую систему и немедленно соорудить запас коробок c размерами в плане – 0.30m X 0.60m, а по высоте на 0.20m. Для этой работы наняты два плотника.

А ещё нам нужен и склад с полками для хранения и классификации этих ящиков день за днем, и мы решаем немедленно начать строительство большого хозяйственного дома в южной стороне двора. Этот склад будет завершен к концу месяца, но мы должны дать ему просохнуть, прежде чем устанавливать в нём полки и ставить на них ящики. Это строительство под руководством Макрамаллы Эфф окажется выполненным только к началу февраля. Этого склада, быстро заполнившегося девятью сотнями коробок, накопившимися с декабря, явно недостаточно, и мы решили летом построить новый для следующего сезона работ. Я утверждаю план этого нового склада, строительство которого будет поручено инспектору Службы, Хакиму Эфф. Абу Сейфу (см. склад, полный ящиков и ваз, Pl.XV, 2).

Работа в Галерее VI не возобновлялась до следующей зимы, до 15 декабря 1934, когда М. Лако вернулся в Саккару. Галерея была уже расчищена от точки G (Pl.I) до западного конца, теперь мы продолжим её расчистку оттуда же, но на восток (см. Pl. IV, 1, вид галереи в этом месте).

Поскольку нам для этой работы требовалось лишь ограниченное число рабочих, мы пользуемся возможностью одновременно провести расчистку в галереях III и IX. И вот, из галереи VI вместе с несколькими целыми вазами снова начинает поступать множество коробок с фрагментами.

Реис Махмуд указывает нам на некоторые вазы, которые, по его мнению, были уложены в галерею уже разбитыми, но и после внимательного изучения мы не можем быть уверены в этом.

Каменный потолок часто внушает опасения и нам приходится укреплять его время от времени с помощью подпорок или деревянных балок.

Из наиболее интересного извлеченного отметим:

17 декабря – красивая чаша из голубого сланца вокруг который высечен шнур с узлами (Фиг. 13 );

23 декабря царская надпись на тарелке из розового мрамора;

24 декабря, замечательная имитация плетения из голубого сланца, представляющая прямоугольную корзинку (Фиг.14; длина 0.245м) и алебастровая чаша (Фиг. 15).

Мы даем на Pl.V.1 снятый 26 декабря вид груды ваз в галерее VI.

27 декабря собираем элементы любопытной имитирующий металл чашки из сланца, которую нам удалось реконструировать (Фиг. 16; макс.длина – 0.235м); легко достижимое в металле или в керамике придание исходно круглому контуру многоугольности сгибанием края по пяти равно отстоящим друг от друга хордам становится настоящим подвигом, если это камень. Должны ли мы видеть в таких произведениях просто фантазии, или, скорее, свидетельство кризиса, который пришлось пережить индустрии каменных ваз, когда начала давать о себе знать конкуренция со стороны металла? Разве производители ваз не стремились бы таким образом доказать, что из камня они могут получить всё достижимое в металле и даже соперничать с ним в детализации? (Так вот у кого подсмотрены глубокомысленные идеи касательно копирования диска Сабу с металлического оригинала!)

28 декабря собираем осколки великолепной резной чаши, которую можно будет со временем восстановить. Её замечательная утончённость сравнима с работой в металле.

29 декабря появляется ещё одна красивая имитация плетения – круглой корзины (Фиг.17; диаметр – 0.27м); 1 января 1935 небольшая голубая сланцевая чашка типа Фиг.42, а 3 а лаконичная чаша из такого же материала.

К 10 января мы очистили около 5 метров галереи VI от G и заполнили и вывезли уже более 500 коробок с фрагментами ваз. В новом складе у нас достаточно места еще приблизительно для 1200 коробок; его должно хватить на эту галерею, но уже сейчас мы должны запланировать строительство третьего склада для того, что поступит из галереи VII, в которой нам придётся опустошать около 2 метров. Мы решили построить новый склад соединённым с предыдущим.

13 января изымаем несколько мраморных трубчатых голубых ваз; Тогда же попалась большая неповреждённая алебастровая ваза (Фиг. 18).

Высота груды ваз в галерее VI, кажется, немного уменьшилась, и не обнаруживается почти ничего, кроме алебастра. Привлекают внимание, все же:

18 января – красивое блюдце из белого кварца (кварцита?);

18 января — небольшая сланцевая ваза с отломанной одиночной ручкой (тип рис.1);

25 января — небольшой чаша в голубом сланце (Фиг. 19);

27 января – две неповрежденные сланцевые чаши (одна типа Фиг.19 и другая типа Фиг.4а);

28 января замечаем осколки цилиндрической вазы с треугольными боковыми отверстиями;

29 января — кубок из темного диорита с выгравированными именами царей II династии Небра и Хотепсехемуи.

Обратите внимание и на любопытную алебастровую тарелку с двойной комбинацией в центре (Фиг.6,Б), аналогичную такой же сланцевой, обнаруженной ранее (Фиг.6,А).

Отметим, наконец, среди распавшихся на части и воссозданых теперь предметов, блюдо того же типа из алебастра с розовыми прожилками, но состоящий уже из четырех концентрических круглых секций (Фиг. 20), фрагмент очень большой тручатой алебастровой вазы с красивым рельефным узлом и рифлёную вазу из алебастра подобные уже описанным.

3 февраля через 3 метра от точки G мы подошли к входному колодцу галереи, расчистка на этом участке потребовала около 1200 коробок.

Под наполненным глинистой почвой колодцем вазы превратились в очень мелкие осколки (см. Pl.VI), либо они оказались раздавлены при заполнении колодца, либо были намеренно здесь разбиты, либо это просто сбросили лом, получившийся во время транспортировки, или погрузочных работ. Во всяком случае, это наблюдение следует сравнить с аналогичным наблюдением, сделанным на противоположном конце галереи (см. Pl.IV, 2 и 3).

В общем, длина галереи от колодца до западного конца оказалась около 30 метров. Её ширина колеблется от 1.40м до 1.70м, а высота 1.3м часа до 1.65м. Пол слегка поднимается с от востока к западу (см. Pl.II и III).

Галерея VII

Мы только что видели, описывая операции по расчистке галереи VI, что от точки H (Pl.I) она была точно наложена на другую галерею, которую мы назвали галереей VII. Во время раскопок 1933-1936 гг., с 30 ноября по 2 января, затем снова с 20 по 25 января мы расчистили эту галерею (VII) на длине около 6 метров, от Н до её западного конца.

С самого первого дня появлялись очень красивые и почти неповреждённые изделия, в частности, многие из алебастра, а именно: четыре вазы (типа Фиг.9) варьируется от 0.66м до 0.87м высотой и одна из которых с рельефной имитацией оплётки из шнура, две вазы высотой соответственно 0.63м и 0.65м (см. одну из них, Фиг.10), блюдо 0.525м в диаметре (тип Фиг.21), четыре цилиндрические вазы (типа Фиг.6), четырнадцать чашек, или пиал и два кубка (типа Фиг.8). Приведем, с другой стороны, четыре сланцевые чаши и одну брекчиевую. В этот и последующие дни мы изымаем много фрагментов, надписанных чернилами.

3 декабря 1933 г. отмечаем горлышко или основание вазы, других частей которой, к сожалению, до сих пор не удалось найти. Особенность этой детали в том, что она украшена небольшими рельефными треугольниками.

6 декабря мы замечаем фрагмент граненой вазы, к которой вскоре найдётся и большинство остальных фрагментов. Эта довольно интересная ваза сможет быть реконструирована почти полностью и нам уже приходилось подобное проделывать.

5 декабря отмечаем красивую алебастровую чашу 0.535м в диаметре (Фиг.21), фрагмент тарелки из розового мрамора с выгравированной надписью – именем царя II династии Нинечера и, прежде всего, великолепную вазу с ручкой совершенно нового типа (см. Pl.XVI.1 и 2). У этой вазы высота 0.38м, а максимальный диаметр 0.26м.

На ней рельефный коленопреклонённый мужчина с поднятыми руками, в иероглифическим письме обозначающий число «миллион», который здесь несет на голове мотив седа: две длинные встречные лестницы ведут на платформу, где троны Верхнего и Нижнего Египта под двойным навесом. Платформа образует нижнее крепление ручки которая cверху украшена жуком, вероятно, стилизованным под Agrypnus notodonta. Поскольку мы уже имели случай заметить, перед нами аллегорическая ваза, на которой, кажется, царю желают миллион раз праздновать юбилей, то есть вечно.

7 декабря г-н Лако начинает сопоставлять множество надписей на уже собранных осколках ваз; мы же каждый день изымаем новые.

Среди замечательных сосудов, изъятых в эти дни, упомянем: 8 декабря чашу из розового мрамора с носиком (Фиг.22), две милые алебастровые вазочки с двумя протоками, носики из алебастра к которым когда-то были приклеены гипсом. Мы найдем в галереях и другие вазы такого же типа, но с двойным протоком в самом носике (см. Фиг.55). Эти вазочки были своего рода кувшинами и должны были ставиться в небольшие расширяющиеся тазики, экземпляр какой мы нашли в тот же день (см. Фиг.23 ). Не может ли такой тип кувшина быть каменной интерпретацией аналогичного медного сосуда, тинитского периода?

10 декабря целая алебастровая ваза с единственной ручкой типа Фиг.1, но меньше (высота – 0.295м);

11 декабря алебастровый таз диаметром 0.48м (тип Фиг.21), алебастровая ваза (тип Фиг.7; высота 0.82м) и медное долото, рабочая кромка которого сломана (см. Pl.XIX в 11, и том I, Фиг.234) и которое в действительности происходит из галереи VIII (см. стр. 25);

14 декабря алебастровая ваза с ручкой, аналогичной изъятой 10 декабря (высота 0.29м);

15 декабря – красивая чашка из кварца (кварцита?) с пурпурными и розовыми прожилками, любопытная серая алебастровая ваза (Фиг.24) чья боковая поверхность, кажется, имитирует плетение корзины, с двумя выступающими ушками и со змейками на боках; эта ваза уже несколько дней видна в галерее (см. Pl.VII,2 и VIII,1, в G).

Обратите внимание также на три другие неповреждённые вазы из алебастра, одна цилиндрической формы (тип Фиг.4,Б), одна типа Фиг.7 (высота 0.29м), а третья более пухлой формы (тип Фиг.10; высота 0.32м, максимальный диаметр 0.33м).

16-го я сам очистил большую вазу с ручкой (тип Фиг.1; высотой 0,60м), на которой есть иероглифическая надпись чернилами с указанием даты;

17-го и 18-го декабря – несколько красивых алебастровых ваз, две из которых того же типа, что и на Фиг.7 (высотой, соответственно, 0.52м и 0.55м), одна типа показанных на Фиг.10 (высота 0.42м, максим.диаметр 0.41), и одна цилиндрической формы (тип Фиг.4, B; высотой 0.46м) с надписью от имени вазодела (Фиг.25, слева вверху), чьи имя и титулы уже встречались ранее на фрагменте чаши из другой галереи пирамиды.

19-го декабря я приступил с помощью наших рабочих к извлечению нескольких важных предметов: во-первых – трёх небольших цилиндрических вазочек из алебастра (см. одну из них Фиг.25; диаметр 0.183м), каждая из которых разделена внутри на четыре равные части двумя тонкими перегородками, пересекающимися под прямым углом, а во-вторых ваза из алебастра с ручкой (типа Фиг.1, высота 0.50м), на которой имеется серех царя (Фиг.25, слева внизу) надписаный тушью. Этот тип вазы относится, похоже, к среднему периоду правления Второй династии.

Эта ваза фигурирует на своем месте в галерее на Pl.VIII, 2 внизу слева.

Уже в течение нескольких дней мы видим большие вазы, о которых мы только что упоминали, как и другие, более изродованные, завалены настоящими стопками раздавленных тарелок, чашек или мисок. (см. Pl.VIII, IX, 1 и X). Однако некоторые из этих стопок очень внятны, и иногда можно сосчитать количество частей, которые их составляют. И вот, 12 декабря мы насчитываем в одной стопке двадцати четыре части и еще в одной – семнадцать. Лако, Квибелл и я по очереди следим за извлечением этих стопок и делаем полезные наблюдения. Иногда мы замечаем белёсый порошок между частями; отверстия в тарелках из желтой и красной брекчии заполнены амальгамой соответствующего цвета.

14 декабря я сам извлекаю стопку из десяти разбитых алебастровых тарелок и одной, хорошо сохранившейся.

22-го я замечаю в середине одной из стопок стопки вставленную бирку с надписью, сделанной краской.

Получается, такие подписи размещали не в верхней части стопок, как было бы логично предположить. Начиная с этой последней даты, приближаясь к западному краю галереи, мы уже почти не видим ваз как таковых, видим почти исключительно стопки тарелок, блюд, чашек, мисок и кубков обычно из алебастра (см. табл. IX, 1 и X); иногда в некоторых стопках тарелки, или миски, сделаны из розового мрамора или брекчии. Некоторые из таких тарелок, или блюд – довольно больших диаметров: примерно от 0.40м до 0.50м. Все еще распространены иероглифические надписи тушью.

Запись от 31 декабря: из двух расширяющиеся чашек из темного непрозрачного диорита, одна вставлена в другую (см. Pl.X); внутри немного порошкообразного древесного угля.

2 января 1934 г. мы приостановили работу на несколько дней, чтобы дать отдых рабочим, уставшим от почти непрерывной работы в этой галерее в течение пятидесяти дней. Мы не возобновим расчистку западного конца этой галереи VII до 20 января, которую мы планируем завершить за четыре дня.

В последние дни при сортировке поступающих из галереи фрагментов мы нашли небольшой осколок сланца, на котором выгравирован серех неизвестного царя; это имя имеет только один знак – довольно длинноногую птицу (desher?).

Мистер Кибелл, осматривая стену, обнаруживает пятно штукатурки в одном месте, недалеко от западной оконечности этой галереи. Возможно, таким же образом вся галерея была ошткатурена до помещения сюда ваз, мы найдем похожие следы штукатурки и в галереях X и XI.

Мистер Лако покидает наш склад 25 января и направляется в Верхний Египет, чтобы посвятить себя другой работе, приостановив изучение ваз до особого распоряжения.

Работа в галерее VII возобновилась спустя почти пятнадцать месяцев, в апреле 1935 года, с того же, на чём мы остановились, но сначала мы закончили расчистку галереи VI. 13 апреля 1935г. мы начали изъятия в галерее VII в точке Н, в 6 метрах от её западной оконечности, двигаясь теперь с запада на восток. Даем (Pl.IX,2) вид на галерею в этот момент.

Фрагменты извлекаются со скоростью от 3 до 10 экземпляров в день. Отмечены 14 апреля большой алебастровый таз (типа Фиг.21), и фрагментарно – миска из того же материала, которую нам удалось реконструировать (Фиг.26), а 15-го — сланцевую чашу с выгравированной надписью Хор-Нинечер (Fig.26 в середине, справа). Эта надпись в покрывает другую, которую предварительно соскоблили. (Fig.26 в середине, слева, Хор-Хотепсехем).

Чтобы получить возможность продолжить расчистку, с 16 по 20 апреля мы должны поддерживающие потолок балки поставить на прочные опоры; до сих пор фактически он опирался на южной стороне галереи (VII) на очень тонкую и слабую перегородку, которая, как мы поняли, отделяла галерею VII от галереи VIII. Таким образом, расчистку участка галереи VIII длиной около 5 метров мы начнём с установки временных опор.

В эту первоначально заполненную только землей галерею случайно попали вазы из галерей VI и VII после пролома разделительной перегородки под давлением из-за обрушения их потолков. Среди этих ваз отметим кварцевую (кварцитовую?) тарелку в трех фрагментах с выгравированной надписью, Фиг. 26, справа вверху.

По мере расчистки галереи VIII строим там стену для усиления подпирания балок её потолка и потолков галерей VI и VII.

21 апреля возобновляем работу в галерее VII (см. Pl.XI,1). В этот и последующие несколько дней извлекаются прекрасные алебастровые вазы, некоторые из которых украшены сетками горельефных шнуров.

Надписи г-ном Лако обнаруживается каждый день. В частности, 28 апреля найдена выгравированная надпись, Фиг.26, справа внизу (может быть, это имя неизвестного царя?), и 30-го, большая ваза с ручкой (тип Фиг.1) с выгравированным серехом царя Хотепсехема.

3 мая извлекаем великолепную алебастровую вазу с сетью шнуров в горельефе (Фиг.27; высота 0.65м); узлы и витие вызывают восхищение.

Отметим найденные тот же день любопытную алебастровую вазу-гуся (высота 0.315м) и 4 мая – вазу из белого мрамора, состоящая из четырех сосудов, вырезанных вместе внутри одного большего (Фиг.28; диаметр 0.225м).

С 6 по 10 мая мы временно приостанавливаем работу в галерее VII для продолжения расчистки около 3 метров в параллельной ей соседней галерее VIII и продолжаем строить там каменную стену для поддержания балок под потолком этих двух галерей там, где разрушилась разделявшая их тонкая перегородка. Одновременно, мы извлекаем из этой (VIII) галереи вазы, случайно попавшие туда, как мы объяснили выше, из соседней галереи VII.

Затем мы работаем еще два дня в галерее VII, и вечером 12 мая мы закрываем работы кампании 1934–1935 годов здесь. К этому моменту оказались расчищены 12 метров этой галереи от её западного конца.

Из-за смерти Кибелла летом 1935 года с 13 декабря 1935 года по 20 января 1936 года расчисткой последних 18 метров галереи VII руководил я в паре с г-ном Лако.

Оставшаяся часть галереи еще содержала много алебастровых сосудов, но она оказалось особенно богатой и вазами из твердых пород, определенное количество экземпляров которых не были повреждены (см. Pl. XIII, 2).

19 декабря мы извлекли фрагмент оригинальной алебастровой вазы; этот фрагмент состыковался с другими найденными ранее, в декабре 1933 г., потом – в январе и мае 1935 г. Приводим (Фиг.29) реконструкцию этой вазы, включающей намёк на вертикальную веревочную лестницу, преодолевающую имитацию прямоугольного проема или ведущего к нему; этот предмет, кажется, действительно можно было поставить дном вверх, или вниз, в зависимости от того, хотел ли кто-то использовать его как сосуд, либо как подставку для чего-то, например, для лампы.

Отметим найденную в тот же день глиняную пробку (пломбу?), имеющую сверху несколькими оттисками печатей, где прочитывается серех Нечерихета (см. Pl.XIX.9), а в нижней части отпечатки ткани. Особенно важно, |обратите внимание, что эта пробка является единственным документом c именем Нечерихета, найденным здесь, в галереях с VI по XI.

Из лучших произведений, изъятых за первые восемь дней, мы отметим:

15 декабря две порфиритовые вазы (типа Фиг.43), одна из которых достигает 0.46м в диаметре, очаровательная крошечная ваза из мраморного диорита с одной ручкой (см. Pl. XVII,1), восемь ваз из голубого мрамора (типа Фиг.3) с максимальным диаметром от 0.17м до 0.19м и высотой от 0.07м до 0.11м, горлышко которых часто было из отдельного куска камня, несколько мисок, кубков и тарелок из твердых камней и алебастра, три алебастровых кубка (типа Фиг.8), два больших алебастровых блюда 0.44 м и 0.50м в диаметре с надписями тушью, две красивые вазы тоже из алебастра, одна высотой 0.51м (см. Фиг.9.C), и другая o м. 33 (типа Фиг.10), на которой есть две наложенные друг на друга надписи - тушью и резцом.

Давайте отметим еще несколько фрагментов маленькой вазы из синего сланца, подобной той, которая уже была найдена в декабре 1933. Эту вазу смогли реконструировать почти полностью (Фиг.30; высота 0.197м); она очень напоминает большую вазу из алебастра (Фиг.11) изъятую ранее в галерее VI; как и найденная ранее, эта ваза могла изображать нечто вроде силосной башни с двумя боковыми окнами на разных этажах. У неё, кажется было и горлышка из отдельного куска, которое мы так и не нашли.

16 декабря несколько алебастровых ваз, в их числе одна типа Фиг.9,С (высота 0.37м), одна такого же типа с двумя скульптурными шнурами и выгравированным знаком (Фиг.33 справа вверху), a третья с более высоким горлышком и двумя боковыми лентами (см. Pl.XVIII.9), и четвертая трубчатой формы (высота 0.48м ).

Среди изделий из твердых камней - 1 ваза из голубого сланца (sic) (тип Фиг.7, высота 0.27м), две вазы из порфирита (тип Фиг.31; высота 0.18м и 0.195м), каждая из которых характерна двумя небольшими выемками по бокам в местах, где у других ваз рельефные ушки или кольца, красивая трубчатая ваза из непрозрачного диорита (Фиг.32; высота 0.39м), несколько чаш и кубков из разных твердых камней, в частности, красивая сланцевая чашечка голубого цвета, несколько фрагментов которой были найдены аж 2 апреля того же года, и которая удачно имитирует металл (Фиг.33; диаметр 0.15м); её край изображающий собой, по сути, металлический лист, загнут и закреплен четырьмя тройками маленьких гвоздей.

17 декабря две вазы с колосьями из темного диорита (тип Фиг.43, А), ваза из порфирита (тип Фиг.31; высота 0.205м), ещё одна из алебастра такой же высоты и типа Фиг.7, красивая непрозрачная диоритовая ваза оригинальной формы (см.Pl.XVIII, 3), несколько чаш и пиал из твердых камней и алебастра, два уцелевших алебастровых кубка (тип Фиг.8) и огромная тарелка с гравировкой, тоже из алебастра (диаметр 0.72м); она найдена разбитой но может быть реконструирована.

19 декабря алебастровая ваза с одной ручкой (тип Фиг.1; высота 0.33м) с надписью тушью, неповрежденный алебастровый кубок, многочисленные чаши или чашки из твердых камней (см. Pl.XVII.11), и красивую чашечку из голубого сланца (тип Фиг.49; диаметр 0.295м), фрагмент которой уже был найден в 1933 году.

20 декабря несколько алебастровых изделий, среди них - три кубка (тип Фиг.8), большая трубчатая ваза (тип Фиг.4,B; высота 0.77м), ваза (аналогична Фиг.10, но с более широким горлышком; высота 0.22м) с небольшой надписью тушью и двумя тарелки, одна - 0.32м в диаметре с надписью красной краской, а другая - 0.395м в диаметре, с надписью на обороте черными чернилами. Обратите внимание, ваза из порфиритовой породы (Фиг.34; высота 0.19м).

21 декабря алебастровая чаша (диаметр 0.22м), красивая зеленоватая диоритовая чаша (диаметр 0.22м, высота 0.95м) со следами надписи внутри и большая в фрагментах тарелка из сланца (диаметр приблизительно 0.48м), на которой выгравировано имя царя (Фиг.35, вверху) 1-й династии и изображение его ступенчатого сооружения уже отмечалось на другом фрагменте в ноябре 1933 года (см. выше).

22 декабря несколько алебастровых, в их числе очень красивая ваза с двумя маленькими извилистыми выступами по бокам (см. Pl.XVIII,7), две чаши, одна из которых (типа Фиг.51; диаметр 0.185м) имеет слегка сломанную плотину и большая тарелка (диаметр 0.40м) с концентрическими розовыми прожилками и надписью черными чернилами.

Этот день застаёт нас в галерее VII при выравнивании нашего подхода к точке G. За восемь дней мы продвинулись на 4 метра и извлекли около 380 фрагментов в дополнение ко многим неповреждённым, или почти неповреждённым, легко реконструируемым вазам.

Обратите внимание на сделанную в этот момент фотографию (Pl.XI, 2), где вазы из галереи VI, расположенная слева на этой Pl., проскользнули в верхнюю часть галереи VII в точке H после обвала потолка последней, которая здесь почти касается галереи VI, но все же лежит значительно ниже. В общем, в течиние нескольких дней, примерно до 30 декабря, мы вынули определенное число фрагментов, явно происходящих из галереи VI.

23 декабря мы извлекли из галереи VII очень большую алебастровую вазу, видимую на Pl.XI, 2, XII, 1 и XVI, 4. Она - в высоту 0.97м, цилиндрична, и у её вершины из цилиндрической поверхности слегка выступает прямоугольник.

Набирается красивая серия ваз c ушками, среди которых одна из порфиритовой породы типа Фиг.43,B, шесть типа Фиг.35 из порфиритовой породы, или диорита, высотой от 0.165м до 0.185м и диаметром от 0.13м до 0.15м максимально, и одна того же типа, но пузатее, из диорита (см. Pl.XVII, в 2).

Привлекают внимание две чашки из темного диорита, красивая тарелка из голубого сланца с залитыми гипсом трещинами (диаметр 0.44м), разбитая чашка из сланца, украшенная тремя расположенными рядом шнурами (Фиг.36) и выгравированными именами царей первой династии (Фиг.36, вверху). чень красивые образцы из твердого камня продолжают появляться в течение следующих дней: вазы с ушками типов Фиг.35 и Фиг.43, чашки, пиалы и тарелки. Особо отметим большое фрагментированное блюдо из голубого сланца(Фиг. 37) на котором выгравирован список четырех последних царей первой династии (см. Pl. XIX, в 2), а именно: Hesepti (= Oudimou), Merpaba (= Azab), Samsou (=Semerkhet) и Qâ. Этот список - новое подтверждение хронологического порядка, принятого историками для этих четырех царствований.

Обратите внимание на изъятую 29 декабря неповреждённую красивую вазу с ушками (типа Фиг.43,Б) из порфирита (диаметр 0.295м).

30 декабря - очень красивая эллиптическая миска из чёрного порфирита, усеянная белыми вкраплениями (см. табл. XVII, в 15), с гравировкой в архаичном стиле – серехом царя Нармера (см. Pl.XIX, 1), чаша из голубого сланца с выгравированной надписью (см. Pl.XIX,3).

31 декабря сосуд тоже из красивой черной порфировой породы с несколькими крупными белыми вкраплениями (см. Pl.XVII, поз. 13); мы, вероятно, имеем здесь подражание деревянному корытцу.

Образцы ваз в хорошем состоянии, особенно многочисленны в этом конечном восточном участке галереи VII, поэтому мы расскажем только о самых примечательных.

2 января 1936 года ­- два прекрасных кубка из порфировой породы и третий из диорита (Фиг.38 и Pl.XVII,7), высота которых колеблется от 0.14м до 0.165м , а диаметр 0.09м до 0.10м, симпатичная маленькая ваза из черного порфирового камня с розоватыми или зеленоватыми кристаллами (см. табл. XVII, 9; высотой 0.17м), две цилиндрические вазы из порфировой породы (типа Фиг.4) 0.315м и 0.32м высотой и красивая чаша из зеленовато-мраморного диорита (Фиг.39).

3 января большая ваза из порфировой породы (Фиг.40;диаметр 0.39м) имеет вместо обычных ушек просто зазубрины.

4 января маленькая ваза с яйцевидным основанием (Фиг.41; высота 0.113м) из мраморного диорита, маленькая чашка из зеленоватого диорита (тип Фиг.3а; диаметр 0.12м, высота 0.057м), гармоничная ваза из порфировой породы (см.Pl.XVIII,1), имеющая на боках два сверлёных выступа, возможно, чтобы пропустить через них подвесные шнуры. Ваза из порфиритовой породы (тип Фиг.35;высота 0.255м) чьи ушки были сбиты, а их следы тщательно заполненные сероватой массой, наконец, две большие вазы с уши (тип Фиг. 43,Б) из розового асуанского гранита (диаметром соответственно 0.365м и 0.38м); одна из них все еще видна на своём месте в середине переднего плана, на Pl.XII,2.

В этот момент мы примерно в десяти метрах от колодца галереи VII. Здесь она начинает немного отклоняться от галереи VI (см. Pl.I).

С 5 по 7 включительно извлекаем очень важную серию ваз с ушками (виды на Фиг.43,А и Б); один из лучших экземпляров воспроизведён на Pl.XVII, 3, а еще несколько видны на своих местах на снимке от 7 января (Pl.XIII,1).

На нескольких из этих ваз мы находим выгравированные надписи от имени царя Джера, обычно считающегося третьим в Первой династии, а на других – от имени царя Ка, последнего царя этой династии.

Обратите внимание, 5 очень красивых предметов в целости и сохранности: большая ваза из порфиритвой породы (Pl.XVIII,8), с двумя змейками на боках, очаровательная тоже порфиритовая вазочка с двумя ручками (Pl.XVIII,4), два маленькие чашки (тип Фиг.42) высотой, соответственно 0.075м и 0.56м и в диаметре 0.125 и 0.15м, и плоскодонная ваза из непрозрачного диорита с непросверленными ушками (Фиг.44).

6 января, сортируя на складе содержимое коробок с сегодняшними осколками, наши рабочие укладывают и глиняную пробку (Pl.XIX, 7 и 8), 0.03м в диаметре и до 0.012м в толщину; с каждой стороны есть серех Хора-Сета Хасехемуи, последнего царя 2-й династии, вероятно, предшественника Джосера (?).

Тот же день, изъяты фрагменты крупной сланцевой тарелки почти 0.50м в диаметре; примечаем двух жуков, вырезанных на её краю (см. Фиг.45); третий жук будет найден через несколько дней при просеивании мусора из пирамиды.

При попытке воссоздать эту тарелку стало ясно, что эти жуки были равномерно распределены по её периметру и их должно быть четыре, но найти четвертого пока не удалось. Эти жуки, поскольку они очень вытянуты, похожи на того, что украшает ручку найденной ранее большой хеб-седной вазы (см. Pl.XVI,1).

7 января малая алебастровая тарелка (тип Фиг.26; диаметр 0.18м) и красивая ваза тоже из алебастра (подобна Фиг.7, но с более узким и приподнятым горлышком) размером 0.425м в высоту и 0.27м в максимальном диаметре.

В последующие дни:

9 января красивая неповрежденная чаша из светлого непрозрачного диорита (тип Фиг.39), небольшая плошка из порфиритовой породы (тип Фиг.42), большая разбитая чаша с выгравированным именем царя (Фиг.46,вверху), в нескольких фрагментах довольно грубо сделанная ваза с ушками (тип Фиг.43,B) из порфирового камня с гравированным именем царя Хасехема, трижды уже обнаруживавшимся в Иераконполисе на гранитной и алебастровой вазах и на фрагменте алебастровой чаши.

10 января большая ваза из мраморного диорита с ушками (Фиг.46; высота 0.39м), две красивые вазы с ушками, одна из розового гранита (Фиг. 67) и другая из порфировой породы (Фиг.48; диаметр 0.40м), три небольшие чаши (тип Фиг.42) из диорита разных оттенков, еще одна из порфировой породы (Фиг.49), милая вазочка из голубого сланца с одной ручкой (тип Фиг.1; высота 0.17м; показана на Pl.XVIII,6), чаша из того же материала (Фиг.50) с выгравированным именем царя (Фиг.50. вверху) и маленькая ваза с «одноструйным» носиком (такой же формы, как на Фиг.54; высота 0.10м) из мраморного диорита, фрагментированный диоритовый стакан (тип Фиг. 8) с выгравированным именем богини Сешат и алебастрововая чаша с большим носиком (Фмг.51).

11 января – очень большая неповреждённая ваза из алебастра (тип Фиг.9,А; высота 0.87м).

В этот момент мы находимся всего в 6 метрах от шахты галереи VII, которая продолжает сходиться с предыдущей галереей VI и содержит в этом месте меньшее количество ваз, разделённое на два «этажа» земляной прослойкой (см. Фиг.52).

12 декабря была найдена красивая ваза (см. Pl.XVII,14) из мраморного диорита и любопытная фрагментированная ваза из сланца, которую нам удалось реконструировать (см. Pl.XVII, 12); у нее одна ручка, стилизованная под предплечье руки и ладонь, соединённую с ободом горлышка. Кроме того, мы нашли тонкое медное лезвие длиной 0,215 м и толщиной не более 0,035м (см. Pl.XIX,11) и плоскую с одной стороны палочку из слоновой кости, разбитую на пять фрагментов общей длиной 0,166 м и шириной 0,019 м, но неполную (см. Фиг.53,А).

13 января – большая ваза из алебастра с одной ручкой (тип Фиг.1; высота 0.57м), другая (тип Фиг.7; высота 0.5м и диаметр 0.348м) с надписью тушью, очень красивая маленькая ваза тоже из алебастра с двойным носиком (Фиг.54 и 55; высота 0.105м), и среди нескольких чаш – две особого типа: одна из порфирита (Фиг.56), а другая из розового мрамора (Фиг.57).

14 января мы обнаруживаем, что в том месте, где мы оказались, сосуды заполняют только нижнюю треть галереи, т.е. около 0,5м её высоты, остальное пространство набито плотно слежавшейся землей.

Сейчас мы всего в 3 - 4 метрах от колодца VII; здесь галерея слегка изгибается к юго-востоку, а её пол несколько поднимается (см. Pl. II и Pl. III).

Обратите внимание на красивую вазу с ушками (тип Фиг.43,А) из чёрного камня с мелкими белыми вкраплениями и очень тонко профилированным горлышком, на вазу того же типа с более толстым горлышком (Фиг.43,Б) из красивой светлой порфировой породы, разбитую на две части: видны признаки старой склейки, на фрагментах любопытной чаши из темного порфирита, которую нам удалось реконструировать и которая украшена рядом небольших выступов, регулярно расположенных на расстоянии 0,35м друг от друга по всему периметру (см. Pl.XVII,10) и, наконец, медный таз с одной ручкой, который, к сожалению, развалился на куски, но, должно быть, имел полусферическую форму аналогичную форме образца, найденного в галерее X (см. стр. 30 и Pl.XIV,2, внизу).

Верхний обод этого таза представляет собой полную, хотя и разорванную во многих местах окружность; длина этой окружности около одного метра, то есть, её диаметр около 30 сантиметров.

Обод имеет очень любопытную конструкцию (см. Фиг.58), «техническая причина» которой нам не понятна. Конструкция обода выглядит следующим образом: материал таза – медный лист обернут вокруг стержня, который сам состоит из двух типов частей, очень четко просматривающихся на некоторых участках (см. Фиг.59). Сердцевина – тонкий медный стержень прямоугольного сечения (0.002 на 0.004м). Его материал (Фиг.58) на первый взгляд можно принять за древесину; он плотно входит в ответную часть, состоящую из полого фиолетового (sic) металлического прута прямоугольного сечения.

К 16-му января количество сосудов в галерее явно уменьшилось. На полу – только слой, состоящий прежде всего из мелких осколков ваз, на нём немного слежавшейся земли, а сверху, только несколько ваз в неплохом состоянии. Среди них укажем, в частности, великолепная алебастровая ваза, украшенная сетью резных шнуров (см.Pl.16,3).

17 числа мы изъяли ещё несколько хороших алебастровых ваз, в том числе одну неповрежденную (Фиг.60; высота 0.475м) с тремя витками каната на трёх разных высотах и трубчатую вазу (тип Фиг.4,B) с именем (Фиг.57, вверху) краской, а также ваза того же типа Б из сланца (высота 0.34м).

Мы замечаем вырубленные в скале опоры балок; они намекают на приближение к колодцу, до которого мы действительно добираемся на следующий день, 18 января.

На дне колодца лежит тонкий слой осколков, гораздо менее серьёзный, чем в колодце VI. Галерея от западной стены своего колодца тянется на 30.30м. Высота её варьирует от 1.25м до 1.45м, а ширина от 1.30м до 1.80м (см. Pl.III). Каждый из этих двух размеров в непосредственной близости от колодца уменьшается примерно до 1 м.

Пол галереи имеет небольшой уклон с востока на запад.

Галереи VIII и IX.

Мы начинаем подозревать о существовании восьмой галереи уже в 10-х числах декабря, когда, очистив две наложившиеся от точки H друг на друга галереи VI и VII, (Pl.I), обнаруживаем, что и за их южной стеной есть еще вазы. Следовательно, в этом месте должен существовать или тайник, или новая галерея.

На следующий день, 11 декабря, мы находим там кованое медное зубило (см. Pl.XIX.11, третье справа).

Закончив опустошение западного конца галереи VI-VII, мы строим подпорную стену вдоль ее южной стены и, расширив для этого раскоп, а 3 февраля 1934 года убеждаемся, что перед нами действительно новая галерея, отделенная точке Н от предыдущей тонкой перегородкой из глинистой породы толщиной около тридцати сантиметров, большая часть которой обвалилась. На этом работы под Пирамидой были временно приостановлены, рабочие очень устали почти за три месяца непрерывной работы под землей.

1 апреля мы снова открываем подземелья, и я решаю копать из западного конца галерей VI-VII (Pl.I) тоннель, идущий на юг. Этот туннель должен позволить нам быстро добраться до западного конца новой галереи, и проверить, не содержит ли она саркофага.

3 апреля мы вступаем в галерею VIII. Однако нам пришлось преодолеть 2.5м., тогда как, две галереи находятся друг от друга на расстоянии всего-то 0,30 м в точке H.

Новая галерея имеет ширину почти 2 метра; её свод частично рухнул, а её пол должна быть достаточно глубоко, потому что мы еще не можем добраться до него. Мы с удивлением увидели, что галерея полностью заполнена слежавшейся землей, которую часто очень трудно отличить от девственной скалы; в точке, куда мы попали, ничего нет кроме бруска сечением 0.08 на 0.03м, найденного у северной стены.

9 апреля мы достигаем западного конца галереи. Потолок – в очень плохом состоянии, нам придется поставить подпорки, прежде чем продолжать движение на восток, а для этого сначала нужно найти пол галереи, которого мы еще так и не видели.

10-го апреля мы обнаруживаем, что поперечное сечение галереи имеет любопытный профиль; галерея VIII образует «скамью» (см. Фиг.61,В), которая не позволяет разглядеть её северную сторону. Зато, в завале мы замечаем два фрагмента ваз.

12 апреля мы наконец-то достигли пола галереи; он оказался в 3.30м от свода, обвал которого поднял его почти на 0,5 метра. Теперь мы сможем провести необходимые работы по укреплению и очистить галерею в восточном направлении на протяжении около 9 метров от ее западного конца.

С 18 по 20 апреля в целях безопасности и для обновления воздуха мы создали между двумя галереями новое соединение HH'. Оно выполнено в плотном земляном завале, покрывающем «скамью» новой галереи. В этом завале мы находим несколько фрагментов каменных ваз и небольшую палочку из слоновой кости (Фиг.53). Кажется, что пространство над скамейкой, заполненное таким образом, в действительности представляет собой новую галерею, независимую от той, которую мы расчищаем, хотя мы и не находим разделяющей их стены.

Присмотревшись к сделанному нами первому лазу J J' и расширив его, мы приходим к выводу, что и здесь скамья должна была образовать пол промежуточной галереи, заполненной слежавшейся землёй, но в этом месте она четко отделена от галереи VI-VII каменной стеной толщиной 0.80м.

Для точного определения планировки этой группы галерей необходимы дальнейшие раскопки. Поэтому мы продолжили расчищать восточную часть глубокой галереи, а 27 апреля пробили третье соединение KK' между ней и галереями VI-VII. Здесь мы снова видим, что промежуточная галерея образует скамью по отношению к глубокой галерее. В этой промежуточной галерее поверх слежавшейся земляной насыпи толщиной около 0,5 м, находится слой фрагментов каменных ваз толщиной 0,20 м, среди которых мы выделим большой кусок хрустальной тарелки, арагонитовую тарелку и еще одну из алебастра, на которой краской написан ряд цифр. Поскольку северная стена этой галереи была здесь разрушена, порция фрагментов ваз, должно быть, выскользнула из соседней галереи VI.

Галереи VIII и IX

Отметим, что 28 апреля в земляном заполнении глубокой галереи была найдена доломитовая ваза (тип Фиг.15), лежавшая у северной стены, образующей скамью на 0,30 м ниже описанной, а 30 апреля – медный таз диаметром 0,36 м и глубиной 0,11м в очень плохом состоянии. Не дойдя примерно 14 метров до западного конца глубокой галереи, мы останавливаемся и прекращаем расчистку галереи в этой кампании. В дальнейшем мы будем называть её галереей IX, считая образующую скамью промежуточную галерею, восьмой (VIII).

Работа в Галерее IX была возобновлена только 6 декабря 1934 года. Мы продолжаем расчищать её в восточном направлении. Она по-прежнему заполнена слежавшейся землей, в которой мы время от времени находим то вазу, то фрагменты ваз, в толще земли, а не на полу. Мы отмечаем две разбитые диоритовые чаши; одна из них полная, а другая почти полная.

Как только М. Лако прибыл в Саккару 14 декабря, мы возобновили извлечение ваз в галерее VI, но поскольку для этой работы требуется всего несколько рабочих, мы решаем одновременно продолжить расчистку галереи IX.

18-го декабря, находясь в этой галерее на расстоянии около 26 метров от ее западного конца, мы замечаем, что она немного отклоняется к юго-востоку и что ее пол ощутимо поднимается, в то время как свод остается почти на прежнем уровне (см. продольный разрез Pl. III). Высота галереи в этой точке составляет всего около 2 метров.

23 декабря, найдя две алебастровые чаши, расположенные довольно неглубоко в завале, мы достигаем колодца IX, набитого очень плотной глинистой почвой.

В конце марта 1935 года мы вернулись в эту галерею и попытались добраться из нее до восточного конца галереи VIII, чтобы проверить, был ли у последней собственный колодец, или в нее нужно было добираться через колодец и галерею IX. После первой попытки в полутора метрах западнее колодца IX, от которой мы отказались, опасаясь, что она приведет прямо к предполагаемому колодцу VIII, что могло быть опасно, мы предприняли вторую попытку на 4 метра западнее, перед самым изменением направления галереи IX в точке N. Через 0.80м мы достигли галереи VIII, которая все еще заполнена слежавшейся землей и имеет в этом месте ширину 1.35м. Отсюда мы начинаем расчищать её в восточном направлении, и через 3.70м получаем колодец тоже заполненной спрессованной землей.

Мы нашли разбросанными в осыпи («осыпь» здесь и далее – слой осыпавшихся со свода галерей скальной и грунтовой крошки) этого небольшого участка галереи всего четыре фрагмента алебастровой тарелки и несколько обломков красноватой керамики.

Мы признаём бессмысленным продолжать расчистку этого участка галереи VIII в западном направлении, довольствуемся тем, что снова пересекаем осыпь в ней его на четыре метра западнее (в точке L, Pl. I).

Галерея и далее просто заполнена слежавшейся землей без каких-либо осколков каменных ваз, и немного расширяется, достигая полутора метров и сближаясь с галереей IX, от которой теперь отделена лишь тонкой скальной перегородкой около тридцати сантиметров толщиной.

16 апреля, вскоре после возобновления расчистки галереи VII в точке Н в восточном направлении, считаем необходимым построить стену на месте южной стены галереи верхний галереи VI, раскрошившейся из-за слишком малой её толщины. Из-за этого мы вынуждены очистить участок галереи VIII длиной 5.30м между двумя лазами HH' и KK' проделанными в 1934 году. Находим там слой фрагментов каменных сосудов, очевидно попавших сюда из галереи VI.

18 апреля были обнаружены сильно окисленные фрагменты небольшой медной чаши, имеющие форму Фиг. 39.

Работы возобновились 21 числа в галерее VII, а 6 мая нам пришлось снова прервать их, чтобы расчистить еще одну часть галереи VIII и продолжить там строительство подпорной стены на протяжении почти 3 метров к востоку от K'.

Здесь мы снова находим фрагменты ваз из галереи VI, сломанное лезвие тесла и окислившийся красивый медный кинжал длиной 0.265м (см. Pl.XIX, 11, вторая слева); на последем есть остатки ткани, прилипшие его лезвию.

В том месте, где мы остановились, расчищая галерею VIII к востоку, ее заметно утолстившаяся северная стена больше не обваливается, и галерея теперь содержит только слежавшуюся землю.

Наконец, 20 и 24 декабря 1936 года я провел последние раскопки в этой (VIII) галерее, чтобы точно очертить ее западный конец. Она оказался в 2.55м от лаза JJ', ширина галереи в этом месте составляет 1.70м, а высота – 1.45м.

Небольшая часть стены, разделяющей галереи VIII и IX, все еще существует; ее толщина составляет около 30 см.

Мы видим на Pl.III, что, в то время как пол Галереи VIII практически горизонтален по всей длине, пол галереи IX не является таковым и имеет выраженный наклон с востока на запад; свод же её, однако, почти горизонтален.

Длина каждой из двух галерей составляет около 30 метров от западного торца до соответствующих колодцев.

Галерея Х

Желая проверить, есть ли другие галереи за пределами галереи IX, 19 января 1936г. мы прорыли в южном направлении лаз от последней в 9 метрах от ее колодца (напротив точки L, Pl.I). Через 1,5 метра мы наткнулись на жилу очень твердой тёмной породы. что сделало продвижение очень медленным и трудным. Я предпочёл отказаться от этого лаза и предпринял новую попытку из другой точки – всего в 3 метрах от колодца IX в точке O.

24 января этот второй тоннель через 4.75м приводит в новую галерею X. Прямо точке O', где мы попадаем в эту галерею, оказываются две неповрежденные чаши, одна из алебастра, а другая из зеленого мраморного диорита (см. Pl. XIV,1).

Интересно, не окажется ли эта галерея тоже заполнена каменными вазами, как галереи VI и VII? Но расчистив небольшой участок галереи, мы быстро понимаем, что эти две чаши – случай здесь единичный и только случаность привела нас прямо к ним.

Галерея X засыпана землей, которая уплотнилась точно так же, как и в предыдущих галереях VIII и IX.

Сначала мы начали расчищать галерею X в восточном направлении, чтобы найти колодец, который оказался в 4.20м от нашего лаза. Этот колодец X заполнен глинистым грунтом, который в настоящее время завис на высоте около 4 метров над его дном (см. продольный разрез галереи, Pl.III).

Существование такой пустОты в нижней части колодца, куда никто не проникал с тех пор, как он был засыпан во времена III династии, можно объяснить только оседанием заполнения в этом месте ниже, которое должно было «стечь» в соответствующую галерею.

На нескольких очищенных от нашего прхода до колодца метрах галереи мы изъяли три разбитые, но полные чаши, соответственно, из диорита, голубого сланца и алебастра, и несколько керамических фрагментов.

Продолжая расчистку этой галереи в западном направлении, мы в 6 метрах от западного конца галереи IX начинаем новый лаз в точке P (см. Pl.I). Он должен быстро обеспечить циркуляцию воздуха и позволить нам работать в обоих концах галереи одновременно.

К сожалению, в конце второго метра, лаз сталкивается с жилой очень твердой темной породы, уже встреченной ранее напротив точки L.

С этого момента рабочие с большим трудом продвигаются примерно на 0.40м в сутки.

Через две недели, пройдя в общей сложности 7 метров, не имея возможности дойти до галереи X, я временно прервал работу.

В этих условиях предпочтительнее возобновить расчистку самой галереи X; таким образом, мы будем знать её ориентацию, уровень её расположения и длину, и сможем понять, какое же расстояние все еще отделяет её от южного конца нашего лаза.

Выполняя эту очистку, мы замечаем, что поблизости от выхода из лаза, через который мы попадаем в галерею X, её пол наклонён к западу, хотя свод остается вполне горизонтальным (см. Pl.III). А высота, которая в среднем составляет 2.10м в его восточной части, в 3 метрах от колодца, достигает 2.90м. Через метр галерея явно меняет направление, отклоняясь примерно на 15° на юго-запад, что объясняет, почему наш второй лаз еще не достиг её.

Параллельно с этой работой я решил продолжить поиск других галерей, возможно лежащих южнее. Для этого мы тянем в этом направлении из галереи X (в O', Pl.I) лаз, который привел бы нас к искомому. 14 февраля мы достигаем в точке R новой галереи (XI), расположенной в 4.80м от предыдущей, и тоже наполненной слежавшейся землёй, трудно отличимой от девственной породы.

Тогда же, в галерее X, в 14м от ее колодца, находим (см. Pl.XIV, 2) в точке А круглый медный сосуд с расширяющимся профилем и плоским дном в очень плохом состоянии, и на 2.50м дальше, в точке В, чашу тоже из меди, полусферической формы, с ручкой только с одной стороны, аналогичную найденной в галерее VII. Мы извлекли эти два сосуда с большим трудом, и, учитывая их ветхость, залив их парафином.

Мы замечаем вдоль нижней кромки северной стены галереи тонкий слой черной глины с некоторым количеством белого вкраплений. Этот слой, образующий светлую линию, виден в L на Pl.XIV.2.

Атмосфера стала почти непригодной для дыхания, а наши рабочие демонстрируют явные признаки усталости, и мы прерываем подземные работы на несколько дней, с 16 по 28 февраля. В последний день работ, вместо того, чтобы завершить расчистку галереи X, я предпочитаю начать поиски новых галерей, возможных еще южнее галереи XI.

С этой целью мы продолжаем движение на юг, начав в этой (XI) галерее в точке R лаз, который вёл бы нас туда. Через 2 метра снова натыкаемся на очень твердую жилу и продвигаемся вперед очень медленно. Примерно в 5 метрах от галереи XI скала снова становится мягче и прогресс идет быстрее.

12 марта, пройдя 11 метров тоннеля от этой галереи до Т, я решил дальше не продвигаться, поскольку оказался уже достигнут предел возможного положения галерей под мастабой M3 (см. Pl.I).

Я пробовал увеличить лаз по высоте и ширине на случай, если искомые галереи располагались на несколько ином уровне, чем предыдущие. Когда это ни к чему не привело, мы вынуждены были констатировать, что галерея XI является последней к югу, если только (у новых) не совсем уж значительна разница в горизонте залегания, не позволяющая нам обнаружить их, что, впрочем, очень маловероятно.

Единственной надежной проверкой могло бы стать удаление части массива пирамиды стадии М3, который скрывает место нахождения предполагаемых колодцев. Однако, учитывая крайнюю бедность содержимого последних галерей, было бы совершенно кощунственно разрушать пирамиду с сомнительной целью таких поисков.

Работа в галерее X возобновилась лишь спустя почти два месяца, 7 мая. В этот день в её слежавшейся осыпи мы находим красивую, неповрежденную, полупрозрачную чашу из диорита диаметром около 0.31м, несколько фрагментов медного сосуда и сланцевую тарелку.

В 17 метрах от колодца, в точке Q, пол галереи снова становится горизонтальным, а высота свода над ним резко уменьшается с 3.20м до 1.40м (см. Pl.III); от этой точки Q галерея далее будет иметь высоту не более 1.50м. В то же время мы продолжаем двигаться в направлении этой галереи пробивкой второго лаза, начатой из галереи IX и ранее прерванной

8 мая - трубчатая алебастровая ваза, чаша из твёрдого каменя, несколько осколков алебастра и сланца, и несколько обломков костяных палочек в очень плохом состоянии.

9 мая мы в 22 метрах от колодца, а в галерее еще изымаем большую трубчатая алебастровая ваза высотой 0.68м треснутую, но целую, вазу (типа Фиг.10, но гораздо меньшего размера) неповрежденную тоже из алебастра и маленькую розовую мраморную тарелку со сколами.

12-го наш второй туннель, наконец, достиг галереи X в точке P' на расстоянии 8.55м от галереи IX. Сразу же устанавливается циркуляция воздуха, и наши работники могут продолжить расчистку в лучших условиях.

19-го мая, наконец, в 4 метрах от выхода из нашего лаза мы достигли западного конца галереи X, которая немного расширяется и достигает в ширину 2 м вместо 1.80м.

Общая длина галереи от шахты, с учетом изменения направления, составляет 29,20м.

Мы снова находим в этой части галереи у основания ее стен тонкий слой коричневой глины с уже упомянутыми выше белыми вкраплениями.

Галерея XI

Эта галерея, как мы увидели выше, должна быть последней к югу в серии из одиннадцати галерей, каждая из которых идёт от одной из одиннадцати колодцев, расположенных под восточной стороной пирамиды. Как и пять предыдущих галерей, она была пробита во время строительства пирамиды. Но была вновь открыта нами только 14 февраля 1936 года, после того как мы пробили тоннель O'-R длиной 4,8 м от галереи X на юг.

Галерея XI, как и галереи VIII, IX и X, сильно засыпана землёй, теперь слежавшейся и трудно отличимый от нетронутого массива; у самого выхода в галерею из нашего лаза в точке R (Pl.I) мы не находим ни одного сосуда. С этого момента мы сначала очищаем галерею на восток, чтобы найти колодец, которого мы вскоре достигаем через 4 м. 80.

Этот колодец XI выглядит точно так же, как и колодец X; его плотная глинистая осыпь в настоящее время зависла примерно в 4 метрах над дном, нижняя же часть осыпи оторвалась и соскользнула в галерею (см. Pl.III).

Добравшись до колодца, мы смогли возобновить работу в галерее XI только во время следующей кампании. 26 ноября 1936 г., когда работы в Пирамиде возобновились, вместо того, чтобы начать расчистку от выхода нашего лаза в галерее XI на запад, я предпочитаю, как мы сделали у предыдущих галерей, заранее попытаться организовать второй доступ в эту галерею. Одновременно с повышением безопасности, значительно улучшится и вентиляция.

Поэтому мы делаем для этой цели от S (Pl.I) в галерее X, в 5 метрах от ее западного конца новый лаз в южном направлении. К сожалению, через 2 метра мы натыкаемся на жилу чрезвычайно твердой тёмной породы, что очень затрудняет работу.

Рабочие могут только медленно продвигаться - от 0.30м до 0.40м в день. 1 декабря, мы еще только в 3.45м от галереи X, а 4 декабря всего в 4.20м.

Поскольку скала оставалась такой же твердой по всей высоте нашего лаза, я решил пока отказаться от него и очистить галерею XI непосредственно у нашего первого лаза.

Мы не знаем, на каком в действительности расстоянии от переднего конца нашего лаза всё ещё находится эта галерея (XI), которая не обязательно параллельна галерее X и может очень даже явно отклоняться от неё, как это уже было в случае с последней (X) в отношении галереи IX (см. Pl.I).

Когда же мы очистим заметную часть галереи XI, мы сможем оценить ее общее направление и, таким образом, сможем оценить вероятный интервал между галереями Если этот интервал не слишком велик и если это окажется действительно целесообразным, тогда мы можем завершить туннель.

5 декабря, после размещения необходимых подпорок в Галерее XI, мы возобновляем её расчистку в западном направлении. Сначала мы используем для хранения убранной пустой породы наш лаз на юг (R/T, Pl.I).

В последующие дни мы находим несколько каменных ваз, разбросанных в плотной осыпи галереи. фрагменты: на 6-м, два куска большой тарелки голубоватого сланца и чаша из темного диорита (тип Фиг.62, B), на 7, две чаши (тип Фиг.62, A) из темного непрозрачного диорита, раздробленные и помещенные одна в другую, в 6.40м от выхода из нашего лаза и чуть дальше три куска чаши с плоским дном из полупрозрачного диорита.

В тот же день были найдены фрагменты костяной палочки, распавшейся почти в порошок.

Весь лаз R-T оказался быстро заполнен и теперь мы в качестве свалки используем восточные концы галерей IX и X с осыпавшейся нижней частью их колодцев, которые разумно больше не оставлять в таком состоянии.

8 декабря изымаем алебастровую чашу (Фиг.63, А) в нескольких фрагментах.

10 декабря, две чаши из полупрозрачного диорита (тип Фиг.62, Б) в фрагментах, некоторые элементы красной керамики и на земле у северной стены в 11 м от лаза еще две полупрозрачных диоритовые чаши, одна (Фиг.64) фрагментирована, а другая (типа Фиг.65,А) зеленоватая почти цела.

11 декабря находим, что в 12.15м от нашего первого лаза галерея отклоняется примерно на 14° к юго-западу. Таким образом, она отклоняется от галереи X, и оставшееся расстояние на которое осталось тянуть новый лаз теперь можно оценить примерно в 7 метров; поэтому я отказываюсь от завершения этого лаза, который по-режнему отнимал бы у нас много сил и времени.

Мы изъяли из осыпи четыре диоритовые чаши, одна из которых непрозрачная (тип Фиг.62,B) и три полупрозрачные (тип Фиг.62 и 65), все более или менее фрагментированные, но целые, небольшую алебастровую чашу тоже во фрагментах (Фиг.63,B), несколько фрагментов небольшой узкогорлой доломитовой вазы и два красивых зелёно-серых медных зубила длиной 0.276м и 0.25м соответственно (см. Фиг.66 и Pl.XIX,11 справа);

Следует отметить, что 12 декабря были найдены две прозрачные диоритовые чаши (см. Фиг.62,G) и фрагмент плоскодонной прозрачной диоритовой чаши, найденной ещё 7 декабря.

Расчистив 16,3 метров пути от лаза, мы теперь находимся более чем в 22 метрах от колодца; с этого момента мы больше не найдем никаких предметов в осыпи. Высота галереи более или менее постоянна, но немного увеличивается по мере продвижения на запад (см. Pl.III); высота, составляющая 1,80м у нашего лаза, достигает 2.35м на расстоянии 16 м.

Грунт за последние два дня был сбрасывался в галерею X, между О и Q (Pl.1), но было сделано все возможное, чтобы оставить над ним свободным пространство около 1,4 м. Но 13-го нам уже понадобилось для него новое место, и мы используем дно колодца IX и восточный конец галереи IX.

17 декабря, после установки нескольких стоек, мы удалились на 25 метров от колодца XI; пол галереи продолжал немного опускаться, до отстояния от свода 2,60 метра.

18-го декабря, поскольку свод оставался в плохом состоянии, нам все еще приходилось ставить стойки, и мы продвинулись примерно на 2 метра, очистив к этому моменту только верхнюю часть галереи; мы бросаем грунт у основания VIII колодца. и в свободной части восточного конца галереи VIII.

В конце дня 19 декабря мы находимся на расстоянии 30.50м от колодца и, следовательно, очень близки к концу галереи.

Атмосфера в длинной галерее, которая заканчивается тупиком, становится очень неприятной, поэтому я приостанавливаю работу на весь следующий день, что позволит немного обновить воздух.

Когда работа возобновилась в галерее XI 21 числа, мы распределили вынутый грунт по полу галереи IX между О и L, всегда оставляя сверху около 1,4 м.

Вечером мы, наконец, достигаем западного тупика в верхней части галереи. Этот тупик находится в 13 метрах от изгиба галереи, а после изгиба - в 31 метре от колодца XI., Чтобы добраться до пола галереи, нам предстоит убрать ещё много засыпки; эта работа займет у нас еще два дня, 22 и 24 декабря, причем отходы будут разбрасываться и распределяться по полу самой галереи, дальше на восток.

Мы опять устанавливаем несколько подпорок, в частности, на участке северной стены, которая находится под угрозой обрушения.

Галерея достигает в этом конце 2.15м в ширину и от 3.10 до 3.20м в высоту. Её высота в этом месте первоначально составляла около 3 метров, и около 20см свода, похоже, осыпалось. У земли на стенах мы замечаем тонкий слой коричневой глины, какой мы уже встречали в нескольких из этих галерей.

Вечером 24 декабря 1936 года мы завершили исследование всей серии подземных галерей, начатое более трех лет назад.

Итоги

Исследование галерей под восточным торцом пирамиды завершено, и теперь мы располагаем всеми необходимыми данными, чтобы определить, существовали эти галереи до царствования Джосера, или нет.

Несмотря на наблюдения, которые мы уже представили в первом томе этого труда, некоторые египтологи все же поддерживают ранее выдвинутую М. Борхардтом гипотезу, что накрытая пирамидой первичная мастаба была более древней и узурпированной Джосером. А накрытые расширением на стадии M3 шахты на восточной стороне с соответствующими галереями были частью этой первичной мастабы, принадлежали ей и датируются не временем Джосера.

Против этой теории мы приведем три аргумента, вытекающие результатов наших раскопок, или недавних исследований которые кажутся нам решающими:

1. Из плана (см. Pl.I и XXI,3) ясно, что рассматриваемые галереи ориентированы практически широтно, за исключением двух центральных галерей IV и V, которые расходятся друг от друга под углом почти тридцать градусов, чтобы уклониться от большого колодца, где находится царская гробница. Этот простой факт ясно доказывает, что эти галереи были прорыты после главного колодца, или, самое раннее – одновременно с ним.

2. Мы знаем (стр. 18), что глиняная пломба (Pl.XIX, 9 и Фиг.91) с именем Нечерихет была найдена в галерее VII, одной из тех, где хранились вазы. Единственными возможными путями доступа в эту галерею были колодцы VII и, возможно, VI; но не пронизывающие надстройку стадии М3 колодцы VII и VI были заделаны в самом начале её (стадии М3) реализации. Таким образом, обнаружение такой пломбы в этом месте (галерея VII) доказывает, что стадия М3, являющаяся восточным расширением первичной мастабы, и еще не относится к ступенчато-пирамидальной стадии, датируемой царствованием Джосера. Значит, Джосер бесспорно был создателем, по крайней мере, четырех последних ступеней из составлявших Ступенчатую пирамиду шести.

Из двух предыдущих наблюдений следует, что существовавший до стадии М3 главный колодец со сводом должен был принадлежать первоначальной мастабе стадий М1-М2, массив которой он пронизывает. Эта мастаба из отёсанного камня, квадратная в плане, с большой шахтой сечением 7,5 на 7,5 метров и глубиной 28 метров, гранитным склепом и туннельным спуском, относится к не встречавшемуся ранее типу.

Единственная похожая гробница находится к югу от Ступенчатой пирамиды, внутри её же ограды. Их планы отличаются только тем, что нисходящая шахта одной из них (Пирамиды) находится к северу от большой шахты и идет на юг, а другой - к западу от шахты и идет на восток. Эта разница можно объяснить только желанием во втором случае скрыть спуск в толще стены ограды, ориентированной в этом месте с широтно. Эта специально построенная в ограждающей стене пирамиды гробница вряд ли могла быть сооружена кем-то другим, кроме Джосера, и нам кажется весьма вероятным, что так же обстояло дело и с первоначальной мастабой M1-M2.

Аргументом, обычно приводимым для обоснования гипотезы об узурпации Джосером более ранней гробницы, является обилие ваз с именами тинитских царей, от Нармера до Хасехема.

Признаемся, мы не понимаем, как атрибуция мастабы M1-M2 и восточных галерей под пирамидой одному из непосредственных предшественников Джосера может объяснить присутствие этих имен. С другой стороны, мы знаем, что некоторые цари Древнего царства повторно использовали у себя в гробницах сосуды своих предшественников.

В случае со Ступенчатой пирамидой, столкнувшись с потребностью в десятках тысяч каменных ваз и необходимостью, в результате расширения памятника, очень быстро закупорить колодцы доступа к галереям, построенным для их хранения, кажется вполне нормальным, что нужно было использовать резервы, созданные предыдущими царями для своих собственных сокровищ, или из различных храмов и святилищ. Даже этих запасов оказалось недостаточно, поскольку мы убедились, что всего только две галереи из шести были практически полностью заполнены вазами.

Г-н Борхардт высказывает мысль, что Джосер экспроприировал целую площадку более раннего некрополя для строительства своего погребального комплекса, частью которого стали восточные колодцы и галереи под пирамидой; именно таким образом был собран значительный запас ваз, хранившихся в этих галереях Джосером. Неоспоримым является тот факт, что внутри ограды пирамиды мы нашли гробницы, которые Джосер (так и) не использовал…

Дальше Льоэр рассказывает о структуре нескольких неоконченных небольших гробниц, найденных в пределах двора пирамиды Джосера, к северо-западу от неё.

***

Иллюстрации