Старый базальт Старого царства
О.В.Кругляков, лето 2012 - осень 2014 – лето 2020
(по материалам ветки http://rekhmire.flyboard.ru/topic334.html#p7278 с благодарностью её участникам)
Часть первая, чёрные камни
Такое грозное слово: базальт!
Жюль Верн, остров Линкольна. Свинцовый прибой бьёт в мрачные базальтовые скалы горы Франклина. От самого имени камня веет незыблемостью.
А ещё он чёрен!
Детское восприятие ярких слов оказалось обманчивым...
Я поднял осколок усеркафова пола и вполне несильно ударил им по ребру большого уложенного блока. Осколок необычайно легко разбился с глухим звуком.
Таких разнокалиберных осколков базальта в песке у Усеркафа довольно много. Повторный эксперимент с другим осколком дал такой же результат.
Пол сделан из относительно непрочного материала. Видите, я осторожно выразился: "прочность". Какой именно из параметров материала я подверг проверке? О чём нам говорит лёгкость раскалывания материала?
А в конечном итоге - вопрос: базальт ли это?
Базальт!
Только не из детских впечатлений о звучании слова, а настоящий базальт.
Вообще первоначально очень настораживала такая его хрупкость, следствие которой видно в верхних швах между плитами: швы у Усеркафа (их не касались руки реставраторов и ремонтников 20 века) за тысячелетия землетрясений превратились в сплошную кашу из осколков.
Итак, базальт пола очень легко крошится, колется, бьётся.
Получается, что я проверил свойство материала «обрабатываемость ударом». Это свойство интересно в первую очередь, поскольку первейшим по частоте применения способом обработки базальта, использованным при изготовлении полов, было дробление.
Ломкость и хрупкость - фундаментальное свойство базальта, определяющее простоту и частоту его использования вплоть до нашего времени.
Практически сто процентов всех поверхностей базальтовых блоков полов обработаны ударами каменного молота, и следами ударов густо покрыты блоки и плиты пола Усеркафа. Этот пол в отличие от, например, пола Хуфу, практически не изношен ни ветропесчаной эрозией, ни ходьбой сотен тысяч ног, поскольку большую часть своего существования покоился под песком пустыни, а сегодня практически не посещается публикой.
По той же причине понятно и состояние швов между плитами, они забиты никем не тронутой базальтовой крошкой. Такое состояние швов - проявление единственных здесь видов эрозии – температурной и «сейсмической», докрашивающей температурную.
Несколько разрозненных страниц, где говорится о том, что такое базальт и есть важные слова о некоторых его свойствах, Г.Гюрих, МИНЕРАЛЬНОЕ ЦАРСТВО, С.-Петербург, 1904:
Особую ломкость, хрупкость египетского базальта полов в храмах Старого царства, пожалуй, можно объяснить. В карьере верхние слои базальта тысячелетиями пребывали в режиме нагрев – охлаждение, день - ночь. Длительно накапливавшиеся усталостные напряжения могли сделать его ломким. На Рис.4 справа виден базальтовый массив, потрескавшийся от температурных перепадов.
Для полов такой материал еще годился, но для изготовления чего-то более утончённого его практически не применяли. Базальт же более глубокого залегания стали использовать, возможно, только в поздние времена.
Пунктирно: история ознакомления и работ с полом Хуфу
Прежде всего, чтобы подготовиться к тому, что представляет собой пол верхнего храма Хуфу сегодня и почему он сегодня именно таков, проследим историю «современного», ознакомления с ним.
1638-1639 год. Джон Гривс видел пол и назвал его базальтовым в «Pyramidographia or a description of the pyramids»
1837 год. Ховард Вайз, «Operations carried on at the pyramids of Gizeh in 1837», 25.05.1837: …Были начаты раскопки фундамента (предположительно, храма) к востоку от Великой Пирамиды. Некоторые камни пребывали в своём исходном положении. Но скоро мы поняли, что тут ничего не открыть без исследований более масштабных, чем целесообразны сейчас. Похоже, здание было уничтожено огнем, поскольку базальт, который в значительном количестве имелся поблизости от этого и других строений за его пределами, казался обожжённым. Некоторые из блоков были сброшены вниз по склону горы на равнину, по-видимому, их собирались унести...
1865 год. Пьяцци Смит, «Life and work at the great pyramid»:
…мы обратили своё внимание к восточной стороне Великой Пирамиды, каждый, кто читал тома Сэра Гарднера Уилкинсона, знает, что там имеется большое количество чёрных камней и часть базальтового фундамента… …Господин Гарднер Уилкинсон, с другой стороны, оказывается, если я понимаю его правильно, смотрит на базальтовую мостовую, как на остатками дороги для подноса блоков на строительство Пирамиды и защищает такую гипотезу… … После долгих обследований мы тоже оказались склонны согласиться с этим мнением…
Издавна и по многим признакам понятно, что заставший вместе с Жюлем Верном эру гигантских скачков в развитии техники Флиндерс Питри был великим археологом, но очень плохим механиком. Ему буквально во всём мерещилась инженерная гениальность египтян. Не только ему. Вторая половина 19 века – эпоха почти религиозного преклонения людей перед техническим прогрессом. Но уж очень не хочется признавать, что Питри был человеком, проползавшим весь Египет на животе, но не понявшим, что камень в Египте никогда не добывали в каменоломнях выпиливанием, что огромное количество характерных следов на блоках полов – признаки опиливаний (слова, слова, слова), обдирок, или шлифовок.
https://www.deepl.com/ru/translator
1881 год. Флиндерс Питри, «The pyramids and temples of Gizeh» 1883:
Базальтовая вымостка - прекрасная работа, покрывающая более трети акра. Базальтовые блоки всесторонне опилены и подогнаны друг к другу (The blocks of basalt are all sawn and fitted together); они уложены на постель из известняка такого хорошего качества, что арабы позже разрушили большую часть этого сооружения, чтоб изъять известняк для пережигания. Я убедился, что известняк хотя бы и тонким слоем, но непременно подложен под каждый блок. Только около четверти блоков этого мощения остаются in situ, и ни одного из них нет по периметру; их расположение, следовательно, может быть установлено только по границам вырезов в скальном основании…
Профессор Рейснер (США):
...в 1903 концессии были переданы профессору Штайндорфу из Лейпцига, профессору Скьяпарелли из Турина, и мне, в то время директору египетской экспедиции (Фиби) Херст. Нам было предложено разделить поле между собой по-дружески. «Поделить пирамиды» оказалось легко: итальянцы хотели получить первую, немцы - вторую, а я был готов принять третью...
1904 год. Эрнесто Скьяпарелли "явил пол свету":
В 1904 году профессор Туринского университета Эрнесто Скьяпарелли во время раскопок мастаб коснулся и храма при пирамиде Хеопса, явив по этому случаю свету базальтовый пол. Однако, ничего не известно о каких-либо дальнейших результатах этих раскопок.
Регулярных отчётов о работах Скьяпарелли не существует, сохранились только разрозненные дневниковые тезисы. Очень скоро он отказался от раскопок и передал свою концессию Джорджу Рейснеру, США.
Сдвиг с мёртвой точки начался с появлением у восточной стороны пирамиды Селима Хассана в 1939 году.
1939 год. Селим Хассан, «The Great Pyramid of Khufu and its Mortuary Chapel»:
…из всех видимых единиц погребального комплекса Хуфу более всего пострадала часть к востоку от Великой пирамиды. Посетитель, проходящий по этому месту, не видит ничего, кроме жалких остатков некогда прекрасного базальтового мощения…
…Ввиду чрезвычайно плохого состояния западной части храма я предпочитаю не рисковать своими предположениями о его плане, но прилагаю эскизы, сделанные опытными архитекторами Лоэ и Рике; и предоставляю читателю самостоятельно решать, действительно ли существующие остатки соответствуют их реконструкциям. Я могу сказать только, что очень рискованно гадать о виде любой части храма Хуфу, поскольку очевидно, что он не напоминает ни одного из более ранних, или более поздних храмов подобного назначения. Кроме того, вышеупомянутые господа чертили свои планы несколькими годами позже наших раскопок.
1947 год. Работы Лоэ (Льоэра, Лауера) и план пола
1949 год. Строительство департаментом по туризму дороги, проходящей через пол храма для удобства подвоза туристов на автобусах. Скорее всего, заявление Захи Хавасса о 1949 годе ошибочно. Велика вероятность, что Египту в это время могло быть и не до автобусов с туристами в Гизе… …велика вероятность, что в это время в Египте могли постреливать…
1960 год. Строительство департаментом по туризму дороги через пол храма (слова из другого источника). 1960 год подтвердился пристрастным расследованием (https://vk.com/@chtomoglidrevnie-asfalt-gizy). Асфальтированные участки дороги с юга и с севера пристыковали к остаткам базальтового пола. В целом, на регулярный массив пола асфальт класть не стали, но с южной стороны несколько блоков, лежащих in situ отдельно, всё же, попали под асфальт…
1965. Вито Мараджиоглио «L'architettura delle piramidi Menfite, parte IV, La Grande Piramide di Cheope» :
...Вокруг двора храма размещалась галерея с колоннами, а его мощение было сделано из базальтовых блоков неправильной формы, но хорошо уложенных. Можно отметить, что стороны базальтовых блоков были почти сплошь опилены, а затем зазоры устранены ударами молота. Опиливание велось не вертикально, а почти всегда слегка наискось. Получавшийся в результате у некоторых блоков остроугольный верхний край затем правился дроблением, очевидно, чтобы добиться тонких и аккуратных швов между блоками. В случаях, когда опиленная часть оказывалась выпяченной наружу, всё её «лицо» спрямляли ударами. В одном случае мы обнаружили опиливания, направленные навстречу от двух противоположных сторон блока. Эти опиливания оказались не в одной плоскости и не совпадали, сойдясь в середине блока: их стык оказался грубо сколот и в данном случае ударами молота сглажен не был. Сегодня всё ещё существует около четверти оригинального мощения, базальтовые блоки которого уложены на фундамент из высококачественных белых известняковых плит, врезанных в скалу. В некоторых случаях известняковые плиты очень тонки, и Питри утверждает, что ни один из блоков базальтового покрытия не уложен без собственной известняковой прокладки. Очевидно, известняковые плиты, подкладывавшиеся под базальтовые, варьировались по толщине для нивелирования уровня мощения. Действительно, там, где базальтовые блоки тоньше, или где скала ниже в силу общего наклона к востоку, известняковые плиты толще. В зоне храма природная скала срезана (где это возможно) до того же уровня, что и под тротуаром пирамиды. В некоторых местах, где скала оказалась ниже, или плохого качества, до нужного уровня она была доведена с помощью вставленных блоков местного известняка. Довольно большой участок такой работы виден к западу от северной части двора.
1970-е годы. Выпиливание каналов в скальном основании плато восточнее и западнее пола, укладка в них кабелей электроснабжения для музея лодки Хуфу.
1991. Начало работ по снятию асфальтового покрытия дороги.
Захи Хавасс, «A Master Plan for the Management and Conservation of the Giza Plateau» (2005):
…дорога, протянутая в 1949(sic!) году через заупокойный храм Хуфу, была убрана, базальтовое мощение храма очищено…
…там имеется большое количество чёрных камней… (Пьяцци Смит)
На фотоснимках (см. Рис.09) работ Селима Хассана сохранившаяся регулярная часть пола храма окружена блоками и осколками базальта.
На некоторых из камней есть надпилы…
Первое и главное, что объединяет такие камни, и что в них настораживает, - то, что камни с надпилами не принадлежит массиву пола, все они разбросаны вокруг и сегодня: либо валяются на скальном плато вокруг пола по отдельности, либо в собранных персоналом Гизы грудах других осколков пола.
Второе, – это отнюдь не те обработанные со всех сторон блоки базальта, какими они были в храме изначально, это бесформенные, грубо обколотые со всех сторон базальтовые глыбы и осколки самых разных размеров, не могшие в таком виде составлять пол.
Третья (менее регулярная черта) – часто они довольно крупны и соизмеримы с блоками базальта, продолжающими принадлежать полу.
Главная черта - это именно надпилы (слова, слова, слова!). То есть, другими словами, над глыбами «начали действия и не окончили их».
Верхний погребальный храм царя Хуфу имел по периметру стену, внутреннюю гранитную колоннаду с архитравами и был завершённым строением.
Странно было бы предполагать наличие в составе пола законченного культового строения незаконченных блоков, бесформенных глыб. Не просто «странно». Это – униженно осторожная оценка. Верная оценка – в составе готового и красивого пола таких бесформенных камней, да ещё и с надпилами (т.е., незаконченными операциями), быть не могло. Их и не было.
Откуда здесь взялись бесформенные каменные глыбы? А откуда здесь взялись бесформенные каменные глыбы с надпилами и спилами?
Ответ довольно прост. Когда храм был ещё цел, в составе пола они тоже были ещё целыми, гладкими, и совсем не бесформенными.
Потом постепенно храм стал разрушаться временем и людьми.
Большие и тяжёлые гранитные архитравы (их осколки Рейснер находил поблизости, на восточном кладбище) падая вниз, крошили плиты мощения храмового пола. И гранит колонн, и архитравов, и камни мощения от периметра и всё далее к центру растаскивались для своих нужд разномастными ворами.
Вайз находил блоки базальтового пола вовсе вдалеке: Некоторые из блоков были сброшены вниз по склону горы на равнину, по-видимому, их собирались унести.
В общем, ясно, как вокруг пола появились разрозненные бесформенные куски базальта.
Но когда и для чего появились надпилы на крупных бесформенных каменных глыбах, уже вынутых и разбросанных древними расхитителями пола?
Попытка получить ответ на этот вопрос возвращает нас к 1939, 1947 и 1961 годам пунктирного обзора истории пола в двадцатом веке.
Учтя перспективные искажения видов пола, я попробовал накладывать на них план Лоэ.
Надо сказать, как-то не верилось в точность плана. Напрасно не верилось! Лоэ сделал не просто кроки, он провёл точную геодезическую съёмку конфигурации регулярной части пола. Похоже, на плане соблюдена даже форма отдельных блоков в полу!
План идеально совпал с контурами пола, существующими в действительности!
Видно, что к регулярным остаткам пола, обнаруженным Селимом Хассаном в 1939 году и обмерянным Жаном-Филиппом Лоэ в 1946-47 годах, в 1960 году сделана существенная добавка рабочими департамента по туризму. При прокладке дороги задача состояла в таком восстановлении поверхности пола, чтобы заделанными оказались неровности, выбитые падением гранитных архитравов храма, и пол выдерживал движение автобусов с туристами.
Если судить по тому, какие именно части пола восполнены, напрашивается мысль, что первоначально ремонтниками (речь не об исторической реконструкции —реставрации!) планировалось восстановить его древнюю прямоугольную конфигурацию полностью. Восполнению и попыткам выравнивания поверхности подверглись и такие участки пола, которые лежат даже очень далеко за контурами кромок дороги, если их условно продолжить по поверхности пола.
Потом, наверное, такой объём восстановления сочли экономически нецелесообразным. Или, присмотревшись к качеству созданных современными рабочими частей (Рис.27-33) в сравнении с качеством древних, решили не продолжать…
С 1991 года дороги больше нет, а добавления и заплатки остались. Обходя пол, можно разглядеть, из чего и как сделаны эти заплатки и добавления.
О камнях с надпилами я говорил: … первое и главное, что объединяет такие камни, и, что в них настораживает, - то, что камни с надпилами не принадлежит массиву пола, все они разбросаны вокруг и сегодня… Сказанное не справедливо по отношению только к одному камню. Это единственный камень с надпилами в составе древнего массива пола in situ. Лежащий на своём штатном месте (!) камень с надпилами.
Часть верхней поверхности этого камня сбита или упавшими сверху элементами конструкции храма, или расхитителями, неудачно пытавшимися выковырять его из массива. Скорее – второе, поскольку верхняя поверхность граничащего с ним с востока камня (тоже потерявшего целостность) не сбита.
На Рис.23 видно, что выемка в точке «1» заделана мелкими осколками, хотя эта точка находится довольно далеко от кромки дороги. У «реставраторов» всё ещё были обширные планы! А дополнительная порция свежего цементного раствора добавлена сюда ещё и в 21 веке!
На передней (для зрителя) поверхности камня (Рис.20, 21,23), у левого доступного угла, пару раз примерившись, дисковой, или (что вероятнее) цепной пилой начали надпил, в плоскости которого логично было сколоть повреждённую верхнюю часть камня.
Доходчивый древний пример для подражания лежит всего в полутора шагах левее. Снимок (Рис.25) вполне разъясняет, к чему стремились ремонтники, когда реставрационные работы были в разгаре – сделав предварительные горизонтальные надпилы, сколоть повреждённую верхнюю часть камня и застелить её место свежей базальтовой пластиной для создания удобной автомобильной площадки на поверхности пола.
А потом реставрационные работы остановили, оставив пол нелепейшим образом расширенным и поправленным в необъяснимых теперь местах. Да ещё и с тремя надпилами, необратимо вредящими психике определённого рода публики. Сейчас, когда и самой дороги-то давно уже нет, и тем, кто о ней не знает, логика восстановительных работ и вовсе не понятна.
Вернёмся к камням с надпилами, разбросанным сейчас поблизости.
Обходя пол по периметру и сопоставляя его нынешнее состояние с планом Лоэ, интересно наблюдать и анализировать происхождение появившихся в лакунах «восполнений». То в виде установленных блоков, если удалось среди осколков разыскать подходящий плоский сверху и устойчивый, пусть и битый по сторонам, то в виде вклеенных на цементном растворе разнокалиберных осколков: лишь бы осколок имел подобие плоскости, кверху которой его и вклеили.
Если не находилось подходящего по конфигурации блока, или осколка, таковой, возможно, изготавливали на месте из походящей по калибру валяющейся поблизости глыбы. Если была надобность — возможно, опиливали её до придания нужной формы, или даже в каких-то случаях распиливали. Иногда приступали к изготовлению нужной заплатки, начав распиливать подходящий камень (Рис.14,15), но бросали работу по какой-то причине. Вот отсюда и глыбы с надпилами.
Сразу бросается в глаза, что «восполняющие» блоки и камни по большей части не имеют на боковых сторонах ни следов ударов, ни следов опиливания, поскольку взяты из груд повреждённых, колотых глыб. На боковых повехностях стоящих in situ «родных» блоков пола непременно присутствуют следы дробления и опиливания. В качестве восполняющих кое-где использованы и найденные целые древние блоки (например, в стороне от дороги в большую лакуну установлен огромный такой блок, (рис.33), но таких немного.
В заключение рассказа о «чёрных камнях» - ещё несколько фотографий участков пола, восполненных в период строительства туристской дороги.
***
Несколько слов о частностях
Асфальт на базальте Хуфу
Как сказано в подписи к рис.12, на базальтовый массив пола асфальт не клали. Но под асфальт примыкания дороги попали несколько отдельно стоящих к югу от пола блоков.
Здесь на плане пола они обведены красным овалом, а красной стрелкой обозначены видный на переднем плане первого снимка самый южный из камней массива и направление оси объектива. На следующем снимке - не снятые с этих блоков остатки асфальтового покрытия.
Надпилы на поверхности пола в Абусире
Можно было бы предположить, что в древности, используя уже установленные блоки пола в качестве подложки, здесь восходящие швы каких-то пар камней пропиливали для плотной стыковки.
Но видно, что эти случайные надпилы проходят по зоне уже развившейся характерной для базальта эрозии. Значит надпилы не древние и сделаны уже при реставрационных работах, идущих в Абусире широчайшим фронтом. Это следы работы с камнем современных бензо-, или электрических инструментов, на этот участок пола что-то положили и распилили, повредив при этом древнюю подложку. Возможно, современные реставраторы прямо здесь, на месте изготавливали что-то из только что привезённого базальта.
Снова «чёрные камни».
Среди лежащих сейчас вне главного массива блоков пола Хуфу есть два своеобразных назначением. Хотя они и лежат особняком, но лежат на своих штатных местах, и вцементированы в скальное основание: самый восточный и самый северный. Восточный – блок в центральном входе храма, северный (это фактически тесно составленная спарка блоков) - в проходе, выводившем во внутренний дворик, непосредственно окружавший основание пирамиды. Назовём условно эти блоки «порогами», входным (1) и выходным (2). Эти пороговые блоки интересны тем, что на них можно различить следы всех, пожалуй, видов обработки базальта, применявшиеся египтянами в работе с храмовыми полами, включая сверления.
Входной порог - огромный, испещрённый со всех сторон протяжёнными трещинами камень. На его очень сильно эродированной верхней поверхности сохранились остатки четырёх цилиндрических углублений, полученных методом трубчатого сверления со свободным абразивом. Сохранились их круглые донышки, но стенки когда-то цилиндрических углублений разрушены временем. Эти углубления могли служить ступицами дверных створок, или элементами крепления деревянных дверных косяков. Возможно, они были сделаны для установки какого-то декора, например, деревянных столбов, на входе в храм с ритуальной дороги.
В западной части северной и южной боковых сторон порога имеются выборки, и он, таким образом, сужен к западной стороне; видимо, этого потребовали особенности сопряжения его северной и южной боковых поверхностей с примыкающими торцами дверного проёма восточной стены храма.
Выходной порог – плотно состыкованная спарка больших камней в одном из узких проходов, ведущих из храма в дворик пирамиды.
Таков пол верхнего припирамидального храма царя Хуфу в начале 21 века н.э., сегодня.
О приёмах работы с базальтом храмовых полов – в продолжении.
***
Старый базальт Старого царства
О.В.Кругляков, лето 2012 - осень 2014 – лето 2020
Часть вторая: дробить, шлифовать…
Базальтовые полы царских храмов Старого (Древнего) царства в Египте создают некоторые вопросы относительно методов обработки камня. А вслед — и спекуляции на эту тему.
Сначала – об особенностях добычи. Добыча камня твёрдых пород в Египте Старого царства велась долблением, а в подавляющем большинстве случаев – просто сбором глыб подходящего размера с поверхности месторождений.
В отношении базальта, по причине специфической структуры его массивов, использовали особый метод добычи. На рис.1 - природные «стенки» базальтового карьера Видан-эл-Фарас, расположенного к северо-западу от Файюмского оазиса. На левом кадре за первой стенкой видна вторая, правее – третья, вдалеке – четвёртая. Пространство вокруг усыпано базальтовыми, среди прочих, и довольно крупными обломками из таких, рассыпавшихся со временем стенок.
Рабочие царя могли сколоть (или разобрать, если поддавался) передний слой стенки, предварительно пронумеровав каждую глыбу. Затем – сколоть излишки толщины (которая ближайшем будущем станет высотой) глыб примерно до одного уровня. Получалась грубая заготовка какого-то из участков будущего пола, планировку кладки которого модно называть «полигональной». Точной же нивелировки могли добиваться уже на месте укладки, используя вырезы в скальном основании храма, или известняковые прокладки (читать Питри!) на растворе.
***
Отступление о «словах, словах, словах»: Жан Пьер Протцен для обозначения швов, в которых блоки соприкасаются боковыми поверхностями, придумал прекрасное определение, «восходящие швы». Так называть их гораздо правильнее, чем «вертикальными», поскольку вертикальными они оказываются исключительно редко, чаще имеют наклон. А швы, в которых камни соприкасаются верхними и нижними поверхностями он называет «лежачими», что тоже гораздо правильнее «горизонтальных», поскольку чаще всего они вовсе не горизонтальны. Два универсальных и очень удобных определения.
***
Линии многих естественных расколов-трещин естественного базальтового массива часто непрямолинейны и имеют раскрошившиеся из-за температурных сжатий - расширений края. Чтобы швы будущего пола сверху выглядели аккуратно, их во многих случаях следовало дополнительно доработать. Как следовало доработать и восходящие стенки ниже видимых на поверхности швов.
Для работы с базальтом египтянами использовались:
- крупномасштабная ударная обработка каменными шарами-молотами,
- более тонкая ударная обработка клевками остроконечного каменного инструмента,
- обдирка (опиливание), шлифовка крупными и мелкими тёрками из песчаника, шлифовка несвязанным абразивом
- надпиливание и последовательное скалывание нескольких «пластин» большого камня с целью создания необходимых вырезов, выемок,
- чередование, или комбинация всех перечисленных приёмов.
Попробуем разобраться в этих способах обработки. Вынутые из природных стенок, или подобранные из россыпей карьера годные для работ крупные осколки базальта имели со всех сторон естественные сколы, поэтому все они обязательно подвергались первичной ударной обработке, первичной обдирке, шлифовке, или их комбинациям.
И опять, слова, слова, слова…
Следует хорошенько договориться о терминологии, которой мы станем придерживаться для однозначности (хотя бы в границах этой статьи) суждений о способах обработки камня;
Русский язык позволяет вносить глубокие смысловые оттенки в то, что мы желаем сказать.
Надкусить, прокусить, скусить, откусить… Эти четыре слова несут разные смыслы. Надкусить – куснуть слегка, не прокусывая и не откусывая. Прокусить – куснуть серьёзно, насквозь, уверенно и со знанием дела. Скусить (команда стрелкам 18-го века: скусить патрон) и откусить – куснув ещё увереннее, напрочь отделить что-то от «массива».
Вот так же и с русским понятием «пиление».
Это вам не убогое английское saw, которое у них, похоже, на все случаи жизни. У читателей – почитателей технических талантов Флиндерса Питри, saw – глагол тоже на все случаи жизни: The blocks of basalt are all sawn and fitted together.
Sawn! Выпилены (из карьера)? Распилены здесь, на месте? Отпилены (друг от друга?) Опилены (для подгонки друг к другу)? Что подразумевал гениальный археолог? Он подразумевал sawn, и всё тут. Ешьте досыта! Едят, и переводят везде «пропил», «пропилено». Понимаете, применительно ко всему, везде! Как Питри везде писал sawn…
Сам великий Питри увидел в полу Хуфу и описал пропилы! Идиотизм!
Попробуем быть тоньше и точнее. Не в рыбной торговле работаем!
Надпил. След, последствие начатого и неоконченного действия. Работа начата и не окончена, брошена. Присутствуют обе не разделённые в глубине стенки, между которыми работало полотно пилы.
Пропил. След, последствие начатого и логически завершённого действия. Работа окончена. Щелевидное отверстие.
Распил. След, последствие начатого и неоконченного действия. Работа не окончена. Присутствуют обе разделённые в глубине стенки, между которыми работало полотно пилы. Редчайшая разновидность "следа".
Спил. След, последствие начатого и логически завершённого действия. Работа окончена. Наличествует только одна из двух стенок, между которыми работало полотно пилы.
Опиливание – то же, что и обдирка, грубая шлифовка напильником, наждачным кругом, наждачной бумагой (связанным абразивом), несвязанным абразивом сухим, или в виде абразивной суспензии, перемещаемой по объекту обработки чем-либо…
***
Первый.
Египетский базальт легко поддаётся обработке ударом, и обрабатывается он ударом очень быстро, поэтому главным способом обработки базальта, использованным при изготовлении полов, был ударный. Дробление.
Ударная обработка, обработка дроблением, следует сказать, была вообще основным, самым часто применявшимся методом крупномасштабных работ с любыми породами камня в Египте, особенно, в самые древние периоды его истории.
Как велик бы ни был бы каменный молот, например, долеритовый отбойник, пятно удара - очень невелико (понятно, что разговор об относительных размерах здесь весьма условен).
Рассматриваем малый объём в составе базальтового массива строго под пятнышком удара, условный шарик базальта. Векторы сил от удара сверху внутри этого малого объёма распределяются эллипсоидным "ежом" (нижней половинкой эллипсоида вращения с плоской «площадкой удара» сверху). Ось этого эллипсоида (вектор максимальной силы) совпадает с направлением удара молотом. Сначала могут происходить частичные метаморфозы породы, порождаемые высокой температурой, возникающей в точке удара, отшелушивание чешуек камня, образуется пятнышко. Под пятнышком удара намечаются сдвиговые деформации, нарушения целостности, может образоваться язвочка. Со временем на месте первичных пятнышек после выветривания, вымывания через века – тысячелетия язвочки могут образоваться и массово.
На полу Хуфу в Гизе следы ударов сохранились преимущественно на боковых поверхностях блоков пола, верхние во многих случаях стёрты, скруглены и почти отполированы ходьбой сотен тысяч людей.
Ударные язвочки возникают и в результате вообще не встречающейся здесь более точной обработки базальтового изделия клевками остроконечного каменного инструмента, которая упомянута во втором пункте перечня способов обработки. Клевки – скорее методика поздних периодов истории Древнего Египта.
***
Третий – шлифовка.
Как показал эксперимент, египетские базальт и гранит очень хорошо шлифуются «ручными» тёрками из кварцита или песчаника. Они хорошо шлифуются и свободным абразивом.
Пример шлифовки верхнего края восходящей поверхности базальтового блока, до того уже обработанной ударами (пол храма Усеркафа в Саккаре), показан слева на рис.6. Усеркафов же блок, у которого для стыковки с соседним после обработки дроблением отшлифована практически вся восходящая поверхность, показан справа на рис.6.
На обоих снимках отлично видно, что предварительно обработанная ударами восходящая поверхность блока после этого отшлифована, но не слишком пристрастно и сквозь плоскость шлифовки слабее, или сильнее, но чётко проглядывают следы ударов, те самые язвочки.
Здесь (Рис.6, слева) старались улучшить смыкание рёбер блоков, сходящихся в шве на поверхности пола, нарушая описанную в отчёте Вито Мараджиоглио последовательность действий, «дробление после шлифовки»: …можно отметить, что стороны базальтовых блоков были почти сплошь опилены, а затем зазоры устранены ударами молота. Опиливание велось не вертикально, а почти всегда слегка наискось. Получавшийся в результате у некоторых блоков остроугольный верхний край затем правился дроблением, очевидно, чтобы добиться тонких и аккуратных швов между блоками. В случаях, когда опиленная часть оказывалась выпяченной наружу, всё её «лицо» спрямляли ударами...
Вторичная обработка могла и не производиться, либо она тоже была «корректирующей» ударной, иногда клевками. В зависимости от конкретных обстоятельств, «местных требований к конкретному месту пола» мог потребоваться следующий этап обработки - шлифовкой. А потом опять ударной. А потом… опять могла быть шлифовка.
Здесь многократно будут упоминаться:
– «по Мараджиоглио», то есть, «дробление после шлифовки» и
– «не по Мараджиоглио», то есть, «шлифовка после дробления»
Некоторые участки восходящих поверхностей, которые не планировали как-то особым образом сопрягать с ответными, могли оставлять вообще без обработки, чаще это относится к нижним частям восходящих поверхностей, как на рис.7 и 8.
Для шлифовки больших площадей с целью «выдерживания плоскости», по-видимому, использовали шлифовальные плиты из какой-то разновидности египетских песчаников (уже сказано: проверено, что египетский базальт прекрасно шлифуется египетским кварцитом).
На следующем снимке от Усеркафа (Рис.9) последовательность действий была «по Мараджиоглио», то есть, дроблением после шлифовки: верхнюю треть видимой восходящей поверхности камня для плотного смыкания в шве отшлифовли. Этого оказалось недостаточно и уже отшлифованную часть довели дроблением, немного углубили.
Обработка базальта дроблением , конечно, более груба, зато гораздо более эффективна и гораздо более быстра. То есть, более технологична.
Не обходилось без вполне обычных для Египта грубых огрехов в качестве работ. Это действительно очень характерно для скульптуры и архитектуры Египта: казалось бы, вот оно, вот, всё так ровно, так ювелирно сделано и… на тебе - какой-нибудь нелепейший ляп. Принесли отличную ровную кварцитовую плиту, стали ею шлифовать. Перекосили, выровняли, опять перекосили. И вовсе не обеспокоившись, "перешагнули и пошли дальше" (Рис.10, 11).
И совсем не очевидно, что «злой фараон» за это кого-то казнил!
На снимке Рис.14 видно пятно ударной обработки в левой нижней части, окружённое шлифованной поверхностью. Это что же, так локально долбили добротную плоскую шлифованную поверхность?
Такая ударная плешина осталась после шлифовки большой песчаниковой/кварцитовой плитой ранее обработанной дроблением поверхности. Шлифовальная плита не может прогибаться, повторяя углубления, получившиеся от излишнего рвения при ударной обработке. Здесь – шлифовка после дробления – «не по Мараджиоглио».
Единого рецепта на количество и чередование типов работ с базальтом полов наверняка не существовало. Трудно сейчас предположить, в каком именно случае точность сопряжения шва в полу, обеспечиваемая шлифовкой могла признаваться избыточной, и удовлетворялись просто изъязвлёнными ударными поверхностями...
Выше речь шла преимущественно об обработке восходящих поверхностей и сочленениях в восходящих швах.
У Хуфу верхние поверхности шлифованы и очень сильно изношены «пешеходной», и температурной эрозией (Рис.5, 34). У Усеркафа верхние поверхности не шлифовались, так и оставлены с язвочками ударной обработки (Рис 2, 38). На снимке (Рис.49) – изначально обработанная ударами, а затем отшлифованная поверхность пола в храме царя Ниусерра, не тронутая эрозией (Абусир).
Несколько слов о шлифовальных инструментах. Для шлифовки изделий "малых форм" египтяне пользовались ручными песчаниковыми (кварцитовыми) тёрками, помещавшимися в ладони (рис.24).
Хотя для обработки шлифовкой крупных изделий применялись и мелкие ручные тёрки. Но всё же, как для обработки длинной доски необходим уже не рубанок, а фуганок, так и для придания плоскостности при обдирке, опиливании, шлифовке протяжённой и широкой поверхности каменной глыбы ручной кварцитовой тёркой ("рубанком", условно) обходиться тяжело, нужен инструмент большой площади и протяжённости.
Такой инструмент не создаёт на обработанной им поверхности выемок и бугров, характерных следов, оставляемых тёрками малой площади (рис.58.). Для эффективной работы ему требуется приложение гораздо большей прижимной силы и, следовательно, и большей силы для его перемещения по заготовке.
Большие массивные шлифовальные плиты могли изготавливаться как специализированный инструмент. В условиях массовой необходимости в шлифовке, например, стен строений, в качестве шлифовальных инструментов могли в каких-то случаях использоваться и сами кладочные камни: отшлифовали одним камнем другой и уложили в кладку где-то поблизости. Может быть, именно поэтому, такие как на рис.25 гипотетические специализированные шлифовальные плиты трудно теперь идентифицировать в развалинах строений, тем более, что на них нанесены рельефы и надписи. А специализированным нет причин быть оставленными в готовом строении…
Имеющие первичную плоскостную ударную обработку камни базальтовых полов не только просто пригодны для шлифовки, но и удобны для этого, они просто-таки просятся быть использованными в качестве инструмента для шлифовки соседних в полу. Их могли использовать (что невредно и при применении специализированных, песчаниковых и кварцитовых) со свободным (несвязанным) абразивом. Часто (Рис.10,13) хорошо видно, что бороздки оставшееся после шлифовки сходятся, расходятся, пересекаются, это очень характерно для следов абразивной обработки. Сгустки свободного абразива могли образовывать глубокие групповые борозды, как на рис.26.
Тяжёлая шлифовальная плита на обрабатываемой поверхности могла от неравенства прилагаемых рабочими горизонтальных сил непроизвольно несколько менять траекторию, поворачиваться в движении, особенно легко - движимая по слою абразива. Бороздки и кромка шлифованной зоны становились изогнутыми (рис.23, 38).
Шлифовальная «плита» - условный термин, это в каких-то случаях мог быть и «блин», и «жернов». Край такого инструмента при дисбалансе горизонтальных сил мог в поступательном движении своим краем создавать прямолинейные и искриврённые «врезки» в обрабатываемую поверхность (рис.27), или создавать изогнутые кромки отшлифованной зоны.
***
Четвёртый – надпилы с последующим скалыванием.
Египтяне прекрасно умели обрабатывать камень свободным абразивом (шлифовка, трубчатое сверление). Следов же обработки камня, которые с полной уверенностью можно счесть результатами пиления, во всём Египте - единицы из единиц. Следов выпиливания камня не обнаружено ни в одном из древних карьеров Египта.
При применении абразивной суспензии в процессе распиловки, она совершенно свободно вытекает из рабочей зоны, выбрасывается движущимся возвратно-поступательно медным полотном пилы. Огромное количество абразива расходуется вхолостую и его расход получается неоправданно большим, а процесс длительным и трудоёмким.
Другая неприятная особенность таких работ со свободным абразивом - расширение профиля надпила от дна надпила к входу в него.
Полотно, работающее с абразивной суспензией, которая может заполнять надпил на всю высоту полотна пилы. "Стабилизируемой" остаётся только передняя кромка, а подаваемая в зазоры справа и слева от полотна пилы абразивная суспензия попадает не только в «полезную» рабочую зону у передней кромки, но и выше неё, и затирается между боковыми плоскостями полотна и стенками надпила. Здесь суспензия работает во вред, расширяя профиль от дна к входным кромкам.
Расширяющийся этаким клином к входу профиль надпила непредсказуемо снижает результирующую точность расположения задуманного пропила, спила, или надпила, особенно если требуется глубокий.
Думается, что именно по названным причинам (трудоёмкость, малая производительность, неоправданный расход абразива и непредсказуемость точности результата) пилили камень очень редко и очень неохотно. Но, всё же, пилили.
В полу Хуфу есть характерный пример упомянутого в перечне операций надпиливания с последовательным скалыванием «пластин» – в пороговом камнях храма (рис.29 и 30), где удалили области в виде выемок определённой «точной» конфигурации.
Надпиливание с последовательным скалыванием «пластин»… Почему был выбран именно этот способ, наверняка определить трудно. В каких-то других случаях выемки не меньшего объёма и с не худшей точностью сделаны выстукиванием каменным молотом: эффективно, быстро, дёшево. Технологично!
***
Некоторые из частностей
Неожиданный способ использования шлифовки.
Пусть двум блокам предстоит составить восходящий стык. Сопрягаемые поверхности обработаны ударами, но сходятся неплотно. Мешают нерегулярно выступающие, но незаметные сразу выпуклости – огрехи ударной обработки. Такие два блока составляются и в щели между ними, максимально плотно прижатыми друг к другу, производят абразивное шлифовальное пропиливание.
В результате, абразивной шлифовке подвергаются обе противолежащие поверхности. Суммарная толщина полотна пилы и «двух слоёв абразивной суспензии» должна быть не менее суммарной максимальной высоты неровностей на обеих сопрягаемых поверхностях.
Это тот случай, когда затирание абразивной дисперсии между полотном пилы и стенкой пропила выше рабочей кромки – полезное, нужное явление. Именно его и добиваются. А пила просто идёт вниз, не имея перед собой сплошного препятствия в виде дна надпила - процесс гораздо более быстрый, чем пиление.
Место, где выявилась долблёная плешина (см. снимок ниже), было незаметной до пропиливания выемкой после «долбёжки», до «дна» которой теперь не достал абразив в процессе шлифовки-пропиливания.
В статье и приложении использованы фотоснимки Валерия Senmuth Андросова, сайтов gizapyramids.org, isida-project.org и lah.ru, выловленные в различных точках интернета снимки и авторские.
Важное замечание. Упомянутое шлифовальное пропиливание швов осуществимо только тогда, когда есть пространства для движения пилы за её концами. По рис.3,например, ясно, что их может не быть.
Метод шлифовального пропиливания стыка был хорошо известен в Египте и массово применялся при строительстве пирамид для плотного сопряжения восходящих швов известняковой облицовки. А в пирамиде Менкаура он применён и для стыковки блоков облицовки гранитной. Во всех случаях на пирамидах такая работа велась непосредственно на штатном месте установки новых блоков, поэтому на нижележащем ряде блоков (поскольку кладка велась с перевязкой швов) обнаруживаются лёгкие надпилы. На следующих двух снимках на тротуарной отмостке пирамиды заметны надрезы от полотна пилы, которой провели шлифовальное пропиливание в зазоре между блоками известняковой облицовки (Дахшур, спутница Ломаной).
***
Шлифовка на цокольных блоках Ниусерра (снимки здесь с сайтов isida-project.org и lah.ru)
Нет возможности постичь логику древних строителей, оставлявших в закрытых (а часто и промазанных раствором) швах поверхности, полученные то ударной обработкой, то шлифовкой. То шлифовкой после ударной обработки, то ударной обработкой после шлифовки. Однако во всех случаях того, как выглядит готовая поверхность в результате, никто не может видеть: швы сомкнуты, соприкасающиеся поверхности скрыты внутри них.
Абусир. Цокольный ряд базальтовых блоков облицовки стены в боковом коридоре верхнего храма царя Ниусерра. На лежачей (слова, слова, слова) поверхности одного из них имеются отшлифованные участки, покрывающие около половины «глубины» ряда. Плоскость этих участков чуточку завалена, наклонена внутрь, к середине. А дальше в глубину стены идёт необработанный скол лежачей поверхности блока. Ровно установить поверх этого безобразия стеновые известняковые блоки можно только предварительно уложив толстый слой раствора. Строителей заботила только прямолинейность верхнего наружного лежачего ребра цоколя для обеспечения чёткого горизонтального шва, когда сюда окажутся установлены стеновые блоки храма. Ладно. Прекрасные кладки египтяне умудрялись создать всегда, в том числе и самыми неожиданными методами.
При взгляде на левый снимок (рис.33) напрашивается мысль, что шлифовка проведена единым махом сразу по всему установленному ряду блоков. В действительности же, оказывается, это ряд калиброванных по высоте блоков с ударной обработкой лицевых и, главное, лежачих поверхностей. И только лежачая поверхность второго блока на центральном снимке (на правом он тоже виден, но почти теряется в дали) – та самая, обработанная грубым обкалыванием и шлифовкой.
Похоже, для ряда не хватило специализированного и пришлось срочно приспособить и вставить блок несколько большей высоты и подготовленный для другого места.
Почему же блок решили именно шлифовать? Остаётся только гадать, почему его лежачую поверхность после грубого скалывания излишка высоты стали «уплощать» не дроблением, а менее технологичной обдиркой/шлифовкой.
Впрочем, судя по знакомым язвочкам, проглядывающим сквозь шлифованную плоскость, эту зону перед передним верхним ребром до шлифовки всё же подготовили дроблением.
Да, этот блок совершенно явно изначально был изготовлен более высоким и предназначался для использования в другом месте. Когда же его решили использовать здесь, пришлось его высоту уменьшить. Причём, поскольку здесь он становился цокольным блоком и на нём как и на других блоках цоколя предполагалось возвести кладку стены, значение имело качество - ровность и горизонтальность только его переднего верхнего ребра. Поэтому верхнюю часть блока довольно грубо скололи, однако, стараясь аккуратно обойтись с примыкающей к верхнему переднему ребру частью, которую после предварительной обработки точным дроблением ещё и дополнительно отшлифовали в зоне переднего ребра, заботясь только о том, чтобы всё, что за передней кромкой блока оказалось заведомо ниже её. Отсюда – завал отшлифованной зоны вниз, «внутрь» блока, и некритичный изгиб дальней её кромки. В конечном итоге, некрасивость полученной лежачей поверхности должна была скрыться в шве под надставленным выше стеновым блоком.
***
Шлифовали после дробления, шлифовали до дробления…
Не стоит в приёмах работ непременно искать натужную рациональность, высокие решения... Всё это люди. Просто люди с простыми подходами и простыми решениями. Работали и понимали связанное со своей работой, как могли.
На этом, «зарисовку» о методах крупномасштабных работ с базальтом в заупокойных храмах Старого царства и окончим.
***
В статье использованы фотоснимки Валерия Senmuth Андросова, сайтов gizapyramids.org, isida-project.org и lah.ru, выловленные в различных точках интернета снимки и авторские.
***
Литература.
John Greaves, «Pyramidographia, or, a description of the pyramids in Egypt», 1646
Richard William Howard-Vyse, «Operations carried on at the pyramids of Gizeh in 1837», 1837
Charles Piazzi Smyth, «Life and work at the great pyramid», 1867
W. M. Flinders Petrie, «The pyramids and temples of Gizeh», 1883
Г.Гюрих, «Минеральное царство», С.-Петербург, 1904
Selim Hassan, Excavations at Giza, Season 1938-39, «The Great Pyramid of Khufu and its Mortuary Chapel», 1960.
Silvio Curto, "Gli Scavi Italiani a El-Ghiza, 1903", 1965
Vito Maragioglio; Celeste Ambrogio Rinaldi; Jennifer Anne Zanini Jellis; Norah Keefe, «L'architettura delle piramidi Menfite, parte IV, La Grande Piramide di Cheope», 1965
Zahi Hawass, «A Master Plan for the Management and Conservation of the Giza Plateau»
***