Миф о «принудительной безработице»

Поскольку увольнение необходимо для того, чтобы устаревшие фирмы пришли в упадок или исчезли в пользу новых фирм, которые склонны приспосабливаться к изменениям индивидуальных предпочтений, возникает фрикционная безработица.

Очевидно, что безработица, вызванная нормативными актами (например, минимальной заработной платой, пособиями по безработице, профсоюзами), рассматривается как принудительная безработица. Экономисты этого не отрицают. Но некоторые все еще поддерживают идею о том, что фрикционную безработицу можно также назвать вынужденной безработицей.

Как мы увидим, это определение вынужденной безработицы не выдерживает критики. Хотя он и не верил в это определение, Джон М. Кейнс дает свое собственное определение в главе 2 "Общей теории" в письменном виде:

Ясно, что под "вынужденной" безработицей мы не подразумеваем простого существования неиспользованной трудоспособностью. Восьмичасовой рабочий день не является безработицей, потому что он не выходит за рамки человеческой способности работать десять часов. Мы также не должны рассматривать как "вынужденную" безработицу изъятие труда группой рабочих из-за того, что они не хотят работать меньше, чем за определенное реальное вознаграждение. Кроме того, было бы удобно исключить "фрикционную" безработицу из нашего определения " вынужденной’ безработицы. Таким образом, мое определение таково: Люди являются вынужденно безработными, если в случае небольшого повышения цены наемных товаров (то есть потребительских товаров) относительно денежной заработной платы (то есть номинальной заработной платы) как совокупное предложение рабочей силы, желающей работать за текущую денежную заработную плату, так и совокупный спрос на нее при этой заработной плате будут больше существующего объема занятости.

Прямой ответ [Генри] Хэзлитта Кейнсу гласит:

Заявление Кейнса упускает из виду тот факт, что такое увеличение занятости могло бы с равным успехом быть вызвано снижением ставок денежной заработной платы при сохранении цен на сырьевые товары. Однако признать такую возможность означало бы признать, что безработица на самом деле не была вынужденной.

(The Failure of the New Economics, 1959, с. 30)

Или дискуссию Уэрты де Сото, которую стоит процитировать полностью:

Однако есть два возможных пути к относительному снижению заработной платы: либо рабочий может принять более низкую номинальную заработную плату, либо он может согласиться работать в условиях, когда номинальная заработная плата остается неизменной, но цены на потребительские товары растут. Последний является более косвенным путем. Ни в том, ни в другом случае безработица не является принудительной: она является чисто добровольной в обоих случаях. В первом случае рабочий остается безработным, потому что он добровольно решает не работать за более низкую номинальную заработную плату. Во втором случае он соглашается работать только в том случае, если обманул себя, так как его реальная заработная плата падает, хотя номинальная остается прежней. (Другими словами, во втором случае он соглашается работать в условиях, когда цены на потребительские товары и услуги растут быстрее, чем заработная плата). На самом деле большинство политических предписаний Кейнса сводятся к попытке снизить безработицу путем снижения реальной заработной платы косвенным путем увеличения инфляции, а следовательно, и цен на потребительские товары, при сохранении постоянной номинальной заработной платы. Это средство потерпело неудачу не только потому, что рабочие больше не обманываются денежной иллюзией и требуют повышения номинальной заработной платы, которая, по крайней мере, компенсирует снижение покупательной способности денег, но и потому, что предлагаемое “лекарство”, помимо своей неэффективности, влечет за собой огромные социальные издержки экономических кризисов и спадов, которые провоцирует кредитная экспансия. Кроме того, мы должны понимать, что в значительной степени собственные предписания Кейнса, которые состоят в стимулировании эффективного спроса с помощью фискальных и монетарных мер, являются главными виновниками сохранения жесткой конъюнктуры на рынке труда и даже постепенного ее повышения, поскольку экономические агенты, в частности рабочие и профсоюзы, пришли к убеждению, что корректировка реальной заработной платы всегда должна принимать форму повышения общего уровня цен. Поэтому кейнсианская доктрина, вместо того чтобы быть “лекарством” от болезни, стала усугубляющим ее фактором.

(Money, Bank Credit, and Economic Cycles, 2009, p. 554)

И действительно, как предполагает Уэрта де Сото, поскольку уровень цен продолжает расти с течением времени, даже при низких темпах, люди явно не хотят сокращать заработную плату даже в обычное время, поскольку они могут предвидеть инфляцию в будущем, если они привыкли к росту цен. Таким образом, они предпочли бы выбрать (номинальное) повышение заработной платы, к которому они привыкли.

Тот факт, что падение реальной заработной платы (из-за инфляции) может привести к увеличению занятости, не означает, что эти работники ранее были готовы работать. Можно утверждать, что падение реальной заработной платы позволяет работодателям ослабить (хотя бы немного) условия, отличные от заработной платы, на которые они готовы наниматься, те условия, на которые ранее безработные неохотно соглашались. Но отказ - это личный выбор : “то, что человек может изменить свое мнение с течением времени, вряд ли подразумевает, что его предыдущий выбор был непроизвольным” (Инакомыслие по Кейнсу, 1992, с. 211). Нет смысла говорить о вынужденной безработице. Кроме того, Уильям Хатт в своей "Теории неиспользуемых ресурсов" высказал предположение, что , когда женщина по какой-либо причине перестает работать, ее положение следует рассматривать не как безработное или предпочитаемое безделье, а как занятое. Она предпочитает заниматься домашними делами, а не занятием на оплачиваемой работе:

... Таким образом, если жена покидает оплачиваемый рынок труда, когда ее мужу удается заработать больше, это может быть посвящение большего времени адекватному выполнению домашних услуг. Если это так, то было бы наиболее реалистично рассматривать ее состояние не как “предпочтительное безделье”, а как занятость, поскольку она проявила новое предпочтение, ни в коем случае не связанное с бездельем. Больше домашних услуг приобретается за счет денег жены — упущенного дохода.

(The Theory of Idle Resources, 1939, с. 40-41 сноска 5)

Как объяснял Уильям Хатт, Кейнс даже не понимал , что то, что он называл “вынужденной безработицей”, на самом деле означает “состояние с точки зрения готовности работать” (Hutt 1939, pp. 47-48). То есть люди не будут принимать работу на каких-либо условиях, а скорее потребуют определенных условий, прежде чем принять работу, таких как уровень заработной платы, на котором принимают как работники, так и работодатели. Хатт настаивает, что Кейнс не сумел отделить свою концепцию от детерминант предпочтительной безработицы. Людвиг фон Мизес в своей "Человеческой деятельности" ясно заявляет:

Накопление избыточных запасов и каталлактическая безработица рабочих являются спекулятивными. Владелец акций отказывается продавать по рыночной цене, потому что надеется получить более высокую цену позже. Безработный работник отказывается сменить род занятий или место жительства или довольствоваться более низкой оплатой труда, потому что надеется получить позже работу с более высокой оплатой по месту жительства и в той отрасли бизнеса, которая ему больше нравится. Оба не решаются приспособить свои претензии к текущей ситуации на рынке, потому что ждут изменения данных, которое изменит условия в их пользу. Их нерешительность-одна из причин, по которой система еще не приспособилась к условиям рынка.

(Human Action,1996, p. 579)

Различные соображения, которые могут побудить человека принять решение о безработице, можно классифицировать следующим образом:Индивид верит, что позже он найдет оплачиваемую работу в своем жилище и в той профессии, которая ему больше нравится и для которой он был обучен. Он стремится избежать расходов и других неудобств, связанных с переходом из одной профессии в другую и из одной географической точки в другую. Могут существовать особые условия, увеличивающие эти издержки. Рабочий, владеющий приусадебным участком, более прочно связан с местом своего жительства, чем люди, живущие на съемных квартирах. Замужняя женщина менее подвижна, чем незамужняя. Затем есть профессии, которые ухудшают способность работника возобновить свою предыдущую работу в более поздний срок. Часовщик, который некоторое время работает лесорубом, может потерять ловкость, необходимую для его предыдущей работы. Во всех этих случаях индивид выбирает временную безработицу, потому что он считает, что этот выбор в долгосрочной перспективе окупается лучше.

Существуют профессии, спрос на которые подвержен значительным сезонным колебаниям. В некоторые месяцы года спрос очень интенсивен, в другие месяцы он сокращается или вообще исчезает. Структура ставок заработной платы дисконтирует эти сезонные колебания. Подчиненные им отрасли промышленности могут конкурировать на рынке труда только в том случае, если заработная плата, которую они платят в хороший сезон, достаточно высока, чтобы компенсировать наемным работникам недостатки, обусловленные сезонной неравномерностью спроса. Тогда многие из рабочих, накопив часть своего обильного заработка в хорошее время года, остаются безработными в плохое время года.

Индивид выбирает временную безработицу по соображениям, которые в народе называют неэкономическими или даже иррациональными. Он не берется за работу, несовместимую с его религиозными, моральными и политическими убеждениями. Он избегает занятий, осуществление которых нанесло бы ущерб его социальному престижу. Он позволяет себе руководствоваться традиционными стандартами того, что подобает джентльмену, а что недостойно. Он не хочет потерять лицо или касту.

... Тот факт, что рабочий, уволенный в связи с изменениями, происходящими в организации производственных процессов, не пользуется мгновенно каждой возможностью получить другую работу, а ждет более благоприятной возможности, не является следствием запоздалости приспособления к изменению условий, а является одним из факторов, замедляющих темпы этого приспособления. Это не автоматическая реакция на произошедшие изменения , не зависящая от воли и выбора соответствующих соискателей, а результат их намеренных действий. Она спекулятивна, а не фрикционна.

(Human Action, 1996, pp. 598-600)

Поскольку человек не всеведущ, равновесие не достигается автоматически. Именно по этой причине заработная плата нуждается во времени для корректировки даже без регулирования (например, минимальная заработная плата, пособия по безработице, профсоюзы). Если бы соглашение не состоялось, это означало бы , что у работников есть претензии (на лучшую оплату или условия труда), которые работодатели не принимают : “Он считает, что поиск лучшей вакансии стоит риска немедленно потерять доход” (Hutt 1939, p. 24). Популярная идея о том, что работники не имеют никакой переговорной власти над работодателем, является спорной, как обсуждалось ранее :

‘Законы О Минимальной Заработной Плате Увеличивают Безработицу": Недоразумение

Но даже при крайнем допущении, что наемные рабочие склонны соглашаться на то, что этого недостаточно для того, чтобы избежать голода, нежелание принимать эту зарплату отражает желание человека, хотя у людей нет причин отказываться от оплачиваемой работы в этой ситуации : “Ищущие работу готовы пойти работать за любую заработную плату, даже если она недостаточна для сохранения их жизни. Они были бы счастливы отсрочить на некоторое время голодную смерть. (Human Action, p. 136).

Однако можно сказать, что отсутствие информации о возможностях трудоустройства затрудняет поиск работы. Опять же, эта идея пренебрегает самой сутью всего дела. Как уже говорилось выше, безработица в свободной экономике неизбежно носит спекулятивный характер и, следовательно, носит добровольный характер. То, что люди действительно хотят, - это не работа как таковая, а работа с определенной зарплатой, которая отражает состояние с точки зрения готовности работать. Затем Ротбард пишет:

Ведь если человек хочет просто “работать”, он может работать за нулевую зарплату или даже платить своему “работодателю”, чтобы тот работал на него. Другими словами, он мог бы получать “отрицательную зарплату". Теперь это никогда не могло бы произойти по той простой причине, что труд-это пустота, особенно по сравнению с досугом или “игрой”. Тем не менее, все беспокойство о “полной занятости” заставляет думать, что “работа”, а не доход от работы, является великим желанием. Если бы это было действительно так, то была бы отрицательная заработная плата, и не было бы никакой проблемы безработицы. Тот факт, что никто не будет работать за нулевую или отрицательную заработную плату, подразумевает, что в дополнение к получаемому им удовольствию работник нуждается в денежном доходе от своей работы. Таким образом, рабочий хочет не просто “работы” (которую он всегда мог бы получить в крайнем случае, заплатив за нее), но работы за плату.

(Man, Economy, and State, 2009, с. 583)

Таким образом, наличие информационной асимметрии не означает, что мы должны принять концепцию вынужденной безработицы. Сказать иначе означало бы, что любая неудача в согласии с кем-то другим обязательно непроизвольна. Ганс Герман Хоппе подчеркивает полную бессмыслицу этой идеи:

Утверждение о том, что принудительная безработица возможна в рамках экономики частной собственности, как это было описано выше, вызвано элементарной логико-концептуальной путаницей: оно игнорирует тот факт, что занятость является делом двух сторон, то есть обмен, который, как и любой добровольный обмен, может иметь место только в том случае, если он считается взаимовыгодным, двусторонним. Причислять кого-либо к вынужденным безработным, если он не может найти никого, кто согласился бы удовлетворить его односторонне установленные требования о найме, имеет не больше смысла, чем называть человека, ищущего жену, дом или "Мерседес", вынужденно лишенным жены, бездомным или "Мерседесом", потому что никто не хочет жениться на нем или предоставить ему дом или "Мерседес" на условиях, которые этот человек в одностороннем порядке определил как приемлемые для него. Абсурд и противоречие приведут к этому. Ибо тогда не только пришлось бы принять, как другую сторону той же монеты, что бойкотирующий работодатель, женщина или владелец дома или Мерседеса, в свою очередь, должны были бы рассматриваться как вынужденный неработающий, не женатый или не торгующий домом или Мерседесом, потому что его/ее односторонние требования не были выполнены потенциальным работником, будущим мужем или потенциальным владельцем дома или Мерседеса так же, как они не выполнили его. Более того, поскольку и потенциальный работник, и потенциальный работодатель классифицируются как вынужденно являющиеся тем, чем они являются, поскольку между ними не было достигнуто взаимного соглашения, создание “добровольной занятости” означало бы принуждение одной или обеих сторон принять обмен, условия которого одна или обе стороны считают неприемлемыми.

(The Economics and Ethics of Private Property, 2006, pp. 141-142 сноска 7)

То, что Кейнс имел бы в виду под вынужденной безработицей, не имеет значения, поскольку мы показали, в чем понятие “принудительной безработицы” бессмысленно. Безработица, так же как и занятость, в свободной рыночной экономике всегда носит добровольный характер. Иными словами, безработица не является проблемой в свободной экономике.

Оригинал: https://menghublog.wordpress.com/2012/11/15/the-myth-of-involuntary-unemployment/

Перевод — Кирилл Ланде