«Бэтмен. Последний рыцарь на Земле», Скотт Снайдер, Грег Капулло. Рецензия
Можно по-разному относиться к творчеству Скотта Снайдера, однако есть один неоспоримый факт. Снайдер — вдохновенный бард апокалипсиса. Размер и масштаб трагедии не имеют особого значения. Он с лёгкостью может организовать Судный день как в отдельно взятом Готэме (вспомните, сколько раз он разрушал несчастный город в рамках своего рана о Тёмном Рыцаре), так и во всей Мультивселенной разом. В «Последнем рыцаре на Земле» разыгрываемая драма ограничилась пределами земного шара. Но этого оказалось достаточно для того, чтобы выдать потрясающие воображение мрачные картины возможного будущего. Будущего, в котором одинокая фигура бредёт через безжизненные пустыни, сжимая в руке фонарь с без умолку болтающей головой Джокера. Мимо смерчей, кривящихся размытыми лицами Флэшей. Сквозь взбесившиеся проекции колец силы, сломивших волю своих владельцев. Он бредёт в свой город, в очередной раз лишившись всякой надежды.
Комикс «Последний рыцарь на Земле» является вольной фантазией на тему «Что было бы, если бы Снайдер остался на серии о Бэтмене». Идея с бесконечным самоклонированием сводилась к тому, что каждому времени нужен свой Бэтмен. Вот только на этот раз время сошло с ума. Желая потешить самолюбие (а заодно и продемонстрировать понимание человеческой природы), Лекс Лютор бросил вызов Супермену. Последние дебаты, где проигравший получает смерть. Но игра вышла из-под контроля, и обезумевшая толпа, подобно зверью, принялась разрывать на куски своих вчерашних богов. Только один из клонов Брюса Уэйна, взявший имя Омега, смог противопоставить что-то хаосу, воцарившемуся на планете. Это был тот герой, которого люди заслужили — жестокий и деспотичный. Железной рукой он подчинил практически всё своей воле. Однако, вопреки взятому имени, Омега не был последним клоном. А значит, где-то ещё осталась надежда на справедливость, пусть это слово и звучит до неприличия абсурдно в новом безумном мире.
Одной этой завязки хватило бы, чтобы написать захватывающий роман об умирающей цивилизации, благо Грег Капулло идеально чувствует тоску опустошённого мира, перенося её в свои рисунки. Но Снайдер желает рассказать читателю историю более сложную, нежели вариация очередного сюжета о борьбе клонов за право называться тем самым оригиналом. В «Последнем рыцаре» он создаёт сложное многослойное полотно, наполненное метафорами и аллюзиями. Здесь тревожные сны переплетаются с кошмаром, ставшим явью. Ткань реальности настолько тонка, что кажется, будто два мира начали сливаться в единую химеру, извлекая из глубин подсознания потаённые страхи и подавленные желания. Никаких больше абсолютных величин. Даже смерть родителей Брюса перестаёт быть универсальной константой, определяющей дальнейшее развитие героя и мира вокруг него. Мира, утонувшего во лжи. И эта ложь породила настоящих монстров, которые оказались страшнее психов, ряженных в карнавальные костюмы.
«Последний рыцарь на Земле» — это «Малхолланд Драйв» от мира комиксов. Сюжетные осколки понятны и просты по отдельности, и при определённой уверенности они выстраиваются в несложный сюжет. Но для того, чтобы понять весь их смысл, Снайдер, как и Линч, требует от читателя предельной внимательности и отдачи. Здесь нет лишних эпизодов, хотя порой и возникает ощущение, будто они добавлены исключительно ради эмоционального резонанса. Но в том-то и загвоздка, что в этот раз любая, даже самая незначительная на первый взгляд деталь обязательно выстрелит. И если вы допустите неосторожность усомниться в своём понимании комикса, он сразу же начнёт обрастать причудливыми толкованиями. Семя сомнения прорастёт во что-то большее, и тогда вы получите совсем другую историю. Главным героем в ней станет Омега. И грезить он будет вовсе не о мировом порядке, как пытался убедить нас автор. Впрочем, у Снайдера летучие мыши совсем не то, чем кажутся. Да и рассказчик истории в этот раз не то чтобы очень надёжный. С другой стороны, кому верить в безумном мире, если не Джокеру (вернее тому, что от него осталось)?
Скотт Снайдер задаёт вопросы, которые уже не раз звучали на страницах комиксов о Бэтмене. Что заставило мальчика надеть костюм летучей мыши и выйти на ночное дежурство? Защитил ли он свой город от зла или наоборот стал тем маяком, на свет которого слетелись монстры всех мастей? Нужен ли был этот герой Готэму? Но Снайдеру удаётся добавить некоторой новизны в привычные ответы. Например, в какой-то момент он отводит Джокеру роль лечащего врача. Но в данном случае речь идёт не просто о реверсе «пациент-врач». Снайдер даёт нам понять, что Джокер стал для Бэтмена тем доктором, который смог предложить герою универсальное обезболивающее. И подобных откровений в «Последнем рыцаре» достаточно много.
Смешивая жанры, нарезая сюжет и расставляя получившиеся кусочки в причудливом порядке, Снайдер создаёт удивительную притчу о борьбе, справедливости и надежде. Эти три символа становятся основным стержнем «Последнего рыцаря». Они придают жизни смысл, наполняя её целями, ради которых можно пожертвовать всем. И это самопожертвование позволяет искупить грехи. Причём не только свои, но и всего человечества. Ведь именно человек (пусть клонированный, но всё же человек) надевает плащ Последнего Рыцаря для того, чтобы подарить столь желанную надежду. Старые боги пали, новым только предстоит родиться (и, как сокрушается Лекс Лютер, не факт, что это произойдёт вообще). А до тех пор Бэтмен будет нести свой дозор, напоминая, что «справедливость» — явно не то слово, от которого можно отмахнуться. Скорее, это и есть та константа, на которой держится шаткий мир.
Книга предоставлена на обзор издательством «Азбука».
Константин Большаков,
ComicsBoom!