«Собакистан. Щенки», Виталий Терлецкий, Катя. Рецензия
Любой империи рано или поздно приходит конец. Сотрясаемая внешними и внутренними силами, она стремительно рушится, оставляя после себя лишь испуганных свидетелей былого величия. При определённом стечении обстоятельств на этих руинах ещё возможно возникновение нового государства, на первых порах стыдливо прячущего воспоминания о своей прошлой жизни.
Обветшалые мозаики покрываются ругательными письменами, снесённые памятники сдаются в утиль как цветмет, осколки государственной символики оседают на полках заядлых коллекционеров. Странный и непонятный период безвременья, когда эйфория от накатившей свободы смешивается со страхом неопределённости. Старые механизмы и схемы продемонстрировали свою нежизнеспособность, новые ещё не смогли оформиться во что-то более-менее приличное и устойчивое. Если вам довелось жить в девяностых на территории нашей необъятной, то вы видели это своими глазами. Если же нет, то добро пожаловать в новый свободный «Собакистан», вышедший из-под пера творческого дуэта Виталия Терлецкого и Кати Чинаски.
Для того чтобы разобраться, что к чему в «Щенках», наличие оригинального «Собакистана» под рукой вовсе не обязательно (правда, в этом случае вы пропускаете весьма злободневную антиутопию). Наоборот, расплывчатые знания о существовании первой части ставят вас в равные условия с Вуфом и Ханни Свит Лав. Со свойственным детям любопытством щенки пытаются раскрыть тайну личности загадочного товарища Дружка, вот только взрослые не спешат делиться знаниями о биографии бывшего вождя. Его имя осознанно предано забвению, и всяческие попытки восстановить истину встречают жёсткий отпор. Государство, в котором процветала жёсткая цензура, столкнулось с цензурой новой, порождающей новые полуправды, в которых и взрослому псу было бы непросто разобраться, что уж говорить о совсем юных щенках. Создавшийся информационный вакуум нечем заполнить, взрослые слишком заняты выживанием, молодняк же оставлен на откуп самому себе. Кто в такое время думает о будущем? Все планы ограничены ближайшими днями.
Если первый «Собакистан» был фантасмагоричной антиутопией, впитавшей в себя черты многих тоталитарных государств, почивших и здравствующих, то «Щенки» — это незамысловатый школьный детектив, разыгранный в реальных декорациях. И от осознания этой реальности становится ещё страшнее. Собакистан перестал быть обобщённой абстракцией, в которой каждый мог найти какие-то неприятные для себя черты. Теперь это определённая страна с её трагедией и жутким безвременьем, когда стрелки внутренних компасов начинают плясать качучу. Здесь ещё непонятно кто прав, а кто нет, здесь нет героев и у каждого своя правда. Но именно в такой момент правда не равна истине. Для того, чтобы разобраться во всей этой смуте, нужно время. Это понимаем мы, живущие сейчас и перешагнувшие через то десятилетие, но это ещё не понимают Вуф и Ханни, отчаянно пытающиеся найти ответы на не самые простые вопросы о жизненных ценностях, свободе и правде.
Конечно, они озвучат своё понимание происходящего вокруг. Но в их ответах будет много детской неподдельной наивности. Истины сведены до простых лемм, которые, кажется, и не требуют особых доказательств. И тут очень сложно избавиться от ощущения, что Виталий не до конца отошёл от той роли, что он исполнил в комиксе «50 лет любви». Читатель слышит те же интонации, с которыми автор объяснял Алексею Хромогину, почему сегодня нельзя играть с образом Гитлера. Только теперь на месте непоседливого раздолбая Хромогина оказывается сам читатель. А Виталий с отеческим прищуром объясняет всё те же истины: «внешняя цензура — это плохо», «правда для каждого своя», «свобода — высшая ценность, за которую нужно бороться». Безусловно, для щенков подобные постулаты выглядят настоящим откровением. Проблема лишь в том, что читателю, к которому обращается новый «Собакистан», сейчас слегка за тридцать. И эти наивные истины очень резонируют с той подчёркнутой документальностью, которой дышит мир, окружающий главных героев.
В самом деле, мир «Щенков» очень похож на наш в те самые смутные девяностые. Отголоски страшной и непонятной войны, о которой взрослые говорят на кухне, черпая знания из сводки вечерних новостей. Но несмотря на жуткие теракты, которые происходят совсем рядом, куда страшнее выглядят беспризорники, нюхающие клей за соседними гаражами. Странные рынки с их рэкетом. Безумная деклассификация общества, когда разница между богатыми и бедными видна, но стены, разделяющие зарождающиеся сословия, ещё не возведены. «Щенки» — это выцветшие полароидные фото, которые случайным образом выдёргивают отдельные будничные эпизоды одной случайной жизни. Сложенные в один ряд фрагменты всё равно упрямо искажают картинку, создавая образ нового мира, который существовал лишь в детских глазах. Он был другим, но в «Щенках» он именно такой, каким мы его понимали.
Новая работа Виталия Терлецкого и Кати не идеальна. Она до неприличия коротка, да ещё и обрывается на полуслове, засыпав читателя унифицированным набором простых истин. Авторы далеки от оценочных суждений того времени, в котором оказались жители рухнувшей империи. Это скорее аттракцион, тот самый поезд до детства, о котором пелось в одной старой песенке. Нам выдали заветный билет, позволяющий прокатиться по диковинным местам без какого-либо риска для жизни. Глоток тоски по ребёнку, который видел всё это своими глазами. А после такого можно простить любые штампы и банальности.
Константин Большаков,
ComicsBoom!