ТЕЛЕГРАФИСТКА ИЗ КЁНИГСБЕРГА.

Эрна Вальдхауэр закончила жизнь в крематории НКВД

Старая дева

В 1912 году в Кёнигсберге родилась девица Вальдхауэр, которой “на счастье” дали сразу три имени: Эрна-Мета-Гертруда.

Ребёнок рос хилым и болезненным. К 17 годам Эрна превратилась в невзрачную девушку. Счастье обходило её стороной - как и молодые люди. Годы шли, а замуж фроляйн Вальдхауэр так и не вышла - осталась старой девой.

Всю себя Эрна посвящала работе - она трудилась телеграфисткой на железной дороге. С началом второй мировой войны жизнь женщины практически не изменилась. Только вот в 1945 году, когда советские войска вплотную подошли к Кёнигсбергу, Эрне пришлось бежать на Запад.

Потом наступил мир. Вальдхауэр оказалась в советской зоне оккупации - в городе Шверин. Там женщина продолжала работать по специальности - телеграфисткой на железнодорожной станции. Жила тихо, незаметно и политикой, как и раньше, совершенно не интересовалась. Поэтому к созданию Герман­ской Демократической Республики (ГДР) - “первого государства рабочих и крестьян на немецкой земле” - Эрна отнеслась равнодушно.

А зря - это предвещало крутые перемены в её жизни.

Драпающие рабочие

В 1947 году в СССР была развёрнута кампания против “низкопоклонства перед Западом”. Началась очередная волна репрессий. На этот раз она вышла далеко за пределы Страны Советов.

В сентябре 1949 года заместитель министра внутренних дел СССР И.А. Серов направил премьер-министру Герман­ской Демократической Республики специальную директиву. Руководству ГДР предписывалось “удалить со всех важных партийных и государственных постов лиц, бежавших в годы нацизма на Запад или в Югославию”. Дескать, этих спасавшихся от нацизма людей вполне могли завербовать западные спецслужбы.

Начались тотальные проверки по поиску “шпионов”. Созданное в 1950 году министерство государственной безопасности ГДР (МГБ, “штази”) развернуло настоящую охоту на инакомыслящих. Начались показательные судебные процессы. Недовольные правящим режимом в массовом порядке бежали на запад.

Тогда в шутку ГДР расшифровывали как “Государство Драпающих Рабочих”.

Братская помощь

Только в 1950 году суды ГДР обвинили в “политических правонарушениях” 78 тысяч человек. 15 “преступников” приговорили к смертной казни. Советским товарищам показалось, что это крайне мало - и они пришли на помощь “братской партии”.

19 апреля 1951 года сотрудники НКВД арестовали Эрну Вальдхауэр по обвинению в шпионаже. Вместе с тысячами подобных немцев женщину отправили в СССР - для дальнейших разбирательств.

Разбирательство было скорым. Эрна попала в Москву на Лубянку и уже 26 ноября 1951 года женщину расстреляли.

Лично убивал

Скорее всего 39-летняя женщина не мучилась. На Лубянке в то время руководил расстрелами мастер своего дела генерал-майор НКВД Василий Михайлович Блохин - почётный чекист, коммунист, кавалер орденов “Красной Звезды”, “Знак Почёта”, “Трудового Красного Знамени” и даже “Ордена Ленина” и “Отечественной войны” 1-й степени.

Опыт у Василия Михайловича был огромный. С 1921 года он работал в различных тюрьмах ЧК и отвечал за приведение в исполнение смертных приговоров. Чекист Блохин любил сам выполнять работу: на его личном счету не менее 15 тысяч расстрелянных. Собственноручно.

Блохин пустил пулю в затылок таким легендарным личностям, как маршал Михаил Тухачевский, писатели Михаил Кольцов, Исаак Бабель и поэт Всеволод Мейерхольд.

Перед казнями Василий Михайлович облачался в специальную кожаную униформу: фартук ниже колена, краги и картуз - чтобы легче смывать кровь. Любил до расстрела и после, не спеша, выпить чаю. Нервы у генерала были железными - на службе никогда не пил. Не то, что другие чекисты...

Даже собаки шарахались

• Водку, само собой, пили до потери сознательности, - вспоминал другой палач НКВД по фамилии Емелья

нов. - Что ни говорите, а работа была не из лёгких. Уставали так сильно, что на ногах порой едва держались. А одеколоном мылись. До пояса. Иначе не избавиться от запаха крови и пороха. Даже собаки от нас шарахались, и если лаяли, то издалека. Чуяли смерть...

Были и другие “производственные сложности”. Знаменитый чекист Пётр Иванович Магго (лично расстрелял около 10 тысяч человек) вспоминал, как ему попало от начальства. А всё из-за того, что многие заключённые умирали со словами: Да здравствует Сталин!”

• Надо проводить воспитательную работу среди приговорённых к расстрелу, - потребовали высокие чины НКВД, - чтобы они в столь неподходящий момент не марали имя вождя!

Так что пришлось Петру Ивановичу перед расстрелом читать и лекции - учить врагов народа уму-разуму.

В общем, можно сказать, что немецкой телеграфистке Эрне повезло - убили её большие знатоки своего дела.

Мастер-палач и его жертвы

Труп гражданки Вальдхауэр вместе с телами других казнённых заключённых отвезли в Донской монастырь. Там находился первый в Москве крематорий. НКВД часто пользовался его услугами. Печи были закуплены в Германии ещё до войны - продукция фирмы “Топф и сыновья”.

Солидная фирма. Она обеспечила знаменитыми печами немецкие концлагеря, включая Освенцим. Немецкие нацисты ценили качество не меньше, чем сотрудники НКВД.

Тела казнённых на Лубянке обычно сжигали, а пепел выбрасывали в яму. Теперь на этом месте установлен памятник жертвам сталинского террора. Неподалёку от него, в том же Донском монастыре, находится могила генерала Блохина.

После ареста Берии расстрельных дел мастера Блохина лишили звания генерал-майора, орденов и пенсии в размере 3.150 рублей (средняя зарплата по стране тогда была рублей 700). Чекист не выдержал таких репрессий и умер от инфаркта. В конце 1960-х звания и ордена ему вернули - посмертно. То есть награды и прочие регалии получили родственники палача. Они установили генералу шикарное надгробье.

В общем, можно сказать, что Блохина реабилитировали.

Братская могила

Эрну Вальдхауэр тоже реабилитировали - только в 1998 году. Вместе с тысячами других людей, невинно расстрелянных и сожжённых на территории Донского монастыря. Среди них были люди разных национальностей: русские, евреи, немцы, белорусы, украинцы... Даже один ойрат попался - есть такая народность в Средней Азии.

Большевики, в отличие от германских нацистов, находились у власти не 12 лет, а 74 года. И если на родине Гитлера палачи и их пособники преданы анафеме, то у нас они - герои.

Кто-то может возразить: мол, сегодня справедливость всё-таки восторжествовала - у репрессированных даже своя могила имеется. Правда, общая. Но такой чести, как их палачи с индивидуальными памятниками, жертвы не удостоились.

А. Захаров

https://www.rudnikov.com/koenigsberg/telegrafistka-iz-kjonigsberga-jerna-va/