Счастливый Новый год: взгляд из беззаботного детства

Преподаватели колледжа культуры делятся своими детскими воспоминаниями о праздновании Нового года.

Артур Рафикович Давтян, преподаватель физической культуры

Мое детство проходило в Армении (тогда была Армянская Советская Социалистическая Республика). Новогодний стол накрывался хозяйкой дома – моей мамой. Обычно подавились национальные блюда: долма из виноградных листьев (это новогодний обязательный атрибут), кюфта, пахлава, гата. Далее были новогодние подарки, которые делали родители. Тогда по всему Советскому Союзу были распространены кулечки, внутри которых были разные орехи, курага, апельсинчики. В кульке мог быть и подарок – игрушка от родителей.

На этой фотографии я жду Деда Мороза. Это зимний солнечный день, я жду, когда придет Дед Мороз и подарит какой-то подарочек. Мне здесь приблизительно 5 – 6 лет. Я, как и любой ребенок, ждал в новогодние праздники какого-то волшебства. Родители со своими друзьями под сопровождение музыкальных народных инструментов гуляли по соседям, а мы с соседскими детьми играли, танцевали, праздновали Новый год. Для нас это был огромный праздник.

Что еще могу вспомнить из новогоднего детства? Наверное, предвкушение большого праздника. Тогда все дети очень ждали очередную серию «Ну, погоди!». В то время этот мультик был очень популярным. Телевидение было очень ограничено. Вечером с шести до девяти по телевизору показывали эти мультики, а мы их с радостью и большим интересом смотрели. Были еще у нас новогодние игры – это горочки. Поскольку в Армении везде горы, они являлись для нас катками. Мы катались с гор на лыжах и санках.

От детства у меня остались теплые воспоминания. Детство для меня – это праздники. Мне кажется, что такое беззаботное детство у всех связано с теплыми и хорошими воспоминаниями.

Александра Александровна Кокорева, преподаватель психологии

Мои детские воспоминания о праздновании Нового года – это не только новогодняя ночь, мандарины, конфеты и ожидание Деда Мороза. Это еще и школьные елки, концерты, подготовка к выступлениям, украшение дома.

Я очень любила придумывать интересные костюмы на карнавал. Особенно мне запомнились образы Пеппи Длинныйчулок, Цыганки и Мальвины. Для последнего мы с сестрой даже волосы мне покрасили синими чернилами.

А еще в школу всегда привозили большую, настоящую и очень ароматную елку, которую мы украшали бумажными гирляндами, фонариками и самодельными игрушками.

Дома же у нас чаще стояла искусственная елка, но помню, как в пять лет я с братом и мамой ходила за живой лесной красавицей. Идем мы, значит, по сугробам, снега много, а я в надежде найти грибы раздвигаю снег с дорожки своими маленькими валенками. Вот тогда всех повеселила.

Елена Борисовна Борецкая, преподаватель по технике грима

Детских воспоминаний не так много... Я не могу похвастаться, что помню себя в три года, но в пять лет было одно приключение. Однажды я услышала разговор взрослых. Они говорили о новогодней елке. И не какой-нибудь гарнизонной (мой папа в то время заканчивал академию ПВО в Харькове, где я и родилась.), а городской! И так они красочно описывали ее, что в моем воображении родилась сказка. А на следующее утро она стала достоянием всего двора. В наш военный городок ходил автобус два раза в день: утром забирал тех, кто работал в городе, а вечером – привозил. И поскольку план у меня в голове созрел только к обеду, к вечернему автобусу мы уже лежали в канаве за остановкой, прикрытые придорожными кустами. Прибыл автобус, пассажиры побрели домой, а водитель – в будку смотрителя, мы спрятались под сиденьями автобуса и притихли. Автобус тронулся. И кто-то из путешественников не выдержал и хихикнул! На этом наше приключение закончилось. Мы были розданы встречавшим нас родителям. Я со слезами в голосе и на глазах рассказывала о нашей цели. Никого не ругали, и даже наоборот – пообещали свозить к елке. Правда меня свозили к елке только через год и совсем в другом городе – в городе Калинине. И здесь начинается совсем другая история.

Моего папу распределили в НИИ-2 (тот, что на набережной сгорел недавно). Вот именно там, в актовом зале института, я ошеломленно стояла под елкой, украшенной и фонариками, и яркими игрушками, и еще какими-то штуками. Она была такой высокой, что у меня с головы свалилась шапка, а на самой макушке елки сверкала красная звезда. Это сейчас детей ничем не удивишь, а тогда дух захватило от восторга!

Третье, самое яркое воспоминание, когда в один из морозных дней, в канун Нового года, папа вооружился топором, позвал моих старших братьев, и они отправились в лес. Я, конечно же, увязалась за ними. Жили мы в Затверечье, в частном секторе. Лес был недалеко. И сразу, на опушке, увидели елочку чуть выше меня, но такую пушистую, что ствола не было видно. Ее и принесли домой. Комнатка малюсенькая. Но место ей нашлось на обеденном столе, в большой зеленой эмалированной кастрюле с песком и камнями. Я заснула, умаявшись, глядя на елочку. А когда открыла глаза, под елкой стоял красный мешок, а из него выглядывал белый заячий хвостик моей новой шапки, полной конфет. А на елке сверкали огоньки, висели орехи в золотинках от шоколадок (мы их целый год собирали), а на столе стоял большой торт «Наполеон». Мама была мастерицей на всякие вкусности. А бабушка ставила на стол холодец и заливную щуку. Оказывается, я проспала целый день и проснулась только к вечеру. Я была счастлива, что не проспала встречу Нового 1960 года!

Материал подготовила Анна Курочкина