Почему в ГДР служить мечтали, а в Монголию ехали как на край света

Два призывника получают назначение в один день. Одного отправляют в ГДР, другого в Монголию. Первого провожают с лёгкой завистью, второму говорят «ну, держись». Форма одна, армия одна, присяга одна. А служба получалась как будто в разных странах и в разных веках.

Фото: Torfaen Corvine, CC BY 2.0, Flickr

Крупнейшая армия за границей

Группа советских войск в Германии, сокращённо ГСВГ, была самой мощной нашей группировкой за рубежом. К началу 1991 года в ней служило около 340 тысяч военных, а вместе с семьями и гражданским персоналом набиралось почти 550 тысяч человек. Это население крупного областного центра, которое жило в чужой стране по своим правилам.

Группе принадлежало около 800 военных городков и свыше 35 тысяч зданий. Штаб располагался в Вюнсдорфе под Берлином. Городок был настолько закрытым, что его называли «Малой Москвой» и «запретным городом»: у него были свои магазины, школы, театры и даже свои вывески на русском.

Именно здесь стояла вся мощь Варшавского договора на главном направлении. Если бы холодная война стала горячей, первый удар пришёлся бы по этим гарнизонам. Поэтому техника, снабжение и подготовка здесь были на уровне, о котором в глубинке могли только мечтать.

Почему ГДР считалась удачей

Для офицеров и сверхсрочников главным плюсом был «двойной оклад». По данным исследователей, им платили в двух валютах: в марках ГДР по месту службы и в рублях, которые копились на счёте дома. Для советского человека, привыкшего к дефициту, это был почти волшебный билет.

В ГДР продавалось то, что в Союзе доставали по знакомству: хорошая обувь, посуда, мебель, одежда, бытовая техника. По рассказам служивших, возвращение из Германии нередко означало целый контейнер вещей, которые потом годами переходили по наследству. Само слово «гэдээровский» стало в стране знаком качества.

Были и мелочи, которые ценились не меньше. Аккуратные немецкие городки, чистые дороги, магазины с полными полками. Для человека из провинции это был другой мир, увиденный за год или два службы.

двойное денежное довольствие у офицеров;
развитая инфраструктура городков: школы, детсады, клубы, спортзалы, бассейны;
хорошее снабжение техникой и горючим;
карьерный вес: служба в ГСВГ считалась трамплином для повышения.

Но солдату срочной службы тоже было непросто

Не стоит думать, что рядовым в ГДР жилось как на курорте. Для срочников действовал жёсткий режим. Выходы за ворота были редкостью, а алкоголь рядовым строго запрещался. Продукты у местных забирать было нельзя, и за нарушение наказывали без скидок: в закрытой группировке за порядком следили особенно внимательно.

Зато по воспоминаниям многих, снабжение в группировке было на хорошем счету. И главное, что запоминалось на всю жизнь: другая страна за забором казармы. Даже если видел её лишь из окна машины на учениях.

Монголия: тысячи километров пустоты

Теперь посмотрим на второго призывника. После советско-монгольского договора 1966 года и на фоне охлаждения отношений с Китаем в Монголии появилась сильная группировка. Её основой стала 39-я общевойсковая армия со штабом в Улан-Баторе. По данным историков, она насчитывала свыше 50 тысяч военнослужащих, около 1800 танков, больше 2500 бронемашин, порядка 190 самолётов и 130 вертолётов.

В 1969 году на острове Даманский вспыхнул советско-китайский конфликт, и напряжение на границе стало реальным, а не учебным. Монголия превратилась в щит для всего Забайкалья и Дальнего Востока. Только щит стоял посреди степи и пустыни Гоби.

Климат здесь резко континентальный. Зимой морозы доходят до минус сорока, летом в пустынных районах бывает за тридцать пять жары, а пыльные бури способны на несколько дней превратить жизнь гарнизона в испытание. Воду, топливо и продукты везли издалека. Рядом не было ни немецкого городка, ни магазина с полными полками. Зато был горизонт, до которого не доберёшься ни за день, ни за два.

Так в чём же разница

По рассказам тех, кто там служил, в Монголии ценили не комфорт, а простое человеческое: письмо из дома, горячую баню, свежий хлеб. Многие вспоминают, что с местным населением общались мало, а редкие выезды в город запоминались как праздник.

Если сравнить двух призывников, получается парадокс. ГДР давала мир, в котором солдат чувствовал себя частью большой и сильной системы. Монголия давала испытание на выносливость, где главным врагом были расстояние, холод и одиночество. Поэтому и слава у них была разная: Германию вспоминали с гордостью, Монголию с уважением и усталой улыбкой.

Чем всё закончилось

Конец у обеих групп был похожим. Вывод войск из Монголии объявили в 1989 году, и к концу 1992-го он завершился. Из Германии по договору 1990 года нужно было уйти до конца 1994 года, но по договорённости Ельцина с Колем срок сократили примерно на четыре месяца, и последние части покинули страну в конце лета 1994-го.

Вюнсдорф сегодня лежит в немецком лесу, а часть его зданий пустует и разрушается. Монгольские гарнизоны давно переданы местным властям. Но у тысяч бывших срочников и офицеров остались фотографии, письма и истории, которые они рассказывают до сих пор.

А где служили вы или ваши близкие: в ГСВГ, в Монголии или в совсем другом месте? Что, по вашему опыту, было тяжелее: комфортный, но строгий гарнизон за границей или суровая пустота далёкого края?