История Насти
«Родители все время лезут в мою жизнь»
Рассказывает кандидат психологических наук, психолог центра «Перекресток» Артём Кондрашкин
В некотором смысле консультация началась задолго до прихода Насти. На мой рабочий номер позвонила крайне обеспокоенная женщина — вопросы сыпались как из рога изобилия.
— Что вы закончили? Я сейчас опишу нашу ситуацию — у вас есть опыт работы с такой проблемой? Далеко до вас от метро? У вас не темная улица? Как будут устроены встречи? Вы высылаете протоколы?
К концу пятой минуты разговора я начал уставать, но уже догадывался, с какой проблемой придет ко мне девочка Настя.
— Вы когда-нибудь читали про лагеря? — у меня на приеме Настя прыгает с места в карьер. — Или там про Большого Брата? Вот это моя жизнь. Маме нужно знать про меня все: какие уроки были, что задали, какие оценки. О чем я говорю с подругами. С кем и про что общаюсь во «ВКонтакте». Где нахожусь — поминутно. Дверь не закрывай! Пиши каждые 20 минут с вечеринки (и лучше действительно писать, а то она приедет). Позвони, как зайдешь в метро! Она сводит меня с ума.
Выглядела Настя подавленно, и это понятно: тотальный контроль изматывает всех. Никто не любит, когда нарушают границы его личного пространства. При этом детско-родительские отношения предполагают, что, пока ребенок не может принимать все решения сам, взрослый его контролирует. Более того, когда контроля мало или его вовсе нет, ребенок не только делает ошибки — он не чувствует заботы и начинает задаваться вопросом: «А любят ли меня?»
Таким образом, контроля должно быть в самый раз: не слишком мало, не слишком много. И подростковый возраст — подходящее время, чтобы договориться с родителями, где будут проходить границы личного пространства и в каких областях контроль воспринимается как нарушение этих границ.
Чтобы начать работать над проблемой гиперопеки, важно задать себе некоторые вопросы. Например, что скрывается за моим недовольством и ощущением тотального контроля?
Может оказаться, что в целом мне много чего разрешают. А поездку автостопом в Питер — нет. Я хочу поехать, я уже достаточно взрослый человек, но они вмешиваются и контролируют эту часть жизни! Если речь идет о конкретном событии, именно с ним и стоит разобраться — об этом мы поговорим отдельно.
Но проблема может быть в другом: областей контроля действительно очень много, и ощущается он болезненно. Тогда нужно учиться отстаивать свои границы в отношениях с родителями.
А где проходят эти границы? Тут очень важно понять свои желания и интересы — попробуйте спросить себя: чего я хочу, что имеет для меня ценность? Что я делаю или не делаю, чтобы достичь своих целей?
Это очень полезный навык — не только в этой ситуации. Например, я хочу, чтобы родители не читали мою переписку в соцсетях. Почему? Потому что там я обсуждаю очень личные вещи, о которых совершенно не хочу говорить родителям. А почему они хотят, чтобы я переписку показывал? Потому что боятся, что со мной свяжутся скверные люди с очевидно недобрыми намерениями. Делаю ли я что-то такое, что может усилить этот родительский страх?
Настя — очень доверчивый человек. Как-то раз она дала мошенникам номер кредитной карты, с которой они сняли все деньги. В другой раз решила купить в интернете суперкрем, меняющий, по заверениям производителя, форму лица. Пару раз компьютер поражали вирусы, подхваченные на сайте онлайн-казино.
Эти события напугали Настину маму и стали одной из причин тотального контроля. Родители несут ответственность за жизнь и здоровье ребенка, контролировать детей в этих вопросах — их обязанность.
Некоторые наши поступки по вполне понятным причинам подрывают доверие близких. Такие моменты стоит подмечать и анализировать. Это не значит, что нужно вести себя определенным образом только для того, «чтобы мама и папа не волновались». Нет. Но если понять, почему одни действия снижают тревожность родителей, а другие ее повышают, это знание можно использовать себе во благо.
В более широком смысле стоит в принципе попробовать разобраться, чем вызвана потребность контролировать детей. Например, что подумают и почувствуют родители, услышав: «Да не лезьте вообще в мою жизнь! Я и сам проживу — буду раздавать листовки, зарабатывать 500 рублей в час и не буду ни от кого зависеть». Сочтут ли такое заявление адекватным? Испугаются ли?
Если поставить себя на место родителей и представить, что их волнует, станет проще отнестись с уважением к их переживаниям.
Теперь, определившись с приоритетами и целями, проанализировав поступки, которые способствуют усилению контроля, и примерив на себя роль мамы-папы, можно приступать собственно к разговору.
Итак, вы будете отстаивать свои границы — с учетом того, насколько это реалистично: в некоторые сферы жизни родители должны и будут еще какое-то время включены.
Стоит заранее продумать, что вы хотите о себе рассказать и как покажете, что понимаете чувства родителей. Представить, какими могут быть их возражения и как на эти возражения отвечать, какие аргументы использовать. Быть готовым к компромиссам.
В этом разговоре нет задачи выяснить, кто прав. Точно так же нет задачи убедить родителей, что ребенку можно доверять и пусть он теперь сам по себе во всем и навсегда. Нет и обратной задачи — убедить ребенка, что он беспомощный и нуждается в постоянной опеке. Задача — обнаружить и обсудить разницу во взглядах на контроль. И родители, и ребенок должны понять, чего хочет другая сторона и почему она так поступает.
Настя долго не решалась поговорить с мамой. Ей казалось, что это бесполезно: маму не переубедить, разговор ничего не изменит. Я предложил поговорить на одной из последних консультаций.
— Мама, я хочу, чтобы ты не читала мою переписку. Это мое личное пространство, и мне бы хотелось, чтобы о содержании этих разговоров знала только я.
— Послушай, в интернете полно мошенников и педофилов. Тебе только 16 лет. Ты очень доверчивая и легко можешь во что-нибудь влипнуть.
— Я понимаю, что ты переживаешь из-за всех этих историй. Но они многому меня научили, больше я в них не влипну. Пожалуйста, не читай мою переписку!
— Я в это не верю. Ты и раньше так говорила.
— Если ты хочешь, чтобы я была самостоятельной, дай мне шанс доказать, что мне можно доверять.
— Я не знаю…
— Давай попробуем?
— Я так переживаю…
— Я понимаю, что ты переживаешь. Но если ты будешь контролировать меня и дальше, то никогда не узнаешь, как я сама справляюсь с проблемами. И я этого не узнаю.
— Ну... давай попробуем.
Родители бывают разные. В истории с Настей разговор прошел довольно легко, потому что мама была готова к диалогу. Бывает иначе. И в таких случаях разбираться надо не только и не столько с проблемой гиперопеки. Проблема глубже.
Но если родитель готов к диалогу, если ребенок обдумал ситуацию и тоже внутренне готов к разговору, должно получиться. Возможно, понадобится не одна беседа — не отступайте! Оберегать границы личного пространства нужно в любом возрасте, и учиться добиваться, чтобы их не нарушали, — важный навык.
Как решить проблему гиперопеки
- Определить границы личного пространства, которые вы намерены защищать.
- Подумать, что в вашем поведении может подрывать доверие родителей.
- Понять, что они чувствуют.
- Продумать аргументы и предложить взрослым обсудить ситуацию.