«Дом купца Ильманина» на улице Панчука.
На перекрестке двух старинных улиц Орла – 3-й Посадской (сейчас Панчука) и 2-й Пушкарной уже почти 150 лет стоит это удивительное деревянное здание. Современный адрес этого дома - ул. Панчука, №64. Ценители же орловской истории знают его как «дом купца Ильманина». А еще он известен удивительной резьбой на фасаде. Редкий иконостас или предмет мебели вроде резного шкафа или кресла может похвастать такой тонкостью и замысловатостью рельефной резьбы, как на этом доме. Удивительна история этого здания и самого места, где он стоит. Живший неподалеку писатель Леонид Андреев описал его и сделал известным на весь мир.
Сегодня дом находится не в лучшем состоянии. Это многоквартирное жилое здание, хозяин каждой из частей которого покрасил свою часть фасада в понравившийся ему цвет, превратив единый дом в нечто похожее на лоскутное одеяло. Некоторые хозяева вставили в окна современные стеклопакеты, что тоже не лучшим образом сказывается на виде и цельности здания. Резьбы же на фасаде с каждым годом становится все меньше. Отвалившиеся резные элементы на место никто не ставит.
И все же, несмотря ни на что, здание привлекает внимание удивительной и тонкой резьбой фасада.
Дом №64 в форме буквы «Г», с четырехскатной крышей имеет еще дополнительную пристройку с крышей с двумя скатами и окошком-солнышком, обращенную ко 2-й Пушкарной.
Фасад его – яркий образец преломления архитектуры периода эклектики в деревянном зодчестве Орла. Его украшают замечательные рельефные наличники, перенесенные из каменной архитектуры барокко почти без переработки, пилястры с капителями на углах и квадратные филенки с растительным орнаментом под окнами. Карниз поддерживает целый ряд резных кронштейнов также с растительными элементами.
Углы дома украшают ажурные накладки тончайшей работы с мотивом виноградных лоз.
А во дворе здания над одной из дверей сохранился резной треугольный фронтон с инициалами владельца «Г.И.».
Дом этот построил во второй половине XIX века для своей семьи орловский купец 2-й гильдии Григорий Николаевич Ильманин. Он был владельцем нескольких популярных питейных заведений Пушкаревки - небольшого района, ведущего свою историю от старинной слободы пушкарей, существовавшей здесь еще во времена Орловской крепости. В наследство от слободы этому месту достались три Пушкарные улицы и суровые нравы. Их, а также пьянство, постоянные драки и беспросветную бедность Пушкаревки много раз описывал в своих рассказах Леонид Андреев, в детстве и юности живший неподалеку от дома купца Ильманина.
В рассказе Баргамот и Гараська, принесшем тогда еще начинающему литератору популярность, Андреев, скорее всего, описал как раз перекресток 3-й Посадской и 2-й Пушкарной.
Именно там в пасхальный вечер произошла встреча двух его главных героев – полицейского по кличке Баргамот и его постоянного подопечного, местного пьяницы и дебошира Гараськи. Андреев дает точный адрес той встречи: «Часу в десятом теплого весеннего вечера Баргамот стоял на своем обычном посту, на углу Пушкарной и 3-й Посадской улиц». Стоял он там, близ ильманинского дома, в том числе и потому, что помимо жилой части в здании располагалась бакалейная лавка, где продавали и спиртные напитки. Зная нравы «пушкарей», последить за порядком там не мешало бы, тем более перед Пасхой.
Вероятно, именно для привлечения покупателей в свою бакалейную лавку и просто «для форсу», украсил пушкаревский купец Ильманин свой дом такой замысловатой резьбой. Вряд ли он задумывался о её стилистических особенностях – подражании каменной архитектуре стиля барокко и еще более древним античным прообразам – коринфским пилястрам, листьям аканта и т.п., украшавшим некогда храмы Древней Греции и Рима.
Но большим знатоком архитектуры стиля, который позже назовут эклектикой, или историзмом, был неизвестный нам автор этой замечательной резьбы. Кем он был? Местным ли резчиком, насмотревшимся модных журналов с образцами деревянных мотивов, в изобилии издававшихся во второй половине XIX века? Или приглашенным специалистом из Калуги, Тулы или Москвы, приехавшим в Орел за «длинным рублем» специально по приглашению стремительно богатевшего на питейном бизнесе орловского купца? А может быть, резьбу делал вообще не специалист по домовой резьбе, а какой-нибудь местный краснодеревщик или мастер по изготовлению деревянных иконостасов. Этим можно было бы объяснить необычайную тонкость и изящность некоторых резных элементов, более характерных для украшения интерьера, чем для открытого всем ветрам фасада здания. Обо всем этом нам остается только гадать. В любом случае аналогов дома купца Ильманина ни в одном другом городе мне пока найти не удалось.
К сожалению, о самом купце мы не знаем практически ничего. Краевед и исследователь творчества Леонида Андреева, Надежда Деулина, нашла данные о его семье в списке орловских купцов 2-й гильдии за 1891 год. В нем значатся сам купец Ильманин Григорий Николаевич (44 лет), его жена Мария Федоровна и дочери Александра, Анна и Евдокия. Уже тогда семья жила в собственном доме на улице 3-й, или Дальней Посадской.
Одна из двух дочерей купца удостоилась короткого и очень своеобразного упоминания в еще одном произведении Леонида Андреева. Младшая из дочерей, Евдокия, считалась на Пушкаревке главной красавицей. Из-за нее часто случались драки. В рассказе «На реке» Андреев упоминает ее, только под другим именем (не Евдокия, а Дарья). Правда, и «пушкари» там переименованы в «стрельцов». Главный герой рассказа Алексей Степанович вспоминает, как «в начале поста стрельцы избили его за ильманинскую Дашу, и он две недели пролежал в больнице». Добавляя, что «разбойники эти стрельцы: стоят за своих девок горой и никого со стороны не подпускают...»
Дальнейшая судьба этой семьи, их история после 1917 года неизвестна. Ясно только одно - дом они потеряли и больше там ни они, ни их потомки не жили. Наверное, если бы не упоминания дома и семьи в рассказах Андреева, о них бы сейчас никто и не вспоминал. Как и о многих других обитателях старой Пушкаревки, на чью жизнь лег отсвет творчества и славы знаменитого писателя.
Дарья ФУРМАНСКАЯ