Физфак — люди: Хлебников Фёдор Борисович
Фёдор Борисович, почему вы выбрали специальность физика и физфак в качестве места обучения?
Когда я был маленьким, я собирался поступать в МГУ, потому что до него было недалеко идти: на первых курсах я даже успевал во время обеденного перерыва добежать до дома, пообедать и вернуться на факультет. В школе я учился математике, поэтому думал вместе со всеми идти на ВМК, но была сложность: в те времена на ВМК и мехмате было два экзамена по математике, письменный и устный, а у меня были проблемы со сдачей письменных экзаменов. На самом деле я и в профильную школу смог поступить, потому что из-за какой-то организационной ошибки вместо сдачи устного и письменного экзаменов я дважды сдавал устный и смог заболтать принимающих. В конечном счете, на ВМК и мехмат я не пошёл сдавать экзамены. Наверно, я и сейчас бы не смог идеально сдать экзамены той эпохи, застряв на очередном «не трудно заметить, что…» или подобном переходе в решении.
На физфаке был всего один не такой сложный экзамен по математике и физика, которая тоже на первый взгляд казалась простой. Тогда, помимо экзаменов, популярны были внутриуниверситетские олимпиады для абитуриентов, которые представляли собой чуть более сложные досрочные вступительные испытания. На олимпиаде «Ломоносов» я написал всё, что было нужно, и уже весной имел максимальный балл для поступления на физический факультет. Ну и зачем было еще куда-то ходить?
Связана ли ваша учеба в математической школе с занятиями родителей физикой/математикой или это внутренняя предрасположенность?
Нет, моя мать занималась историей. Она училась на противоположной стороне земного шара, в Дальневосточном федеральном университете, переехала в Москву, перевезла меня, продолжила заниматься историей и меня пыталась чему-то такому научить. В какой-то момент я даже ходил в учебной заведение, где меня пытались научить латинскому, древнегреческому и предмету под названием «Закон Божий», учебник по которому, кстати, был в моём рюкзаке самым толстым. После этого я пошел в математический класс куда более адекватной школы, и жизнь моя стала значительно проще.
Что вас привлекло на вашей кафедре?
Можно сказать, что на кафедру я поступил по «непрерывности»: увидел, что математика простая, нравится больше физического практикума и продолжил ей заниматься. Хотя, конечно, на старших курсах иногда хотелось поковырять какую-то установку, собранную еще при Сталине, которая тебе ещё и что-то показывает. По этому процессу я до сих пор иногда скучаю.
Сейчас вы занимаетесь научной деятельностью? В каком направлении?
Да, занимаюсь, без этого никак. Сейчас я пытаюсь дописать свою диссертацию в области электродинамики. У нас на кафедре два основных вида деятельности: математическая физика и математическое моделирование. Я занимаюсь вторым. Мы с Денисом Алексеевичем Коняевым много лет назад написали программу, которая решает электродинамические задачи, и с того момента пытаемся её заставить насчитать что-нибудь полезное. С этой программой у нас работают и студенты.
Вы можете кого-то на кафедре или на факультете назвать своим наставником?
Мой наставник — Наталья Евгеньевна Шапкина. Именно от неё я перенял все трюки в работе со студентами: как их заставлять работать каждый день, иногда включая воскресенье. И, конечно, мой научный руководитель — Александр Николаевич Боголюбов, который очень много занимается моей задачей вместе со мной, подсказывает и постоянно смотрит: пора уже защищаться или нет. Большое влияние, конечно, на меня оказал и заведующий кафедрой, при котором я начал своё обучение, Валентин Фёдорович Бутузов, да и весь коллектив кафедры.
Что вам больше всего нравится в преподавательской деятельности?
У меня не было другого основного рабочего места, чтобы сравнивать, но, если подумать, мне нравится, что работа преподавателя поделена на небольшие порции. В течение пары объяснять детям столь необходимые вещи и напоминать то, что они уже знали раньше кажется мне замечательным занятием. А когда пары заканчиваются, работа на некоторое время прекращается, хотя бы пока едешь до дома. Правда в прошлом году я активно использовал это время для проверки контрольных, потому что у меня было две работы, и в транспорте я проводил немало времени.
Чем вы любите заниматься в свободное время?
Занятие, которое в течение многих лет мне никогда не надоест – это спать. Сейчас у меня нет никакого хобби, потому что свободного времени не так уж много. Пока я был студентом и аспирантом, я учился играть на гитаре и играл несколько лет в группе со своими знакомыми. После аспирантуры репетиции стало сложно совмещать с работой, а вскоре некоторые из моих товарищей уехали за границу. Мудрые люди в начале этого пути говорили мне: «Не важно, какую гитару ты себе покупаешь, потому что рано или поздно она отправится на антресоль», и в итоге моя гитара действительно лежит в шкафу. Так что это в прошлом и то, что я умел, уже наверняка забыл.
То есть, если бы не физика и математика вы могли бы стать гитаристом?
Нет, ни в коем случае! Заниматься музыкой я начал уже на факультете: когда я был на младших курсах, я поехал покупать гитару вместе с другом одногруппника, который немного разбирался в инструментах. В музыкальной школе я не учился, и, хотя люди любят подмечать, что у меня громкий голос, слуха у меня существенно меньше, так что с детства я музыкантом точно не стал бы. Это не мешало мне играть на гитаре, ведь, как говорится, главное не слух, а желание заниматься. Поскольку желание мое продержалось недолго, то и играть я так и не выучился. Так что параллельной вселенной, где я стал бы гитаристом, не существует.
Была ли у вас детская мечта, что-то кроме физики и математики?
Нет, в детстве я не хотел заниматься ничем конкретным. Возможно есть альтернативная вселенная, где я поступил на ВМК и стал программистом, хотя по документам я и есть ведущий программист. В школе программированием я занимался много, преподаватели даже устраивали нам «контесты»: проверку задач автоматически на сервере. Я хочу сделать что-то подобное для курса введения в численные методы, надеюсь, в ближайшее время мне это удастся. Так что, быть может, я и стал бы большим программистом, все зависит от того, где в жизни поставить точку ветвления.
О своем научном пути и своих увлечениях рассказал ведущий программист кафедры математики Хлебников Фёдор Борисович.