Зулейха не знает историю

Содержание

Введение

Кто есть кто

Общие цифры

Рождаемость и смертность

Труд в спецпоселениях

География трудовых поселений

Выводы

Примечания

Введение

Роман Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза» вышел в 2015 г. и получил несколько престижных премий. Ничего удивительного. Роман повествует о нелёгкой судьбе татарской зажиточной семьи, которую злобная большевистская власть раскулачила, этапировала в Сибирь и буквально обрекла на верную смерть. Российская интеллигенция рукоплещет автору — «всю правду о НКВД и кровавых большевиках рассказала!». Относительно широких народных масс роман тогда прошел мимо, поэтому экранизация в виде сериала была лишь вопросом времени. Что книга, что сериал, оба скучны и даже как антисоветское полотно откровенно слабы. Контекст раскулачивания используется лишь для того, чтобы нагнать «пожалейку». Автор не утруждала себя разбором исторических документов, не вдавалась в подробности исторической эпохи, а просто кинула героев в «перестроечные фантазии». Радует, что посмотревшие сериал в значительном большинстве остались недовольны и обрушились с критикой на авторов. Мы в стороне не останемся. В данном разборе мы приведем документальные данные по основным вопросам раскулачивания для того, чтобы показать насколько несостоятельны с исторической точки зрения и книга, и сериал.

Кто есть кто

Для начала стоит определиться с понятиями. Обратимся к БСЭ:

Кулачество (рус. термин от слова «кулак», первоначально синоним к словам «выжига», «мироед», обозначал человека, наживавшегося грабительской эксплуатацией, ростовщичеством и спекуляцией; с 1890-х использовался для обозначения формирующейся буржуазии деревни), деревенская буржуазия. Кулачество возникло в крестьянской среде в ходе развития товарного производства и оставалось верхушечной, зажиточной частью крестьянства до тех пор, пока последнее сохраняло черты докапиталистического класса-сословия. В массе своей кулаки мало отличались по уровню культуры и быта от крестьян, участвовали в земледельческом труде. В дореволюционной России (а ныне в развивающихся странах) — это преимущественно буржуазия эпохи первоначального накопления, использующая методы кабальной эксплуатации (отработки и т. п.).

Раскулачивание:
Развёртывание сплошной коллективизации сельского хозяйства послужило основой для перехода к политике ликвидации кулачества как класса. Кулачество оказало ожесточённое сопротивление колхозному движению вплоть до убийства активистов и организации антисоветских мятежей. Крайнее обострение классовой борьбы с неизбежностью ускорило ликвидацию кулачества как класса. Согласно постановлениям и инструкциям ЦК ВКП (б) (от 30 января 1930), ЦИК и СНК СССР (от 1 февраля и от 4 февраля 1930) в районах сплошной коллективизации был отменен закон об аренде земли и применении наёмного труда, разрешалась конфискация имущества кулаков и их выселение. Конфискованное имущество передавалось в неделимые фонды колхозов. Выселению подлежали семьи наиболее крупных кулаков, а также семьи непосредственных участников контрреволюционной борьбы. «Раскулачивание» осуществлялось как общественная кампания с участием представителей Советской власти, общественных организаций, крестьян. Часть кулаков «самораскулачилась», т. е. ликвидировала хозяйства и переселилась в города и др. районы. В результате социалистического преобразования сельского хозяйства советское крестьянство было избавлено от кулацкой эксплуатации, в СССР победил колхозный строй, исчезли условия, порождавшие кулачество. Основная масса бывших кулаков была расселена в пределах тех же административных районов и впоследствии принята в колхозы и на работу в совхозы или переселилась в города.

Середняк: крестьянин-единоличник, владевший небольшим земельным участком и обрабатывавший его своим личным трудом (по имущественному положению стоявший между бедняком и кулаком). К 1917 составляли 20% всех крестьянских хозяйств, в 1928—29 — 60%. В процессе коллективизации часть вступила в колхозы, часть ушла в города, часть была переселена за сотрудничество с кулачеством.

Подкулачник: крестьянин, выступавший в годы коллективизации сельского хозяйства на стороне кулака, не желавший добровольно вступать в колхозы.

Батрак: наёмный рабочий в капиталистическом сельском хозяйстве. Батраки - часть сельскохозяйственного пролетариата, имеющая небольшой земельный надел или совершенно лишённая земли. Единственный источник их существования - тяжёлый наёмный труд, который оплачивается значительно ниже, чем труд других сельскохозяйственных рабочих. Для Б. характерен нищенский уровень существования.

Общие цифры

Кулачество, как представители сельской буржуазии, были классовыми противниками советской власти. Используя наемный труд, держа в повиновении целые области и производя значительную долю товарного хлеба, кулаки стали препятствием для коллективизации и механизации сельского хозяйства. Цель — уничтожить кулачество как класс. Часть кулаков добровольно вступала в колхозы или уходили в города. Остальные всячески противились коллективизации и советской власти. Начиная от банального неповиновения, заканчивая организацией целых антисоветских восстаний.

В соответствии со своими действиями кулаки были разделены на 3 категории: первая — контрреволюционный актив, кулаки, активно противодействовавшие советской власти, а также причастные к убийствам и насилию по отношению к руководителям колхозов и представителям власти; вторая — наиболее богатые кулаки, кулацкие авторитеты; третья — все остальные кулаки. Все категории кулаков подлежали перемещению, а имущество конфискации. Кулаки первой категории, замеченные в активном противодействии советской власти, арестовывались, их дела передавались на рассмотрение спецтроек ОГПУ, обкомов(крайкомов) ВКП(Б) и в прокуратуру. В отношении них применялись статьи и наказания в соответствии с уголовным кодексом. Семьи кулаков первой категории, а также все представители второй, подлежали переселению в отдаленные районы страны на спецпоселение(оно же «трудпоселение», «кулацкая ссылка», «трудовая ссылка»). Кулаки отнесенные к третьей категории и их семьи, как правило, переселялись в пределах области или края, т.е. на спецпоселение не направлялись. Также выселению с конфискацией имущества подвергались подкулачники, середняки, и даже бедняки с батраками, уличенные в прокулацких и антисоветских действиях.

Согласно справке Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о высланном кулачестве в 1930-1931 годах» на спецпоселения было отправлено 381 173 семьи общей численностью 1 803 392 человека[1].

Идея спецпоселенчества была впервые сформулирована в постановлении Политбюро ЦК ВКП(Б) о выселении раскулачиваемых от 30 января 1930 года. Раскулаченные подлежали высылке в Северный край, Сибирь, Урал и Казахстан. «Высылаемые кулаки подлежат расселению в этих районах небольшими поселками, которые управляются назначенными комендантами./ Районами высылки должны быть необжитые и малообжитые местности с использование высылаемых на сельскохозяйственных работах или промыслах (лес, рыба и пр.)[2].

На спецпоселение в 1932-1933 годах поступило еще свыше 300 тыс. человек, большинство из которых составили раскулаченные кулаки, крестьяне и члены семей. Таким образом, всего за 1929-1933 годы в спецпоселения было отправлено более 2,1 млн человек. Однако наличие этих людей на спецпоселении на определенные даты всегда было значительно ниже указанного числа (побеги, повышенная смертность, освобождение, пересмотр дел и т.д.). По состоянию на 1 января каждого года численность спецпереселенцев в 1932 — 1940 годах выглядела так: 1932 год — 1.317.022, 1933 год — 1.142.084, 1934 год — 1.076.546, 1935 год — 973.693, 1936 год — 1.060.361, 1937 год — 1.053.137, 1938 год — 1.010.749, 1939 год — 987.918, 1940 год — 997.513 человек[3]. В целом, к 1936 году кулачество как класс было ликвидировано и коллективизация(не без проблем, надо признать) успешно была осуществлена. «Новых кулаков» уже не поступало, все цифры после 1936 года можно считать «возвращением беглых кулаков и прочего контингента». Из всего вышеуказанного можно заключить, что за все время раскулачиванию подверглось по максимальным оценкам 3,5 млн человек, из которых около 2,3 миллионов прошли через «кулацкую ссылку», а это, в свою очередь, означает, что за все время раскулачиванию подверглось не более полутора-двух процентов от всего населения СССР за все время.

Рождаемость и смертность

К началу 1932 года на учете в спецпоселениях числилось свыше 1,3 миллионов спецпереселенцев, а было их направлено в 1930-1931 годах немногим более 1,8 млн человек. Следовательно, за 1930-1931 годы убыли населения составила около 0,5 млн человек, главным образом из-за побегов и повышенной смертности. Причем в первую очередь из-за побегов. Так, например, в системе уральских трестов «Западолес» и «Свердлес» было передано 130 613 спецпереселенцев, из них к середине 1934 года 60 214 бежало и 31 240 умерло[4]. В Коми-Пермяцком округе из 26 964 спецпереселенцев к середине 1934 года бежало 8904 и умерло 7249, в Чердынском районе Свердловской области из 20 323 бежало 7993 и умерло 4182. Бывали и обратные случаи. Так, например, в Ныробском районе Свердловской области за тот же срок из 12 184 спецпереселенцев бежало 2474 и умерло 3853, в Красновишерском районе из 17 312 бежало 3282 и умерло 6300 человек[5].
В указанный период убыли за 1930-1931 годы, из 0,5 млн человек умерло, по максимальным оценкам, не более 200 тысяч(включая умерших при транспортировке). Относительно умерших в «кулацкой ссылке» в 1932-1940 годах имеется точная статистика — 389 521 человек. Количество родившихся в спецпереселенческих семьях за 1030-1931 годы установить невозможно, за период 1932-1940 годы этот показатель составил 230 258 человек. Причем отрицательное сальдо между рождаемостью и смертностью сохранялось до 1934 года включительно.

В момент прибытия на спецпоселение сотрудники органов ОГПУ-НКВД нередко производили сортировку выселенных кулаков. Одни из них освобождались, другие направлялись в лагеря ГУЛАГа, но большинство оставалось на спецпоселении. В рапорте от 20 мая 1933 г. начальник ГУЛАГа М.Д. Берман докладывал заместителям председателя ОГПУ Я.С. Агранову и Г.Е. Прокофьеву[6]: «По сообщению СИБЛАГа ОГПУ, из числа прибывших в Томск контингентов с Северного Кавказа, по состоянию на 20 мая с.г., произведена согласно Ваших указаний проверка 9868 человек. Из этого количества решением Тройки .ПП ОГПУ ЗСК (Западно-Сибирского края.) вовсе освобождено - 85 человек, освобождено с ограничениями - 2422, осуждено в лагеря - 64, а остальные 7297 человек направляются в трудпоселки».

В одном из письменных рапортов (май 1933 г.) начальника ГУЛАГа ОГПУ М.Бермана на имя зам. председателя ОГПУ Г.Г.Ягоды отмечалось[7]:

«Несмотря на Ваши неоднократные указания ПП ОГПУ СКК (полномочные представители ОГПУ Северо-Кавказского края.) о порядке комплектования и организации эшелонов, направляемых в лагеря и трудпоселки ОГПУ, состояние вновь прибывающих эшелонов совершенно неблагополучное. Во всех прибывающих из Северного Кавказа эшелонах отмечена исключительно высокая смертность и заболеваемость, преимущественно сыпным тифом и острожелудочными заболеваниями.
По сообщению Нач. Сиблага ОГПУ, из состава прибывших из Сев. Кавказа в Новосибирск эшелонов трудпоселенцев № 24, 25, 26, 27, 28 и 29 общей численностью в 10185 человек умер в пути 341 человек, т.е. 3,3%, в том числе значительное количество от истощения. Такая высокая смертность объясняется:
1) преступно-халатным отношением к отбору контингентов, выселяемых в трудпоселки, результатом чего явилось включение в этапы больных, стариков, явно не могущих по состоянию здоровья выдержать длительную перевозку;
2)невыполнением указаний директивных органов о выделении выселяемым в трудпоселки 2-х месячного запаса продовольствия; в указанных эшелонах трудпоселенцы никаких собственных запасов продовольствия не имели и во время пути снабжались только хлебом, скверного качества, в количестве от 200 до 400 грамм;
3)горячей пищей эшелоны снабжены не были, кипятком снабжались совершенно неудовлетворительно, с большими перебоями, потребление сырой воды вызвало массовые заболевания …»

Существовал предельно прагматический взгляд на выселяемых кулаков как на будущую рабсилу в районах нового хозяйственного освоения. Семьи, имевшие трудоспособных мужчин, подлежали переселению. К семьям с нетрудоспособными членами отношение было мягче. Так, в "меморандуме" Г.Г. Ягоды, адресованном 20 мая 1931 г. председателю ГПУ Белорусской ССР С.Ф. Реденсу, указывалось[8]: «Детей выселяемых кулаков до 10-летнего возраста и стариков старше 65-ти лет - разрешается оставлять родственникам и знакомым, изъявившим желание их содержать... Семьи кулаков, не имеющие трудоспособных мужчин, - выселению не подлежат…». Тем не менее стоит отметить, что не всегда данные предписания исполнялись как положено. Так, например, в рапорте зам. начальника ГУЛАГа И.И. Плинера от 26 июля 1933 г. на имя Г.Г.Ягоды отмечалось[9]: «Вопреки Вашим категорическим указаниям о ненаправлении в трудпоселки семей, не имеющих в своем составе трудоспособных, по сообщению начальника СИБЛАГа, в эшелонах с высланными кулаками, прибывших в Томск с Северного Кавказа, имеется 930 человек совершенно нетрудоспособных...». Или например в рапорте М. Д. Бермана от 8 июня 1933 г.[10] на имя Г.Г. Ягоды отмечались следующие неблагополучные, по его мнению, моменты в комплектовании и организации эшелонов с выселенными кулаками: высокая смертность и заболеваемость сыпным тифом, острожелудочными заболеваниями и даже натуральной оспой; очень много истощенных, стариков, не могущих быть совершенно использованными; поголовная вшивость; полнейшее пренебрежение к учету (отсутствие личных дел, постановлений о выселении, искажения фамилий, неполнота учетных данных и т.п.); даже засылка людей, не подпадающих под действие постановления СНК СССР за №775/146с от 20 апреля 1933 г.; после прибытия эшелонов к месту назначения иногда выясняется, отмечал М.Берман, что среди выселенных имеются рабочие, комсомольцы, иностранцы.

Как мы видим, работа на ранних этапах была поставлена не лучшим образом. Плохое обеспечение и несогласованность работы приводили к повышенной смертности в ранние годы спецпереселения. Особенно велика была детская смертность. В докладной записке Г.Г. Ягоды от 26 октября 1931 г. на имя председателя ЦКК ВКП(б) и наркома РКИ Я.Э. Рудзутака отмечалось[11]: «Заболеваемость и смертность с/переселенцев велика... Месячная смертность равна 1,3% к населению за месяц в Северном Казахстане и 0,8% в Нарымском крае. В числе умерших особенно много детей младших групп. Так, в возрасте до 3-х лет умирает в месяц 8-12% этой группы, а в Магнитогорске еще более, до 15% в месяц. Следует отметить, что в основном большая смертность зависит не от эпидемических заболеваний, а от жилищного и бытового неустройства, причем детская смертность повышается в связи с отсутствием необходимого питания».

Высокий уровень детской смертности входил в число главных причин отрицательного сальдо между рождаемостью и смертностью у спецпереселенцев. Например, в 1932 году в Хибиногорске (Кировске) Мурманского округа у спецпереселенцев родилось 420 и умерло 864 человека, причем среди них 589 детей. Таким образом, в данном конкретном случае 68,2% общей смертности приходилось на детскую смертность.

За 1932 г. в «кулацкой ссылке» умерло больше, чем родилось в 5 раз. Выше этого среднего уровня были соответствующие показатели в Северном Казахстане - в 14,5 раз, Башкирии - 10,4, Средней Азии - 8,3 и на Средней Волге - в 7,6 раз. На Урале они соответствовали среднему уровню по всей "кулацкой ссылке" (в 5 раз). У спецпереселенцев, проживавших в Южном Казахстане, в 1932 г. умерло больше чем родилось в 4,4 раза, на Северном Кавказе - 4,0, в Западной Сибири - 3,9, Северном крае - 2,9, на Алдане - 2,4, в Ленинградской обл. - 2,3, Восточной Сибири - 1,9, на Украине - 1,8, Дальнем Востоке -1,7 и у спецпереселенцев, проживавших в Горьковском крае, - в 1,4 раза. Такие различия в показателях рождаемости и смертности в "кулацкой ссылке" зависели от многих факторов (длительность нахождения на спецпоселении того или иного контингента, степень адаптированности, климатические условия, плодородие местных почв и др.).

Соотношение между рождаемостью и смертностью в 1933 г. в различных районах "кулацкой ссылки" по сравнению с 1932 г. стало еще более неравномерным. Это вызывалось целым рядом причин, но главная заключалась в том, что в 1932-1933 гг. отдельные регионы страны (Украина, Северный Кавказ, Поволжье, Казахстан, частично Урал и некоторые другие районы) поразила засуха. Смерть не обошла стороной и спецпереселенцев, проживавших в районах, где царил голод. Если в среднем за 1933 г. в "кулацкой ссылке" умерло больше, чем родилось в 8,9 раз, то на Северном Кавказе - в 20,8 раз, в Северном Казахстане - в 19,1, на Украине - в 15,7, на Средней Волге - в 15,6, в Средней Азии - в 14,4, на Урале - в 13,1, в Южном Казахстане - в 12,7 раз. По другим районам сосредоточения "кулацкой ссылки" превышение смертности над рождаемостью в 1933 г. выглядело следующим образом: Северный край - в 9,6 раз, Белбалткомбинат НКВД - 5,1, Западная Сибирь - 4,8, Восточная Сибирь - 4,5, Дальний Восток - 4,1, Башкирия - 4,1, Горьковский край - 3,6, Алдан - почти в 2 раза и Ленинградская обл. - в 1,9 раза.

К середине 1935 года детская смертность резко снизилась. Так в том же Кировске в 1935 году она понизилась по сравнению с 1934 годом на 40%[12]. Кроме того, начиная с 1935 года средние показатели смертности по всем спецпоселениям практически не отличаются от среднего уровня смертности по стране.

В постановлении СНК РСФСР от 18 августа 1930 г. "О мероприятиях по проведению спецколонизации в Северном и Сибирском краях и Уральской области" указывалось[13]:

1) Возложить на Наркомзем РСФСР проведение земельного и хозяйственного устройства спецпереселенцев и их семей, занимающихся сельским хозяйством, в Северном и Сибирском краях и Уральской области.

2)Поручить ВСНХ РСФСР, НКТоргу и другим хозяйственным органам, по соглашению с НКЗемом и Наркомвнуделом РСФСР проведение устройства спецпереселенцев, используемых по линии промышленности и промыслов.

3)Признать необходимым при проведении спецколонизации:а) максимально использовать рабочую силу спецпереселенцев на лесоразработках, на рыбных и иных промыслах в отдаленных, остронуждающихся в рабочей силе, районах иб) в сельском хозяйстве устраивать лишь тех спецпереселенцев, рабочая сила которых не может быть использована на лесоразработках и промыслах.

4)Поручить НКЗему РСФСР, совместно с ВСНХ РСФСР, НКТоргом и с соответствующими краевыми (областными) исполкомами и по соглашению с НКВД РСФСР разработать в соответствии с указаниями п.3 настоящего постановления конкретные хозяйственные мероприятия по использованию спецпереселенцев

Труд в спецпоселениях

Первые годы спецпереселения были наиболее тяжелыми. Государством ставилась задача освоения необжитых и малообжитых районов страны, разработка и добыча природных ресурсов, строительство коммуникаций. При определении районов расселения специально выбирались места, откуда в силу природных условий побег был бы весьма затруднительным. Так, в одном из документов ПП ОГПУ Сибкрая от 25 апреля 1930 года отмечалось[14]: «Изысканы и детально проработаны под расселение необжитые, отдаленные северные районы… при этом в принципе отвода районов расселения для каждого округа наряду с экономическими соображениями (пригодность их к с/х и промышленному использованию) также учтены были и моменты политического характера, в частности в отводе районов учитывались природные условия ,гарантирующие невозможность бегства выселенных обратно (болота, реки, отсутствие дорог)».

До июля 1931 г. расселением, трудоустройством и другими вопросами, связанными со спецпереселенцами, ведали краевые и областные исполкомы. Постановлением СНК СССР от 1 июля 1931 г. «Об устройстве спецпереселенцев» их административное управление, хозяйственное устройство и использование были поручены ОГПУ. Специальные (трудовые) поселения ГУЛАГа (последний до 1934 г. входил в систему ОГПУ, с 1934 г. - в систему НКВД) для высланного кулачества были организованы согласно постановлениям СНК СССР от 16 августа 1931 г. №174с, от 20 апреля 1933 г. №775/146с и от 21 августа 1933 г. №1796/393с. По этим постановлениям на ГУЛАГ была возложена ответственность за надзор, устройство, хозяйственно-бытовое обслуживание и трудоиспользование выселенных кулаков.

Спецпереселенцы, расселенные в 1930-1931 гг., были освобождены от всех налогов и сборов до 1 января 1934 г. Некоторым трудпоселенцам эта льгота была продлена до 1 января 1935 г. Основная же их масса с 1934 г. стала облагаться всеми налогами и сборами на одинаковых основаниях с остальными гражданами[15]. В оплате труда и других условиях работы они приравнивались ко всем рабочим и служащим, за исключением того, что их не принимали в профсоюз и из их зарплаты удерживалось 5% на содержание аппарата Отдела трудовых поселений ГУЛАГа и административное обслуживание трудпоселений (до августа 1931 г. эти отчисления составляли 25%, до февраля 1932 г. - 15%)[16].

В начальный период все выселенные кулаки были лишены избирательных прав. С 1933 г. стали восстанавливаться в этих правах дети, достигшие совершеннолетия. В постановлении Президиума ЦИК СССР от 17 марта 1933 г. «О порядке восстановления в избирательных правах детей кулаков» указывалось: «Дети высланных кулаков, как находящиеся в местах ссылки, так и вне ее, и достигшие совершеннолетия, восстанавливаются в избирательных правах районными исполкомами по месту их жительства при условии, если они занимаются общественно полезным трудом и добросовестно работают».

Что касается взрослых, то восстановление их в избирательных правах до 1935 г. производилось строго в индивидуальном порядке по истечении, как правило, 5-летнего срока с момента выселения и наличии положительных характеристик о поведении и работе. Первый опыт освобождения спецпереселенцев - передовиков производства был произведен в 1932 г. В письме Г.Г. Ягоды от 5 мая 1932 г., адресованном начальникам ПП ОГПУ ряда краев и республик, говорилось: «ЦИК СССР досрочно восстановил в правах спецпереселенцев в Вашем Крае по прилагаемому при сем списку... На общих собраниях широко объявить во всех без исключения спецпоселках Вашего Края (Области) о досрочном восстановлении ЦИК СССР по ходатайству ОГПУ и хозорганизаций этой группы спецпереселенцев, доказавших своей честной работой, высокой производительностью труда и поведением лояльное отношение к Советской власти... Среди восстановленных в правах провести широкую кампанию с тем, чтобы они добровольно остались жить и работать на тех предприятиях, на которых они работают в данный момент... Восстановленные лица имеют право выезда из спецпоселка, пользуются всеми правами граждан СССР и к ним не могут быть применены никакие меры ограничения»

К 1935 г. раскулаченные относительно обжились в местах высылки. Например, на севере Западной Сибири в 1935 г. трудпоселенцы имели 16819 жилых домов и 295 утепленных бараков, однако 12% трудпоселенцев проживало еще в землянках и полуземлянках[17]. С 1935 г. рождаемость в «кулацкой ссылке» стала выше смертности: за 1932-1934 гг. родилось 49168 и умерло 281367, за 1935-1937 гг. - соответственно 82775 и 59101 человек. Если быть точнее в 1936 году родилось больше, чем умерло, на 28%, в 1937 — в 1,7 раза, 1938-1940 годах — почти в 2 раза.

В сентябре 1938 г. в трудпоселках имелось 1106 начальных, 370 неполных средних и 136 средних школ, а также 230 школ профтехобразования и 12 техникумов. Насчитывалось 8280 учителей, из них 1104 были трудпоселенцами. Всеми учебными заведениями трудпоселений было охвачено 217454 детей трудпоселенцев. Сетью дошкольных учреждений было охвачено 22029 малолетних детей (с ними занимались 2749 воспитателей). 5472 ребенка, не имевшие родителей, размещались в поселковых детских домах. В трудпоселках имелись 813 клубов, 1202 избы-читальни и красных уголка, 440 кинопередвижек, 1149 библиотек. По постановлению СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 15 декабря 1935 г. «О школах в трудпоселках» разрешалось детей трудпоселенцев, окончивших неполную среднюю школу, принимать на общих основаниях как в техникумы, так и в другие специальные средние учебные заведения, а окончивших среднюю школу - допускать на общих основаниях в высшие учебные заведения.

В первые годы жизни в "кулацкой ссылке" положение спецпереселенцев было крайне тяжелым. Так, в докладной записке руководства ГУЛАГа от 3 июля 1933 г. в ЦКК ВКП(б) и РКИ отмечалось[18]: «С момента передачи спецпереселенцев Наркомлесу СССР для трудового использования в лесной промышленности, т.е. с августа 1931 года, Правительством была установлена норма снабжения иждивенцев - с/переселенцев на лесе из расчета выдачи в месяц: муки 9 кг, крупы 9 кг, рыбы 1,5 кг, сахару 0,9 кг. С 1 января 1933 года по распоряжению Союзнаркомснаба нормы снабжения для иждивенцев были снижены до следующих размеров: муки 5 кг, крупы 0,5 кг, рыбы 0,8 кг, сахару 0,4 кг. Вследствие этого положение спецпереселенцев в лесной промышленности, в особенности в Уральской области и Северном крае, резко ухудшилось... Повсеместно в ЛПХах (леспромхозах.) Севкрая и Урала отмечены случаи употребления в пищу разных несъедобных суррогатов, а также поедание кошек, собак и трупов падших животных... На почве голода резко увеличилась заболеваемость и смертность среди с/переселенцев. По Чердынскому району от голода заболело до 50% с/переселенцев... На почве голода имел место ряд самоубийств, увеличилась преступность... Голодные с/переселенцы воруют хлеб и скот у окружающего населения, в частности у колхозников... Вследствие недостаточного снабжения резко снизилась производительность труда, нормы выработки упали в отдельных ЛПХах до 25%. Истощенные спецпереселенцы не в состоянии выработать норму, а в соответствии с этим получают меньшее количество продовольствия и становятся вовсе нетрудоспособными. Отмечены случаи смерти от голода с/переселенцев на производстве и тут же после возвращения с работ...».

Важнейшим компонентом спецколонизации являлось сельскохозяйственное освоение ранее необжитых или малообжитых районов. Поэтому правительство СССР довольно регулярно выносило решения о наделении спецпереселенцев (трудпоселенцев) семенным фондом. Например, постановление Совета Труда и Обороны от 23 января 1932 г. «О семенах для спецпереселенцев Западной Сибири» обязало Наркомснаб отпустить спецпереселенцам северных районов Западной Сибири 5269 ц пшеницы, 17482 ц овса, 6063 ц ячменя, 4774 ц льна и 754 ц конопли[19]. В 1937 г. трудпоселенцы посеяли яровых на площади 377352 га, озимых - 83248 га, вспахали под зябь и пары - 308939 га. Непосредственно на обслуживании неуставных сельхозартелей трудпоселенцев специализировались тогда 24 машинно-тракторные станции и 21 машинно-тракторная мастерская, имевшие около 1000 тракторов, 100 комбайнов и 200 автомашин. В 1937 г. валовой сбор урожая в "кулацкой ссылке" составил (в тоннах): зерно - 294859,3; хлопок - 14119,4; масленичные и технические культуры - 4161,3; рис - 496,0; картофель - 167800,5; овощи - 38274,1; кормокорнеплоды - 14041,0; сено - 402284,5; силос - 45241,3; грубые корма - 229583,3. На 1 января 1938 г. число рабочего скота у трудпоселенцев составляло 56326 голов, крупного рогатого скота - 196338, свиней - 62303, овец и коз - 224036, птицы - 194675 голов[20].

По состоянию на 1 января 1938 г., для ведения сельского хозяйства трудпоселенцам было отведено 3035644 га земельных угодий, из них 1128194 га - пахотоспособных, 287431 га - сенокосных угодий, 590789 га - пастбищных, 44914 га - усадебных земель и 984316 га - лесов и прочих земель. К 1938 г. под посевы было освоено 466363 га. Кроме того, под сенокосы было освоено около 1,1 млн. га лугов и частично пахотоспособных земель. Всего к началу 1938 г. под посевы, сенокосы и пастбища, а также под индивидуальные усадебные участки было освоено 2202066 га земель.

За 1930-1937 гг. в «кулацкой ссылке» было раскорчевано 183416 га и расчищено от кустарника и мелкого леса 58800 га. Большая часть раскорчевки и расчистки была произведена в Нарымском крае (138600 га). Архангельской обл. (14453 га), на севере Омской обл. (20150 га), в Вологодской обл. (7612 га), Коми АССР (4710 га). Иркутской обл. (6694 га), в Дальневосточном крае (9279 га). Было осушено болот в Нарыме и в Карельской АССР на площади 2988 га и орошено преимущественно в засушливых районах Казахстана, Узбекистана, Таджикистана и Киргизии 12857 га земель. Было также поднято и разработано 243161 га целинных земель, из них 214605 га - в ранее необжитых районах Северного Казахстана. Силами спецпереселенцев (трудпоселенцев) проведена большая работа по постройке грунтовых дорог в бездорожных районах. Всего к 1 января 1938 г. закончилась постройка 7294 км дорог, из них 3812 км - в болотно-таежных районах Нарыма, 724 км - в лесных районах Архангельской обл., 1139 км - в Свердловской обл., 593 км - в северных районах Омской обл., 168 км - в степях Казахстана.

В начале 1938 г. насчитывалось 1058 неуставных трудпоселенческих сельхозартелей с числом членов всех возрастов 429670 человек. Непосредственно в сельском хозяйстве этих артелей было занято 73654 взрослых трудоспособных трудпоселенцев (27589 - в Нарымском крае, 18119 - в Ставропольском крае, 14682 - в Казахской ССР, 4524 - на обработке хлопка в Вахшской долине Таджикской ССР, 8740 - в других областях и краях). В «кулацкой ссылке» в начале 1938 г. существовала также 141 кустпромартель, объединявшая 8181 человека[21]. Трудпоселенческие неуставные сельхозартели и кустпромартели были переведены на обычный колхозный и промартельный устав по постановлению СНК СССР №986-236с от 9 сентября 1938 г. «О переводе неуставных артелей трудпоселенцев на устав артелей».

Десятки тысяч трудпоселенцев влились в коллективы крупнейших промышленных предприятий страны. Например, в начале 1938 г. 8304 трудпоселенца работали на Магнитогорском металлургическом комбинате, 2126 - Кузнецком металлургическом комбинате, 2809 - на Уралвагонстрое, 1727 - Уралвагонзаводе, 2240 - Тагилстрое, 658 - Уралмаше, 19115 - комбинате "Карагандауголь".

Представляют интерес сведения о 997329 трудпоселенцах по состоянию на 1 июля 1938 г. 128148 трудпоселенцев, восстановленных в избирательных правах до 1935 г., не имели ограничений в выборе профессий и не были включены в учет по трудоиспользованию. Остальные 869191 трудпоселенцев (247961 мужчина, 261774 женщины, 69267 подростков от 14 до 16 лет и 290189 детей до 14 лет) распределялись по отраслям следующим образом: в тяжелой промышленности - 354311, в лесной - 165405, в артельном сельском хозяйстве - 162225, в системе Наркомзема - 32023, в Белбалткомбинате НКВД - 28083, в системе НКПищепрома - 20298, в системе Наркомата путей сообщения на лесе - 18196, в совхозах НКСовхозов и Наркомзема - 16505, в легкой и местной промышленности - 7886, в системе Главного управления Северного морского пути (ГУСМП) - 3076, в трудколониях НКВД - 2691, в прочих организациях - 44722; в детдомах и инвалидных домах находился 3471 человек. Из этого числа (869191) был занят на работах 355301 человек, являлись нетрудоспособными - 454845. Кроме того, 59043 трудпоселенца считались трудоспособными, но по каким-то причинам не работали.

В начале и середине 30-х годов шел не только процесс направления людей в "кулацкую ссылку", но и имел место незначительный обратный процесс - процесс освобождения оттуда. Например, только в 1934-1938 гг. из "кулацкой ссылки" было освобождено 31515 человек как "неправильно высланных", а 33565 - передано на иждивение. Тысячи людей были освобождены в связи с направлением на учебу, вступлением в брак с нетрудпоселенцами и по другим причинам.

География трудовых поселений

По данным на 1 июля 1938 г., в среднем на каждый трудпоселок приходилось 573 жителя - трудпоселенца. Однако по районам «кулацкой ссылки» этот показатель выглядел следующим образом: Ставропольский край - 4553, Карельская АССР - 3083, Карагандинская обл. - 3043, Ленинградская - 2570, Челябинская - 1433, Белбалткомбинат НКВД - 1390, Узбекская ССР - 1100, Североказахстанская обл. - 989, Кировская - 974, Башкирская АССР - 971, Оренбургская обл. - 844, Куйбышевская - 822, Иркутская - 767, Свердловская - 707, Южно-Казахстанская - 565, Коми АССР - 545, Таджикская ССР - 532, Якутская АССР - 498, Красноярский край - 490, Архангельская обл. - 476, Киргизская ССР - 456, Омская обл. - 393, Бурят-Монгольская АССР - 389, Новосибирская обл. - 378, Читинская - 312, Дальневосточный край - 229, Вологодская обл. - 213, Украинская ССР - 170 и Алтайский край - 155 человек.

В начале 1938 г. из 142311 трудпоселенцев, работавших в тяжелой промышленности системы Наркомтяжпрома СССР, в Свердловской области трудились 43645 человек. Новосибирской - 19600, Казахской ССР - 16822, Челябинской обл. - 16079, Ленинградской - 11362, Красноярском крае - 7085, Дальневосточном крае - 9240, Иркутской обл. - 6377, Карельской АССР - 3145, Якутской АССР - 2003, в других краях и областях - 9693 человека. Из 63926 трудпоселенцев, занятых в начале 1938 г. в лесной промышленности системы Наркомлеса СССР, 14609 человек работали в Свердловской обл., 11974 - Красноярском крае, 8292 - Архангельской обл., 6034 - Новосибирской, 5992 - Коми АССР, 4113 - Дальневосточном крае, 4018 - Омской обл., 2609 - Вологодской, 2111 - Иркутской и 4174 - в других областях и краях.

Выводы

— Через «кулацкую ссылку» прошли около 2,3 млн человек. Всего раскулачиванию подверглось не более 3,5 миллионов человек. Это не превышает 2% от всего населения СССР
— Было несколько категорий кулаков. Первые две подвергались выселению в отдаленные места. Третья, как наименее опасная, подлежала переселению в пределах одной области/края
— Жизнь спецпереселенцев на ранних этапах была чрезвычайно тяжела. Суровые климатические условия, необжитые/малообжитые места, плохое снабжение вызывали повышенную смертность. Однако начиная с 1935 года рождаемость начинает превосходить смертность. Существенно увеличивается уровень жизни в спецпоселениях
— Из спецпоселений бывшие кулаки бежали десятками тысяч. Далеко не все были отловлены и возвращены обратно
— Постепенно жители спецпоселений восстанавливались в правах, в спецпоселениях строились школы, техникумы и т.д. Во второй половине 30-х спецпереселенцев начали освобождать
— Спецпереселенцы с нуля строили колхозы, организовывались в артели, поднимали производство в самых различных отраслях. Тысячи спецпереселенцев получали от этого весьма высокий доход
— К 1936 году кулачество в целом было ликвидировано как класс. Спецпереселенцы постепенно переставали отождествлять себя с буржуазным классом и причисляли себя к трудовому крестьянству

(Настоятельно рекомендую прочитать книгу Виктора Земскова «Сталин и народ», в частности главу посвященную раскулачиванию. В данном разборе я по большей части опирался на материалы этой книги и не упомянул еще много крайне важной и интересной информации)

Примечания

[1] ГАРФ. Ф.9479. Оп.1. Д. 89. Л.205.
[2] Спецпереселенцы — жертвы «сплошной коллективизации»: Из документов «особой папки» Политбюро ЦК ВКП(Б). 1930-1932 гг./ Сост. Г.М. Адибеков//Исторический архив. 1994. №4. С.149.
[3] Зеленин И.Е. Рецензия на сборники документов «Спецпереселенцы в Западной Сибири»//Отечественная история. 1996. №5. С.197; Красильников С.А. Серп и молох. С. 23-24.
[4] ГАРФ. Ф.9479. Оп.1. Д.22. Л.42.
[5] Там же. Л.43.
[6] Там же. Д.19. Л.4.
[7] Там же. Л.1.
[8] Там же. Д.3. Л.14.
[9] Там же. Д.19. Л.8.
[10] Там же. Л.7.
[11] Там же. Д.7. Л.9.
[12] Шашков В.Я. Спецпереселенцы на Мурмане. С.124.
[13] ГАРФ. Ф,9479. Оп.1. Д.1. Л.1.
[14] Спецпереселенцы в Западной Сибири. 1930 - весна 1931 г. Новосибирск, 1992. С.89-90.
[15] В.Н.Земсков. "Кулацкая ссылка" в 30-е годы // Социологические исследования. 1991, №10. С.8-9.
[16] В.Н.Земсков. Судьба "кулацкой ссылки" // Отечественная история. 1994, №1. С.118.
[17] ГАРФ. Ф.9479. Оп.1. Д.30. Л.18.
[18] Там же. Д.16. Л.15.
[19] Там же. Д.9. Л.1.
[20] Там же. Л.21.
[21] Там же. Д.48. Л.3-5, 16а