Knight in white 2

Сегодня у Йенса удачный день – наконец получится отвести сестру в храм Исиды. Поговорив накануне со старшей жрицей, он узнал, что необходимый обряд можно провести, но за определенную плату. Служительница Исиды честно предупредила, что ничего обещать не может. Однако Йенс готов был ухватиться за любой шанс исцелить Умару, чего бы это ни стоило.

Война, которая завершилась шестью годами раньше, оставила в душе сестры неизгладимый след. Как и в душе многих жителей Абилина. Умаре повезло меньше других. Разум девушки, ставшей свидетельницей убийства родителей, помутился. Она перестала узнавать даже брата. Йенс перепробовал множество способов лечения, обращался к гадалкам, лекарям, жрецам, магам и шарлатанам. Но улучшение было лишь временным.

Придя в храм, Йенс отдал настоятельнице плату и стал наблюдать за обрядом. Умару посадили у алтаря, зажгли благовония и начали нараспев произносить молитвы. Старшая жрица подошла к девушке и возложила руки ей на голову.

Наблюдая за обрядом, Йенс заметил девушку с каштановыми волосами и оливковыми глазами, которая стояла чуть поодаль. Она с такой жадностью вглядывалась в происходящее, как будто от этого зависела ее жизнь. Это обеспокоило Йенса – он старался привлекать как можно меньше внимания.

Через некоторое время обряд подействовал и взгляд Умары начал проясняться. Сразу после этого Йенс вместе с сестрой поспешил уйти из храма прочь.

Умара не вспомнила брата, хотя и отнеслась к нему как давнему знакомому. Былая живость к ней тоже не вернулась. Но взгляд стал осмысленным, да и двигалась она сама, без посторонней помощи. Поужинали брат с сестрой дома, в тишине: Умара ела суп молча, а Йенс не решался начать разговор. Наконец, сестра отодвинула тарелку и перевела на него взгляд.

– Я помню, как ты за мной ухаживал. Ты так много для меня делаешь. Спасибо.

Йенсу нестерпимо захотелось со слезами радости броситься сестре на шею. «Только бы сдержаться. Не надо пугать ее. И не надо обнадеживать себя. Завтра ей снова может стать хуже».

Как бы Йенс не радовался, на следующий день рассудок Умары вновь помутился. Пришлось возвращаться в храм Исиды. Жрицы сказали, что могут лишь повторить обряд, не больше. Необходимой суммы у Йенса больше не было, но он решил добыть еще. К счастью, жрицы позволили оставить Умару на их попечении, пока он будет занят.

Служительница с каштановыми волосами, на которую Йенс вчера обратил внимание, догнала его у выхода из храма.

– Подожди, пожалуйста! Меня зовут Лиада, я изучаю разные болезни. Меня заинтересовала болезнь твоей сестры. Настоятельница сказала, что мы вряд ли сможем сделать больше, чем уже сделали. Но я хотела бы помочь, если ты позволишь.

«Этого еще не хватало», – Йенс отступил назад.

– И чем же ты поможешь, если ваши служительницы не могут сделать больше?

Лиада смутилась. Йенс уже хотел уйти, но жрица нашлась с ответом:

– Они не собираются изучать болезнь твоей сестры и искать новые лечебные практики. А я хочу попробовать и таким образом смогу сделать больше.

– Сможешь? – спросил вор едко.

– Я постараюсь.

– Откуда такое рвение? Ну, вылечишь ты мою сестру. А твоя выгода в чем?

– Я люблю исследования. И я чту жизнь. А вернуть твоей сестре разум – значит вернуть ей полноценную жизнь. Моя богиня поощряет это.

По мнению Йенса, выгода, которую нельзя пересчитать на деньги, – сомнительная выгода. Однако Лиада говорила так искренне, что он поневоле поддался ее напору.

– Ну, хорошо. Я попрошу, чтобы заботы о моей сестре поручили тебе.

– Вот и славно. Я сделаю все, что в моих силах, можешь мне поверить… И кстати, как твое имя?

– Дженс, – ответил Йенс без раздумий.