Крещение Киева
Возвращение новокрещеного князя в свою столицу было чрезвычайно драматичным. Оно описано в «Повести временных лет» так, каким запечатлелось в памяти потомков:
После всего этого Владимир взял царицу, и Анастаса, и священников корсунских с мощами святого Климента, и Фива, ученика его, взял и сосуды церковные, и иконы на благословение себе <…> и вернулся в Киев. И когда пришел, повелел опрокинуть идолы — одних изрубить, а других сжечь. Перуна же приказал привязать к хвосту коня и волочить его с горы по Боричеву взвозу к Ручью и приставил 12 мужей колотить его палками. Делалось это не потому, что дерево что-нибудь чувствует, но для поругания беса, который обманывал людей в этом образе, — чтобы принял он возмездие от людей. «Велик ты, Господи, и чудны дела твои!» Вчера еще был чтим людьми, а сегодня поругаем. Когда влекли Перуна по Ручью к Днепру, оплакивали его неверные, так как не приняли еще они святого крещения. И, притащив, кинули его в Днепр. И приставил Владимир к нему людей, сказав им: «Если пристанет где к берегу, отпихивайте его. А когда пройдет пороги, тогда только оставьте его». Они же исполнили, что им было приказано. И когда пустили Перуна и прошел он пороги, выбросило его ветром на отмель, и оттого прослыло место то Перунья отмель, как зовется она и до сих пор. Затем послал Владимир по всему городу сказать: «Если не придет кто завтра на реку — будь то богатый, или бедный, или нищий, или раб, — будет мне врагом». Услышав это, с радостью пошли люди, ликуя и говоря: «Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре». На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же, стоя, совершали молитвы. И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасаемых душ. <…> Люди же, крестившись, разошлись по домам. Владимир же был рад, что познал Бога сам и люди его, воззрел на небо и сказал: «Христос Бог, сотворивший небо и землю! Взгляни на новых людей этих и дай им, Господи, познать тебя, истинного Бога, как познали тебя христианские страны. Утверди в них правильную и неуклонную веру и мне помоги, Господи, против дьявола, да одолею козни его, надеясь на тебя и на твою силу».
Как видим, крещение прошло исключительно мирно. Люди с радостью шли на Днепр. Однако сегодня существует мнение, что их заставили: киевляне, дескать, испугались быть врагами Владимира. Если так, то здесь становятся ясны приоритеты язычников — верность князю для них важнее верности «родным» богам. Христиане же в подобной ситуации (мы знаем из истории) неоднократно вели себя иначе. На самом же деле люди могли отказаться и при первом удобном случае избавиться от Владимира — власть князя в Киевской Руси не была абсолютной. В любом случае, повторимся, здесь и речи нет о крови или насилии при крещении Киева.
И сказав это, <Владимир> приказал рубить церкви и ставить их по тем местам, где прежде стояли кумиры. И поставил церковь во имя святого Василия на холме, где стоял идол Перуна и другие и где творили им требы князь и люди. И по другим городам стали ставить церкви и определять в них попов и приводить людей на крещение по всем городам и селам. Посылал он собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное. Матери же детей этих плакали о них; ибо не утвердились еще они в вере и плакали о них как о мертвых.
Учителями новокрещеных русов были по большей части болгары, в том числе учившиеся на Афоне. Это обучение принесло невероятно быстрые плоды: через поколение на Руси выросли уже замечательные мастера слова и знатоки литературы, такие как один из первых русских писателей митрополит Иларион.
Во всех летописях и преданиях подчеркивается, что Владимир начал упорную, настойчивую и целенаправленную работу по просвещению и крещению своего княжества. Иаков Черноризец в своей «Памяти и похвале св. Владимиру» многократно повторяет: «И всю землю русскую он крестил от конца и до конца. Храмы идольские и кумирни повсюду разрушал и уничтожал, идолы сокрушал, а церкви украсил честными иконами».
При Владимире начинается масштабное каменное строительство в Киевской Руси, хотя первые сохранившиеся до сегодняшнего дня постройки относятся ко времени его сына Ярослава. Заложены города Владимир-на-Клязьме (990), Белгород (991), Переяславль (992) и многие другие. Строились новые церкви, рукополагались новые священники.
Главным храмом, построенным Владимиром, была Богородичная Десятинная церковь в Киеве. По всей видимости, многие клирики приезжали из Болгарии, принявшей христианство более ста лет до того, и привозили с собой книги и тексты на славянском языке для использования на богослужении.
Вся эта перестройка жизни проходила без какого-либо заметного сопротивления со стороны народа. В общем, это было естественно: как мы увидели, крещение Руси не было взявшимся из ниоткуда и навязанным великим князем переходом от привычной и любимой религии к некоей неизвестной вере.
Во-первых, насаждавшийся до этого Владимиром разработанный им синтетический языческий культ уже сам по себе отвратил людей от привычных им форм поклонения, ничего не дав взамен.
Во-вторых, христианство (в его восточной форме) было хорошо знакомо жителям Киевской Руси. Христиане жили среди них, византийскими товарами (многие с христианской символикой) пользовались почти все, грамоту (основанную на христианстве) учили даже многие язычники.
И, в-третьих, христианство рано или поздно принимали все соседние с Русью народы, входя таким образом в семью цивилизованных государств. Многие также понимали, что даже сам уровень цивилизации и материальной культуры связан с христианством, а значит, и с могуществом христианского Бога. Отсюда и практически повсеместное согласие людей на крещение и полное изменение своей жизни.