«НИКТО НЕ ЗАБЫТ, НИЧТО НЕ ЗАБЫТО». Ленинград. Начало блокады

8 сентября 1941 года — дата, навсегда вписанная в летопись нашей Родины кровью, болью и скорбью. В этот день кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинграда. Захватив Шлиссельбург, враг перерезал все сухопутные пути снабжения. С этого момента связь с «большой землёй» держалась лишь по воздуху и по ледяным водам Ладожского озера.

В тот же день город пережил первый массированный налёт. Огонь, охвативший Бадаевские склады — главную продовольственную базу, — уничтожил значительную часть запасов. Это стало зловещим предвестием будущих испытаний.

С первых дней блокады началось сокращение норм выдачи хлеба. К осени рабочие получали всего 400 граммов, остальные жители — 200. В ноябре нормы уменьшились ещё больше: 250 граммов для рабочих и всего 125 граммов для остальных горожан. Этот хлеб, наполовину состоявший из жмыха и древесной муки, стал символом зимы 1941–1942 годов — самой страшной зимы в истории города.

И всё же Ленинград выстоял. Среди холода и голода родился негласный закон: помогать друг другу. Это не было приказом или пропагандой — это был нравственный выбор каждого жителя.

До войны в здании Христорождественского Братства на 6-й Советской (бывшей Рождественской) улице, дом №21, располагалась школа №161. Дом был построен в середине XIX века для братства при храме Рождества Христова на Песках. Но 1 сентября 1941 года школа не открылась: ее ученики были эвакуированы. Когда началась блокада, в стенах бывшего дома Братства начал работать детский дом №98. 625 воспитанников этого детского дома были вывезены по Ладожской Дороге жизни.

Здесь же устроили бомбоубежище. В сквере по периметру были вырыты траншеи, где дежурили бойцы местной противовоздушной обороны (МПВО). На месте разрушенной церкви Рождества Христова на Песках в сквере стояли санитарные машины: совсем рядом в здании школы №164 (6 -я Советская улица, дом №24), с 1941 – 1944 гг. действовал военный госпиталь.

Ленинградцы жили как одна семья. В ту суровую пору родилось то единение, которое потомки будут называть подвигом. «Мы — ленинградцы!» — эти слова звучали с особой силой и гордостью, отражая стойкость города и его людей.

Враг цинично заявлял: «В осаждённый город даже птица не пролетит». Но на груди многих ленинградцев появилась жестяная ласточка с письмом в клюве — жетон «Жду письма». Она символизировала надежду, веру в жизнь, в возвращение близких.

"Маленькую ласточку из жести

Я носила на груди сама.

Это было знаком доброй вести,

Это означало: «Жду письма».

Этот знак придумала блокада.

Знали мы, что только самолёт,

Только птица к нам, до Ленинграда,

С милой-милой Родины дойдёт."

(Ольга Берггольц, 1942 г., Ленинград)

Сколько бы лет ни прошло, подвиг Ленинграда остаётся вечным примером мужества и несгибаемой воли. Это не только история города, но и нравственный урок для будущих поколений. Ленинград — город-герой, город-легенда, символ несокрушимости человеческого духа.

На Пискарёвском мемориальном кладбище, где покоятся многие жертвы 900-дневной блокады и воины-освободители, высечены слова Ольги Берггольц:

«НИКТО НЕ ЗАБЫТ, НИЧТО НЕ ЗАБЫТО»

НИЗКИЙ ПОКЛОН И ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ!

С БЛАГОДАРНОСТЬЮ, ЛЮБОВЬЮ И МОЛИТВОЙ!

Храм Рождества Христова на Песках.