Хьюи Лонг, Студенческие Долги и Юбилейный год
Оригинал: Huey Long, Student Loans and Jubilees - by Donald Jeffries
Автор - Дональд Джефрис
Эта ранее опубликованная статья особенно актуальна сейчас, учитывая раскол, развивающийся между технократическими элитами, такими как Илон Маск, и сторонниками MAGA. «Один процент» не заботится о вас. Нисколько. Они будут безжалостно эксплуатировать вас ради собственной выгоды. Их победа — это не ваша победа.
Администрация Байдена недавно списала часть огромных долгов по студенческим кредитам, которые легли тяжким бременем на многих молодых людей, окончивших колледж. Как всегда, государственная «помощь» сомнительна, непоследовательна и часто достаётся тем, кто меньше всего в ней нуждается. В данном случае это могут быть студенты юридического факультета Гарварда.
Консерваторы делают то, что у них получается лучше всего, — реагируют на это. Они возмущены тем, что считают «подачкой». Консерваторы ненавидят «подачки». Если, конечно, это не миллиардеры, владеющие спортивными франшизами. Или бесчисленные налоговые льготы, которые всегда были исключительно в интересах богатых. Или иностранная помощь. Они больше не возражают против этого. Многие из них #поддерживают Украину. Или все те бесплатные вещи, которые получают те, кто работает за гроши, пересекая нашу открытую южную границу. Нет, их гнев в полной мере вызван тем, что их соседи получают то, чего у них нет.
Итак, многие из их аргументов в высшей степени разумны. А как насчёт студентов, которые выплатили свои кредиты? А как насчёт тех, кто работал, чтобы оплатить обучение? На данный момент это в основном ошибочные воспоминания бумеров. В прошлом это, безусловно, было возможно, когда плата за обучение была значительно ниже. Я не думаю, что сейчас многие дети оплачивают обучение в колледже, работая официантами в ресторанах. Следует сосредоточиться на этих нелепых плате за обучение.
Я углубился в изучение некоторых денег, которые тратятся колледжами в рамках программы «Выживание самых богатых». Amazon практически бесплатно раздаёт версию Kindle — проверьте. Сейчас это актуально как никогда. Я думаю, что только у Гарварда есть целевой фонд в размере более 50 миллиардов долларов. Так почему же они не выплачивают кредиты своим бывшим студентам? Почему налогоплательщики, а не организации, которые обременяют молодых людей такими непосильными долгами, должны их прощать? Мы не давали денег взаймы на обучение в колледже, так почему Джо Байден или любой другой политик имеют право прощать их?
Теперь Хьюи Лонг во мне хочет порадоваться любому списанию долгов. Но в данном случае это очень избирательно. Почему бы не списать долги по кредитным картам? Это затронуло бы практически всех. Или долги по ипотеке? Или автокредиты? Кредиты для малого бизнеса? Учитывая, что все малые предприятия были уничтожены неконституционным карантином, это должно быть очевидным решением. А тех редких людей, у которых нет долгов, о которых я слышал в связи с этим вопросом, возможно, стоит наградить за финансовую ответственность.
Вы никогда не услышите, чтобы какой-нибудь проповедник призывал к Юбилейному Году, но это, безусловно, было библейской традицией. Идея освобождения людей от всех их долгов каждые двадцать лет выражала сочувствие и справедливость, которых не хватает в нашем современном мире. Представьте, что мог бы сделать Юбилей для миллионов семей сегодня. А тем, у кого нет долгов, можно было бы дать какое-то финансовое вознаграждение. И если вы думаете, что «мы» не можем позволить себе такую идею, подумайте ещё раз.
«Выживание сильнейших» описывает эту насквозь коррумпированную систему во всех кровавых подробностях. Наша экономика основана на модели казино: восемьдесят процентов должны проиграть, чтобы двадцать процентов выиграли. И выиграли по-крупному. В этой стране так много богатств, что если бы их разделили поровну между каждым мужчиной, женщиной и ребёнком, то, согласно исследованию Брукингского института, проведённому в 2019 году, на каждого пришлось бы по 343 000 долларов. Имейте в виду, что это известное богатство, и оно не включает в себя ничего из того, что спрятано во всех этих непроверенных фондах или на офшорных резервных счетах. И это также не включает в себя то, что спрятано в непроверенной Федеральной резервной системе.
Сейчас я не призываю к тому, чтобы мы делили всё поровну. Но цифры показывают, что при таком невероятном богатстве каждый взрослый человек должен иметь возможность жить независимо, и уж точно никто не должен быть бездомным. Вместо этого более 75 процентов работников живут от зарплаты до зарплаты. Почти у такого же процента нет сбережений в размере 500 долларов. У нижней половины американцев меньше одного процента от общего богатства. У трёх богатейших миллиардеров этой страны больше, чем у половины населения. Не нужно быть Берни Сандерсом, чтобы понять, насколько это неправильно.
Девизом Хьюи Лонга была песня «Каждый человек — король». Это была запоминающаяся песня с вдохновляющими словами, написанными самим Хьюи. Опять же, я не предлагаю этого, но если бы мы действительно разделили богатство поровну, то, согласно статистике Брукингского института, каждый мужчина, женщина и ребёнок действительно могли бы жить как короли. Было бы это так уж плохо? Конечно, нам пришлось бы переосмыслить, что значит быть королём. Но, как сказал Хьюи, «никто не захотел бы носить корону». Разве это не было одной из причин Американской революции?
Вся эта история с кредитами на обучение пробудила во мне популистские инстинкты. Вот почему, как бы я ни злился на «пробудившихся» людей, я никогда не чувствовал себя комфортно с рыночниками. Я слышал, как некоторые рыночники-«консерваторы» говорили: «Эй, никто не заставлял тебя брать этот кредит — выплачивай свои долги!» Проблема в том, что каждый из этих кредитов, выданных банковским учреждением, является поддельным. Наша система частичного кредитования теперь даже не требует десятипроцентных резервов, как раньше. Они не требуют никаких резервов.
Это означает, что банки выдают кредиты, которых у них нет. Подумайте об этом. Как здорово было бы выдавать людям кредиты и вдобавок взимать с них воображаемые проценты, если на самом деле у вас их нет? Это схема Понци, которая стоит за коррумпированной экономикой. Как и многое другое в нашем мире, она ненастоящая. Таким образом, студент или любой другой заёмщик не является «неплательщиком», если не может вернуть кредит банку. На самом деле, банк только выиграет, если получит хотя бы один платёж от тех, кто ему должен. И всё же консерваторы так быстро называют их безответственными.
Ещё один любимый тезис рыночников-«консерваторов» заключается в том, что «если бы вы разделили все деньги между людьми, то в течение короткого промежутка времени у одних и тех же людей было бы всё». Это, конечно, удобная и понятная позиция для тех, у кого есть деньги. Но можете ли вы представить, что Цукерберги, Трампы, Гейтсы, Баффы со всего мира остались бы конкурировать с блестящими умами, которые были скованы неудачным стечением финансовых обстоятельств? «Один процент» не впечатляет ни в каком смысле. Помимо их богатства. Их богатство — вот что впечатляет. Легко разбогатеть, если ты родился в богатой семье. Мы не соревнуемся на равных.
Я изучил биографии многих богатейших людей мира в книге «Выживание богатейших. » Почти все они, без исключения, происходили как минимум из высшего среднего класса. И я не имею в виду «средний класс», из которого происходил Билл Гейтс. Вы знаете, его отец был президентом организации «Планируемое родительство», мать в 1950-х годах входила в советы директоров крупных корпораций, а дед был президентом банка. Большинство этих людей родились на третьей базе и думают, что совершили хоум-ран, как выразился Джеральд Селенте.
Рынок полностью коррумпирован. Он коррумпирован. Он не допускает свободной конкуренции, не говоря уже о том, чтобы наслаждаться ею. Ещё в 1970-х годах на любой работе в Америке (кроме фастфуда и тому подобного, что тогда действительно было уделом подростков) платили прожиточный минимум. Я знал многих детей, чьи отцы работали в Sears, Montgomery Wards и тому подобных местах на должностях, не связанных с управлением. Продажа пылесосов или обуви в те времена позволяла вам купить дом, завести столько детей, сколько вы хотели, и вашей жене не нужно было работать. Сегодняшний рынок труда не является отражением «прогресса» ни по одному из определений.
Великий Хьюи Лонг хотел поделиться богатством. Это был лозунг его предвыборной кампании. Его предложение освобождало от налогов первые миллионы долларов дохода. Это было бы сопоставимо с примерно 12 миллионами долларов сегодня. Кто бы выступил против такого предложения? Я имею в виду, кроме тех, кто зарабатывает больше 12 миллионов долларов. Хьюи не нацеливался на средний класс, как это делают сегодняшние борцы за социальную справедливость. Он нацеливался на высший уровень «одного процента». Вот почему они убили его.
Вот великолепная «барбекюшная» речь Хьюи Лонга 1935 года, в которой он с остроумием и проницательностью раскритиковал Рокфеллеров и им подобных. Его речи по-прежнему актуальны, а упомянутые им цифры с тех пор стали ещё более неравными. Ни один из наших позорно плохих нынешних лидеров не смог бы сравниться с Хьюи Лонгом.
Если у нижней половины американцев практически ничего нет, то что даёт добавление в уравнение миллионов ещё более бедных иммигрантов? Очевидно, что это приведёт к росту нижней половины населения. Если двадцать процентов самых богатых управляют хаосом ради элиты, находящейся в верхней части «одного процента», то можно провести расчёты и понять, что все эти отчаянно бедные иммигранты, находящиеся в самом низу экономической лестницы, вытеснят примерно тридцать процентов того, что осталось от среднего класса. И это план, как любил говорить Барни Файф.
Мейнстримный консерватизм — это не ответ на нынешнее левацкое безумие. Консервативный менталитет заключается в том, чтобы в принципе не признавать того, что произошло в этой стране только в этом столетии. Они до сих пор боготворят Рейгана, который всю жизнь был сторонником открытых границ и своим законом о «реформе» 1986 года сделал иммиграционную проблему практически неразрешимой. Они верят, что «никто не хочет работать». Они думают, что можно просто прийти в место, где на входе висят объявления о вакансиях, и вас сразу же возьмут на работу. Это не работает и уже давно не работает.
Если вы хотите увидеть вседозволенность, посмотрите повторы того позорного реалити-шоу с Пэрис Хилтон и Николь Ричи. Дети из трастовых фондов, которые никогда не работали и не будут работать ни дня в своей жизни. Не могут сами заправить машину или даже купить продукты. Или взгляните на высший уровень вседозволенности: например, на британскую королевскую семью. Невообразимое богатство, особняки и роскошь. Почему? Они — самые большие паразиты в мире. Все мифические королевы благотворительности, вместе взятые, не сравнятся с ними в никчёмности. Им платят миллиарды за… абсолютно ничего.
Программы социального обеспечения, подобные тем, что были у Рузвельта, хотя и обеспечивают некоторую защиту для наиболее уязвимых слоёв нашего общества, в конечном счёте терпят неудачу, потому что не решают основную проблему — огромное неравенство в доходах. Великий социалист Юджин Дебс отмечал: «Я выступаю против общественного строя, при котором один человек, который не делает абсолютно ничего полезного, может сколотить состояние в сотни миллионов долларов, в то время как миллионы мужчин и женщин, которые работают всю свою жизнь, едва сводят концы с концами».
Программы в стиле Рузвельта и Линдона Джонсона создали негибкую и по большей части бесполезную бюрократию, но не избавили от бедности и бездомности. Популизм в стиле Хьюи Лонга в его родном штате Луизиана практически устранил налоги на недвижимость и лишение права выкупа заложенного имущества и сэкономил среднестатистической семье значительную сумму на ежемесячных расходах на коммунальные услуги, создав при этом современную инфраструктуру. И губернатор Лонг добился всего этого, сохранив при этом третий по низким расходам штат.
Слово «консерватор» указывает на того, кто хочет сохранить что-то. Что именно в Америке 2.0 стоит сохранить? Если бы вы вернулись в золотую эпоху 1950-х годов, то там было бы много чего, что стоило бы сохранить. Но той эпохи давно уже нет. Должны ли мы сохранять позитивную дискриминацию, открытые границы, бездействие в вопросах модернизации инфраструктуры, нашу преступную систему дробления банковских вкладов, множество неконституционных государственных учреждений, контролируемые государством основные СМИ, нашу неоконсервативную внешнюю политику и мошенническую избирательную систему, и это лишь некоторые примеры? Этото, что предыдущие поколения «консерваторов» позволили создать.
Нам нужно перестать беспокоиться о том, что какой-то бедняга покупает на продовольственные талоны. Поверьте, я знаю, насколько бедными нужно быть, чтобы иметь право на продовольственные талоны, потому что я защищал своего брата. Например, он не был таким. Попробуйте рассказать этим же возмущённым людям о том, что местный стадион строится на деньги налогоплательщиков, и они посмотрят на вас как на сумасшедшего. Попробуйте рассказать им обо всех знаменитостях и богатых людях, которые получают субсидии от налогоплательщиков, но никогда не занимаются сельским хозяйством. Все подробности есть в моей книге.
Если вы не входите в эти 20% лучших, управляющих несправедливым экономическим монстром, то вы неудачник, и в лучшем случае вам грозит лишь серьёзная медицинская проблема, если вы упадёте в нижнюю половину, где проигрывать — значит проигрывать по-настоящему. Если не брать в расчёт моральные последствия того, что в стране изобилия люди вынуждены терпеть такие страдания, то нет и прагматических причин для того, чтобы это допускать. Если у них почти нет дохода, то они не могут платить большие налоги. У них нет свободных средств, которые они могли бы потратить. Но не ждите, что консерваторы это поймут. Большинство из них сейчас боготворят Айн Рэнд, которая однажды сказала, что мы не обязаны помогать ближнему.
Хьюи Лонг заметил, что тем, кто находится на вершине, недостаточно иметь всё. Они должны знать, что у других этого нет. Из этого рождается зависть, которую мы видим у получателей студенческих кредитов, чья жизнь не изменится кардинально, если им простят 10 000 долларов по кредиту. В последний раз, когда я проверял, средняя сумма студенческого кредита составляла более 30 000 долларов. Или зависть рабочего, который видит, что у кого-то, получающего продовольственные талоны, телевизор слишком большой и плоский для человека в такой ситуации.
Популизм — это ответ для масс. Для тех, кто страдает от этой тиранической системы и её безмерной коррупции. Популисты выступают против чрезмерной концентрации власти в каком-либо одном месте или у какого-либо одного человека. Мы так же обеспокоены военно-промышленным комплексом, как и Министерством образования. Как и Хьюи Лонг, мы видим две партии такими, какие они есть: Траляля и Труляля. Мы хотим, чтобы наши лидеры были «скованы цепями Конституции», как выразился Томас Джефферсон, который сам был популистом.
Прощение того, что составляет треть от среднего студенческого кредита, определённо не равнозначно какому-либо юбилею. Нам нужно простить все долги. Мы уже 2000 лет ждём этого. Пусть банки и «один процент» хоть раз пожертвуют чем-нибудь. Обычных людей снова и снова просят «пожертвовать», в то время как плутократы удобно сидят в своих особняках и не жертвуют ни одним опционом на акции. Пусть начнется барабанная дробь в честь долгожданного Юбилейного года!