О значении картофеля в истории России: к юбилею первой в России научной статьи на эту тему

255 лет назад, 15 (26) августа 1770 года, Вольное экономическое общество (научное общество, созданное в 1765 году по инициативе Екатерины II, фактически – первая общественная организация Российской империи) в своём журнале «Труды Вольного экономического общества» опубликовало первую в России научную статью на тему картофеля – «Примечание о картофеле». И в связи с этим юбилеем стоит поговорить о том, насколько это растение значимо для истории России.

Хотя популярное заблуждение связывает появление картофеля в России с именем Петра I, нужно отметить, что при нём картофель рассматривался с точки зрения сугубо лекарственных интересов либо как декоративное растение. Он был известен лишь узкому кругу аристократов. Ситуация стала меняться в эпоху «просвещённого абсолютизма» Екатерины II. Интерес к науке позволил обратить внимание на культуру, которая оказалась крайне востребованной в российских условиях: холодный климат, короткий сельскохозяйственный сезон, долгие зимы превращали бо́льшую часть территории России в зону рискованного земледелия, из-за чего постоянной проблемой был голод в неурожайные годы (по статистике, в дореволюционной России голод случался примерно раз в 7 лет). Картофель с его высокой калорийностью и устойчивостью к морозам для России в этих условиях виделся даже не как вопрос развития (как в Западной Европе), а как вопрос выживания. Для екатерининского двора картофель был не просто культурой, а воплощением идеалов Просвещения – прогресса, агрономических инноваций, рационального подхода к сельскому хозяйству и заботы государства о благосостоянии подданных.

Вольное экономическое общество начиная с 1770-х годов предприняло немало мер по изучению пользы картофеля и пропаганды его полезных свойств. Его усилиями были переведены и напечатаны первые в России руководства по разведению картофеля. В то же время непосредственно в екатерининскую эпоху эффект был скромным: массового внедрения картофеля не произошло, крестьяне относились к новой культуре с недоверием. Однако заслугой просветителей во главе с Екатериной следует считать легализацию в массовом сознании самой идеи посадки картофеля, усвоении новыми поколениями уроков о её пользе, превращения картофеля в государственный проект. В этот период картофель прижился в усадьбах помещиков, что было необходимой вводной. И это позволило реализовать программу внедрения картофеля уже в царствование Николая I. Ключевой фигурой здесь стал министр государственного имущества Павел Дмитриевич Киселёв. Он увидел в картофеле спасение после серии неурожаев хлебов и голода, способ повышения благосостояния государственных крестьян, создания устойчивой продовольственной системы, при этом понимал и необходимость комплексного подхода. Для этого он предпринял ряд системных шагов:

• Распространение посадочного материала – организовывались закупка и распределение качественного семенного картофеля;
• Агрономическое просвещение – по всей стране рассылались подробные, написанные доступным языком инструкции «О разведении земляных яблоков (картофеля», чтобы донести знания до крестьянина;
• Страхование от голода – часть урожая с «общественных запашек» шла на создание продовольственных запасов (картофельных складов) на случай неурожая.

К сожалению, для полной картины приходится отмечать, что благие начинания Киселёва на практике столкнулись с пороками административной системы Российской империи: чрезмерным бюрократизмом и культом отчётности, унификаторским подходом (игнорирующим региональные особенности), отсутствием эффективных каналов коммуникации и доверия между просвещённой элитой и основной массой населения. Успех реформы на местах определялся не реальным благосостоянием крестьян, а формальными показателями («сколько десятин засеяно», «сколько бочек собрано»), что порождало погоню за цифрами, в ходе которой чиновники действовали самым прямолинейным и принудительным способом. Крестьянам принудительно выделяли участки («общественные запашки»), на которых заставляли выращивать картофель. Инструкции из Петербурга часто не учитывали локальные условия (традиции землепользования, агроклиматические условия, особенности менталитета), не оставляли для местных чиновников достаточной гибкости для адаптации программ, следствием чего было «административное дуболомство», а крестьянине видели в чиновнике-реформаторе не благодетеля, а барина, который силой отнимает землю и заставляет сажать непонятную культуру, которая, по слухам, может и отравить (тем более, что технологию не всегда доносили правильно – многие ели ядовитые ягоды и позеленевшие на солнце клубни, отчего травились, и это лишь усиливало страх). Вкупе со слухами о скорой «записи в казаки» и отнятии земель всё это привело к «Картофельным бунтам» 1840-1843 годов – массовым волнениям в северных, уральских и поволжских губерниях, жестоко подавленным царскими войсками.

Для понимания драматизма картофельной кампании стоит провести аналогию с проблемами, с которыми столкнулся другой реформатор – Никита Сергеевич Хрущёв, организовавший «кукурузную кампанию». Как и в случае Киселёва, цели Хрущёва были абсолютно благими и экономическими обоснованными: кукуруза – высокоурожайная культура, прекрасный корм для скота, действительно способная совершить революцию в животноводстве. В обоих случаях ключевая ошибка была не в целях, а в методах – в отсутствии гибкости и научного подхода на местах, в слепой вере в универсальное «чудо-решение», в «гонке за процентами» / «гонке за площадями». Это показывает общие пороки бюрократической системы, которые, к сожалению, не изжиты и сейчас.

Однако, несмотря на ряд общих пороков во время проведения, конечные итоги картофельной и кукурузной кампании были различными. Кукурузная кампания имела определённые положительные последствия – развитие животноводства в южных регионах СССР – но общий баланс на всесоюзном уровне был отрицательным (стала одной из причин, по которой СССР был вынужден начиная с 1963 года закупать зерно за границей). Напротив, картофельная кампания, несмотря на ошибки при реализации, в конечном итоге достигла своей цели: картофель стал неотъемлемой частью сельского хозяйства России. И это имело важное значение для российской истории: внедрение картофеля в царствования Николая I стало одним из факторов демографического взрыва уже начиная с царствования его сына, Александра II – население империи выросло с 70 млн в середине XIX века до 126 млн к моменту переписи 1897 года и до 175 миллионов к началу Первой мировой войны. Конечно, нельзя сказать, что картофель был единственной причиной – способствовали и относительный мир в XIX веке по сравнению с XVI-XVIII веками, и прогресс медицины. И всё-таки роль картофеля, который позволял прокормить в 2-4 раза большее число людей, чем зерновые с той же площади, тоже была исключительно важна.

© Александр Кафеев, 2026. При перепечатке ссылка на автора и исходный пост обязательна. Нарушение преследуется по ст. 1301 ГК РФ.