Америка на грани: куда ведёт страну политика Дональда Трампа?

Шатдаун, протесты, споры о полномочиях, чистки в институтах — политическая система США переживает непростой период.

Мы обратились к Дмитрию Новикову, доценту НИУ ВШЭ и ведущему научному сотруднику ИКСА РАН, чтобы разобраться, какие последствия может иметь текущая политика Дональда Трампа.

«Видят в Трампе тирана, который использует власть во зло»

Почему в США на фоне внешней политики внутри страны возникают проблемы — шатдаун, чистки в Пентагоне, протесты против политики Белого дома?

— Внешнеполитические успехи Трампа во многом картонные: больше медиа-эффекта, чем реальных достижений. Он мастерски продаёт образ миротворца: «beautiful deal» («прекрасная сделка») и тому подобное. Конфликт Индии и Пакистана утих благодаря нежеланию эскалации с обеих сторон, а не только из-за роли Трампа. То же самое с Таиландом и Камбоджей. Трамп преуспевает там, где есть рычаги давления.

Если же говорить о внутриполитических проблемах, то здесь имеет смысл сказать две вещи: для американского избирателя внешняя политика всегда была второстепенна: его интересовала экономика. Примером этого может служить президент Джордж Буш-старший, при котором завершилась Холодная война, СССР прекратил своё существование, а США праздновали триумф. Вместе с этим он не переизбрался на новый срок. Возвращаясь к экономике, общество обращает внимание на тарифную политику Трампа, которая бьёт по их кошелькам. Также он борется за расширение конституционных полномочий президента. Например, Нацгвардия США имеет двойное подчинение — главу государства и губернатора штата. И вот здесь Белый дом сталкивается с сопротивлением со стороны штатов, так как в США права штатов довольно-таки чувствительная тема. Из-за этого и начались демонстрации No Kings («Нет Королям»). Оппозиция видит в Трампе тирана, который нарушает конституционные права, использует власть во зло. Несмотря на это, президент будет опираться на «ядерный электорат» — 40% сторонников его личности, которые будут противостоять разделённому большинству. Противники Трампа пытаются мобилизовать эти 60%, чтобы, как минимум, выиграть предстоящие в 2026 году выборы в Палату представителей. Поэтому внутриполитическая ситуация будет неустойчивой.

Внутренние проблемы влияют не только на США и соседние страны, но и на другие государства, в том числе на Россию. Что лучше для Москвы: слабые или стабильные США?

— Скажем так, нам выгодны США, которые с пониманием относятся к нашим национальным интересам и готовы всё-таки воспринимать их как основу для диалога. А если же говорить о состоянии США, то их развал не выгоден никому, потому что это привело бы к колоссальному шоку для всей международной системы. И последствия этого шока трудно переоценить.

Однако то, что происходит в США сейчас, для нас вполне приемлемо и даже выгодно. Американская политическая система, пусть и находится в напряжённом состоянии, вполне работает. Но здесь рождается другая проблема, которая перевешивает эти потенциальные выгоды. Она связана с тем, что внешняя политика США в результате этого разделения стала непредсказуемой. Ещё 20–30 лет назад, вне зависимости от того, кто находился у власти, мы могли прогнозировать, что будут делать американцы на международной арене. Сейчас же любой демократический президент, который придёт на смену Трампу, будет продолжать его инициативы, но многие из них он может просто перечеркнуть.

То есть разрыв между республиканцами и демократами сейчас настолько велик, что внешняя политика реализуется теперь не на основе консенсуса, а на основе каких-то «хотелок» каждой из политических групп. Договорившись с одним президентом, мы не можем гарантировать, что следующая администрация не отменит эти договорённости.

«Политики сотрясают воздух в прессе, а не решают»

Политическое противостояние партий в США можно назвать «холодной гражданской войной», так как республиканцы и демократы борются без открытого столкновения. Вместе с этим, где проходит граница, за которой наступит уже открытое столкновение партий?

— Открытое столкновение между партиями происходит и сейчас в политическом поле, при этом это далеко не всегда «холодная гражданская война». Конечно, убийство активиста-республиканца Чарли Кирка в сентябре этого года взбудоражило американское общество, которое стало более поляризованным, однако перейти границу, при которой начнётся настоящая гражданская война, не готовы. Не забывайте, что США живут при двух партиях уже 200 лет. Все привыкли к противостоянию.

Единственный случай, когда это переросло в гражданскую войну, — XIX век, 1861−1865 года. Но тогда всё-таки противоречия между республиканцами и демократами носили фундаментальный характер. Они вообще не сходились в том, как должно быть устроено американское общество: одни выступали за рабовладельчество, другие — за промышленное развитие. Сейчас же США сильно перемешаны — нельзя сказать, что сторонники Трампа там где-то в одном штате находятся, а сторонники демократов в другом. Это и защищает страну от распада США или начала гражданской войны.

Даже президентские выборы в 2024-м, в ходе которых бывшая вице-президент США Камала Харрис развязала информационную кампанию, а на Трампа совершили покушение, не привели к каким-то манифестациям или уличной войне. Произошёл вполне мирный транзит власти, где проигравшие демократы признали поражение. Если же мы вспомним штурм Капитолия в 2021-м, то это ужаснуло американское общество, однако во многих странах толпа врывалась в парламент и это не приводило к гражданской войне. На фоне противостояний демократов и республиканцев в США зреет «третья сила».

То есть мы можем говорить, что в скором времени появится третья партия, которая будет отличаться от демократической и республиканской?

— Нет, это люди, которые разочаровались в обеих партиях и ждут стабилизации. На мой взгляд, они приведут к трансформации системы. Но никто не откажется от двухпартийности, которая существует на протяжении веков. Задача этой «третьей силы» — снизить уровень конфликтности между партиями, а не создать какую-то новую.

Трамп использует Нацгвардию для подавления протестов и «восстановления порядка» в разных штатах. Призыв гвардейцев из республиканских штатов и отправка их в демократические, например, из Техаса в Иллинойс — это образ захвата одной партией территории другой? Как это меняет независимость штатов от Вашингтона?

— Прежде всего стоит обратить внимание на фискальную политику США (бюджетно-налоговая политика государства, состоящая из ряда мер для воздействия на экономику. — прим. ред.), которая делает штаты более зависимыми от Вашингтона, чем это было раньше. В этом контексте проблема Нацгвардии выглядит как песчинка, однако она всё равно важна с политической точки зрения. Своими действиями Трамп пытается продемонстрировать, что именно центр и он являются источником порядка в США. И вот здесь это вызывает недовольство с двух сторон.

Во-первых, почему именно глава государства является источником порядка? Вся полиция в США муниципальная, то есть она никак не подчиняется федеральным властям. Единственные федеральные силы правопорядка — Федеральное бюро расследований, Министерство внутренней безопасности, которое, в частности, занимается миграционной политикой. Многие этим недовольны.

Во-вторых, вы правы: лидер использует свою власть прежде всего в демократических штатах. Он не пытается тем самым захватить штаты. У гвардейцев нет полномочий арестовать губернатора или занять здания правительства штата. Это просто демонстрация того, что именно в демократических штатах с порядком наибольшая напряжёнка. И это так, потому что они к мигрантам более лояльны. Своими действиями Трамп демонстрирует, что он вынужден очищать эту клоаку напрямую из Вашингтона, используя силовиков. Кроме того, возникает вопрос конституционности мер Трампа. У Нацгвардии двойное подчинение, то есть они исполняют приказы не только президента США, но и губернатора штата. Трамп пытается отобрать у последних это право.

Возникает ли в таком случае противостояние между верховным главнокомандующим в лице Трампа и каким-либо губернатором штата?

— Да, такое уже было, когда губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом заявил, что Трамп не может использовать Нацгвардию его штата. В итоге президент в какой-то степени пошёл на попятную: он не стал приказывать гвардейцам совершать совсем безумные действия, которые бы привели к эскалации конфликта. Такие столкновения разных ветвей власти должен решать суд, в том числе и Верховный. Там у Трампа сейчас перевес: семь из девяти человек являются сторонниками республиканцев. Соответственно президент рассчитывает на их поддержку, если противостояние между ним и штатами дойдёт до конституционного разбирательства. Однако вряд ли будет именно так: скорее всего, Верховный суд постарается разграничить полномочия президента и губернаторов. Этот процесс очень сложный скорее юридически, нежели политически. Пока он находится только в зачаточном состоянии, потому что политикам, в том числе Трампу и его оппонентам, гораздо важнее сотрясать воздух в прессе и медиа, нежели реально разбираться, кто и что там должен делать.

«Это уже пятый шатдаун, который я комментирую СМИ»

Шатдаун начался в сентябре 2025 года и до сих пор не прекратился. Правительство остановило работу из-за споров о бюджете, а выплаты для двух миллионов госслужащих задержаны. Почему республиканцы и демократы не могут договориться о принятии бюджета?

— Это далеко не первый шатдаун за последние годы. Он происходил и при первой администрации Трампа, и при других. Несколько шатдаунов было при Обаме. Это действительно такая специфика американского бюджетного процесса, особенно в тех случаях, когда в Конгрессе не превалирует одна партия абсолютно. Сейчас Трамп пытается ужать Medicare/Medicaid (две отдельные госпрограммы в США, которые предоставляют медицинские и другие услуги, связанные со здоровьем, определённым группам людей — прим. ред.), которые получают триллионы долларов — это даже больше, чем оборонный бюджет США. Для многих американцев медицинские реформы, которые были при Обаме, имеют вполне конкретную ценность, потому что медицина в Америке — это очень дорогая вещь. Доступ к бесплатной помощи для части американского населения является очень большим вложением в благосостояние домохозяйства, которое теперь может не тратиться на это.

Обе стороны срывают процесс: демократы показывают Трампа громящим соцпрограммы, а республиканцы видят в нём того, кто пытается сбалансировать бюджет и спасает от «левацкого» долга. Шатдаун бьёт по действующей власти, а оппозиция доводит до паралича. Но, скорее всего, все договорятся в последний день фискального года — традиция с XIX века. В глазах же людей выходит так, что демократы лучше, так как отстаивают права простых граждан. Трамп же виноват в задержках зарплат двух миллионов человек.

Глава Минфина Скотт Бессент заявил, что ущерб от шатдауна может составлять до 15 млрд долларов в день. Кто страдает больше: простые американцы или богатые и влиятельные?

— В Америке большая часть служб, которые в таком day-to-day (ежедневном) режиме работают, находится на балансе муниципалитетов: полиция, пожарные, здравоохранение, дорожные службы. Соответственно, шатдаун для обычного американца не особо заметен. Да, во взаимодействии с федеральными органами у него будут проблемы. Например, миграционная служба — это федеральная служба. И продление визы какой-нибудь рабочей — это проблема. Но вот с точки зрения бытовой… Понимаете, если у нас в России произойдёт шатдаун и все федеральные органы власти будут остановлены, то у нас ни полиция не будет работать, ни МЧС вас не сможет спасти. А в США это не так. Отсюда и феномен шатдаунов: он не наносит ущерба какой-то социальной системе вообще. Ну, во всяком случае, колоссального урона.

Забавно выходит, как разгоняется эта тема в медиапространстве. Мол, скоро США рухнут, показывают фотографии неработающих госучреждений…

— Скажем так, это уже пятый шатдаун, который я комментирую СМИ. Уже и я к этому отношусь довольно спокойно. И рынки, и люди, которые наблюдают за этой ситуацией десятилетиями, более или менее понимают, что это в действительности. Забавно, что они парализуют часть правительства, отправляя людей в отпуска, причём граждане деньги получают. Они отправляются в оплачиваемые отпуска. И отсюда немалые финансовые обязательства, то есть часть из этих потерь, о которых говорил Бессент, — это как раз-таки оплата отпускных. Но так как правительство многоуровневое, то даже с полупарализованным федеральным правительством страна не ляжет, как карточный домик.

«Грязь рождает грязь»

Чистки в Пентагоне привели к увольнению более 200 офицеров. Республиканцы называют это реформой по очистке системы. Как это влияет на готовность армии и на доверие к США в НАТО?

— Фундаментального влияния на боеспособность американцев это, скорее всего, не оказывает. Да, там идут дискуссии, что какую-то часть опытного генералитета просто выгоняют и заменяют лояльными людьми. Министра обороны Пита Хегсета активно критикуют за то, что он такой физкультурник, красиво одевается, где-то в спортзале качается и всех других к этому призывает, но явно он не настолько интеллектуал, чтобы возглавлять Пентагон. До него в кресле министра сидели люди с учёными степенями — Леон Панетта или Джек Мэттис. На этом фоне Хегсет как-то слабо смотрится. Но здесь надо понимать, что есть политическая задача — привести к лояльности вооружённые силы и министерство. Мы в России тоже видели, как новый руководитель приходил и начинал проводить чистки, в том числе и в силовых структурах, заменяя людей «на своих».

В США, например, снова ставят ограничения на инклюзивность в армии, которая была при демократах: квоты на женщин и ЛГБТ (движение признано экстремистским и запрещено в России. — прим. ред.). Квотная система, как правило, политически толерантна, потому что она включает новые группы, но часто негативно влияет на эффективность самой системы. Учитывая, что армия — место, где эффективность превалирует над политической благовидностью и консенсусностью, то это правильные шаги даже в долгосрочном плане: с точки зрения развития командного состава, развития военных структур и т. д. В целом в армию сейчас приходит гораздо больше денег, чем это было при предшественниках. Оборонный бюджет доведён до триллиона долларов. Я думаю, это ключевой параметр, который обеспечивает эффективность вооруженных сил, а генералитет, изменение в составе, изгнание противников Трампа… Через какое-то время новые люди научатся руководить и так же, как и предшественники, совершенно прекрасно будут это делать.

Просто обновление системы и сама очистка выглядят хорошо, тем более отказ от инклюзивности и квотной системы в пользу эффективности. Но в таком случае чистки в судах смотрятся странно, потому что судебная власть — это именно отдельная ветвь, в которую президент не должен вмешиваться.

— Чистки в судах многих волнуют. Вот это действительно чисто политизированная история. Многие суды стали занимать либеральную позицию, а решения принимают выпускники университетов, где, как правило, более либерально-прогрессивные настроения. Теперь же они начали выступать против Трампа, вынося неудобные для власти решения. Он опасается, что суды станут оппозицией его деятельности, что и случилось. Многие его какие-то шаги, например, повышение тарифов, в судах первой инстанции, получали отмену: они признавали незаконными его действия. На данный момент Верховный суд поставил запрет на то, чтобы суды первой инстанции отменяли решение федерального правительства. Там идёт разбирательство по этому поводу, потому что действительно любой суд первой инстанции мог парализовать какое-то внешнеполитическое решение федерального правительства.

Но да, Трамп стремится и судебную систему подавить. Это плохо для американской политики, потому что суды были независимыми и играли важную роль во всей этой системе сдержек и противовесов. Подавление независимости судов — плохая тенденция.

Однако вряд ли Трампу это удастся, потому что сложившаяся система воспроизводства кадров в судах, назначений и так далее… Здесь федеральное правительство просто не очень много может сделать. Там нет какого-то главного судьи, которому можно позвонить и сказать: «А меняй всех судей — теперь вся система должна по-другому действовать». Нет, она децентрализована, в разных штатах судьи назначаются и избираются неодинаково. Вот разгромить эту огромную страшную судебную машину Трампу вряд ли удастся. Но что-то он сделать попытается — на ключевые должности продвинет своих сторонников.

Вспоминается ещё дело генпрокурора Нью-Йорка Летиции Джеймс, которая вела расследование против Трампа. Впоследствии ей самой предъявили обвинения в банковском мошенничестве. Можно ли сказать, что тем самым все, кто не лоялен к президенту США, кто осмеливается выступить против его политики и действий, могут после этого огрести?

— Да. Трамп сводит счёты, очевидно. Очень важно его личное отношение. То есть те люди, которые были лояльны к нему, а потом перестали в какой-то момент, — с ними он тоже сводил счёты. Например, вице-президент США Майк Пенс во время первого срока Трампа за несколько дней до его ухода с поста президента предал, осудив роль Дональда в штурме Капитолия. Он был отодвинут: его даже не пригласили на партийный съезд, который проходил в августе 2024-го, хотя как бывший вице-президент должен был там быть.

Но здесь нужно сказать, что Трамп руководствуется личным негативным опытом. Против него-то тоже организовали кампанию, причём систематическую. Американские органы правопорядка несколько дел против него заводили, некоторые из них были смехотворны, когда документы обнаружили, которые он вывозил из Белого дома в своё поместье и с ними работал. Этим все президенты занимаются, будем честны, но почему именно его за руку схватили? Он этого всего не понимал и считал, что демократы просто целенаправленно пытаются его то ли посадить, то ли ослабить. Теперь Трамп думает, что может действовать примерно так же. То есть грязные приёмы демократов привели к тому, что и Трамп очень неблагородно себя ведёт. И это не очень хорошая тенденция в американской политике.

Может, в теории Трампу удастся при помощи грязных методов очистить систему?

— Трудно сказать: грязь рождает грязь. Здесь не он будет чистить систему, а его преемники, которые станут опираться на тех, кому это всё надоело и кто уже ни за тех, ни за других, то есть на «третью силу». И, наверное, им удастся, но что значит «очистка системы»? В каком смысле? Главное, чтобы система работала. Пока что она работает. Наверное, её сделать нужно менее выпукло-конфронтационной — это главная задача. А какая-то грязь в американской политике всегда была, просто она теперь выносится как норма на общее обозрение.

Автор: Леонид Петричук.