ПОТЕРЯННЫЙ РАЙ.

ГЛАВА 20.

ГРЕГ СТОЯЛ НА ВЕРШИНЕ ХОЛМА и наблюдал, как внизу, в городе, растянувшемся между джунглями и океаном, квартал за кварталом гаснут огни. Вскоре Сантос, город-порт на краю бразильского штата Сан-Паулу, погрузился во тьму. В клубе «Jump», где в этот вечер должен был пройти концерт Bad Religion и энергичной бразильской панк-группы White Frogs, из-за сильных дождей не было электричества.

Ливень, начавшийся сразу после саундчека, не прекращался. Через час местные панки начали волноваться. Сцена и звуковое оборудование были накрыты брезентом и тентами, но четыре тысячи фанатов, пришедших посмотреть на Bad Religion, так и остались стоять под проливным дождем. Через два часа за кулисами погас свет, а затем электричества не стало и на сцене. Выключилась даже аудиосистема клуба - фоновая музыка, звучавшая из нее, смолкла. Несмотря на продолжавшийся ливень, фанаты оставались на месте, но теперь их беспокойство сменилось гневом. В Бразилии не принято возвращать зрителям деньги, если концерт был отменен из-за непогоды, так что промокшие поклонники группы была в ярости.

Наверно, лучшим выходом из ситуации мог бы стать акустический сет, но Bad Religion не были готовы к такому повороту событий, да и без работающих микро-фонов данная затея имела мало шансов на успех. Когда менеджеру BR сообщили, что на побережье обрушился ураган и электричество отсутствует во всем штате Сан-Паулу, где проживает около двадцати миллионов человек, добрые люди посоветовали музыкантам поскорее покинуть это место, пока фанаты не выместили свой гнев на группе. Однако легче сказать, чем сделать.

Извилистая двухполосная дорога, единственный способ покинуть горный район, где находился клуб, была запружена людьми, которые из-за отключения электричества спешили как можно быстрее попасть домой. В конце концов музыканты добрались до своего отеля и легли спать, но примерно в час ночи им позвонили из «Jump»: «У нас снова есть электричество! Вы должны вернуться!»

По меркам Bad Religion ситуация была весьма странной, по меркам Южной Америки – практически рядовой. «В те времена никто не ездил в Бразилию и Южную Америку», - объясняет Мишель. «Но Bad Religion пошли на это, и теперь в джунглях нас ждали четыре тысячи подростков».

Группа опять села в машину, чтобы еще раз подняться в горы. Это путешествие было не из легких – если в клубе электричество вроде бы появилось, то в остальном городе его попрежнему не было. Уличные фонари не горели, часть дорог была перекрыта. Толпы людей шли вверх и вниз по серпантину – многие из тех, кто шел в гору, судя по всему, как-то узнали, что шоу все-таки состоится.

Bad Religion приехали в «Jump» около 2 часов ночи, как раз когда White Frogs закончили свое выступление. Выйдя на сцену, группа, как и следовало ожидать, открыла свой сет песней «Generator», ведь в эту ночь возможность порадовать своих фанатов BR предоставили не какие-то высшие силы, все случилось исключи-тельно благодаря обычному бензиновому агрегату.

В 1999-м Bad Religion придерживались той же схемы, что и в 1997-м – в год между релизами группа старалась избежать слишком плотного гастрольного графика. В Цюрихе Брайан Бейкер еще раз продемонстрировал свое уважение к Карлосу Сантане – в короткий сет BR вошла кавер-версия «Black Magic Woman», однако большая часть весны и лета была посвящена не концертам, а подготовке к записи следующего альбома, четвертого и последнего в рамках контракта с «Atlantic».

Хотя продажи «No Substance» не впечатляли, руководство «Atlantic» решило, что лейбл не станет досрочно разрывать контракт с группой и выпустит следующий альбом Bad Religion. «Raise Your Voice!» была популярна в Германии, но не имела особого успеха в США. «The Biggest Killer in American History», второй сингл с «No Substance», также не получил признания в Штатах. Следующий альбом Bad Religion должен был быть приурочен к двадцатилетию группы, и если бы лейбл отказался от его выпуска, для участников BR это, безусловно, стало бы разочарованием. «Грег действительно уважал лейбл и хотел выполнить свою работу наилучшим образом», - говорит Мишель. «Не думаю, что «Atlantic» оценил это по достоинству».

«Atlantic» увидел причину низких продаж «No Substance» в том, что альбом делался как малобюджетный проект. Крупные лейблы были печально известны тем, что привыкли решать проблемы (как реальные, так и воображаемые) лишь одним способом – деньгами. «Atlantic» постарался усмирить DIY-порывы Bad Religion и решил нанять для следующего альбома группы дорогого продюсера с громким именем.

Джей не разделял точку зрения руководства «Atlantic». «Альбом потерпел неудачу не потому, что мы сэкономили на его создании. Просто мы отнеслись к «No Substance» недостаточно серьезно. Когда мы пришли в студию, у нас не было ни одной готовой песни. Мы не знали, что именно хотим сделать. Все было довольно бессвязно».

Между тем, Грег еще в 1997 году, готовясь к записи «American Lesion», думал о работе с Тоддом Рандгреном. Тогда менеджер певца отправлял команде Рандгрена демо-записи Грега, и в ответ пришло сообщение, что Тодду этот материал понравился. Остальные участники Bad Religion прекрасно знали, что Грег боготворил Рандгрена. «Если бы нас спросили, кто ваш музыкальный кумир, - говорит Джей, - уверен, что Грег назвал бы Тодда Рандгрена».

О том, как много значит для Грега музыка Рандгрена, знал даже Кит Моррис. Когда они только познакомились в начале восьмидесятых, Кит дал Грегу кассеты с записями Nazz, психоделической рок-группы, в которой Рандгрен играл во второй половине шестидесятых годов. «Он знал, что мне очень нравится Тодд», - говорит Грег. «Когда-то Кит сказал мне: «Чувак, ты полюбишь эту музыку». И я ее действительно полюбил».

Грег с девяти лет был поклонником уроженца Филадельфии Рандгрена. В семидесятые Рандгрен создал несколько хитов (среди них «Hello It’s Me» и «I Saw the Light»), а в 1983 году написал песню «Bang the Drum All Day», которая стала весьма популярна на многих спортивных аренах, в том числе и на любимом Грегом стадионе «Lambeau Field», где играла команда «Green Bay Packers». Кроме того у Рандгрена имелся длинный список впечатляющих продюсерских работ, в который входили альбом «We're an American» группы Grand Funk Railroad, одноименник New York Dolls, блокбастер Мит Лоуфа «Bat Out of Hell» и статусный альбом группы Патти Смит «Wave». Можно добавить, что работавший с Рандгреном микс-инженер Боб Клирмаунтин знал о панке совсем не понаслышке - Боб занимался микшированием и даже сыграл на гитаре на первом альбоме Dead Boys.

Грег искал кого-то, кто мог бы выжать максимум из написанных им песен. В то же время ему нужен был человек, способный подтолкнуть его к созданию оригинальной музыки, которая смогла бы развеять бытовавшее в «Atlantic» мнение, что мелодичный хардкор Bad Religion приелся фанатам панк-рока. Рандгрен, чью работу в студии называли волшебством, полностью отвечал этим требованиям.

Грег не мог нарадоваться возможности поработать с одним из своих кумиров. Однако в то время Рандгрен работал исключительно в своем доме на одном из Гавайских островов Кауаи. Уговорить Тодда изменить этому правилу не представля-лось возможным. Таким образом, если Грег хотел, чтобы Рандгрен продюсировал следующий альбом Bad Religion, группа должна была на длительное время уехать на остров в западной части Тихого океана. И Грэффин ухватился за эту идею. «Нам платили кучу денег за то, что мы два месяца будем жить на Кауаи и заниматься там своим любимым делом – музыкой», - говорит Грег. «А где минусы?»

Грег начал налаживать отношения с Бреттом, который снова вел трезвый образ жизни. Группа сошлась во мнении, что праздновать двадцатилетие Bad Religion без Бретта будет неправильно, поэтому было решено узнать у Гуревица, не захочет ли он принять участие в записи юбилейного альбома. Эта миссия была возложена на Грега.

«Думаю, все началось с приглашения на обед», - говорит Бретт. «Грег пригласил меня. Он был одним из самых старых моих друзей, мы были знакомы со школы и много лет играли в одной группе. По правде говоря, при том, что мы жутко действовали друг другу на нервы, мы любили друг друга, и это был приятный обед».

Они говорили о планах группы, о ее будущей работе с Рандгреном и тех новинках звукозаписывающей аппаратуры, что появились со времен выхода «Stranger Than Fiction». Наконец, Грег затронул тему возможного сотрудничества и попросил Бретта написать песню для нового альбома Bad Religion. «На тот момент я уже три или четыре года не писал песен», - объясняет Бретт. «Восемь лет подряд я постоянно писал, но, уйдя из группы, я просто перестал писать. Когда он предложил мне написать песню, я подумал: «Интересно, а я еще способен на это?»

Бретт принялся за работу. Перед отъездом Грэффина на Гавайи бывшие коллеги снова встретились, и Бретт сыграл Грегу свою новую песню. Как только вокалист услышал ее, он сказал: «Давай сделаем это». Бретт отдал Грегу демо-запись, которую тот взял с собой на Гавайи. Приглашение Бретта к участию в альбоме, посвященному двадцатилетию BR, могло выглядеть обычным жестом вежливости, но этот шаг во многом помог наладить диалог между Гуревицем и его бывшей группой.

Материала, привезенного Bad Religion на Гавайи, было больше, чем требовалось для одного альбома. Помимо песни Бретта у группы имелась куча новых номеров, так что время, которое BR получили в студии Рандгрена, можно было использовать с максимальной пользой. Хотя Грег, желая создать наилучшие условия для записи демо, за последнее время значительно расширил и модернизировал свою домашнюю студию, она все равно не шла ни в какое сравнение с той, что была у Рандгрена на Кауаи.

Чтобы барабаны Бобби не беспокоили соседей, Рандгрен арендовал для работы с группой просторный сарай, где установил всю звукозаписывающую аппаратуру, а также массу компьютерного оборудования. Тодд был известен своими инновационными техниками документации звука, которые он использовал в процессе записи как собственной музыки, так и альбомов, которые он продюсировал. «В области цифровой записи постоянно появлялись какие-то новые технологии, - говорит Грег, - и Тодд всегда был в числе первых, кто применял все это на практике».

Однако Bad Religion наняли Рандгрена не ради экспериментов, а для того, чтобы он в полной мере раскрыл сильные стороны группы. Поэтому, когда музыканты впервые увидели место, где им предстояло работать – деревянное строение, гораздо больше походившее на амбар, чем на студию, посреди заброшенной плантации сахарного тростника - они были встревожены. Ничего удивительного в том, что данная постройка не была оборудована кондиционерами и не имела многих удобств профессиональной студии. Чтобы обеспечить циркуляцию воздуха в помещении, дверь сарая приходилось держать открытой, как следствие, беспрепятственно проникавшие внутрь москиты с радостью пировали на незваных гостях с материка - основной удар насекомых принял на себя Бобби. Брайан назвал такую обстановку «первобытной».

Еще более тревожным знаком стало то, что в сарае не имелось ни одного обычного усилителя. Рандгрен настоял на использовании «Pod», цифровых имитаторов гитарных усилителей, которые на тот момент только появились на рынке. До группы дошло, что все будет делаться на компьютере, без какой-либо «лишней» аппаратуры. Это не понравилось гитаристам BR. По словам Грега, «они были крайне удручены».

Рандгрен знал, чего хочет, и, когда не получал желаемого, не стеснялся выражать свое недовольство. Некоторые продюсеры подстраиваются под группу, но только не Рандгрен. Он с самого начала дал понять, что у этого корабля есть только один капитан, и это он. Никто не избежал его критики - даже Грег.

«Он известен своей прямотой», - говорит Грег о Рандгрене. «Я всегда уважал его за это. Тодд чрезвычайно талантлив, он легенда. Он честный художник, но, возможно, как и я, не очень хорошо разбирается в людях».

Работая над песнями Грега, Тодд настаивал на изменениях не только в их структуре, но и в их текстах. Рандгрен чувствовал, что некоторые тексты Грега продиктованы злостью на весь мир и предложил певцу смотреть на жизнь в более позитивном ключе. В конце концов, Bad Religion давно вышли из подросткового возраста.

Грег разрывался между двумя противоречивыми желаниями: отстаивать то, что он создал, или следовать советам человека, на которого он всегда равнялся. Чем бы он ни занимался - работал ли над песней вместе с коллегами по группе, трудился ли над докторской диссертацией - Грег всегда был готов к конструктивной критике, однако тот подход к работе, что исповедовал Рандгрен, был для вокалиста BR чем-то абсолютно новым. Тодд Рандгрен считал, что получать удовольствие от проделываемой работы совсем не обязательно.

Коллеги Грега по группе понимали, что их фронтмен оказался в сложном положении. «Обычно, если Грег делает демо-запись песни, - объясняет Брайан, - это означает, что песня уже практически готова. Он предоставляет мне определенную свободу по части соло, но в основном он хочет, чтобы я сыграл именно то, что он придумал, просто сыграл это лучше, чем он - Грег знает, что он не самый сильный гитарист. Грег не любит экспериментировать».

В отличие от двух предыдущих альбомов, на «The New America» не было ни одной песни Брайана. «Они наняли меня не для того, чтобы я что-то придумывал», - говорит Брайан. «Я не хотел наблюдать за всем этим со стороны, я желал участвовать в процессе. Типа, у меня есть отличная зеленая фасоль, давайте я приготовлю гарнир. Я делал это на двух альбомах и на втором заметил, что они не едят мои гарниры. Мне возвращали блюдо, к которому никто так и не притронулся».

Несмотря на трудности, возникшие в студии, группа старалась получить максимум удовольствия от пребывания на Гавайях. Грег прилетел на Кауаи со своей семьей, на острове погостила даже его мама. «Гавайи были великолепны», - рассказывает Грег. «Я натуралист. Я был в своей стихии. Ходил в походы. Наблюдал за птицами. Я приходил на пляж и забывал о времени. Ох ты ж, я же должен быть в студии в два часа!»

Джей и Брайан тоже бывали забывчивы, хотя в их случае амнезия была весьма избирательной. Они отнеслись к этой поездке как к отпуску, в котором иногда тре-бовалось поработать. Во время записи то и дело возникают перерывы, Джей и Брайан славились тем, что в таких паузах мгновенно исчезали из студии, чтобы потусоваться на пляже.

Бобби, как обычно, был практически безупречен, даже когда его атаковали москиты. Его трудолюбие поражало: он всегда был готов к работе и редко жаловался, если что-то шло не по плану (а такое случалось постоянно). При этом у Бобби не было проблем с зависимостью от психоактивных веществ. Как и Грег, он не употреблял ни наркотиков, ни алкоголя - даже в этом тропическом раю.

«Для меня работа была всем», - объясняет Бобби. «Еще один концерт? Не проблема, отыграем. Мне потребовалось десять лет, чтобы добиться всего этого. И теперь я боялся, что могу все испортить».

В середине сентября Bad Religion ненадолго покинули Кауаи, чтобы слетать в Гонолулу и сыграть на фестивале «Big Mele» вместе с Offspring, Fun Lovin' Criminals, Vandals и AFI. Затем группа вернулась к работе над альбомом.

Группа записала на кассету инструментальные и вокальную партии для песни Бретта, после чего отправила эту пленку в Калифорнию. Bad Religion хотели, чтобы Бретт сам записал гитарное соло к своей песне. Несмотря на то, что при работе над «The New America» использовались самые новейшие технологии, кассета была отправлена через Тихий океан самым «первобытным» способом - самолетом. Песня называлась «Believe It», и все были рады, что в альбом войдет трек, принадлежащий перу Бретта.

Большинство песен «The New America» было связано, скорее, с личными переживаниями, чем с политикой. «1000 Memories» была посвящена расставанию, а «Whisper in Time» - ностальгии по тем вещам, что навсегда ушли в прошлое. В песне «A Streetkid Named Desire» Грег вспоминал свои первые панковские годы, когда для того, чтобы заслужить неприязнь сверстников, хватало рваной футболки и короткой стрижки.

Выступления в таких местах, как Бразилия, где дети, приходившие на концерты Bad Religion, носили выцветшую одежду, усеянную нашивками и значками, навея-ли Грегу воспоминания о его погружении в панк-рок. В свое время армейские бо-тинки и белая футболка, купленные им в секонд-хенде, стали для Грега чем-то вроде знака принадлежности к панку. Будучи четырнадцатилетним подростком из неполной семьи, Грег должен был проявлять креативность, чтобы как-то продемонстрировать свое неприятие существующего положения вещей и обозначить свою преданность неистовой музыке под названием «панк-рок». А в новой Америке подросток, зайдя в интернет, мог сначала при помощи родительской кредитки прикупить себе любой возможный панк-прикид, а затем отправить музыкантам BR электронное письмо с обвинениями группы в продажности.

Хотя многие песни на «The New America» были наполнены тоской по более простым временам, иногда возникало ощущение, что Рандгрен изо всех сил пыта-ется втолкнуть группу в двадцать первый век. Самой необычной песней на альбоме, да и, пожалуй, во всем каталоге Bad Religion, стала «I Love My Computer» - наполненный двусмысленностями текст, игриво намекавший на интрижки в сети, под аккомпанемент привычных дисторшн-гитар и озадачивающих компьютерных бипов.

Когда работа над альбомом была завершена, весь записанный материал был отправлен Бобу Клирмаунтину в Калифорнию. Туда же прибыли Грег и Брайан, желавшие помочь звукоинженеру с переводом цифрового звука в аналоговый - именно тогда участники Bad Religion узнали о том, что Боб в прошлом сотрудничал с Dead Boys. Неудивительно, что Клирмаунтину, разделявшему любовь BR к старой аппаратуре, особенно понравился трек «1000 Memories», начало которого было чем-то вроде дани уважения песне «Sonic Reducer» Dead Boys.

К счастью, «проблема 2000» никак не сказалась на ходе рабочего процесса, и вскоре альбом был готов к выпуску, но теперь у BR возникли некоторые трения с лейблом. «Atlantic» отклонил предложенную группой обложку. На ней были изображены дети, словно бы произносящие Клятву верности флагу - одна рука, как и положено, на сердце, а другая сжимает пистолет. В итоге этот рисунок использовали для европейского релиза, а на обложке американского издания оказался рой боевых вертолетов, зависших над городской улицей.

В целом Грег остался доволен громким и выверенным звуком «The New America». Вокалист сравнил труд Рандгрена с работой квалифицированного редактора, однако фраза, сказанная Грэффином в интервью «Rolling Stone», опубликованном вскоре после выхода альбома, ясно показывала, что пребывание на Кауаи изменило мнение Грега о Тодде. «Раньше он был моим героем, - сказал Грег, - а теперь он просто мой друг».

Альбом «The New America» был выпущен в мае 2000 года, и его выход сопровождала весьма нестандартная рекламная акция – для тех, кто мог документально подтвердить покупку нового альбома, вход на майские шоу группы был бесплатным. Однако эта акция продлилась недолго – BR внезапно прервали свой мини-тур и сделали то, что изрядно шокировало многих давних поклонников коллектива. Bad Religion отправились в турне вместе с новомодной поп-панк-командой Blink-182… в качестве разогревающей группы.